Зигзаги жизни. Зигзаги любви

Глава 3

К лифту они шли молча, на этот раз рядом. От былого обаятельного Владимира не осталось и следа. Сейчас рядом со Станиславой шел молодой, уверенный в себе мужчина, хозяин всего того, что их окружало.

"Да что с ним такое? Обиделся, что я не позволила ему пить кофе из моей кружки? Но, как минимум это странно, когда два малознакомых человека, увидевших друг друга только что, пьют из одной кружки! Не квас же на разлив из бочки, в самом деле! Или вспомнил, наконец, что он здесь директор, а я его подчиненная? М-да, очень странный молодой человек! Станислава, а ведь тебе с ним предстоит работать! Точнее, на него! Это ты с его отцом работала, а вот с сыном вернее будет НА него работать. Да, определенно!" – размышляла Станислава по дороге к его кабинету.

Этажом выше лифт открывался сразу в приемной кабинета директора. Там уже все собрались, не было только, собственно, самого директора и Станиславы.

На звук открывающихся дверей лифта все, кто был в данный момент в приемной, повернули головы. Надо было видеть лица людей в этот момент! Здесь и сейчас был весь спектр эмоций, так сказать: от удивления до злости.

Владимир вышел первым.

– Истинный джентльмен! – усмехнулась Станислава одними губами. Однако, Владимир услышал ее смешок и дернулся всем телом на этот звук. Обернулся, глянул на нее странным взглядом и все-таки шагнул дальше в кабинет.

"Ну надо же! А мы, оказывается, очень не любим, когда нас критикуют!"

Станислава притормозила у стола секретарши Верочки, и пока все заходили в кабинет, шепотом задала вопрос:

– Что этот сын своего отца делал у нас на этаже? Заплутал ненароком?

– Так он у вас, что ли, был? – удивилась, в свою очередь, Верочка. – А папик тут его потерял.

– Очень странный! – шепнула ей Станислава.

– Видела бы ты ваши с ним лица, когда лифт открылся! Стась, вы с ним чем там таким занимались? – заговорщицким тоном спросила Верочка.

– Не поверишь! Кружку мою поделить не могли! – улыбнулась Станислава.

– Чего?? – лицо Верочки вытянулось.

Станислава зашла в кабинет, когда уже все заняли свои места. Ее место было занято.

"Нет, это ж если кому рассказать – не поверит! Что ж сегодня за день-то такой? Луна, что ли, не в той фазе?" – ругнулась она, когда увидела, что на ее месте сидит Владимир. Выручил Станиславу Николай Владимирович. Он поднялся со своего места во главе стола и обратился к сыну:

– Будь добр, займи свое место! Дамы и господа, позвольте представить вам нового директора – Матвеев Владимир Николаевич. Прошу любить и жаловать!

Пока Владимир шел к своему креслу во главе стола, Станислава юркнула на свое, освобожденное им, место. Владимир дождался, когда она устроится, кивнул и произнес:

– Доброе утро, дамы и господа! Без долгих вступлений перейду сразу к делу. Выстраиваемая моим отцом стратегия работает. Пока еще работает! Но, я думаю, что каждый из Вас уже заметил, что она начала давать сбои. По какой причине – это уже отдельный разговор. Конкуренты подозрительно активизировались и начали вести грязную игру, о былых прибылях нет и речи. А это значит, что без перемен нам не обойтись. У каждого из Вас на почте разосланы персональные письма, ознакомьтесь, прежде чем приходить в назначенное время ко мне. С каждым из Вас я встречусь отдельно. Ознакомьтесь с расписанием встреч! Буду ждать вас в точно назначенное каждому время. А сейчас все могут идти работать.

Станислава поднялась вместе со всеми, но была остановлена вопросом Владимира:

– Станислава Николаевна, а Вы куда? Сейчас, если Вы еще не в курсе, время Вашей встречи с руководством.

Она остановилась, проверила в планшете сообщение.

– Да, действительно, извините! – она послушно опустилась в кресло.

Едва за последним из руководителей закрылась дверь, как Николай произнес:

– Я так понимаю, что вы уже познакомились. Что ж, это хорошо. Станислава Николаевна у нас работник ответственный, руководитель строгий. Дело свое знает в совершенстве и спуску своим подчиненным не дает.

– За что и получила прозвище "Главный инквизитор", – перебил отца Владимир и впился в нее взглядом.

"И почему я не удивлена? Я так и знала, что ты, еще только шествуя в мой кабинет, уже понял из чьей кружки ты кофе пьешь! – усмехнулась Станислава мысленно. – Хотел смутить меня, что ли тем, что знаешь мое прозвище?".

