Десятка Мечей. Современный оккультный детектив
- -
- 100%
- +
– Это Андрей Копыла, мой садовник, – сказал хозяин дома, и сделав паузу, добавил, – ну, он не только садовник, а по сути и охранник, и сантехник, и все остальное.
Они ушли разбираться с садовым инвентарем, который почему-то упал из ящиков в сарае. Георгий, видя эту сцену, пожал плечами:
– Пойдем, покажу тебе твою комнату в доме, – сказал он, обращаясь к Аврааму.
Когда они уже пересекали порог дома, он заметил, оглядываясь на Долгова:
– Видишь, как разжился наш Жадный Хэтти. У него теперь не только огромный дом с садом, но и собственный садовник-охранник.
В доме было достаточно красиво и уютно, хотя казалось, что в отдельных помещениях почему-то до сих пор не сделан ремонт. Комнаты гостей располагались на втором этаже. По сути это был просторный коттедж, который мог вместить неплохую дружескую компанию или большую семью. Вряд ли он вместил бы полную группу, если бы Долгов решил пригласить всех бывших студентов-однокурсников, но этого и не требовалось: несмотря на юбилейную встречу, связанную с десятилетием окончания ВУЗа, гостей в итоге оказалось не так уж много.
Комната, отведенная Аврааму, находилась с западной стороны. Удобная просторная кровать, стол со стулом, шкаф, куда можно повесить одежду, – все было предусмотрено, включая большое зеркало и даже фен для сушки волос. Правда, ванная и прочие удобства находились отдельно на этаже и были общими для всех комнат.
– Не пятизвездочный, конечно, отель, но для меня в самый раз, – отозвался Авраам.
Когда он вновь присоединился к компании друзей в саду, их число уже увеличилось – Вероника сидела среди остальных и энергично с ними общалась. Эта тонкая, невысокая девушка всегда умела эффектно преподносить себя и одеваться в соответствии с настроением или выбранной темой дня. В этот раз она появилась в черной юбке до колен и легкой темной блузке с приколотой брошью. Ей всегда нравилось украшать себя браслетами или прицеплять на одежду различные безделушки. В сочетании с длинными черными волосами, которые постоянно падали ей на лицо, и которые она время от времени энергичным жестом отбрасывала назад, ее нынешний наряд выглядел так, будто она явилась на траур, а не на дружеский пикник.
Дымок от мангала, на котором готовились шашлыки, поднимался к небу. Запах подсказывал, что скоро начнется трапеза – к тому же, рядом садовник уже устанавливал раскладной стол, принесенный из сарая в задней части сада.
– Так ты предскажешь нам какое-нибудь событие из ближайшего будущего? – спросила Катя у своей подруги-таролога.
Женя беспокойно перебил ее:
– Что толку предсказывать события, если все равно невозможно точно сказать, с кем и когда конкретно они произойдут?
– Отнесись к этому проще, – каким-то почти умоляющим тоном отреагировала его подруга, – считай, что это всего лишь развлечение. Ведь не каждый день встречаешь человека, который бы пользовался картами Таро. Тем более, если это твоя знакомая.
– А я не согласен, – с важным выражением лица произнес Алекс, чувствующий себя хозяином ситуации, – предсказывать событие, которое неизвестно с кем произойдет, это все равно что предсказать выигрыш в лотерею, не сообщив, кому он достанется.
Впрочем, большинством голосов решили все-таки дать Веронике возможность попробовать и продемонстрировать свой талант. Авраам тоже был не против: он всегда был готов увидеть что-то новое и лишь потом давать этому оценку.
Вероника достала из сумочки колоду карт, тщательно перетасовала их и разложила на столе рубашками вверх.
– Кто будет вытягивать карту? – спросила она, с нетерпением бросая взгляды на окружающих.
– Давайте я, – произнес Георгий, видя, что остальные не торопятся проявлять инициативу.
– Ты сам делаешь свои предсказания, – заметил Алекс, – вот и помоги Веронике сделать ее собственные.
Георгий поводил рукой над разложенными картами, словно пытаясь ощутить от них какое-то излучение или вибрацию. Спустя несколько секунд, его рука остановилась где-то посередине ряда и вытащила одну из них. Он молча подвинул ее в центр стола, ожидая, что будет дальше.
