Одна ошибка до счастья

Глава 4

Машина с Игорем и Мариной уехала, а Катерина так и осталась стоять у окна. В голове почему-то крутилась фраза: "Многие знания, многие печали". Раньше почему-то смысл этой фразы ускользал от Катерины. Вот сейчас точно были многие знания из разряда, зачем мне эти печали? То, что мужчина в элегантном пальто – её Игорь, в этом сомнений не было, как говорится, отдельное спасибо за отсутствие сомнений фонарю, ярко освещавшему парковку. Как не было сомнения и в том, что Марина, её подруга, села в машину к её мужу.

– Так. Стоп! Может, он её просто в аэропорт подвозит? Чего ты тут в ступор впадаешь и наговариваешь на людей? – попыталась успокоить сама себя Катерина и сама же у себя и спросила:

– И именно поэтому Игорь ждал её за углом? Тоже, кстати, не на своем обычном месте парковки.

На торце дома были окна только их квартиры, а значит, встреча Штирлица с женой, в данном случае Марины с Игорем, была максимально скрыта от соседских глаз. А тот единственный человек, которого действительно это могло заинтересовать, то бишь, сама Катерина, обычно по окнам не подглядывал. Но ведь, как известно, всё когда-то случается в первый раз. Вот и Катерине вдруг, захотелось в шпионов поиграть. Вот и поиграла на свою голову!

Она потянулась в карман за телефоном, решив позвонить подруге, но не успела. Телефон в руке залился трелью звонка и высветилось имя сына.

– Сынулька, привет! Как дела?

– Да, всё хорошо, мам. Спасибо! Как вы? Уже выехали?

Упс! Сын сдал папулю с потрохами и сам не понял этого.

– Куда выехали? – задала Катерина вопрос сыну вкрадчивым тоном.

– Ой, мам, да ладно тебе! – рассмеялся сын, – я в курсе, что вы с отцом сегодня на все выходные в СПА уезжаете, слышал, как отец номер люкс для новобрачных со всеми вытекающими примочками, ну, там, фруктами и дальше по списку, заказывал. И ваш сын уже взрослый мальчик, не тушуйся, мам! Я только сказать хотел тебе по секрету, я слышал, что в том отеле, кроме шикарных бань и джакузи, первоклассный массажист работает. Так ты уж не стесняйся там, раскрути папаню по максимуму и на массаж на всю твою больную спину, и на уход у косметолога. Их лечебные грязи хвалят, хоть и говорят, что не дешевые. Я знаю, что сделку папуля удачную провернул, так что денежки у него на всё это точно есть! – хохотнул сын, – только, чур, уговор! Я тебе ничего не говорил!

– Мы своих не сдаём! – усмехнулась Катерина, – я обязательно воспользуюсь твоим советом, сын. Спасибо!

– Ладно, мамуль, мне бежать пора. Хороших выходных вам!! Возвращайтесь с батей домой здоровыми, бодрыми и полными сил, тем более, что они вам с отцом скоро понадобятся, – бросил таинственную фразу сын.

– Погоди, сын! Это как понимать? – насторожилась тут же Катерина, – никак ты жениться собрался?

– Мам, не беги впереди паровоза! Всё! Целую в обе щёки! – расхохотался сын и повесил-таки трубку, так больше ничего и не объяснив.

– Вот ведь редиска! – бросила в сердцах Катерина.

Оставалась всё-таки слабая надежда, что, может, Игорь не с Мариной поехал свою удачную сделку отмечать?

– Мариш, привет! Ты дома? – Катерина решила попытаться всё выяснить, и уже или добить себя изменой мужа с подругой, ну или хоть подругу не потерять.

– Привет, Катюш. Слушай, нет. Мне позвонил сын и попросил все выходные у них в доме пожить. Они с женой в Турцию рванули, а меня на своих животных оставили. Представляешь, красавцы, да? Они, значит, там, на солнышке греться будут, а мама, значит, за их собаками присматривай! – Марина даже обиженный тон изобразила, – а ты хотела что-то, Катюш?

– Да, думала, может, посидим, поболтаем. Игорь уехал на три дня.