– Приятно познакомиться. И спасибо, что запомнили мое прозвище! – мило улыбаясь, произнесла она.

– Станислава, а Вас это не обижает? – задал он неожиданный вопрос.

– Нет, сами же имели счастье видеть мою кружку! Ее, кстати, мне как раз подчиненные и подарили. Так новенькие сразу понимают, что спуску им не будет, – Станислава улыбнулась одними губами.

– Видеть что? – удивился его отец.

– Да мы сегодня с Владимиром кофе вместе пили, – улыбнулась Станислава. Увидев удивление на лице Николая, поспешила добавить:

– Все было в рамках приличия! Я встретила Владимира Николаевича в нашем уголке для отдыха. Он по незнанию взял мою кружку. А ты же меня знаешь, Николай, я не могу пить из чужой кружки. Так что пришлось нам пить по очереди!

И Станислава, мило улыбаясь, посмотрела в колючие глаза нового директора. Он моргнул, и его взгляд опять лучился теплом и жизнерадостностью.

– Я приношу Вам свои извинения, Станислава Николаевна! Я не знал про эту Вашу особенность. Больше подобного не повторится!

– Спасибо, приятно, что Вы понимаете, – улыбнулась она. – Многие просто смеются.

И тут она увидела странное выражение на лице Владимира. Вот просто-таки целая фраза "Мы с тобой одной крови, Маугли! Ты и я!" – "Ерунда с ним какая то творится, это точно!" – мелькнула мысль.

Когда она, наконец, вышла из кабинета директора, то поняла, что просидела она там почти два часа.

– Времени-то сколько потеряла! А работа стоит.

На обед из-за этого собрания у директоров она пошла позже чем обычно. В кафе было непривычно пусто. Из еды остался только суп. Станислава села за столик у окна, не любила она в одиночестве есть, так хоть на улицу будет смотреть. Сейчас, в тишине, она вспомнила сегодняшнее утро. И Владимира. “Нет, определенно с ним что-то не так. Вроде красивый мужик, ну, точнее, молодой мужчина”. Она вспомнила, что ему чуть больше 30-ти. А ведет себя в какие-то моменты как ребенок расшалившийся. Не доиграл, что ли, в детстве?

– Не возражаете, если я к Вам подсяду? Не люблю есть в одиночестве! – раздался голос Владимира рядом.

“Вот вспомни дурака – он и появится!” – мелькнула у нее неуважительная мысль. Но Станислава улыбнулась и произнесла:

– Не возражаю, но Вы меня напугали. Я не слышала, как Вы подошли.

– Извините, и в мыслях не было Вас пугать! – он опять улыбался. – Ну, как здесь у вас кормят?

– Кормят вкусно, поэтому все разбирают. На таких припозднившихся, как мы, только суп вот и остался. Приятного аппетита, кстати, Володя!

– Спасибо. И Вам приятного! – и он с аппетитом принялся за свой суп.

– Ну как? Осваиваетесь на новом месте? – задала вопрос Станислава, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

– Да я, собственно, не на новом месте. Я давно уже у отца дела принял. Работал удаленно, так сказать, так как раньше не мог приехать. Так что сегодня просто очередной рабочий день и личное знакомство.

– Понятно, – кивнула Станислава.

Говорить ей не хотелось. Да и о чем? Она знает Владимира всего несколько часов. Сложный. Странный. С каким-то своим представлением о жизни. Разбираться во всем этом Станислава не хотела. Ей бы со своими проблемами разобраться! В голове она уже представила сегодняшний вечер и встречу с мужем. Поэтому не сразу поняла, что Владимир смотрит на нее, явно ожидая ответа. От такого пристального взгляда она растерялась. И как-то даже смутилась.

– Станислава, у Вас все хорошо?

– Да. Спасибо за беспокойство. Просто пытаюсь в голове выстроить сегодняшний вечер, – неожиданно для себя ответила она Владимиру.

– Планируется грандиозный вечер? – он заинтересованно смотрел на нее, явно предвкушая ее рассказ.

– О да! Еще какой грандиозный, – Станислава усмехнулась одними губами.

– Семейное торжество? – жадно допытывался Владимир.

– Скорее, новая страница в семейном альбоме, – попыталась она отшутиться.

– Станислава, заинтриговали! Обожаю семейные тайны, – у него даже глаза загорелись.

Станислава очередной раз поймала себя на мысли, что перед ней сидит ребенок и жадно ловит каждое слово во взрослом разговоре.