Вероника как будто ушла в себя на короткое время. Открыв глаза, она произнесла:
– Как-то даже не хочется открывать… чувствую, что там темная карта.
Все присутствующие переглянулись. Едва ли все они представляли, какие карты относятся к «светлым», а какие к «темным», да и вообще из чего состоит колода Таро. Но чувствовалось, что все хотели наконец узнать, что скажет их подруга-таролог.
Вероника перевернула карту и воскликнула:
– Десятка Мечей!
Казалось, она ждет реакции остальных прежде, чем начать что-либо объяснять. На карте было изображено мертвое тело человека на черном фоне с вонзенными в него десятью мечами.
Десятка Мечей
– Это значит смерть, – выговорила Вероника, – в скором времени должно произойти убийство.
От такой новости на какое-то мгновение все замерли. Было непонятно, насколько серьезно следует реагировать на подобное заявление. Даниил тупо уставился на карту онемевшим взглядом, Георгий почесывал подбородок в задумчивости, остальные смотрели на Веронику, словно требуя объяснений или даже извинений за сказанное.
– Вы что не слышали?! – вскрикнула Вероника, – Смерть! Убийство!
Она схватила сумочку и побежала куда-то в дом. Казалось, над дружеским пикником повисла атмосфера напряжения. Никто не стал идти за девушкой, тем более, что садовник, который только что вернулся из сарая, спокойно перекладывал приготовленное мясо в большую миску и вместе с салатами ставил на стол.
Спустя примерно минуту, Алекс пробормотал:
– Она всегда была немного истеричной…
Гости неторопливо положили себе еду на тарелки и начали кушать. В повисшем безмолвии Авраам ненадолго ушел в свои мысли – ему вспомнилось утверждение о смерти, которое он неделю назад слышал от Горка. Однако он быстро вернулся к текущему моменту и оглядел присутствующих.
Такие знакомые и в то же время такие чужие… С одной стороны, он уже давно знал каждого, но что значит по-настоящему «знать» человека? Он поймал себя на мысли о том, что в действительности не знает никого из них. Даже Георгий, с которым он общался больше, чем с другими, во многом оставался загадкой для него. Кто может сказать, чем живут эти люди, о чем они думают, какие планы и цели вынашивают у себя на уме?
Большинство присутствующих он уже давно не встречал вживую. Хэтти потолстел за прошедшие годы. Лысина у него на голове выросла, но, судя по всему его виду, он продолжал чувствовать себя бодрым и молодым – быть может, даже больше, чем прежде. Даниил Селезнев, как и в прошлом, выглядел подтянуто и стройно. Его слегка формальный вид, синие брюки и светлая рубашка, выдавали человека из деловой среды. Георгий, любивший не церемониться в компании и предпочитавший спортивные штаны и футболки, выглядел на этом фоне, скорее, как турист на отдыхе.
За едой общались немного, хотя Евгений стал расспрашивать хозяина дома о его делах. Будучи общительным по натуре, он часто начинал разговор как раз для того, чтобы сбросить напряжение или отвлечься от дурных мыслей. Так и сейчас по его виду чувствовалось, что какая-то озабоченность довлеет над ним, лишая покоя.
Мало-помалу, казалось, обычное настроение возвращалось к участникам пикника. Разговор плавно перешел к обыденным предметам, включая погоду, новые фильмы и путешествия. Однако Авраам чувствовал какое-то напряжение, и ему хотелось побыть одному.
– Пойду прилягу ненадолго в комнате после еды, – произнес он, словно объясняя остальным причину того, что покидает их.
– Да, я тоже хочу отдохнуть, – тотчас отозвался Даниил.
Остальные почти сразу же стали вставать из-за стола – некоторые быстро пошли в дом, а кто-то еще оставался под сенью фруктовых деревьев в саду.
Неглубокий послеобеденный сон был прерван оживленным спором двух мужских голосов где-то за окном. Авраам открыл глаза: стены и часть потолка в комнате были озарены нежным оранжевым отблеском – это солнце спускалось к горизонту, бросая последние лучи на все предметы вокруг. Он был готов вновь задремать, но в этот момент один из голосов стал звучать громче:
– Мне нужно пройти, ты что мешать мне будешь?!
