Два хулигана для Марьи Ивановны

Глава 4

Плеснув пару жменей ледяной воды в лицо, проснулся моментом. На бритьё времени уже нет, а вот клыки почистить надо обязательно – во рту после вчерашнего кофе с заправок было гадко.

Из квартиры Олег выходил, держа кожанку в руке. Закрыл дверь, вызвал лифт и лишь потом увидел, что за окном дождь и ветер. Куртку натягивал, уже стоя в лифте.

– Да-а-а, это вам не юг! – усмехнулся, увидев на телефоне прогноз погоды на неделю. – А где-то и зимой бывает теплее. Ну что ж, Олег Михайлович, добро пожаловать в новые реалии!

Стремительно вышел из лифта, проходя мимо каморки консьержки, повернул голову и поздоровался на автопилоте:

– Доброе утро!

– Добрый день! – прилетело ему в спину.

Тьфу ты! Точно же! Здесь-то уже день!

Кивнул, уже не поворачивая головы в сторону женщины. Был уверен, дама, сидящая там, видела его кивок головой. Очень уж у неё был суровый взгляд и строгий голос, когда она его приветствовала.

Впрочем, её можно понять – дом элитный, а тут какой-то здоровенный небритый мужик в кожанке. Он знал, какое впечатление производит на людей, когда хмур, небрит и не в деловом костюме.

“Олежек, ты у нас как привет из дурных девяностых!” – как однажды ему сказала Ираида, увидев его в таком виде.

Ничего, привыкнет. И консьержка привыкнет к его виду, и он сам привыкнет к местному времени и погоде.

Справедливости ради, проблем с переходом на это время у него никогда не возникало. Да, прилетал раз в полгода, но всегда сразу легко вливался в рабочий процесс, не чувствуя эту разницу. Даже в молодости, когда ещё отец его сюда привозил, знакомя с делами, не чувствовал.

А кстати, сегодня на посту была действительно дама возрастная, и судя по её строгому “добрый день”, тоже из учителей. Только те за свою учительскую карьеру такой командный голос вырабатывают.

– Так, потом выясню, какой тут у них график дежурств, – пообещал себе, выезжая с парковки. – Надо будет перед девчонкой всё-таки извиниться. А то неудобно вчера получилось. У нас у всех есть свои страхи.

У Марьи Ивановны, судя по всему, такой страх тоже имелся. Красивая же – Олег хоть и уставший вчера был, но не слепой, так что разглядел.

И зелень глаз увидел, и фигурку стройную, и волосы густые.

И, кстати, одевается девчонка будто специально, чтобы внимание к себе не привлекать. Не может современная, её лет, девушка, даже если и живет она в глубинке, вот в такие бабушкины вещи одеваться!

И что это вообще за стереотип, будто в глубинке все по-другому?

Человечнее и добрее – это да, это есть такое. Но это ж не повод думать, что люди здесь за модой не следят!

Ехал и спорил сам с собой.

– Тьфу ты! – ругнулся вслух, когда понял, что гоняет по кругу мысли о вчерашней консьержке.

Навигатор показывал, что в аэропорту он будет через двадцать пять минут. Олег скомандовал:

– Набрать контакт “няня”! – и по салону автомобиля тут же пошел звук набора телефонного номера.

– Слушаю тебя, Олег! – Наталья Петровна ответила спустя всего один гудок.

– Уже еду. Навигатор сообщил, что буду в аэропорту меньше чем через полчаса, – отчитался.

– Не торопись. Мы вот тут еще даже чемоданы не получили, – успокоила его женщина.

– Наталья Петровна, там у нас в холодильниках, что в вашем, что в нашем с Гришкой, шаром покати. Мы сразу, по дороге из аэропорта, заедем или потом, как дома чемоданы… Ах ты ж, черт! – ругнулся и пояснил: – Я вчера так устал, что только свой чемодан из машины забрал. Машина у меня, конечно, большая, но не резиновая. А сейчас и еще два добавится. Не получится сразу в магазин заехать.

– Я тебя поняла. Не переживай, Олег. Приедем, разгрузим спокойно вещи, а потом уж и до магазина доберемся, – успокоила его женщина. – О! А вот и разгрузка чемоданов началась.

