Дорога в ночь

Глава 6

Я не могу находиться на перепутье вечно, пора решать, что делать с горошиной. Когда за щекой притаилась капсула с ядом, есть и пить становится несколько затруднительно. По этой же причине я больше двух суток не спала, так, дремала вполглаза… При таком раскладе, о том, чтобы набраться сил и сбежать, не стоило и мечтать.

Во время разговора за собой тоже приходилось внимательно следить. А то сделаешь неосторожное движение языком, и всё – отправишься прямиком в Пекло к Хайдашу. Принц же оказался большим любителем поговорить. С одной стороны, это и хорошо, что мне удалось его заинтересовать, а с другой… я так могу когда-то и договориться.

Моя дилемма обострялась еще и тем, что капсула начала саморазрушаться, стала мягкой и очень хрупкой. А значит, надо определяться. Или к хайдашевой матери разжевать горошину и перестать мучиться и трепыхаться. Или продолжить играть, но уже без страховки.

Какой выбор! Какие перспективы! Прямо дух захватывает.

Меня начал бить нервный смех, я закашлялась и чуть не задохнулась. Нелегко смеяться, когда ты, парализованная, лежишь в трясущемся фургоне.

Приступ, как ни странно, прочистил мозги. Я поняла, что всё уже решила в тот миг, когда положила злополучную горошину за щёку – я выбрала жизнь.

Сразу пришел на память вчерашний эпизод с Найри. Когда прибежала наложница принца, я была уже на грани того, чтобы раскусить капсулу. Но всё обошлось. Более того, Найри я могла теперь не опасаться, ночью его через портал отправили в столицу. Так что в отряде осталось только двое эльфов: мрачный и пугающий меня чуть ли не до икоты Ареин Не-Помню-Как-Его-Там и младший эльфийский принц. И пока моя жизнь находилась в руках последнего. Что не могло не радовать – Эрайн молод, самоуверен и самовлюблен, до ужаса избалован и… вполне предсказуем.

Решено – долой капсулу с ядом!

Горошину я выплюнула перед обедом и в кои веки нормально поела. А затем даже вздремнула несколько часов в фургоне. А что? К тряске я уже почти приноровилась, и, спать в дороге намного безопасней, чем в обществе Эрайна.

После того, как солнце село, один из тэлиаков взвалил меня на плечо и оттащил в шатер принца. Там дэйш'ли сгрузил меня на ковер и тихо удалился. И только я подумала, что всё как обычно…

Недалеко от входа стояла большая бадья, на три четверти наполненная водой. Ванну буквально окутывали клубы ароматного пара. Рядом на столике лежали полотенца и какие-то губки, щетки, многочисленные баночки.

Что же этот ушастый гад задумал?! И не поспешила ли я избавиться от капсулы с ядом?

– Ри! Я тебя, право, заждался.

Эльф был само радушие и доброжелательность. Только вот глаза его как-то странно блестели… Неужели Эрайн тоже любитель кархи?

– Если бы я знала, что вы изволите принимать ванну, то не спешила бы, – в тон ответила я принцу.

– Так это не для меня ванна, – лоэл'ли улыбнулся. – Для тебя.

– Н… но зачем?

– Посчитал, что был несправедлив к тебе. Что ты такого отношения не заслужила… Приняв ванну, ты не только смоешь грязь со своего тела, но и царапины с синяками заживут. Яни добавила кое-какие эликсиры в воду.

Я ошарашено замерла. Зачем Эрайну передо мной извиняться? Такая доброта со стороны высокомерного ушастого, «моего хозяина», эльфа, который, в лучшем случае, воспринимал меня как забавную игрушку, явно неспроста. Если только…

Хайдаш!!! Неужели?! Только не это!!!

А что это еще может быть? С чего эльфенок вдруг таким добреньким стал?!

От ванны, при других обстоятельствах, я бы не отказалась бы…

Но мыться здесь?! В присутствии этого проклятого ушастого?!!

Да лучше сдохнуть!!!

Возможно, это глупо, но у меня есть пунктик.