– Ну, вообще-то, я не делюсь тайнами своей семьи, извините. Тем более, с малознакомыми красивыми мужчинами.

Увидев, как погрустнели его глаза, ей даже совестно стало. " Ну ребенок и есть!" И она произнесла, смутившись от своего откровения:

– Владимир, я бы не хотела, чтобы кто-то в офисе знал об этом. Мы сегодня с мужем подаем на развод. В субботу на праздновании нашей серебряной свадьбы он вдруг объявил, что уходит. Вот так просто, на людях, при друзьях и нашей дочери и совершенно не заботясь о моих чувствах.

Неожиданно для себя, Станислава выплеснула обиду на мужа совершенно чужому и малознакомому человеку.

– Хотите, я сегодня с Вами пойду? – вдруг предложил он.

– Что? – она перевела взгляд от окна на сидящего перед ней мужчину. Он смотрел напряженно и ждал ее ответа.

– Нет, что Вы! Нет необходимости. Извините, я не должна была говорить Вам этого. Я сама справлюсь. Вот по такому поводу даже платье новое надела, – попыталась она улыбнуться.

– Надеетесь, что увидит Вас и передумает? – задал вроде бы обычные вопросы, но как-то неожиданно зло у него это получилось.

– Нет. Не надеюсь. Даже не хочу, чтобы он передумал. Скорее, сама для себя так нарядно оделась. Ну, вроде как новая жизнь. Новый стиль в одежде, – произнесла она, как будто оправдываясь.

– Знаете, а Вам очень идет этот цвет! – сделал он ей комплимент. Станислава улыбнулась:

– Спасибо, доброе слово, как говорится, и кошке приятно! А уж услышать комплимент от молодого и красивого мужчины – вдвойне приятно! Вы сейчас мою самооценку подняли просто на запредельную высоту! Владимир, мы тут с Вами уже давно сидим. К нашему с Вами утреннему распитию кофе из одной, заметьте, моей, кружки, еще и обеденные посиделки прибавятся. Не боитесь, что Вас заподозрят в романе со стареющей дамой?

– Не боюсь! А Вы романа с новым директором не боитесь? Или все решат, что Вас старый директор по наследству передал? – и опять в его настроении произошла радикальная перемена.

– Что? – она смотрела на сидящего перед ней мужчину и опять видела перед собой другого человека. – У меня никогда с Вашим отцом не было романа. И раз уж Вы в курсе моих личных дел, то я упоминала, что была в браке 25 лет. Для меня брак – это в первую очередь дом, семья и единственный мужчина. Слышите? Единственный!

Станислава резко встала.

– Извините за мою излишнюю болтовню, Владимир Николаевич, но мне надо работать.

Она ушла, а он сидел и смотрел ей вслед. Если бы Станислава сейчас вдруг обернулась, то увидела бы, что он улыбался. На лице его было такое выражение, как будто она только что достойно прошла проверку на профессиональную пригодность.

Глава 4

Станислава на встречу с мужем пришла пешком. Сергей уже ждал ее и нервно курил, стоя у своей машины.

– Я смотрю, ты стиль в одежде поменяла, – услышала Станислава вместо приветствия. Сергей, окинул ее взглядом с головы до ног.

В ответ она удивленно на него посмотрела. Надо же! Заметил!

– И тебе добрый вечер, Сержа. Ну что, пошли? – оставила она замечание мужа без ответа.

Заявление о разводе у них приняли быстро. Делить им было нечего. Квартиру муж любезно оставил ей. На заботливые вопросы тетки в отделе разводов, мол, уверен ли он в своем решении, а где же он сам, бедняжечка, будет теперь жить? Муж нехотя признался, что у него есть еще одна квартира, так что все довольны.

Это было неожиданно. Еще об одной квартире мужа Станислава не знала, поэтому, услышав это, удивленно на него посмотрела, но не стала задавать лишних вопросов. В данной ситуации ей это было на руку и означало, что на их совместную квартиру он претендовать не будет.

Уже на улице Станислава предложила Сергею сразу доехать до квартиры и забрать вещи. Он удивился, но согласился, что так будет лучше. В квартире, увидев собранные чемоданы, удивился еще больше.

– Быстро ты, однако, – ехидно заметил он.

– Без комментариев! – отозвалась Станислава. – Помочь до машины донести?

– Спасибо, сам справлюсь! – сердито бросил в ответ и, подхватив сразу все вещи, вышел.

– Нет, ну надо же! Он еще и обиделся! – хмыкнула Станислава, глядя в окно на мужа, который загружал чемоданы в багажник. Загрузил, захлопнул багажник своей машины и бросил злой взгляд на окна их квартиры.

