Последний Охотник на Магов. Том 2

Глава 4

Гаспар явно не хотел лететь за ястребом, но выбора у него не было. Между нами был заключён контракт. Связь «хозяин-фамильяр». Гаспар набросился на откупоренную мной бутылку с зельем силы и залпом выжрал всё содержимое.

Мы с Сергеем одновременно рванули к окну, чтобы открыть Гаспару выход наружу. Но было уже поздно. Напитанный зельем силы и одержимый моим приказом Гаспар врезался в стекло и выбил собой всю оконную раму, после чего исчез.

Мы с Сергеем переглянулись.

– На улицу! Быстро! – крикнул я и рванул из отцовского кабинета к выходу из дома.

Пропустив несколько ступенек, я за долю секунды добрался до первого этажа и выскочил через сломанную входную дверь.

На всю улицу разносился шум воздушного боя. Гаспар и ястреб-фамильяр Серебряковых бились изо всех сил над крышей нашего дома. Кто бы мог подумать, что голубь сможет нагнать и схватить хищную птицу за хвост.

Хотя, о чём это я? Вряд ли какой-либо птице в природе приходилось сталкиваться с перекаченным голубем. Ужасающее существо!

– Давай, Гаспар! Вали этого мерзавца! – крикнул ему я. – Но учти! Он нужен нам живым!

– За последнее даже с учётом твоего приказа не ручаюсь! – ответил Гаспар и, схватив зубами хвост ястреба, выгнул шею и ударил противника об крышу. На нас с Сергеем посыпались осколки черепицы.

– Что там происходит? – послышался взволнованный голос мамы.

– Всё в порядке, мам! Не выходи из дома! – ответил ей я и приметил на водосточную трубу.

Решил забраться по ней на крышу и помочь Гаспару. Сплошь проржавевшая труба со скрежетом оторвалась от дома и рухнула на землю вместе со мной. Да уж, паршивая была идея. Но попытаться стоило. Хоть уже зелье левитации с собой таскать.

Но, к счастью, Гаспару помощь была не нужна.

Голубь взлетел ввысь, держа несчастного ястреба в своём клюве, и бросил врага на землю. Ястреб не успел расправить крылья и провалился в дымоход.

В доме послышался грохот и женские крики. Когда мы с Сергеем забежали внутрь, перед нами предстала совсем безумная картина.

Весь покрытый сажей вражеский фамильяр метался по гостиной, уворачиваясь от летящих в него сковородок, кастрюль и ножей. Мама с Аней забрасывали ястреба всем кухонным арсеналом.

Озлобленная птица, уклонившись от очередной поварёшки, извернулась и полетела прямо на Аню.

– Сдохну, но глаза тебе выклюю, стерва! – прохрипел фамильяр.

Аня взвизгнула. Меньше чем за секунду я преодолел половину дома и пинком откинул ястреба от своей сестры.

Птица ударилась о стену. Родовой щит пошатнулся, слетел с креплений и полетел прямо на изувеченного фамильяра Серебряковых.

Бум. А не зря я попросил Колю отправить мне щит курьером! Пригодился!

Вся семья Беловых замерла в ожидании дальнейших событий. Из дымохода с боевым кличем выпрыгнул чёрный, как уголь, Гаспар.

– Где этот петушара?! – прокричал он и изобразил, как закатывает рукава, но все перья, к счастью, остались на месте. – Ох, я сейчас ему покажу!

– Всё, Гаспар, отбой. Мы, кажись, его раздавили, – сказал я.

Гаспар бросил взгляд на родовой щит и горько плюнул. Не знал, что голуби вообще могут плеваться.

– Да что ж такое! Проклятый щит сделал за меня всю работу, – хмыкнул Гаспар.

Я кивнул Сергею, давая понять, что щит нужно приподнять.

– Мама, Аня, – обратился к женщинам я. – На всякий случай отойдите. Ещё не известно, в каком он там состоянии.

Мы с Сергеем приподняли щит, а Гаспар вытянул тело ястреба из-под него. Повезло птице – тяжеленный артефакт его сильно оглушил, но не раздавил. Видимо, в последний момент ястребу удалось проскользнуть под вогнутую часть металла.

– Ну что, красавчик? – сказал Гаспар, хрустя крыльями. – Сейчас я тебя потискаю. Ух, иди сюда, мой хороший!

– Гаспар, отставить! – приказал я. – Отойди от него. Он нам живым ещё пригодится. Погоди… Чего? В смысле, потискаешь?