Когда ты выросла в Веселом доме, когда твоей матери долгое время приходилось торговать собой…

Когда ты всю свою сознательную жизнь была вынуждена доказывать, что ты не шлюха, что твоя любовь не продается за деньги… Когда твой отец эльф…

Может, я и слишком бурно отреагировала на вполне невинное предложение принять ванну. Может, мне стоило поддаться, ступить на скользкую дорожку. Но, Хайдаш меня забери, у меня всё-таки есть принципы. И я лучше умру, чем нарушу некоторые из них.

– Нет, – твердо сказала я. – Вы меня недавно уже почистили. А ссадины и так заживут. Мне не привыкать.

– Я знал, что жители вольных городов сплошь неряхи и грязнули, но не думал, что до такой степени. Милая, я ведь по-хорошему к тебе. Я могу и заставить…

– Попробуйте, – я усмехнулась и встретилась взглядом с Эрайном. Нехорошие были у эльфенка глаза, злые. – Нет, я вовсе не угрожаю, и, возможно, вы даже добьетесь своего. Но, поверьте, потом я сумею свести счеты с жизнью. Я лучше выберу смерть, чем судьбу дайрэн.

Эльф некоторое время раздумывал, а я замерла в ожидании его решения. А что мне еще оставалось делать? Только сломанной куклой лежать у выхода из шатра, ведь мои руки и ноги всё еще украшали парализующие браслеты.

– Право, жаль, что ты так глупа, – протянул эльф. Голос принца буквально источал презрение и разочарование. – Но, не бойся, неволить тебя не буду. Слишком много чести для какой-то ора дэйш'ли.

Я незаметно облегченно вздохнула…

Остывала вода в бадье, принц развлекался на кровати с дайрэн, а я лежала и думала, как же дошла до жизни такой… И что теперь со мной будет? Ведь Эрайн мое непослушание не забудет и не простит.

Следующие два дня ничего особенного не происходило. Днём я, всё также скованная и парализованная, валялась в фургоне, а по ночам развлекала беседой эльфийского принца. Эрайн, казалось, забыл о том инциденте с ванной. Ни разу даже словом не обмолвился о нём, как будто и не было ничего… Но, так или иначе, «мой хозяин» не страдал из-за недостатка женского общества – помимо Яни принцу досталась теперь еще и Аша, рабыня его друга. А уж куда мне тягаться с такими профессионалками своего дела, как эти две дайрэн? Хотелось надеться, что Эрайн и думать забыл о том, чтобы уложить меня в кровать, но я не настолько наивна.

Историй о Старом городе я знала немало, но всё-таки не бесконечно много. А значит, рано или поздно интерес младшего эльфийского принца ко мне либо угаснет, либо окончательно перейдет в другую плоскость.

Днём, когда была предоставлена самой себе, я ломала голову над планом побега. Но идей не было, во всяком случае, таких, которые можно было бы реализовать. Часто вспоминала маму и свою прошлую, теперь уже безвозвратно потерянную жизнь. Меня терзали мысли о том, что сейчас творится в Таннисе, дошли ли до моих близких вести о войне. И что, если Эрайн ошибся, и орды зеленомордых вскоре будут штурмовать Таннис?.. Гадать – только себе душу травить. Всё равно в этих дебрях, куда мы забрели по воле неугомонного младшего принца, туговато с источниками информации.

Вспоминала я и Джареда с его воспитанником. Может, я и сентиментальная дура, но я надеялась, что у полувампира с Сажей всё в порядке. Несмотря ни на что, я не желала Джареду зла, и уж точно не хотела, чтобы с мальчишкой случилось что-нибудь дурное…

А потом мы, наконец, прибыли в Дэлион.

Не сказать, что меня эти развалины сильно впечатлили, во всяком случае, издалека. Что мне какой-то провинциальный городишко, если я выросла в городе, построенном на развалинах столицы великой Империи Алрин? Но как горели глаза эльфенка, этого не передать словами. Такой чистый детский восторг! Столько предвкушения и надежды!