От созерцания мужа, загружающего вещи в машину, ее отвлек звонок телефона. Звонила дочь. И только увидев имя дочери, Станислава вспомнила об их разговоре и планах на отпуск.

– Анюта, прости свою стареющую матушку!! Совсем забыла, что обещала тебе сегодня позвонить. Да, и если честно, у меня сегодня странный день выдался. Завтра я тебе обязательно скажу, когда я смогу в отпуск поехать.

Станислава вывалила на дочь все и сразу, В ответ Анюта лишь рассмеялась:

– Рано что-то ты себя в стареющие записываешь, мам! Так и скажи, что просто заработалась. Знаю я тебя.

– Ладно, ладно, раскусила, – улыбнулась Станислава.

На следующий день, утром, уточнив в графике даты своего отпуска, Станислава позвонила дочери и уже потом, с чистой совестью, погрузилась в работу. От работы Станиславу отвлек звонок уже по внутреннему телефону. Звонила Верочка.

– Станислава, на обед не хочешь сходить?

– А уже обед? – Станислава удивленно глянула на часы. – Ой, точно! Пошли!

Сегодня ей хотелось не только супом обедать, поэтому Станислава с удовольствием откликнулась на своевременное предложение Верочки.

Они сели за тот же столик, что и всегда. Обычно они обедали вдвоем. Если уж совсем все было занято, к ним кто-нибудь несмело подсаживался. Верочка по этому поводу всегда шутила:

– Ну, запугала ты, мать, людей!

Верочка была точной копией секретарши из одного старого фильма. Такая же маленькая и подвижная. Весь обед Верочка щебетала, не переставая, она была в курсе всех сплетен и новостей. Вывалив все последние новости, Верочка добралась и до нового директора:

– Станислава, ну как тебе новый? У нас вся контора гудит. Такой котяра! Очаровал всех. Слушай, девчонки шепчутся, что видели вас с ним вместе. Это правда?

– Ты про то, что мы тут вчера обедали с ним едва ли не самые последние и наедине? Это считается? – Станислава рассмеялась.

Верочка округлила глаза:

– Значит, правду наши кумушки говорят. Ну и как он тебе?

– Вер, ну что значит "как он мне"? Начальство не выбирают. Посмотрим, как он будет справляться. Не очень ли молод для того, чтобы возглавлять фирму. Ты, кстати, обратила внимания на то, что он критику не выносит?

– Серьезно? – Верочка округлила глаза, – спасибо, буду иметь это в виду.

– Верочка, мне бы надо заявление на отпуск подписать. Когда он там не занят будет? – задала ей, в свою очередь, Станислава.

– Стась, давай вечером, под конец рабочего дня, – посоветовала ей Верочка.

– Хорошо, спасибо.

Остаток дня пролетел в работе. Звонила Светлана, подруги договорились вечером в любимом баре встретиться. Какой-то неотложный разговор у нее имелся.

Поднявшись вечером в приемную директора, Станислава увидела там же одного из начальников отделов. Верочка, завидев Стасю, махнула, указав на стулья, мол, жди, занят. Станислава села в кресло напротив двери в кабинет. В этот момент дверь открылась, и из кабинета, весь в красных пятнах, вышел посетитель. Станислава невольно посмотрела в открывшуюся дверь. Владимир сидел за столом для переговоров, и они на секунду встретились глазами. Его взгляд был злым.

– Проходите, – Верочка обратилась к мужчине, который пришел раньше Станиславы.

Мужик тяжело вздохнул, только разве не перекрестился и шагнул в кабинет.

– Вера, что происходит? Может, я лучше завтра с утра зайду? А то вдруг не подпишет мое заявление, а мне очень в отпуск надо, – забеспокоилась Станислава.

– Знаешь, да, давай лучше завтра. Что-то от него сегодня все такие вот, пятнистые, выходят, – Вера кивнула в сторону только что вышедшего мужчины. – Станислава, а давай свое заявление, я завтра сама отдам ему на подпись, потом у меня заберешь.

– Ой, спасибо, дорогая! Очень выручила! Тогда, пожалуй, пойду я, от греха подальше! – и Станислава ушла, оставив свое заявление у секретаря. Надо было закончить с проверкой еще одной таблицы и выезжать на встречу с подругой.

Подопечные Станиславы тоже еще работали. По дороге к кабинету Стасю остановила Оленька. Вообще-то, Станислава не любила уменьшительно-ласкательных обращений к подчиненным, но Оленьку язык не поворачивался назвать по-другому. Милая мордашка, кукольное личико. Но первое впечатление было обманчивым. Девушка была умна и старательна. Стасе она нравилась.