Голос звучал с каким-то южным акцентом. Авраам напрягся. Медленно встав с постели, он посмотрел в окно. С этой стороны видна лишь небольшая часть сада, в которой никого не было. Одевшись, он спустился на первый этаж и выглянул на крыльцо дома. Там разговаривали садовник и какой-то незнакомый мужчина. К этому времени туда подошел и Долгов, попытавшийся успокоить этих двоих и снизить общий эмоциональный накал. Было очевидно, что этот новый гость – человек посторонний; во всяком случае, он точно не имел отношения к их прежнему студенческому коллективу. Он производил впечатление выходца с Кавказа.
Авраам не стал вмешиваться в происходящее. У этого места есть владелец, и ему лучше знать, кто этот человек, и как с ним следует вести себя. К тому же, если садовник – также и охранник, то он поможет разобраться с ситуацией. Авраам вернулся в свою комнату и стал просматривать сообщения, которые ему прислали. Не найдя в них ничего интересного, он переключился на новости. Он всегда брал с собой в поездки небольшой планшет, чтобы можно было легко открывать сайты или смотреть фильмы в дороге. Правда, здесь страницы новостей почему-то загружались медленно и с перебоями. Видимо, из-за удаленности участка от городских коммуникаций сигнал интернета плохо улавливался. Просидев таким образом почти целый час в попытках открыть все интересующие его сайты, он неожиданно услышал осторожный стук в дверь.
На пороге стоял Георгий.
– Уже стемнело. Сейчас будут подавать чай со сладостями. Пойдем в сад, посидим с остальными. Тем более, они вроде задумали какую-то игру.
– Уж не в карты ли будут играть? – ухмыльнулся Авраам, вспоминая, какое впечатление произвела сегодня на всех одна-единственная взятая из колоды карта.
– Не знаю. Пошли, не для того же ты приехал, чтоб в комнате весь вечер торчать.
Когда они вышли наружу, стало ясно, что остальные еще не собрались. Решив прогуляться по саду, двое приятелей стали обсуждать особенности работы интернета. Оказалось, Георгий тоже заметил, что сигнал улавливается очень слабо.
На небе уже появлялись первые звезды. Здесь, вдали от городских фонарей и светящихся окон многоэтажных домов, они выглядели гораздо заметнее. Можно было даже разглядеть отдельные созвездия в виде узоров из светящихся точек.
– Так красиво и тихо вдали от города, – вздохнул Авраам.
И в самом деле вокруг царила блаженная тишина, которую нарушали лишь сверчки или цикады, притаившиеся среди растений. Потом где-то вдалеке залаяла собака и… друзьям показалось, или же они услышали какой-то странный стон. Через несколько секунд уже было ясно, что они слышат женский голос. Они обернулись к проходу между деревьев. Еще через пару секунд оттуда вышла Екатерина – ее лицо выражало страдание, а ноги едва передвигались.
– Помогите! – вскрикнула она.
Двое мужчин поспешили к ней.
– Он… он там, – она протянула руку куда-то в сторону деревьев, а сама чуть не упала на землю.
Георгий поддержал ее, помогая встать на ноги, а Авраам сделал несколько шагов в направлении, куда указывала девушка. Его взору открылся небольшой сарай – видимо, тот самый, в котором должны были храниться садовые инструменты. Войдя внутрь, он увидел лежащего на земле мужчину. Это был их товарищ Евгений – он лежал на спине, а в груди у него торчал кинжал. По всем признакам, человек был уже мертв.
Глава 3. Первые подозрения
Следующие несколько минут, а может быть, и несколько десятков минут пролетели, оставив после себя какие-то раздробленные воспоминания. С одной стороны, вся ситуация воспринималась как что-то логичное и даже непреложно обязательное. «Ну да, один человек тебе уже сказал про смерть… а сегодня и вторая наглядно показала, как эта смерть должна выглядеть. Вот, теперь все пришло к своему финалу», – шептал Аврааму неведомый голос откуда-то из глубины души. С другой стороны, раньше он никогда не сталкивался так близко со смертью. Все его родные, хотя и находились далеко, были живы и здоровы. Тем более, никогда он не оказывался свидетелем совсем недавно произошедшего убийства. Когда видишь человека, лежащего в крови с кинжалом в сердце, не остается никаких сомнений в том, что его умышленно убили.
Авраам не заметил, кто именно позвонил в полицию и в скорую помощь; не запомнил он и то, когда приехала полицейская машина, и как уносили бездыханное тело его старого знакомого. Остались лишь какие-то сумбурные воспоминания – осколки голосов спорящих людей и плачущей девушки.
