Обреченный союз

Глава 1: Плен и Договор

Сознание возвращалось обрывками, каждый из которых был острым, как осколок стекла.

Обрывок первый: запах асфальта, промокшего от недавнего дождя, и сладковатый аромат цветущих каштанов. Я бежала с последней лекции по когнитивной психологии, торопясь в библиотеку. В руках – конспекты, на шее – глупый амулет в виде совы, подарок Лены на день рождения. «Чтобы мудрости прибавилось!» – смеялась она. Я свернула в короткий путь, через старый, незнакомый переулок, вымощенный брусчаткой.

Обрывок второй: голоса. Гулкие, хриплые, нечеловеческие. Рык. Звон металла, от которого закладывало уши. Земля ушла из-под ног, небо перевернулось, и мир провалился в черную, беззвучную пустоту.

Обрывок третий: боль. Острая, пронзающая боль в виске. И запах. Не каштанов и асфальта. Пахло гарью, едким дымом горящей шерсти, потом и чем-то медным, терпким – кровью.

Я зажмурилась, пытаясь отогнать видение, но оно не исчезало. Я лежала на холодной, влажной земле, усыпанной щебнем. Под пронзительно-синим, чужим небом кружили огромные птицы с кожистыми крыльями. А вокруг, насколько хватало глаз, в суровом ритме, отточенном до автоматизма, тренировались орки (ОРКИ???).

Это были не существа из комиксов или фильмов – уродливые, зеленокожие карикатуры. Нет. Они были… реальными. Живыми. Могучими, выше двух метров ростом, с кожей оттенка старой бронзы, темной меди и оливковой глины. Их тела, покрытые ритуальными шрамами и татуировками, лоснились от пота и напряжения. Черные, как смоль, волосы были заплетены в сложные косы, перехваченные металлическими кольцами и костяными застежками. Они отрабатывали удары на соломенных чучелах, сшибались в тренировочных поединках, их топоры и секиры описывали в воздухе смертоносные дуги, обрушиваясь на щиты с оглушительным грохотом. Это была не битва, а ежедневная рутина, отточенная и дисциплинированная.

Страх, холодный и липкий, сковал меня, пригвоздил к земле. Я была мышью, забравшейся в логово титанов. Инстинкт кричал одно: «Не двигайся!»

Но было уже поздно.

Мое появление в застиранных джинсах, серой толстовке с ушастым котом и разноцветных кроссовках не осталось незамеченным. Несколько пар желтых, как у волка, глаз уставились на меня из-под тяжелых надбровий. Один из воинов, с тренировочным топором и любопытным блеском в глазах, прервал свои упражнения и рыкнул, двинувшись в мою сторону.

Я отползла назад, наткнувшись спиной на острый выступ скалы. Боль пронзила тело, но была ничтожна по сравнению с леденящим душу ужасом. Сердце бешено колотилось, выпрыгивая из груди. Это конец. Такой глупый, нелепый, бессмысленный конец.

Внезапно солнце померкло. Тень, огромная и плотная, накрыла меня целиком. Передо мной выросла еще более массивная фигура. Тот, кто приближался ко мне, замер на полпути, его рычание оборвалось, сменившись на почтительное отступление.

Он был выше и шире в плечах, чем остальные, и с первого же взгляда было ясно – он не просто воин. Он был вождем. Его доспехи из толстой кожи и полированной стали были более искусной работы, на плече красовалась брошь в виде острого, устремленного вверх копья. Но мой взгляд застыл не на доспехах.

Он был по дикому красивым, не в общепринятом смысле. Слово, немыслимое для описания орка, но другого не подобрать. Его черты были не грубыми, а резкими и четкими, словно высеченными из темного камня скульптором, знающим толк в силе и гармонии. Кожа цвета оливковой бронзы была гладкой, шрамы на его лице – а они были, тонкая белая линия поперек скулы и еще одна, чуть заметная, рассекающая левую бровь – не уродовали, а лишь подчеркивали его характер. Длинные черные волосы были заплетены по бокам в две толстые, тугие косы, а остальные волны свободно ниспадали на мощные плечи. Но главное – глаза. Не желтые, как у его сородичей, а цвета жидкого золота, словно светящиеся изнутри. В них горел не тупой гнев, а холодный, пронзительный, невероятно живой ум. В них читалась абсолютная власть.