– А? – опомнился Гаспар. – Ой… Не знаю. Я не знаю, зачем это сказал!

Гаспар тяжело дышал. У него аж слюна изо рта потекла.

– Ты чего, совсем, что ли, спятил? – удивился я. – Ты чего так похотливо на ястреба глазеешь?

– Я не знаю! – принялся оправдываться Гаспар. – Это всё ваше дурацкое зелье силы! Оно поднимает моё либидо!

– Ну не настолько же, чёрт тебя возьми, чтобы на раненого ястреба бросаться! Живо успокойся, он нам нужен живым.

– Зачем? – обиделся Гаспар. – Тебе мало одного фамильяра?

– Нет, дурень. Нам нужно его допросить.

– Я ничего вам не скажу… – прохрипел ястреб. – Лучше сразу убейте.

Ох, какой верный. Ладно, на этот счёт у меня есть козырь в рукаве. Бродский мне все уши прожужжал своей новой разработкой. Пора проверить её в деле.

– Гаспар, срочно лети к Николаю, – приказал я. – Скажи, что мне нужен тестовый образец зелья правды. Заодно и посмотрим, как оно работает. Прежде чем поить студентов всякими новинками, лучше проверим на птицах.

– Курлык! Надеюсь, на мне проверять ничего не планируете? – испугался Гаспар.

– Лети уже! Нельзя терять ни минуты!

На голубе под клятвой уже смысла проверять не было, поэтому и зелье осталось в экспериментальном образце.

Гаспар покинул особняк, а мы с Сергеем достали из отцовского кабинета старую клетку, чтобы временно заточить ястреба. Уж не знаю, кого раньше отец держал в этой темнице, но прутья были прочными.

– Точно не хочешь рассказать нам всю подноготную добровольно? – в последний раз спросил я фамильяра. – Учти, зелье, которым мы тебя напоим, может иметь очень нехорошие побочки.

– Мной уже всё было сказано, – пропыхтел уставший ястреб. – Вы ни слова из меня не достанете.

– Похвальная преданность, – сказал ему я. – Серебряковы не заслуживают такого фамильяра, как ты. Будь на твоём месте Семён Андреевич – готов поклясться, что он бы всё уже выложил.

– Заканчивай ко мне подлизываться, Владимир Белов. Моя клятва слишком сильна, – произнёс ястреб. – Я буду молчать.

– Да разве ж я подлизываюсь? Ошибаешься, это не в моих принципах. Я лишь констатирую факт. Скажи хоть, как тебя звать, гордая птица? – улыбнувшись, спросил я.

Ястреб молчал.

Почему-то этот фамильяр пришёлся мне по душе. Да, он шпионил за моей семьёй, но таковы были приказы его хозяев. Если я прикажу Гаспару следить за женской раздевалкой, извращенцем это сделает меня, а не его. Хотя о чём это я, речь же про Гаспара…

Через полчаса мне позвонил Бродский.

– Володь, я сдуру отдал этому шизоидному голубюнаше тестовое зелье и даже не уточнил у тебя, правду он говорил или нет? – спросил Николай.

– Правду-правду, – ответил я. – Но поступок, Колька, очень опрометчивый! Забыл, чем дело со взрывными зельями кончилось? Давай аккуратнее. Он хоть и под моим контролем, но всё же Гаспар – голубь хитрый и скользкий, как ни крути.

– Кто это тут скользкий голубь? – прокурлыкал Гаспар, влетев в моё окно.

– Ого! А ты быстро! – удивился я. – Всё-таки хорошо на тебя влияет зелье мышечной силы.

– Да я готов жрать эту байду сутками! Я ещё никогда не чувствовал себя так хорошо! – воскликнул Гаспар.

Я внимательно осмотрел голубя и заметил одну любопытную деталь. Прошло уже два часа, эффект зелья должен был выветриться. Но Гаспар не уменьшился в размерах. Его тело осталось слегка укрупнённым. Интересно, он теперь навсегда останется таким голубем-переростком?

Надеюсь, что нет, иначе нам придётся для него отдельно сделать противоядие. Иначе он все свои шпионские навыки потеряет. Голубь-качок точно не затеряется в толпе.

– Ну что ж, приступим к допросу, – заявил я. – Сергей, подойди сюда.

Брат встал около клетки рядом со мной.

– Я просуну руки внутрь и буду держать его, а ты вливай ему в клюв зелье правды, – предложил я. – Готов?

– Готов, – кивнул Сергей, откупорив дурно пахнувший травами отвар.