Олег скинул вызов и тут же скомандовал:

– Вызов. Контакт “Владимир”!

– Здоров, брат! – бодро отозвался старший спустя всего два сигнала. – Чем порадуешь? На месте уже?

– Да. Рано утром ещё был. Сейчас еду своих из аэропорта забирать. Как приехал, сразу спать завалился, но всё равно чуть не проспал. Разница во времени, что б её!

Владимир хмыкнул:

– Да, есть такое дело. Я тоже каждый раз матерюсь на неё, когда на своем месторождении бываю, веришь? – потом, став серьезным, спросил: – Ну а как в целом дела, Олег?

– Старший, если ты о “здесь”, то пока ещё нет ничего нового. Сейчас своих заберу, привезу домой, манатки разгрузим. Потом съездим с Гришкой в магазин, затаримся по полной. И продуктами, чтоб в магазин каждый день не мотаться, и вещами к школе, чтоб уже все было у парня, – Олег тяжело вздохнул, знал, брат поймет, о чем он. – Надо привыкать нам с сыном жить без оглядки на Оксанку.

Владимир понял брата, процедил сквозь зубы ругательства. Вспомнил его рассказы о том, как Оксана уносила в ломбард уже не только драгоценности, свои и мужа, но и, забыв о том, что она мать, новые вещи сына.

Олег продолжил говорить:

– Потом смотаюсь к мэру – надо налаживать отношения с местной элитой. Заодно узнаю, куда, в какую школу, он своего отпрыска отдал учиться. У нас же с Шустовым пацаны ровесники. Уж он-то точно в хорошую школу поведет. Может, еще получится и мне своего гения туда же пристроить.

– Согласен. Хорошая идея! – поддержал старший брат младшего.

– Ну а если ты о “там”, у вас, то сегодня буду твоей жене звонить. Пусть кого-нибудь из своей команды в ментовку к Оксанке отправит. Уверен, ты уже в курсе, что я вчера бывшую жену в ментовку сдал.

– В курсе, – признался брат со вздохом. – Хочешь заявление забрать?

– Знаешь, Вов, да, хочу. Пусть живет, как хочет. Устал я жить её проблемами и заботами. Да и не хочу я быть тем, кто её за решетку упрячет. Поверь мне, Оксана и сама с этим отлично справится, и даже раньше, чем мы с тобой думаем. Она там, а мы теперь с Гришкой здесь. На этом всё!

– Ну как знаешь, младший, – Владимир помолчал. – Это только твоя жизнь.

– Как твои дела? Как Агата? – Олег решил сменить тему разговора.

– Спасибо, хорошо. Веришь, а я бы вот с удовольствием свою неугомонную изолировал! – брат хмыкнул. – Носится, как в одно место укушенная, напрочь забывая о том, что беременная. Привет вот тебе, кстати, передает!

– Спасибо, ей тоже от меня, – Олег улыбнулся, вспомнив жену брата.

– Она тебе рукой помахала, – прокомментировал брат. – Мы все передаем. Ираида, кстати, не звонила тебе ещё? Сказала сегодня утром Агате, что сон ей о тебе снился.

– Вещий? – Олег насторожился. – И о чем был сон?

– Что-то она там про правильную девушку говорила, школу и родинку. Я ничего не понял, веришь? Но есть у меня подозрение, что-то она темнит, мне ничего больше не рассказала, но зато с Агатой шушукались полчаса.

– Странный, конечно, набор вводных, – бросил Олег задумчиво.

– Сам в непонятках, поверь. Но ба обещала тебе сегодня сама позвонить. Так что жди.

– Ладно, разберемся! Всё, я приехал, пошел своих грузить в машину.

– Давай, держи в курсе, брат! Если нужна будет помощь, звони!

– Договорились.

Братья распрощались, и Олег пошел искать Наталью Петровну и сына. Странные слова про сон Ираиды не шли у него из головы.