Если бы подруга и правда уехала к сыну, присматривать за его собаками, то Катерине бы последовало приглашение присоединиться. Тем более, что именно так всегда Марина и делала. Но в этот раз подруга промолчала, не пригласив "на природу, на воздух, свежее гоуно за собачками собирать", как она это называла, приглашая Катерину каждый раз, когда её на самом деле просил сын с невесткой пожить у них в доме.

– Так что, прости, подруга!! Не в этот раз! – вздохнула Марина притворно, и продолжила закапывать сама себя:

– Тебя не зову, помню, помню, что ты говорила про большой и сложный текст, который тебе в этот раз прислали! И да, Катюш, ты не удивляйся, что моя машина во дворе стоит: она что-то забарахлила, я завтра планировала её в автосервис отогнать, да вот не успела. Пришлось такси вызывать.

Ну, вот и всё. Нет смысла звонить Игорю. Зачем звонить? Получить килограмм лапши на уши ещё и от него, по случаю, как оказалось, подрабатывающего таксистом у Марины? Мало тебе лапши от подруги?

– Эх, надо было тебе, Игорюша, носки хоть дырявые положить, что ли. Поразил бы там Марину своей частичной обнаженкой. Вот только где ж их взять, носки-то с дырками? Да, Игорюша, плохая тебе жена досталась, ни тебе носков для эротического обнажения перед любовницей, ни скандала на дорожку, так сказать, для очистки и успокоения совести. М-дааа…

В этот момент телефон подал сигнал, напоминая, что у Катерины через час визит у гинеколога.

– Да чтоб тебя! – вздрогнула Катерина от неожиданности, – вот совсем мне сегодня не до гинеколога! – буркнула Катерина, обращаясь к своему телефону, – мне бы тут с неверным мужем и бывшей подругой разобраться, понимаешь? А ты мне предлагаешь сейчас тащиться в поликлинику.

– Хотя, у моей судьбы хорошее чувство юмора, должна признать: Марина там сегодня ноги перед моим мужем будет раздвигать, а я перед своим гинекологом! Эх, жаль мой гинеколог не мужчина, а то было бы совсем весело! Нет, ну надо же, а! – усмехнулась Катерина, и отправилась собираться на визит к врачу.

Записывалась она ещё две недели назад, хорошо, что вот напоминание в телефоне поставила, потому и не забыла! Время ей тогда предложили самое последнее, предупредив об этом и попросив не опаздывать.

Возраст "баба ягодка опять" Катерина уже миновала. Да и ягодки её уже вот даже мужу, как оказалось, совсем не интересны! А потому посещение врача было просто для профилактики, но отменять визит к врачу уже поздно, так что ей пришлось собираться и выезжать в поликлинику.

– Спираль, что ли, вытащить? Зачем она мне? Точнее, во мне? – бубнила себе под нос Катерина, садясь за руль, – да! Точно! Решено: спираль вытаскиваем!

– Нет, ну, однако, же, а? Какой ты, Игорюша, сволочь, всё-таки. Для секса со мной у него, видите ли, всегда отговорки имеются: дела у него, видите ли, голова у него другим сейчас, видите ли, занята и потому не до секса ему. Тьфу, зараза!! А ещё, говорят, что только у сварливых женушек головы болят! А нет, у мужей тоже, оказывается, головы болят! – ругалась с мужем, а по факту сама с собой, Катерина, направляясь в поликлинику, – и ведь как заливался всегда: мы ведь уже такие с тобой родные. Ну что ж мы с тобой без секса не можем жить хорошо? Разве секс в нашем возрасте так важен? – передразнила Катерина мужа, стараясь подражать его голосу.

– Да нет, конечно, родной! Совсем не важен! – ответила сама себе уже своим голосом, вспомнив их недавний с мужем разговор, – и как давно, интересно знать, вы, голубки, сиречь, муж любимый и подруга верная, спелись в одной тональности?