– Что это за дух? Явился поживиться нашими душами? – его голос был низким, как подземный гром, но слова были четкими, обращенными ко мне.

Я не могла вымолвить ни звука. Горло сжалось. Я лишь бессмысленно трясла головой, пытаясь стать меньше, незаметнее.

Он не стал повторять вопрос. Он окинул меня быстрым, оценивающим взглядом, сканируя с головы до ног. Его взгляд скользнул по толстовке, задержался на кроссовках, и наконец, упал на амулет с совой, висевший у меня на шее. Зрачки его сузились. Он сделал шаг ближе, и я почувствовала исходящее от него тепло, смешанное с запахом железа и кожи.

– Странные одеяния… – он протянул руку, и я зажмурилась, ожидая удара. Но его пальцы лишь коснулись амулета, повернули его. – И знак… Крылатой Мудрой Совы. Интересно.

Он отступил на шаг, его взгляд стал отстраненным, расчетливым. Это был взгляд не просто воина, а стратега. Хищника, нашедшего диковинную, но потенциально полезную добычу.

– Бери ее, – бросил он через плечо одному из своих орков. Его голос не повышался, но в нем была сталь, не терпящая возражений. – Живой. Не причиняй вреда.

Меня схватили менее грубо, чем я ожидала, но все же достаточно твердо, чтобы дать понять – сопротивление бесполезно. Руки скрутили за спиной грубым, но не тугим ремнем. Меня повели через тренировочный плац. Воины расступались перед своим вождем, опуская головы. Я слышала их шепот: «Зарах… Зарах ведет пленницу».

Его шатер стоял на небольшом возвышении в стороне от основного лагеря. Он был больше других, сшитым из толстых шкур, с шестом, увенчанным тем самым знаком острого копья. Внутри пахло дымом, кожей, мятой травой и чем-то неуловимо мужским, властным. На полу лежали грубые, но качественные ковры, в центре тлел очаг, у дальней стены стояло широкое ложе, застеленное мягкими, тщательно отделанными звериными шкурами.

Зарах скинул с плеч тяжелый плащ, бросил его на резной сундук. Он повернулся ко мне, скрестив на могучей груди руки. Свет от очага играл на рельефе его мышц, подчеркивая мощь.

– Говори. Как тебя зовут и откуда ты?

Я попыталась собраться, заставить работать мозг. «Когнитивный диссонанс, Ира, – пронеслось в голове. – Твоя реальность столкнулась с чужой. Адаптируйся. Оцени обстановку».

– Меня зовут Ира, – выдавила я, заставляя голос не дрожать. – Я из… другого места. Я не знаю, как здесь оказалась.

– Другого места? – он усмехнулся, беззвучно, лишь уголок его строгого рта дернулся. – Из-за гор? Из-за моря? С запада?

– Дальше, – прошептала я, понимая, насколько безумно это прозвучит. – Из другого мира.

Его брови поползли вверх. Сказать такое здесь, в этом мире, где, судя по всему, царил железный век, было равносильно признанию в колдовстве. Но он не рассмеялся и не пришел в ярость. Напротив, его золотые глаза сузились, взгляд стал еще внимательнее, острее.

– Докажи.

И я начала говорить. Сбивчиво, путано, я рассказала о городе, об университете, о машинах, о самолетах, летающих в небе, о приборах, которые показывают погоду на другом конце света. Я говорила все, что приходило в голову, лишь бы заполнить пугающую тишину шатра, лишь бы этот могущественный, устрашающий орк видел во мне не просто диковинку, а мыслящее существо.

Он слушал, не перебивая. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но в глубине глаз я ловила искры интереса, любопытства. Когда я закончила, в шатре повисло тяжелое, напряженное молчание.