Его ба, конечно, дама строгая и во всяких там гадалок и предсказателей не верит, но у неё у самой иногда случались вот такие странные сны. Вещие они у неё были или нет – это как посмотреть. Но то, что они помогали и ему самому, и его старшему брату разобраться в трудные моменты жизни – это было правдой. Отец их вот, кстати, не прислушался к своей матери в тот страшный день, за что и поплатился…

Так что да, сны Ираиды Олег с тех пор воспринимал всерьез.

– Знать бы еще, о какой правильной девушке идет речь, и при чем здесь школа и уж тем более какая-то родинка?? – проговорил задумчиво. – Ладно, позвонит и сама всё расскажет.

В тот момент он еще и подумать не мог о том, насколько вещим окажется сон его престарелой родственницы!

Глава 5

– Гриш, слушай, мы с тобой забыли купить ещё кое-что! – Олег присел перед сыном на корточки и завязал развязавшийся на ботинке ребенка шнурок.

Шнурки завязывать сын и сам умеет, но тут получилось как-то само.

– Ну па-а-ап! – мальчик недовольно дернул ногой. – Я сам умею! Чего ты со мной, как с маленьким!

– Ну прости, – встал в полный рост Олег и потрепал сына по макушке.

Грише Свиридову исполнилось семь еще весной, но он был гораздо ниже своих сверстников и оттого выглядел младше.

– Что купить? – задал вопрос ребенок и даже лоб нахмурил. – Мы же полную телегу всего купили! И себе, и баб Наташе.

Олег забыл купить коньяк для мэра, но тащить ребенка в алкогольный отдел не хотел.

– Подарок для мужчины, – нашелся с ответом.

– А! Я понял! Коньяк для мэра Шустова? – выдал вдруг сын.

– А откуда ты… – начал было говорить Олег, но осекся.

Наверняка ребенок слышал его разговор, хоть, казалось бы, сидел на заднем сиденье машины, в разговоре отца и дяди Валеры не участвовал, читал в планшете книгу и делал вид, что взрослые разговоры его не интересуют.

И вот поди ж ты! И слышал, и запомнил.

– Я слышал, что тебе сказал дядя Валера, – не стал скрывать ребенок.

– Ясно, – Олег кивнул, – да, я забыл именно это. Гриш, пока я в отделе с напитками для взрослых покупаю, что мне надо, ты вот тут на скамейке посидишь. Смотри, вот вход в нужный мне магазин, а ты вот тут сядешь, и я буду видеть тебя, а ты меня. Ты почитаешь, а я быстренько метнусь туда и обратно. Идет? Я быстро, обещаю!

Магазин, который он собирался посетить, был маленьким, исключительно с элитными напитками в подарочной упаковке. Олег это знал, как знал и то, что хочет там купить, помнил предпочтения Шустова.

Осталось только решиться войти внутрь и оставить сына без присмотра максимум на десять минут.

Этот страх у Олега был иррациональным, он и сам не понимал, откуда он у него вдруг появился. Что-то скребло и давило в груди. Раньше вроде бы за ним такого не водилось. Или он не замечал?

“Или мотнуться до дома, отвезти сына и потом сюда вернуться?” – мелькнула мысль.

– Пап, пока ты тут стоишь и думаешь, уже давно сходил бы и купил! – выдал ребенок серьезно и с интонациями няни.

Гриша устроился на скамейке и открыл книгу на планшете, всем своим видом показывая отцу, что готов тут остаться один.

– Ладно, сын. Никуда не уходи. Я быстро! – пообещал отец сыну и быстро вошел в нужный ему отдел.

Едва только Олег скрылся в магазине, как из бокового коридора торгового центра показалась компания пацанов лет десяти, максимум двенадцати.

Дети шли кучкой, переговаривались, громко смеялись, сорили фантиками от конфет и явно были горды собой и тем эффектом, который они производили на окружающих.

Покупатели всех возрастов, даже взрослые мужчины, прижимались к стене, обходя шумную компанию по краю и стараясь как можно быстрее разминуться с ними.

Следом за стаей волчат, иначе их было не назвать, медленным шагом шла Мария.

Она усиленно делала вид, что просто гуляет по центру и разглядывает витрины. На самом деле она давно наблюдала за мальчишками и уже поняла, что те слоняются по магазину без цели.