Спустя примерно полтора часа, он сидел на стуле в саду, а рядом суетились двое полицейских. Один из них сел напротив и стал задавать вопросы. Но что можно было на них ответить? Возможно, сотрудники полиции привыкли к тому, что все обещают им говорить правду, даже в тех случаях, когда бессовестно лгут. Но Аврааму было не о чем лгать: он мог лишь повторить, как приехал в дом к своему бывшему однокурснику Александру Долгову, как они вместе ели шашлыки, как потом он отдыхал в комнате на втором этаже, и как затем вышел в сад вместе с Георгием, после чего раздался голос девушки, и они нашли тело убитого. Ах да, и еще он мог рассказать о краткой сцене с незнакомым мужчиной кавказской внешности, который о чем-то оживленно спорил с садовником у входа.
У полицейских было не так уж много вопросов к Аврааму, однако они взяли у него отпечатки пальцев, номер телефона и паспортные данные. Ему было сообщено, что в ближайшее время его снова вызовут для дачи показаний. Еще через час или два дом и сад погрузились в прежний покой, как будто ничего особенного и не произошло. Даже сверчки утихли, прекратив свое вечернее пение. Георгий подошел и присел на соседний стул.
– Ты как? Нормально себя чувствуешь?
Авраам даже не сразу понял, о чем тот спрашивает.
– Я? Ну да… со мной все в порядке.
Мысли стали постепенно вновь собираться воедино и возвращаться в привычное русло.
– Ты понимаешь, что здесь сегодня произошло? – спросил Авраам единственного собеседника, который в настоящий момент находился рядом.
– Нет. Пока еще я мало понимаю. Но я знал, что должно случиться что-то подобное. Помнишь, я тебе еще в прошлую субботу говорил…
Третий свободный стул занял Даниил, принесший с собой пластиковые стаканчики и большую бутылку с газированным напитком.
– Друзья, это ведь вы нашли Женю мертвого? Вы поняли, как это случилось?
– обратился он к двоим приятелям.
Авраам почувствовал, как две пары глаз смотрят на него, будто именно он должен владеть какой-то разгадкой. В конце концов, ведь это он первым открыл дверь сарая, в котором находился труп. Но вместо того, чтобы придумывать ответы для них, он сам задал вопрос:
– Где Хэтти? Он здесь, в доме?
– Нет. Поехал с полицией давать показания в участке, – пробормотал Георгий.
– Это ведь его дом и сарай, а тут у него трупы находят! Естественно, к нему теперь больше вопросов, чем к остальным, – подхватил Даниил.
– К нам у них наверняка потом тоже будут вопросы.
Все трое сделали по глотку из стаканчиков. Хотя ничто поблизости не намекало на опасность, все же чувство того, что где-то в этом саду может скрываться причина смерти их бывшего товарища, порождало беспокойство. Ехать в Москву среди ночи никто не хотел, тем более что Долгов специально приготовил для них комнаты. В то же время от мысли о том, чтобы провести здесь всю ночь, тоже было как-то не по себе. Решили пойти в дом, запереть дверь как следует и посидеть еще вместе, пока не захочется спать или пока не придумают, что делать дальше.
– А где девушки? Их кто-нибудь видел после всего случившегося?
– Они вроде уже в доме, им тоже немного жутко от этих событий. Пойдем туда, пока они перед нами дверь не заперли, а то еще придется снаружи торчать всю ночь, – сказал Даниил.
По мере того, как первоначальный шок от пережитого проходил, разум Авраама начинал все более четко анализировать ситуацию. Прокручивая снова и снова события нескольких последних часов, он неизбежно упирался в вывод, что либо в сад проник какой-то маньяк из здешней округи, либо… это было даже представить страшно, но единственной альтернативой виделось то, что убийцей был кто-то из гостей дома, либо сам хозяин. Впрочем, больше всего вопросов вызывал тот загадочный кавказский мужчина, которого Авраам застал на крыльце в час заката. В такой ситуации, как эта, было бы просто нелепо не подумать о нем.
В доме посреди гостиной на первом этаже на большом диване сидели Вероника и Екатерина. Они уже выпили зеленого чаю и теперь молчали, иногда обмениваясь короткими репликами. Трое мужчин расположились рядом. Сейчас у всех пятерых впервые после дневного пикника возникла возможность совместно все обсудить. Вероника встала и принесла из холодильника пирожные и напитки. Хотя друзья находились в чужом доме, они были уверены, что хозяин не стал бы возражать.