– Невероятная история, – наконец произнес он. – Но знаки… знаки говорят в твою пользу. Твоя одежда. Твои слова. Этот амулет. – Он снова посмотрел на сову. – Совет Кланов собирается на днях. Мне нужны такие знаки. Мне нужен козырь, который ошеломит старейшин и заставит замолчать таких псов, как Гарток из «Черного Клыка».

Он подошел вплотную. Я отпрянула, наткнувшись на шатровый шест. Он был огромным, его присутствие заполняло все пространство.

– У меня для тебя два пути, Ира. Выслушай и выбери. – Он говорил медленно, отчеканивая каждое слово, словно вбивая гвозди. – Первый: тебя свяжут покрепче и отвезут на рынок рабов в Ущелье Теней. Твоя мягкая кожа, твой странный вид… ты найдешь своего покупателя. Недолго. День, два. Твоя жизнь закончится в грязи и боли, и никто не вспомнит твоего имени.

От ужаса у меня перехватило дыхание. Картина, которую он нарисовал, была слишком яркой, слишком реальной. Я почувствовала тошноту.

– Второй… – он сделал паузу, давая первому варианту прочно осесть в моем сознании. – На днях собирается Совет Кланов. Они решат, кто будет Верховным Вождем. Моя власть оспаривается. Они говорят, что я слишком молод, слишком безроден для трона моего отца. Им нужны знаки благоволения духов. Твоя странность, твои речи, этот амулет… они могут стать таким знаком.

Он наклонился ко мне, его лицо оказалось в сантиметрах от моего. Я видела тонкую сеть морщинок у его глаз, идеальную линию скулы.

– Ты будешь моей временной женой. По договору. До конца Совета.

Мир поплыл перед глазами. Жена? Этому орку? Это предложение было шокирующим, унизительным, невероятным.

– Это не брак, – усмехнулся он, видя мой ужас. В его улыбке не было ничего доброго. – Это сделка. Ты играешь роль. Стоишь рядом со мной, выглядишь загадочно, киваешь в нужных местах. Твое присутствие, твои «предсказания», почерпнутые из твоих странных знаний, должны укрепить мое положение. Когда Совет закончится, и я получу то, что хочу, ты получишь свободу. И золото, чтобы начать новую жизнь где угодно. Выбирай. Рабство, мучительная смерть и забвение? Или роль на время и шанс выжить?

Выбора не было. Вся моя жизнь, вся учеба, все планы на диплом, на карьеру, на обычное человеческое счастье – все это рухнуло в один миг, сменившись кошмаром. Но инстинкт выживания, древний и неумолимый, оказался сильнее страха, сильнее отвращения. Я посмотрела на него – на этого опасного вождя, который предлагал мне сделку с дьяволом. Он был моей единственной соломинкой в этом бушующем море.

Я выпрямилась, насколько позволяли скованные руки, и посмотрела в его золотые глаза. В своей старой, дурацкой толстовке и следами на щеках.

– Договор, – выдохнула я. В моем голосе все еще слышалась дрожь, но сквозь нее пробивалась стальная нить решимости.

Зарах кивнул, без тени эмоций. Он был доволен, но не показывал этого. Он добился своего.

– Хорошо. – Он подошел и быстрым движением острого ножа перерезал ремень на моих запястьях. Кровь хлынула к онемевшим пальцам, вызывая мучительное покалывание. – Запомни, Ира из другого мира. С этого момента твоя жизнь принадлежит мне. Твое дыхание – мое. Предашь – умрешь. Подведешь – умрешь. Попытаешься бежать – умрешь медленно и мучительно, и твоя смерть станет уроком для других. Я твой господин, твой защитник и твой судья. И ты будешь повиноваться.

Он был моим тюремщиком, моим врагом, моим кошмаром. Но в этом безумном мире, в этом суровом лагере, он был моим единственным шансом. Этот договор был проклятием. Но он был моим. Моим обреченным союзом.

– Я поняла, – тихо сказала я, потирая запястья, на которых остались красные полосы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.