Им лишь бы не на улице, под дождем и ветром. Такие праздношатающиеся компании были самыми опасными. Чувство стаи уже есть, лидер, не самый, кстати, высокий среди них, зато лучше всех одетый, тоже имелся. Вся стая только искала объект для развлечения.

И он нашелся – маленький мальчик, сидящий в одиночестве на скамейке и что-то читающий в планшете.

Вожак что-то быстро сказал одному из своих и кивнул на одиноко сидящего Гришу. Кстати, задание вожак дал тому из своих, кто пытался казаться как все, но явно чувствовал себя неуютно.

Маша сделала вывод, что этот мальчишка новенький в стае волчат.

“Ах ты ж, дурачок! Зачем же они тебе, а?” – обратилась она мысленно к новенькому, для которого, видимо, это было первым заданием, проверкой для вхождения в узкий круг.

Новенький, как окрестила его девушка, тем временем важно кивнул, сжал кулаки и отделился от стаи. Направлялся он в сторону мальчика, сидящего на скамейке.

Малыш, кстати, был одет в дорогую кожаную куртку и дорогие же ботинки, в руках он держал планшет и что-то читал, не глядя по сторонам.

“Господи, вот есть мозги у твоих родителей, а? – обратилась Маша мысленно к родным сидящего на скамейке мальчика. – Если есть деньги, то мозги-то точно должны быть! Или одели, гаджет в руки сунули и успокоились? Ну малыш же совсем! Почему ж один-то он сидит?”

Маша прибавила шаг, решив обогнать стаю, но её манёвр волчата разгадали – мгновенно расступились на всю ширину коридора и усиленно не давали обойти себя. Толкались, делали вид, что играют, а по факту они её просто не пропускали.

Тот, кому вожак скомандовал “фас”, тем временем уже приблизился к мальчишке на скамейке.

Маша не спускала глаз с двух детей, а потому видела, что произошло дальше.

Будущий волчонок подошел и вцепился в планшет малыша двумя руками, дернул на себя, но неожиданно не смог его отобрать.

Малыш, вместо того чтобы тянуть гаджет к себе, подался вместе с ним на встречу к обидчику и встал со скамейки.

Тот невольно отшатнулся. А дальше случилось то, чего от маленького мальчика никак нельзя было ждать.

Малыш одной ногой наступил на ногу обидчика и одновременно с этим вдруг со всей, что было в нем, силы толкнул в его же сторону свой планшет.

Сработал эффект неожиданности. Гаджет врезался обидчику в живот, мальчишка стал заваливаться от толчка назад, но его нога была прижата к полу. В итоге волчонок, не устояв, рухнул на пол, опустившись на собственный тощий зад. Планшет остался в руках малыша.

Вся стая засмеялась и заулюлюкала, а Маша смогла наконец прорваться мимо них. Подскочила к тем двоим и встала между ними.

– Брейк, парни! – произнесла первое, что пришло ей в голову.

Малыш стоял спокойно и смотрел на своего обидчика, всё еще сидящего на полу. Планшет тот выпустил из рук, но так легко сдаваться явно не собирался. Только что он был обидчиком, но, увидев взрослого человека, мгновенно изобразил из себя жертву и завизжал, изображая боль:

– Он меня избил! Помогите! А! Мне больно! – вопли сопровождались театральным хватанием за собственный живот и сгибанием пополам. – Тетенька, он меня избил! И планшет у меня отобрал! Меня родители дома накажут!

Маша не успела открыть и рта, как за её спиной, где-то над головой, раздался низкий мужской голос:

– Что здесь произошло? Гришка, сын, ты цел?

Маша узнала этот голос мгновенно. Медленно развернулась в сторону Свиридова и выдохнула:

– Вы?

Глава 6

– Вы???

– Я, как видите.

Олег едва заметно улыбнулся.

“Нет, он ещё и улыбается!” – вспыхнула мгновенно спичкой, увидев его улыбку.

От переполнявших её эмоций Мария задохнулась и никак не могла подобрать правильные выражения. Сжимала и разжимала кулачки, сверкая гневным взглядом, повторяла, как заведенная:

– Вы?? Да как вы… Да как у вас… Да как же вам…

Поняв, что нужные слова всё никак не находятся и не складываются в предложения, резко и шумно выдохнула и задержала дыхание, пытаясь собраться и успокоиться. В голове крутились лишь ругательства, что интересно, нецензурные.