В коридоре у кабинета врача никого не было, Катерина приехала даже раньше времени визита, а потому решила посидеть под дверью и подождать своего времени. Стулья в коридоре Катерина всегда воспринимала, как изощренные орудия пыток, заказанные руководством по ошибке. И сиденье, и спинка были абсолютно прямыми. Сидеть на них было очень неудобно. А с её больной спиной даже больно. Её гинеколог была женщиной суровой и принципиальной: записана на 18.30, значит, и зайдешь именно в это время, и нечего стучаться и сообщать о своем прибытии под дверь раньше времени! Пришла раньше времени, значит, сиди и жди, когда тебя позовут.

Катерина аккуратно устроила свою тощую задницу, как называла её вполне, кстати, стройную пятую точку всё та же Марина, на пыточное орудие, по ошибке именуемое "стулом", нашла наиболее приемлемое положение для спины и выдохнула, приготовившись ждать.

И тут произошли сразу два события: в коридоре показалась бабуля божий одуванчик, которая, впрочем, довольно бойко засеменила по больничному линолеуму в направлении Катерины, и открылась дверь в кабинет, выпуская ещё одну бабулю. Выпорхнувшая из кабинета бабуля могла смело претендовать на звание "Мисс Мальвина" и совершенно точно получила бы его за один только цвет своих волос. Вот, собственно, только цвет волос и выдал её возраст. Потому как ни походка, ни осанка не выдавали возраст Мальвины.

– Вы к доктору Дюпонт? На 18.30? – обратилась к Катерине медсестра, отвлекая её от созерцания чудного фиолетового цвета кудряшек удаляющейся очень бодро бабули.

– Нет, но да, – выдала Катерина короткий зашифрованный текст.

О том, что текст получился именно зашифрованным, было понятно по лицу медсестры и по степени крайнего удивления, появившегося на её лице. Катерина, поморщившись, встала с пыточного стула, выдохнула и шагнула к двери в кабинет.

– Не поняла. Вы Бойко Екатерина? – уточнила медсестра.

– ДА. Я Бойко Екатерина. И НЕТ! Я не к доктору Дюпонт. И снова ДА! Я на 18.30, но я к доктору Петровой Марии Ивановне.

– Девушка, что Вы мне голову морочите? – возмутилась медсестра, которую Катерина, кстати, тоже видела в первый раз. С её врачом всегда работала Анжелочка, а не эта рыжая, размалеванная, как для выхода на сцену, мадам на 10-ти сантиметровых шпильках и в халатике, доходящем лишь до середины бедра.

Катерина, увидев и оценив внешний вид это рыжей пародии на настоящую медсестру, даже перевела взгляд на табличку, висевшую рядом с кабинетом, сомневаясь, вдруг она дверью ошиблась. Хотя, вся экипировка рыжей наводила на мысль, что Катерина не просто кабинетом могла ошибиться, а зданием районной поликлиники и съемочным павильоном, где снимают фильмы для взрослых.

И вот тут к ним подскочила бабуля с внешностью божьего одуванчика и с воплем "Успела!" юркнула в кабинет, втолкнув в него непонятливую рыжую медсестру и захлопнув дверь перед носом Катерины.

– Приплыли, тазики! – выдохнула Катерина и снова со вздохом опустилась на свой стул, которому было полшага до пыточного орудия. Уходить она не собиралась, во-первых, время её визита ещё не настало, а во-вторых, не вытаскивать же бабулю из кабинета! А то, что сейчас совсем не её гинеколог ведет прием, было, конечно, очень странно, но не столько, чтобы из-за этого от визита к врачу отказываться. Да, за все те годы, что Катерина ходит к гинекологу Петровой Марии Ивановне, такого не было ни разу, но, может, её врач элементарно заболела. А этот доктор, как там его, Дюпонт, кажется, просто заменяет её врача.

– Дюпонт, Дюпонт. Что-то знакомое! – Катерина попыталась вспомнить, где и когда она уже слышала эту фамилию. Её рука сама потянулась к кармашку в сумочке, она вытащила из него темно-зеленую визитку и удивленно уставилась на кусочек из дорогого картона, – точно! Мне ведь его Мария Ивановна советовала! Ах, ты ж! Надо же, как отрезало!