– Видите? Нет, вы видите?! Я говорила вам сегодня, что будет убийство! – повышенным тоном заявила Вероника.
Никто не решился с ней спорить, однако такое совпадение между вытащенной из колоды картой и тем, что произошло далее, едва ли могло показаться незначительным. Авраам всмотрелся в лицо девушки: ее темперамент и в самом деле казался слегка истеричным – вполне возможно, что именно такие женщины более других склонны к мистике и обладают обостренной интуицией. В то же время, как это ни странно, среди всех именно она производила впечатление человека, лучше других владеющего собой и понимающего ситуацию. За ее эмоциональным поведением чувствовались твердые нервы и сильная воля. Пока остальные с трудом переваривали минувшую трагедию, Вероника смотрела на случившееся как на естественный порядок вещей и начинала деловито рассуждать:
– Вот смотрите. На карте изображено десять мечей, и все они вонзены в одного человека. Конечно, мечи надо понимать не буквально – бедному Жене и одного кинжала хватило. Десять мечей должны обозначать десять человек! Это десять человек виновны в его смерти!
Екатерина, казавшаяся до этого убитой горем, подняла глаза и как-то враждебно посмотрела на свою подругу:
– Какие еще десять человек? Нас тут всего сколько… пять или шесть было. И что, это мы что ли виноваты? Я ни в чем не виновата… я… я…
– А сколько нас было, кстати? – перебил Георгий.
– Я, ты, Авраам, девушки – это пять, – начал считать Даниил, – потом еще Хэтти, потом его садовник. Семь. Ну и сам Женя, пока был с нами, восемь.
– И еще тот мужик, – как-то невольно вырвалось у Авраама.
Все резко повернулись к нему, ожидая объяснений. Екатерина протерла глаза, как будто в них еще оставались слезы, и негромко произнесла:
– Да, я тоже его заметила. Это ведь он, да? Это он убийца?
Остальные, похоже, не понимали, о ком идет речь, и вдвойне насторожились. Авраам принялся пересказывать сцену, свидетелем которой оказался вечером.
– Непонятно, правда, кто это был такой и, главное, если он приехал с дурными намерениями, а Хэтти и его охранник уже застали его здесь, почему они сразу не позвонили в полицию или сами не прогнали его?
Екатерина утверждала, что кроме этого видела еще какую-то тень или силуэт недалеко от ограды. Казалось, она просто убеждена, что в саду был посторонний. Вероника снова продолжила говорить о том, что в доме или около него должно было находиться десять человек, не меньше. Внезапно Авраам почувствовал себя чрезвычайно усталым, несмотря на свой дневной отдых. По-видимому, пережитый стресс отнял много душевных сил. Он пожелал товарищам спокойной ночи (хотя как такая ночь могла быть спокойной?) и попросил их сразу же разбудить его – хоть стуком в дверь, хоть телефонным звонком – если произойдет еще что-то тревожное, или покажется какая-либо опасность. Затем он отправился в свою комнату, тщательно запер дверь и даже закрыл окно изнутри, хотя от этого в помещении становилось душно. Закрывая его, он еще раз посмотрел на сад, а заодно и на открывавшуюся позади него местность – из-за горизонта уже пробивались лучи солнца. В середине лета в Москве поздно темнеет и рано светает, а в такой волнующей обстановке и без того короткая ночь пролетела совсем незаметно. Авраам лег на кровать и быстро заснул.
Проснулся он и в самом деле от стука в дверь. Первым делом посмотрел на свой телефон – время уже девять часов утра. Он осторожно встал и одел обувь, подошел к двери, выждал пару секунд, прислушиваясь, затем спросил: «Кто?»
– Алекс, – раздался ответ с той стороны.
Сердце подсказывало, что убийцы не будут вот так ходить и деликатно стучать в дверь, но в то же время после столь свежих впечатлений от гибели знакомого человека что-то внутри неизбежно настораживается от любого лишнего звука. Тем не менее, голос явно принадлежал именно тому человеку, чье имя было названо. Авраам открыл дверь. Перед ним стоял Долгов.
– Пойдем вниз, надо поговорить.