“И откуда они только вылезли-то? – удивилась сама же. – Нет, так нельзя – рядом дети.”

Олег, сделав вывод, что ничего толкового он пока от Марьи Ивановны не услышит, посмотрел на сына, окинул сначала Гришу взглядом, потом окружающее пространство и спросил:

– Что тут произошло, сын?

– Да как всегда, пап, – и ребенок вздохнул в точности, как он сам, когда собирался с духом что-то сказать.

Однако продолжить мальчик не успел – его перебила Марья. Собрав наконец мысли в стройные предложения, девушка ринулась в наступление. На Олега.

– Как вы могли оставить такого маленького ребенка без присмотра? В торговом центре, где толпа народа, но никому нет никакого дела до других! А он тут один, на виду у всех и с дорогущим гаджетом в руках! Да он же чуть в беду не попал! Вы хоть понимаете, что вас, как его отца, можно привлечь по закону?

– Что? – Олег от неожиданности моргнул и переспросил подозрительно тихо: – Привлечь меня? По закону? За что? Что я сделал?

– Как за что?? За оставление маленького ребенка без присмотра!

Олег скрипнул зубами. В этом Марья, чтоб её, Ивановна была права. Он только собрался было ей всё объяснить, как от неё прилетело новое обвинение, больше похожее на “наезд”:

– Или вы уже совсем все свои мозги пропили?

– Кто? Я? – настала очередь Олега забывать все приличные слова.

“Да что эта пигалица себе позволяет? Второй раз она подозревает его в пьянстве! Что за ерунда-то??”

А от консьержки между тем неслось:

– А! Я поняла! Хотите сказать, что элитным пойлом их не пропивают? Только здоровье поправляют, да? – Марья набрала побольше воздуха в легкие. – Так вот смею вас заверить, Олег Михайлович, алкоголь – что дешевый, что дорогой – одинаково негативно влияет на мозг человека. Если, конечно, этот самый мозг у человека имеется!

Неожиданно Машу перебил мальчик. Гриша, дернув отца за руку, спросил, обращаясь только к нему:

– Пап, а почему эта тётя…

– Меня зовут Марья Ивановна.

– Эта Марья Ивановна на тебя ругается? Разве ты заслужил? – сын точно так же, как и он сам, искренне не понимал.

– Да вот и я не пойму, сын, – Олег пожал плечами. – Мне кажется, что я не заслужил. А ты как считаешь?

– И я считаю, что не заслужил. Может, мы ей объясним, что ничего не случилось? Я же смог постоять за себя. Меня дядя Вова научил, как надо защищаться, – последнее предложение Гриша произнес, явно гордясь собой.

– Господа Свиридовы, а вам никто не говорил, что это неприлично говорить о присутствующем человеке так, словно его рядом с вами нет? – попыталась пристыдить отца и сына девушка.

– А говорить о нем, когда его нет – разве прилично? – задал Гриша вопрос уже и ей.

Взгляд мальчика был внимательным и очень серьезным. Такого вопроса Мария не ожидала услышать. А ведь должна была бы! Она педагог! Всякого уже наслушалась и думала, ко всему готова, а вот поди ж ты…

И тут Марию осенила догадка – кажется, малыш, который говорит подозрительно умные вещи, гораздо старше, чем выглядит.

Как же она так ошиблась в отношении возраста мальчика? И, словно в подтверждение её мыслей, ребенок продолжил:

– Марья Ивановна, почему вы ругаетесь на моего папу? Я ведь смог за себя постоять. И совсем я не маленький! Мне уже семь лет! И в этом году я иду в школу, правда, пап?

– Правда, сын. Ты не маленький! – поддакнул Олег.

И тут до него дошел смысл “наезда” от этой правильной консьержки. Он держал в руках коробку с коньяком! Она что же, правда решила, что он покупал себе выпивку и потому бросил своего ребенка??