Глава 5

Катерина опустилась на стул перед кабинетом и потеряла счет времени. В голове всё крутилась сцена, где муж галантно открывает дверцу перед Мариной, потом так же закрывает за ней. Ах, да! Ещё и ручку ей предложил, будто она в карету садилась, а не в обычный автомобиль.

– А ведь мне ты, Игорюша, руки не подаешь, хоть и знаешь, что у меня спина больная, – протянула Катерина вслух и усмехнулась, – и ведь не смутило же вас, мои до сегодняшнего дня любимые и верные подруга и муж, что вас соседи наши увидят.

Вот про соседок Катерина сейчас и думала, точнее, про одну из таких любительниц сунуть нос в чужие дела. Алена Петровна была старшей в их подъезде, добровольно взвалившей на себя эту ношу. Взвалила-то она ношу на себя, а нести приходилось всем соседям. Потому что у Алены Петровны абсолютно отсутствовало такое понятие как деликатность. Она искренне считала, что может останавливать любого из жильцов по вопросам их дома, важнее которых, по её мнению, ничего не могло быть. И ведь всегда эта деятельная дама подбирала для решения таких вопросов самое неподходящее для этого время. Тоже дар, знаете ли, подгадывать самое неудобное время. Вспомнив Алену Петровну, Катерина даже невесело усмехнулась:

– Как же это она Марину и Игоря пропустила? Хотя, вряд ли она их пропустила. Ох, вот, как говорится, зуб даю, что она их увидела и даже хорошо рассмотрела, и уж меня она точно не пропустит! И ведь вопрос даже задаст, что за, простите, фигня творится во вверенном ей человейнике! Классический сюжет из анекдотов про мужа и соседку. Что ж мне ей говорить, что мой муж к пятидесяти годам устал от моего супового набора и его на плюшки потянуло?

Додумать в этом направлении Катерина не успела, потому что дверь кабинета распахнулась и из него вышла та бабуля, что так бесцеремонно пролезла без очереди. Да и господь бы с ней, с бабулей, если бы Катерина не обратила внимания на то, что и эта бабуля удалялась от кабинета совсем другой походкой. От созерцания летящей походки бабули Катерину отвлек голос всё той же медсестры:

– Девушка, а Вы тоже к нам?

– Что значит "тоже к вам"? – опешила Катерина, – так я же записана на приём. Мы же уже выяснили с Вами это. Я на 18.30.

– Вы Бойко Екатерина? – уточнила рыжая красотка и растерянно обернулась, видимо, к тому самому доктору с французской фамилией.

И вот то, что случилось потом, заставило Катерину даже забыть об Игоре с Мариной. Из глубины кабинета она услышала приятный мужской голос, задающий вопрос (барабанная дробь) на французском языке. Получалось, что у доктора не только фамилия была французской, мало ли кому какая фамилия от предков досталась, но он действительно был французом? Катерина, конечно, поняла, что спросил доктор, всё-таки она переводчик и именно этим языком она владела в совершенстве, но она сама говорила на классическом языке, а вот доктор говорил на одном из его диалектов.

– Амели, что происходит? К нам ещё одна посетительница? – услышала Катерина вопрос врача.

Катерина, услышав, как зовут девушку, даже улыбнулась. "Амели" имело и второе, до смешного подходящее ей, значение: "работа".

А вот Амели ответила на русском:

– Да, месье Стефан. И у нас сюрприз: она тоже Екатерина Бойко.

– Да? – протянули удивленно из глубины кабинета.

И в дверях появился тот, кого эта рыжая Амели называла месье Стефан. Шагов мужчины Катерина не услышала, он просто вдруг оказался в дверном проёме, заняв его практически полностью разворотом своих мощных плеч. Ну, или она просто потратила все свои силы и всё своё внимание на подъём с пыточного изделия, под названием стул и поэтому не слышала шагов врача?

Катерина, после того, как, приняла вертикальное положение, увидела перед собой красивого статного мужчину с абсолютно седыми волосами и такой же седой аккуратной бородкой. Стильная стрижка, высокий лоб без единой морщины, несмотря на седину, прямой, идеальной формы нос. И осанка! О, да! Такой осанке любая балерина позавидует! А уж её прапрапрабабка точно бы оценила.

