Я дарю тебе радугу

Вечные огни

Мне до моих дедов не дотянуться,

Хотя они вовеки не проснутся,

Но лишь от них приму укор, совет…

Так каждый появившийся на свет,

Своих корней окажется достоин.

Мы не причём, да так уж мир устроен.

"Не бравый вид, но честные дела."

Метель времён не все их замела,

И ненапрасны! Те, что канут всуе,

Придут на ум однажды, нарисуют

Карандашом у кульмана, в тетради.

Зачем живём? Других, однако, ради,

Которые когда-то и про нас,

Не думая, мечтали каждый час:

О, вы ли, драгоценные потомки!

Мы все нежны, и все у ломкой кромки

Судьбы своей, для всех путём похожим

Шагаем. И цветок любви положим

К ногам ушедших. Так ли? Строй велик.

И к бесконечности заведомо приник.

Мне до дедов моих… Простят они!

Беду сожгут их Вечные огни.

Вечернее

Полынный аромат, столь зримо

Луны с небес. А мы-то мимо.

Стыдимся тех признать красот.

С недосягаемых высот

Они господствуют над нами.

Там птицы дружными крылами

Землёю вертят, как хотят.

А нам казалось, что летят,

И ничего иного кроме.

Во всём его постигнуть роли

Всё ж удаётся не всегда.

А верно – редко. И тогда!..

Но в самом деле всё иначе.

И жизни срок, что нам назначен

Растрачен весь на пустяки:

На сплетни, страхи и …стихи.

Осенняя хандра

Дождь развесил капли на ветвях,

И пошёл. Столкнувшись с ним в дверях,

Осень изумилась:"Как, куда?!

Ты мне нужен очень!" И тогда

Возвернулся дождь. На тонкой ножке

В платье из листвы на пол дорожке

Осень закружилась в паре с ветром.

Тот стоял в тени и ждал, наверно.

Дождь по веткам капли вновь развесил.

Только отчего-то он невесел.

Ветер любит осень, то заметно,

И как оказалось, безответно.

Но дождю-то что?! Какое дело?

Лист на ветке был, да улетел он

Вслед за летом, тает что в тумане.

Было б угадать всего заране…

Листья медленно, словно одежды

Сбросит осень. Безумство надежды

Обнажённым предстанет и кровоточить

Перестанет ли сердце в морозной ночи?..

Ради тех…

Вьюшка не закрыта у печи.

Ветер шепчет, зверем лес кричит.

Сосны, перемерив капель бусы,

Плачут, будто всё им не по вкусу:

Нежный шарф рассвета – тонок шёлк.

Атлас неба, вата туч, их перья,

И зимы канун, её преддверье

Не в чем встретить. Лес уже умолк,

Ну, а сосны, даром то, что колки,

Отпуская колкости, иголки

Чистили и мыли под дождём.

Так и мы, когда чего-то ждём,

То бываем нервны и несносны,

Пусть же, вместо лет бытуют вёсны!

И для каждой – только радость, свет.

Ради тех, кого меж нами нет.

В паутине…

В паутине облака луна,

Бьётся мухой на ветру листва,

Вьётся дым на волю шарфом белым.

Пышной пеной к берегу волна.

Горизонта ниточка едва

Солнца шар удержит. Мелом смело

На асфальте писаны слова,

Смоет их дождём ближайшим вскоре,

Ревностью иль грубым взглядом в споре.

Чья-то мать окажется права…

Рассужденьям внемлют старики,

Что бредут на берег той реки,

И Харон, давно уже немолод,

За провоз монету просит… Повод!

Для того, чтоб по карману хлопнуть:"Нету!"

Прочь сбежать, как будто за монетой,

А на самом деле – дело в малом.

Дальше быть, ведь жизни слишком мало.

В паутине облака луна.

Пышной пеной к берегу волна.

А в кармане ветра лист шуршит,

Вспоминая прожитую жизнь…

Зимой ли?

Монисто золотом дрожа,

Хворая осенью, дыша

Прохладной пылью, прячась в ворот…

А у ворот – дождём распорот

До лужи слякотный газон.

Сухой рогоз уже в вазон

Который день попасть стремится.

Листва парит недолго птицей,

А после в ту же стыдь и грязь,

Как окунь, лещ, карась и язь.

Зимой ли время вспомнить осень?

Когда повсюду иней, просит

Душа тепла, уюта лета…

Да друга милого привета.

1

"восемь" в русском языке означает своеволие, безначалие