- -
- 100%
- +
310 Есть
Есть поэты без награды, есть поэты «просто для», есть в России казнокрады, есть российские поля…311 Жара в городе
Залпом выпил сока кружку. — Вот жара, жара — кранты! Мир под солнцем, словно сушка затвердела без воды. Радиация всесильна, всемогущ божочек Ра, человечество насильно выжигает. Вот жара! Замолчавшая ворона, без питья который день, против солнца оборона — окунуться в чью-то тень. Люди в городе исчезли — выжег зной из них комфорт, жар вольтеровского кресла заменили речкой вброд.312 Жареный картофель
Жарится картофель в старой сковородке, масло источает дивный аромат. Мышцы онемели, что на подбородке, мышцы онемели — речи невпопад. Думать невозможно, мыслить неприятно, масло источает нежный аромат. Ломтики, кружочки просто и понятно в масле раскалённом с умыслом шипят! В старой сковородке жарится картофель, лёгкое спасенье — голод на замок. Важный, без сомненья, кулинарный профиль! Жареный картофель — жизненный урок!313 Железная дорога в степи
Бескрайняя степь, гравийная насыпь — железной дороги шпальный приют. Ковыльное царство — пушистая россыпь — пристанище птиц, что вольно поют. Ветер рябит, налетая украдкой, пену ковыльную яростно бьёт. Шпальной дороги в линейку тетрадку чёрными каплями съел креозот. Тихая жизнь под небесным пологом снова нарушена ходом вещей — поезд прошёл грузовым диалогом, криком чугунным о тяжесть камней. Тише и тише становится скрежет, шум уносился в далёкий провал… Шепчет ковыль долгожданное: — Где же? Где тишина? Кто её своровал?314 Прогресс
В холодном декабре бесснежному раздолью степей полупрозрачных под небом голубым, присыпанному снегом, немного, словно солью на утро предстояло облечься в чёрный дым. В селе горели избы, и бани, и сараи, и терпкою полынью по воздуху несло, заброшенное всеми огнём теперь стирали под новую дорогу в соседнее село…315 Серый волк
Не вой на Луну, серый волк! Какой для тебя в этом толк? Зачем тосковать по Луне в тревожном зверином сне? Беги по сугробам в лес, подальше, где нет небес, где пули горячей нет, куда не проникнет свет! Не нужен тебе человек во веки веков. Навек! Он от рождения злой, лучше беги ты домой! В сказках тебя воспел, в песнях блатных пропел, но для него ты враг, словно болячка — рак. Но для тебя он враг, так что беги в овраг, если тебя найдёт, пулей своей убьёт! Он от природы злой, так что беги домой!316 Степные звёзды
Печальная степь растворилась в объятиях наглого снега, летевшего сверху огромными хлопьями скучных небес, закрывших отчаянный свет, что дарила красавица Вега, закрывших от взгляда холодными спинами туч Антарес. Обиделась степь. Ощетинилась в небо сухою полынью, прижала к себе опрометчиво падавший хлопьями снег, не давший в покое ночном насладиться заветною стынью мерцания звёздных, летящих в космической дали, коллег.317 Хоррор
Перелистнула смерть страницу и вверх отправила Денницу забрать своё: клочок телесный, безвластный, хладный, бесполезный, ненужный труп в морозном морге по старой улице Р. Зорге, где вязы лапами-ветвями скребут по крыше, как когтями, где слякоть, серость, пустота, где кошка чёрная кота убить пыталась. Всё лежал, от водки сгнивший генерал, ненужный больше никому. Денница рад был, потому что генерал отправил в бой солдат несчастных на убой и в этом вымостил себе дорогу в ад. И быть стрельбе в геенне огненной. Пора кричать в котле ему «Ура!»318 Чужое
Снова снег. Пробежала позёмка по пустому двору ноября. Где же люди? А люди в казёнках погибают, в планшетах смотря на песчаные пляжи Дубая, где клокочет красавец прибой… Лучше снег без конца и без края, но не их закордонный покой.319 Шелли
Любила hard techno и водку с лимоном красавица юная, словно восход. Любила машины, парней с миллионом на банковской карте — любила господ! В клубе ночном поглощала коктейли (всё что горело и грело внутри) рано придумала прозвище Шелли — Катя Воронина, что из Твери. Бешеным темпом разнузданной жизни, свёрнутым долларом, вдохом с листа — приободрилась: «Только не кисни!» И отпустила перила моста…320 Агрономическое
Лето знойное в этом году, запечённое, странное лето: ни дождя, ни росы на лугу, громыхало, сверкало, но где-то далеко. Не у нас, где Алтай разнотравный с пшеницей и рожью! На таёжный обрушился край, проходящий с небесною дрожью сильный ливень, хотя он нужнее промочить чернозёмную пядь. Рассуждать я не буду, виднее управленцам, где синяя гладь.321 Багряные листья