– Станислава Николаевна, у меня вопрос, – обратилась она к проходящей мимо начальнице.

– Да?

– Давайте подойдем к моему столу, я лучше покажу!

Они нырнули в проход. Оленька активировала программу на компьютере, начала объяснять свою проблему. Станислава наклонилась и оперлась локтем на стол, вчитываясь в документ, открытый Оленькой. Вдруг Станислава почувствовала запах мужского парфюма. Запах буквально накрыл ее волной, что говорило о том, что мужчина только что подошел и подошел стремительно и абсолютно бесшумно. Она повернула голову и обнаружила, что за спиной, а точнее, за ее призывно торчащей пятой точкой, стоит Владимир.

– Черт! – вырвалось у Станиславы, и она резко выпрямилась, буквально впечатавшись в него.

– Сочту за комплимент! – улыбаясь во все свои тридцать два зуба, цвета раковины в туалете, проговорил Владимир. Не сдвинувшись при этом ни на шаг.

– Владимир Николаевич, Вы могли бы сделать шаг назад? Вы нарушаете мое личное пространство, – Станислава произнесла это спокойно, но мысленно все-таки выругавшись.

Оленька смотрела на Владимира не отрываясь. Девушку можно было понять – нечасто в жизни встретишь ходячий эталон мужской красоты. Вот только абсолютно не признающий и не понимающий, что такое личное пространство. Станислава и сама не подходила ближе, чем на расстояние вытянутой руки, и не терпела, когда к ней так близко подходят малознакомые люди.

– Станислава Николаевна, почему Вы не дождались, когда я освобожусь? – задал он вопрос.

– Не хотела быть съеденной Вами заживо! – огрызнулась она, Владимир так и не сделал попытки отойти от нее.

– Что, простите? – он удивленно поднял бровь.

Оленька шумно вдохнула. Он, услышав вдох девушки, наконец, сделал этот заветный шаг назад.

– Я приходила по личному вопросу, но увидев, что вы заняты, решила, что зайду завтра утром, – уже более спокойно ответила Станислава.

– Могу я узнать, что за личный вопрос? – Владимир вдруг начал улыбаться.

"Ты еще мурлыкать тут начни, котяра!" – подумала Станислава, а вслух ответила:

– Заявление на отпуск. По графику у меня через месяц. Нужна Ваша подпись, Владимир Николаевич, – пояснила Станислава.

– Хорошо. Это все, что Вы хотели? – уточнил, будто надеясь услышать от нее еще что-то.

– Да, все. Спасибо.

– Заберите завтра у секретаря, – он выключил режим "котяра", включив режим “злой директор” и ушел.

Станислава озадаченно смотрела ему вслед. Вот и что это сейчас такое было? Из задумчивости ее вывело покашливание Оленьки.

– Так, Оленька, давай завтра продолжим с решением твоей проблемы. Могу сразу же к тебе подойти, хорошо? – девушка кивнула. Судя по выражению восторга, застывшем на личике девушки, мыслями она сейчас точно не здесь была. Станислава усмехнулась. Молодость, молодость! Свою недоделанную работу она тоже оставила на завтра, ей было пора собираться на встречу с подругой.

Глава 5

Станислава зашла в бар и увидела Светку, сидящую за столиком, та призывно помахала ей рукой. В ожидании салатов подруги потягивали белое вино из высоких бокалов и болтали.

– Свет, ну не тяни уже! Чего звала? – Станислава начала разговор первой.

– Станислава, ты как? Я все-таки настаиваю на одном визите к психологу! Необязательно ко мне! – не дав ей возразить, выпалила Светка. – Пойми, с точки зрения психологии, твое поведение не совсем нормально. Тебя муж бросил, а у тебя эйфория! Это стадия неприятия ситуации. Тебе надо выговорить свою обиду на Сергея. Не держи это в себе. Выпусти это! Иначе ты не сможешь начать новые отношения.

– Свет, ты о чем сейчас? Что не так с моим поведением? Тебе было приятнее, если бы я сейчас рыдала у тебя на плече, извергала проклятия в адрес неизвестной мне беременной женщины и Сергея?

– Стася, ты меня не так поняла. Не приятней, нет! Но так должно быть. Вы прожили с мужем четверть века. И он так некрасиво бросил тебя: на глазах у всех друзей, в ресторане, после всех тостов в вашу с ним честь, – попыталась оправдаться подруга.