Про таких мужчин её бабушка говорила: "Породист". Сейчас Катерина точно видела перед собой ту самую породу, про которую столько слышала от бабушки. И да, точнее и сказать было нельзя, именно породист. Мужчина был высок и широкоплеч, одет он был в стандартную униформу врача: бледно-зеленые штаны и такого же цвета рубашку без пуговиц с короткими рукавами. Ворот на рубашке был "V"– образным и открывал ямку на шее и часть груди. И короткие рукава, и этот вырез не скрывали татуировок на мощных руках и широкой груди мужчины, которые заканчивались на запястьях мужчины и не заходили на шею. Будь он одет в классическую мужскую рубашку с длинными рукавами и с галстуком на шее, то был бы похож на директора банка. Хотя, пожалуй, от директора банка его отличал слишком яркий цвет глаз. Глаза были неестественно яркого зелёного цвета, что наводило на мысль, что у него цветные линзы. Вряд ли директор банка будет вставлять себе линзы, да ещё цветные. Директор уж наверняка купит себе очки в стильной и дорогой оправе.

Катерина и сама имела глаза зелёного цвета. И вот как раз её глаза, когда она смеялась, или купалась, меняли свой цвет, становясь более яркими. Она знала это, потому что ей об этом все говорили, да и сама себя она в зеркале видела, каждый раз сожалея, что её глаза не всегда имеют такой яркий насыщенный цвет. Но и в те счастливые моменты её глазам было далеко до такой яркости, как у этого странного доктора.

А он впился в неё этими своими невозможными глазами цвета изумруда. И Катерина забыла, как дышать, у неё всё поплыло перед глазами и ей вдруг стало жарко. Не душно, а именно жарко! И жар шел от этих странных глаз врача и проникал в её тело тоже через глаза. Зрительного контакта врач не разрывал, а сама Катерина просто не могла оторваться от его глаз. Жар опустился вдоль позвоночника, точно выделив больное место. Это было очень странное ощущение, в том месте словно осталась метка, как в навигаторе автомобиля. А потом доктор с внешностью банкира моргнул, и жар пропал, даже как будто цвет его глаз стал менее насыщенным.

– Добрый вечер, мадам. Вы к нам? – сейчас мужчина просто удивленно на неё смотрел.

– Да. Как видите, – Катерина удивленно моргнула, пытаясь понять, что это сейчас такое с ней было, и ответила, не задумываясь.

И тут она улыбнулась, глядя на врача. Улыбнулась просто потому, что мужчина заговорил с ней на французском, а она ему ответила на этом же языке. Но всё очарование прервала рыжая Амели, которая стояла сейчас за спиной врача, и что-то шепнула доктору, от чего его левая бровь удивленно взлетела и он, чуть повернув голову к ней, переспросил:

– Да? Разве?

– Да.

– Екатерина, вы знаете французский? – уточнил врач, не поверив, видимо Амели.

– Да.

– Вот как?

– Да. Я переводчик. Но я владею классическим языком, а Вы говорите на одном из диалектов, бургундском, если не ошибаюсь?

Доктор, видимо, опять включил свой сканер, потому что Катерине опять стало жарко. Но особенно жарко стало почему-то внутри, стыдно сказать, в матке. Изнутри жгло металлом. Жгло так сильно, что у Катерины потемнело в глазах. Последней мыслью была: "Это же спираль. Горит она там у меня, что ли?"

Глава 6

Очнулась Катерина уже в кабинете, лежа на кушетке, в одном нижнем белье. Месье Стефан стоял, чуть склонившись над ней, и медленно вел над её телом руками. Вёл, чуть перебирая пальцами и не касаясь её, его лицо было сосредоточенно-серьезным, даже сердитым, по-прежнему оставаясь невозможно красивым. Между его руками и телом Катерины было расстояние сантиметров в пять, но ей казалось, что она чувствует его руки на своем теле. Она даже чувствовала приятную теплоту от его ладоней. И там, где он проводил руками, становилось очень тепло и вместе с тем легко. Мысли в голове текли вяло и медленно, как мед из банки в пиалу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.