– Марь Иванна, вы всерьез решили, что я могу бросить собственного ребенка ради вот этого?? – он потряс перед её лицом коробкой. – Серьезно? Я похож на алкаша, способного променять безопасность своего сына вот на это?

– Но всё пока говорит именно в пользу моих слов! – не унималась эта принципиальная. – Пока вы бегали вот за этим, – она показала взглядом на коробку в руке мужчины, – я заступалась за вашего сына! Потому что его только что чуть не…

И тут Маша поняла, что волчонка давно уже и след простыл. Как, кстати, и всей стаи.

– Пап, я сам за себя заступился! Эта… Марья Ивановна, – поправился мальчик под взглядом отца, – пришла тогда, когда я его уже завалил.

И тут настала очередь Олега впадать в запоздалый шок – его сын кого-то завалил? Нет, Гришка, конечно, у него молодец, но чтоб он – и подрался??

– Гриш, а что ты там говорил о дяде Вове? Чему он тебя научил?

Сын понял, что об этом можно было и не говорить отцу, понуро опустил голову, вздохнул и всё-таки рассказал о том, что тут несколько минут тому назад произошло.

А Маша слушала мальчика и понимала, что опять выглядит глупо перед Олегом. Обидчика его сына уже и след простыл – волчонок испарился, едва увидел того, кто сильнее, – и это была не она!

Гриша, кстати, был прав – он сам за себя смог постоять, она подошла к нему, когда уже всё случилось. Точнее, ничего страшного для Гриши как раз и НЕ случилось.

И, наконец, она действительно ошиблась в отношении возраста ребенка – ему, оказывается, уже семь лет! Просто он маленького роста. Пока. Если судить по его отцу, то мальчик скоро вырастет, догонит своих сверстников и перегонит их.

Что же касается алкоголя, то вот тут еще ничего не известно. Хотя у богатых, как известно, свои привычки. Это её отец пил дешевое пойло, а уж Свиридов-то точно мог себе позволить элитную выпивку. Тут вон одна коробка чего стоила!

– Извините, – проговорила Марья, привлекая внимание отца и сына. Обращаясь к Олегу, пояснила: – Я всего лишь пыталась заступиться за вашего сына.

Потом перевела взгляд на мальчика, извинилась и перед ним:

– Гриша, извини. Ты, конечно же, справился сам. И да, ты уже большой и можешь сам за себя постоять, но иногда надо уметь просить о помощи.

Не дожидаясь их ответов, Маша развернулась и пошла к выходу из торгового центра.

Она умела признавать свою неправоту. И не только перед взрослыми, но и перед детьми…

– Пап, а мы что, её обидели? – удивленно спросил Гриша, вновь дернув отца за руку.

– Кажется, да, сын, – Олег вздохнул и уверенно проговорил: – Но ничего, мы еще извинимся перед ней. Я знаю, где она работает!

Правда, о том, что он и сам ошибается, Олег еще не подозревал.

Глава 7

Олег припарковал свой джип перед зданием мэрии и усмехнулся, увидев целый ряд дорогих машин.

– А я смотрю, и в глубинке слуги народа у нас хорошо живут!

Политику, да и самих политиков, он не любил и предпочитал дел с ними не иметь, но реалии жизни были таковыми, что он вынужден был с ними общаться. Вот хотя бы как сейчас, с мэром города.

Прихватил подарочный пакет с крафтовым напитком и двинул в мэрию.

Секретарь, увидев входящего Свиридова, расплылась в дежурной улыбке:

– Добрый вечер.

– Добрый, – кивнул и, показав на массивную дверь, спросил:

– У себя?

– У мэра сейчас совещание! – тут же приняла серьёзный вид. – А вы по какому вопросу к Андрею Николаевичу?

– По личному.

Не стал выдумывать ничего сверхсложного, сказал, как есть. Тем более что шел Олег к мэру действительно по личному вопросу.

Мог бы, конечно, и сам в интернете пошерстить, какие тут у них школы имеются, и какая из них считается лучшей. Но решил зайти вот так, используя личный контакт. Почему?

Да потому что знал, в глубинке лучше идти по личной рекомендации, тем более что учебный год вот-вот начнется, и не факт, что Гришу примут в ту самую лучшую школу.