Его деловой тон и отсутствие вежливых расспросов типа «как себя чувствуешь?» и «все ли в порядке?» произвели дисциплинирующее воздействие. Авраам быстро собрался и поспешил вниз, где его уже ждал хозяин дома.
– Остальные уехали, только Катя еще здесь, но и она собирается домой, – констатировал Долгов.
– Хреновый у нас пикник получился, – как-то неожиданно для самого себя произнес Авраам.
– Поверь, я это уже и сам понял… теперь только хочу понять, почему он получился таким хреновым.
– Ты помнишь этого мужика, который с твоим охранником перепалку вчера устроил? Ты ведь тоже там был? Чего он хотел? Это из-за него все?
– Не знаю, – хмуро ответил Хэтти, – его зовут Фарид. Он приехал к Жене, это правда. Полиция считает его подозреваемым, его даже временно задержали, разбираются. Хотя я, честно говоря, не представляю, как он мог его убить.
– Так ты знаешь его? И почему, думаешь, это не он?
– Я этого Фарида не знаю. Никогда не общался с ним, пока не увидел у себя в саду. Мы его отправили прочь, и он ушел, а Андрей запер калитку за ним. Он остался снаружи, а потом, мне кажется, сел в свою машину и уехал.
– Ты говоришь, он приехал к Евгению? Зачем?
– Он сказал, что должен встретиться, что у них какие-то дела неоконченные. Но Женя не хотел с ним встречаться.
Хэтти явно не горел желанием рассказывать об этом Фариде во всех подробностях, и Авраам не стал настаивать.
– Что теперь будешь делать? – спросил он.
– Ну а что делать-то? Жить дальше, работать, что еще… не помирать же теперь. Женьку жалко, конечно. Но пусть полиция разбирается. Мы с Андреем еще раз проверим все – забор, двери, замки. Не хочется, чтобы тут такие вещи происходили. Теперь уже не знаю, когда в следующий раз будем все вместе встречаться. Если все уляжется, может, через год.
Затем оба пошли наверх: Авраам – собирать вещи для отъезда в Москву, Алекс – наводить порядок в комнатах после гостей.
– Так у тебя есть мысли, кто убил нашего беднягу? – задал Авраам вопрос, хотя понимал, что тот и сам пребывает в растерянности.
– Видимо, какой-то подонок пролез в сад… Но для следователей мы теперь все под подозрением – все, кто был в доме или возле него, хотя пока ни против кого из нас никаких явных улик нет. Они еще будут вести допросы, вызывать к себе в участок, так что будь готов. Заставили меня сделать подписку о невыезде, пока ведется следствие. Думаю, остальные наши тоже теперь в ближайшее время в отпуска не поедут. А сам-то что думаешь? Его мог убить кто-то из наших?
Авраам сделал паузу, прежде чем ответить, и пристально посмотрел на Долгова:
– Никто тебя за язык не тянул, ты сам сказал. Подумай еще раз: если уж у вас и калитка была заперта, и забор высокий, и ты уверен, что этот Фарид, оставшись снаружи, не мог вернуться обратно, то кто посторонний мог пролезть в сад?
Хэтти даже отвечать не хотел, только хмыкнул что-то неразборчивое. Когда поднялись на второй этаж, Авраам спросил:
– А где комната, которую ты Евгению дал? Может, там найдутся какие-то подсказки?
– Хочешь взяться за расследование? – ухмыльнулся его собеседник, – вон его комната, справа. Полиция уже взяла его сумку с вещами, и отпечатки пальцев кое-где сняли. Ничего там нет. Теперь уже можно там все протереть и убрать постельное белье.
Двое мужчин вместе вошли в комнату. Изнутри она выглядела почти так же, как и комната Авраама. Правда, в ней не было зеркала, а вместо этого висела картина с изображением какого-то старого азиатского города. Аврааму и в самом деле хотелось разобраться в случившемся, а его ум искал возможности поучаствовать в раскрытии каких-либо секретов.
Первым делом он открыл шкаф, однако ничего в нем не обнаружил. В выдвижных ящиках стола лежали ручки, фломастеры, зажигалка и маленький ножик. Вид ножа словно задел какую-то живую струну: еще недавно другой нож, гораздо больших размеров, был вонзен в грудь человека, занимавшего эту комнату, а перед этим десять таких ножей открылись на карте Таро.