Эх, не зря лоэл'ли своих отпрысков до Второго совершеннолетия всерьез не воспринимают. Дети – они дети и есть. И неважно, что выглядят как взрослые, вовсю спариваются и даже занимаются воспроизведением себе подобных…

Но всё-таки в Дэлионе было на что посмотреть. Начать с того, что этот город не подвергся такому разрушительному воздействию войны, как Таннис. По кирпичику его тоже разобрать не пытались – поблизости не было никаких поселений. Нет, Дэлион просто поглотил лес. Живописная такая чащоба получилась, и завтра утром я в компании Эрайна оправлюсь её исследовать.

Эльфы разбили лагерь на окраине затерянного в лесу города. Ареин выставил усиленное охранение, призванное не столько защитить лагерь от внешней опасности, сколько не выпустить некоего неугомонного эльфа за периметр. Уж очень Эрайн рвался поскорее исследовать развалины. Даже несмотря на то, что Ареин клятвенно пообещал, что отряд задержится в Дэлионе на день-два.

На завтрашнюю прогулку я возлагала много надежд. Ведь впервые за последние дни я окажусь на длительное время без парализующих браслетов. Кто знает, может мне удастся затеряться в развалинах Дэлиона?

Увы, но надеждам не суждено было сбыться. Браслеты с меня сняли, но ошейник остался. И Эрайн, гаденько так улыбнувшись, предупредил, что если я отойду от него дальше, чем на двадцать шагов, то боль скрутит меня так, что жить не захочется. В общем, выгуливать меня будут на коротком поводке.

Мало того, Ареин щедро выделил в охрану принцу аж десяток тэлиаков. С моей стороны, наивно было думать, что мы отправимся исследовать развалины вдвоём или под присмотром всего одного-двух эльфийских выкормышей.

Ну, и как мне бежать при таком раскладе? Разве что мечтать, что ошейник внезапно сломается, а у меня вырастут крылья, и я смогу улететь… Нет, я не отчаивалась и не опускала руки. Если не получится сегодня, то, возможно, удача мне улыбнётся завтра, а если не завтра, то… я что-нибудь придумаю.

Мы выдвинулись сразу после восхода солнца, даже позавтракать не успели – так эльфенку не терпелось приступить к осмотру разрушенного человеческого города.

Я шла рядом с Эрайном, также поблизости держались трое воинов дэйш'ли, остальные рыскали по развалинам вокруг. В принципе, правильно, а то кто знает, какие твари здесь обитают.

– Ты вспомнила что-нибудь об этом городе? Или как? – спросил меня эльфийский принц.

Еще вечером эльф забросал меня вопросами, что я знаю о Дэлионе. Пришлось Эрайна разочаровать, об этом захолустном городке я знала не больше его самого. Ареин, как я поняла, тоже никакой особой информацией об этих руинах не обладал.

– Ну, так. Немного, – пожала плечами я.

А что еще я могла ответить? Мне сейчас явно не стоило лишний раз разочаровывать принца. Я и так уже не оправдала его ожиданий… Тем более что я действительно кое-что вспомнила, а деталей мое богатое воображение добавило, так, чтобы история красками обросла. Но даже при всей моей фантазии – рассказ получился коротким. Дэлион – обычный городишко, абсолютно ничем не примечательный, таких до Последней войны в Империи Алрин была чуть ли не сотня. Страшное захолустье! Вот был бы у меня сейчас доступ к библиотеке таннисской Академии, я, может, пару каких-нибудь любопытных фактов и нарыла. А так… Врать, конечно, можно и нужно, но совсем завираться не следует. Чревато.

Сейчас, при свете солнца, Дэлион впечатлял. Не ошибусь, если скажу, что помимо каменных построек в городе раньше было много и деревянных, но они не выдержали испытания временем и войной. А вот камень, он остался. Все строения лишились крыш и обрушились некоторые стены, но то, что сохранилось… Изящные колонны, каменные статуи, барельефы, некоторые стены так и вовсе чуть ли не полностью покрывала искусная резьба. И не просто там какие-то завитки-цветочки, а сцены из легенд и мифов. А ведь это провинциальный город!.. Эх, всё-таки даже немного жаль, что Эрайну не удалось увидеть Старый город Танниса. Вот там да, развалины действительно поражают воображение и размерами, и величием. Да и как вообще можно сравнивать столицу Империи Алрин и какой-то захолустный городишко?.. Но по улицам Старого города так просто прогуляться не получилось бы. Там не только десяти, но и ста тэлиаков было бы мало. Прав был Ареин, что не пустил своего подопечного исследовать развалины столицы Империи Алрин.