В полночном экстазе багряные листья упали на город, на город мечты, человеческой наглости, грязных утех. Расписаны будни спешащих и шарфом подвязанный ворот не гасит в гортани продажную совесть на сдержанный смех. Москва утопает в осенней синтетике старого бренда, опять «Ламборгини» на скорости двести целуют столбы, наверное, нравится. Вывеска сочная: «Срочно! Аренда!» уже никого не заманит из скучной и сытой толпы. Багряные листья упали на город в лицо тротуара, природа застенчиво просит оставить её макияж, но кто бы послушал… Старается дворник — дитя перегара, и листья измятые в чёрном пакете летят за гараж.322 Бетон
Накопивший силы бетон заблестел под лучами прожектора. Эталон красоты! Это он — достояние, дух архитектора! Затвердевший, немой монолит, не замеченный вновь под ногами, в глубине своей крепкой хранит человеческий труд. Не Богами он залит, отшлифован, покрыт обесцвеченным, лаковым блеском. Кубометры железных корыт, распираемых тяжестью, с треском, угнетённых от боя лопат — сокровенная сущность бетона. Но строитель по-своему рад — он добился того эталона!323 Испуганный ветер
Разгулялся ветер по просторам по степным, полынным, неприкрытым, напевая песню по-простому, налетел в деревне на корыто. Забренчал, запрыгал, испугался, прошмыгнул в штакетник на заборе и до ночи злился и ругался на корыто жёсткое до боли!324 Блогер
Поставьте лайки, сделайте репосты и комментарий, будьте так добры! Я новый блогер, мне сейчас непросто подняться в трендах. Умоляю! Вы лишь подпишитесь на канал в «Рутубе»! Нажмите кнопку, ибо вы друзья! И цепь златая, что висит на дубе, нелёгким грузом ляжет на меня. Куплю я позже долгожданный «Мерин», коттедж роскошный, сумку от Dior, но ты, подписчик, оставайся верен! Ведь я твой блогер, я твой приговор…325 В будущем
Мы пройдём сквозь плотность облаков, разрезая корпусом ракеты наш воздушный, кислородный кров, в никуда, где новые планеты. Улетев подальше от Земли, мы расставим сети во Вселенной, возликуем радостно: «Нашли тот ответ единственный и верный!» Но, когда?326 Полевая полынь
С полевой дороги пыль ветер гнал, оставив быль. Ветер гнал, оставив вой, на дороге полевой. Эх, полынь моя, полынь, ты под ветром-то не сгинь, ты под ветром не остынь, желтоглазая полынь! Не кручинься, мой родной! Я в землице полевой. Я привыкла к пылевой жизни ветреной, родной!327 Морские звёзды
В бездонной влаге океана скрывались звёзды, но не те, что светят ночью без обмана, а те, что созданы в воде пятиконечными от рода, как отраженье высших сфер! Ведь сверху смотрят звёзды в воду и подают для них пример, но сами думают, мечтая сорваться, канув в глубину, где окропит бока сырая и смоет Космоса вину.328 Марианская
Одиннадцать тысяч метров воды на дно впадины давит. Высечь солнечный луч не дано Солнцу громадному, мрак поглотил существ стойких к досадному распределенью веществ.329 Торговое право
В небо врываются волны, брызги летят за кормой, парусник золота полный, с мели попал под прибой. Скалы вершили расправу, щепки срубая с бортов. Ваше торговое право впредь у пиратских ветров!330 Вырождение
С Киевской Русью делили степное раздолье, словно краюху ломали хрустящую мы пополам. Что-то судьба воспротивилась дружбе-застолью, ветры степные устроили в поле бедлам. Горько заплакала нынче весною берёзка, криком печальным с надрывом грачи пронеслись, пишут дожди проливные в смятении хлёстко — мир, беспрерывно-скорбящих людей, оглянись! Хватит насилия, чёрных крестов умноженья, боли, терзающей плоть, прибавления мук… Может глухие услышат когда-то прошенье? Может слепые прозреют от боли вокруг?331 Отказ от свободы
В полёте голубя — возможность свободы странствий. Даль зовёт! Одна нелепость, может сложность — зачем пускаться в сей полёт, лишаясь места с кучей крошек, лишаясь места, где уют? Ведь люди тоже у окошек по вечерам всегда клюют!332 Уходящие в забвение
Закружили прощальные листья осенние, бессловесно слетая в решётки оград, занимали места для ночёвки последние, замирая в траве. Разноцветный наряд примеряла земля, поглощённая летом. В простодушии вновь распускались цветы завороженно ярким печальным букетом, уходящей надолго в забвенье, мечты. Загорелось осеннее утро пугливо — облетала листва, осыпались цветы. Лепестки прикасались в паденье ленивом к замороженной луже небесной воды…Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.