Дэлион давно стал частью леса. Корни мощных, чуть ли не в два моих обхвата толщиной, деревьев буквально вспахали мостовую. Другие деревья нашли себе пристанище во дворах и даже внутри самих домов, а некоторые как-то угнездились на стенах, на чудом сохранившихся перекрытиях и балконах. Дома, как гирлянды, украшали мохнатые лианы и многочисленные вьюнки.

Ну и конечно же, всё кругом цвело и пахло, жужжало и стрекотало. Настоящие джунгли! Может, я из вольного города, расположенного на скалистом, засушливом Нисском полуострове, никогда и не выбиралась, но джунгли представляла себе именно так. Хорошо еще, что здесь не так жарко, как у меня на родине. Сказывается, наверное, большое количество источников тени и то, что последний месяц лета уже перевалил за половину. Да и находится Дэлион на несколько сот километров севернее, чем вольный город Таннис.

Пока никаких опасных тварей нам не встретилось. Так, воины дэйш'ли сняли с деревьев парочку змей, маскирующихся под лианы, да прибили здорового мохнатого паука… И всё! И это за добрый час, что мы гуляли по этому саду камней! Удивительно мирная картина, какая-то сказочная, нереальная – кругом живописные развалины, буйство зелени, благоухающие цветы, пестрые крылья бабочек. Единственное, что выбивается из всеобщего благолепия – это пара выжженных прогалин. Странно. Климат не тот, чтобы тут что-то само по себе загорелось… Хотя, может, просто молния ударила?

Ни принц, ни его почетный эскорт никакого внимания на черные пятна пепелищ не обращали. А я что? Я вроде как не местная и забот у меня и без того хватает, чтобы размышлять о возможных причинах пожаров. Вот надо еще сиятельного эльфа беседой развлекать…

На небольшой центральной площади Дэлиона принц топтался уже чуть ли не два часа. Я не спорю, здесь действительно было на что посмотреть: развалины ратуши, храма Восьмерых Светлых Богов, богатые дома местных купцов и дворян и даже неплохо сохранившийся фонтан. Но не столько же времени!

Я устало опустилась на бортик фонтана. Сам фонтан давно не работал и сейчас больше всего напоминал заболоченный пруд, но вода на вид казалась довольно чистой. Сильно хотелось пить… Эрайн, разумеется, флягу с водой захватил, да и у тэлиаков на поясах таковые болтались, а вот о бедной рабыне никто не подумал. Но из этого болота я пить не рискну, неизвестно еще, какую заразу подхватить можно. Я развела ряску рукой, умыла лицо. Стало немного легче. Передышка получилась недолгой – Эрайн опять отправился исследовать очередные примечательные развалины, так сказать, изнутри. Я поднялась с бортика фонтана и поплелась за ним, дабы в меру сил продолжить развлекать младшего эльфийского принца беседой.

Никогда не понимала, что можно находить интересного в том, чтобы по всяким развалинам лазить. Я вот этих развалин столько повидала да излазила, что на десяток-другой жизней хватит. Век бы этой разрухи не видела! Все эти руины городов, может, и примечательны, но только если забыть о том, немыми памятниками чему они являются.

А вот принцу нравилось, с его лица весь день не сходило выражение неземного восторга. Он с какой-то затаенной грустью и нежностью касался колонн и статуй, водил пальцами по тонкой резьбе, будто пытался впитать в себя наследие давно умерших людей. Странное поведение для эльфа, очень странное!

Когда принц в очередной раз замер у безголовой статуи и принялся чиркать карандашом в блокноте, я не выдержала.

– Неужели все эльфы так трепетно относятся к наследию презренных людишек?

Эрайн с удивлением и некоторым раздражением посмотрел на меня.

– Нет, я скорее исключение. Другие лоэл'ли в большинстве своем это мое увлечение не разделяют. Скорее даже осуждают и считают недостойным.

– Хм, так вы, лоэл, сочувствующий? – О, я наглею! Как бы мне по мордам за такое от этого ушастого не получить… Но, Такима сохрани, как же меня всё достало! Да и любопытство заело.

– Не угадала, – криво и как-то зло усмехнулся эльф. Похоже, мне удалось полностью завладеть вниманием ушастого, о статуе он уже забыл, вон даже блокнот и карандаш обратно в сумку убрал. – Я всегда считал, что мы слишком милосердно обошлись с людьми. А после того, как повидал Таннис, посмотрел на людишек – убогих… жалких… опустившихся, погрязших в грязи и пороке… – еще больше убедился в своём мнении.

Про «погрязших в пороке» – это ушастый зря. «Мой хозяин» в этом вопросе большинству жителей вольного города сто очков вперед даст.

– И всё же вас, лоэл, творения этих самых жалких людишек очень интересуют, – теперь моя очередь криво усмехаться. Эх, чую, аукнется мне эта беседа, еще как аукнется! Но просто не могу удержаться.

– Кто-то изучает муравьев и муравейники, а я вот людей и их города. Так почему первое не зазорно, а второе – да?

Это он меня спрашивает?

И, Хайдаш побери, этот наглый самодовольный эльфенок только что сравнил людей с какими-то… букашками?!

– Наверное, потому, что муравьи признаны существами полезными, этакими хранителями леса. А людей вы, лоэл'ли, истово ненавидите и сделали (и продолжаете делать!) всё возможное, чтобы полностью искоренить людской род.

– Искореняем. Ненавидим, – кивнул эльф. – А как еще надо поступать со зловредными насекомыми?

– Но… почему?! – вырвалось у меня.

Доподлинно никто не знал, почему эльфы вдруг так взъелись на людей, ходили слухи, строились предположения, но не более… С орками у нас были давние счеты, с троллями тоже имелась некоторая напряженность в отношениях, с гномами… Коротышки просто присоединились к сильнейшим, к тому же им пообещали большой кусок пирога – Габийские горы. Но эльфы? Ведь минуло не более пары лет, как они прошли через Врата, люди выделили эльфам землю под поселение на границе Империи и Ургостана и, насколько я знаю, ничто дальнейших печальных событий не предвещало. Но именно ушастые были инициаторами Последней войны, а другие нелюди вступили в коалицию уже потом. И если бы не эльфы, то войны бы не было, и до сих пор процветали бы Империя Алрин и другие человеческие государства.

– А ты не знаешь? – удивился Эрайн.

– Мне как-то забыли сообщить, как и всем остальным людям!

– Ты – не человек.

– Это уже детали. Важно другое! Что никто в Таннисе, а, скорее всего, и в других вольных городах не знает, почему лоэл'ли вдруг воспылали такой ненавистью к людям.

– Как… не знает?..

– Так. Строятся догадки, выдвигаются версии, одна невероятнее другой. Вон, в таннисской Академии уже несколько десятков диссертаций накатали по поводу причин, вынудивших эльфов начать войну.

– Подожди! – принц предупреждающе поднял руку. – Не мы начали войну. После Исхода последнее, к чему мой народ стремился, так это к новой войне… Нет! Элиарай ару начали люди.

– Люди? – прошептала я. – Как? Почему?

– Один ваш правитель очень много о себе возомнил.

– Какой правитель?

– Император. Надеюсь, далее уточнять не надо, ведь Империя у людей была всего одна.

– И что он сделал? – я проигнорировала издевку принца.

– Покусился на святое. На наших женщин. Посчитал, что беглецы из другого мира с радостью уступят ему одну лоэл'лину. В качестве жеста доброй воли, как он сказал.

Так вот оно что! Неужели война разразилась из-за какой-то эльфийки и тешущего свою похоть императора?.. Хотя, почему бы и нет? Войны случались и из-за меньшего. Тем более что женщин у лоэл'ли крайне мало и берегут они их как зеницу ока.

– И вы не уступили?

– А нас и не спрашивали, просто поставили перед фактом, что надо делиться… – Эрайн зло усмехнулся. – Однажды ночью люди императора выкрали из палаточного городка, который мы разбили на щедро выделенном людьми болоте, таэни.