Я схватил ястреба и прижал его крылья к телу. Старый побитый фамильяр почти не сопротивлялся. Сергей влил содержимое бутылки в птичью глотку.

Мы одновременно отскочили от клетки, когда ястреб начал биться о металлические прутья и громко кашлять.

– Сработало? – забеспокоился Сергей.

– Есть только один способ это узнать, – произнёс я и спросил. – Как тебя зовут, ястреб?

Птица бросила на меня злой взгляд, но всё же ответила:

– Теодора.

– Самка! – завизжал Гаспар и радостно запрыгал вокруг клетки. – Хвала богам, это самка! А я думаю, чего меня так тянет к этому ястребу! Фух…

Гаспар деланно протёр крылышком свой лоб.

– Я уж испугался, что со мной что-то не так… А то Бродский какое дерьмо только не варит! – голубь выдохнул с облегчением.

– Эх ты, Гаспар! – рассмеялся я. – Как же ты пол у птицы-то определить не смог?

– В пылу битвы и не такое бывает! – выдумал отговорку он. – Да, голос у неё хриплый. Видимо, я переборщил с ударами.

Гаспар резко замолчал.

– О боги, я избил женщину… – в ужасе прошептал он.

– Стыд и срам, Гаспар! Но это уже не важно. Главное, что зелье правды работает. Если понадобится, мы её потом к ветеринару отведём, или какой врач магических животных лечит… – сказал я и снова обратился к ястребу. – Хорошо, Теодора. Тогда следующий вопрос: почему Серебряковы приказали тебе шпионить за нами? Мы ведь заключили с ними новую сделку.

– Они не собираются следовать уговору, – ответила Теодора. – Они не доверяют тебе, Владимир Белов. И поэтому Семён Андреевич Серебряков хочет предпринять решительные меры.

– Вот как? – удивился я. – Это какие же?

– Серебряков ждёт твоего звонка. Вы договоритесь о встрече. А когда он получит то, что желает, его люди всё равно избавятся от тебя и твоей семьи.

Моя рука невольно сжалась в кулак. Ногти впились в ладони.

Вот Серебряковы и показали своё истинное лицо. Плевать они хотели на эту сделку. Даже если я им миллион заплачу и отдам все сокровища мира, они всё равно нас предадут. Этого следовало ожидать. Мы разошлись мирно, чтобы сойтись в войне. Как я и говорил, сочетание мага и аристократа – очень мерзопакостная штука.

– Сколько человек придёт на встречу? – спросил я.

– Я не знаю, – помотала головой Теодора.

– Серебряков планирует атаковать только меня или параллельно отправит людей в наш дом?

– Не могу сказать точно… – задумалась птица. – Скорее всего, он направит все силы, чтобы убить тебя. И лишь потом придёт за твоей семьёй.

– Хорошо, Теодора, – кивнул я. – Последний вопрос. Какой силой обладает Семён Серебряков и его сыновья?

– Серебряковы – семья призывателей, – ответила она. – Младшие не шибко талантливые маги. Другое дело – их отец. Семён Серебряков – могущественный маг. Он разбогател за счёт своей магии. Ему принадлежит несколько строительных фирм. Призванные элементали строят дома куда быстрее других магов и простолюдинов.

Магия призыва элементалей… Неприятная штука. Фактически, он – маг универсал. Элементали могут атаковать любыми стихиями. Бой обещает быть не из лёгких.

– А теперь последний вопрос! – воскликнул Гаспар и просунул в клетку с Теодорой свой клюв. – Я тебе нравлюсь?

– Нет! – воскликнула Теодора.

У неё аж голос прорезался и стал действительно походить на женский.

– Тьфу ты! Бездарь – этот Бродский! – разозлился Гаспар.

– А Бродский-то тебе чем не угодил? – не понял я.

– Как, чем? Действие зелья правды уже закончилось! – заявил Гаспар. – Видишь? Она начала лгать.

– Уверенности тебе не занимать, Гаспар, – усмехнулся я. – Так, ну и что же мне теперь с тобой делать, Теодора?

– Сделай меня своим фамильяром, – предложила она. – Моя связь разорвалась.

– Разорвалась? – удивился я. – С какой это стати?

– Её разрушили побочные эффекты зелья правды, – объяснила Теодора. – Но Серебряков этого ещё не почувствовал. Если я вернусь домой и доложу итоги шпионажа, он ничего не заподозрит.

– И снова Бродский свалил зелье с чёрт знает какими свойствами! – воскликнул я. – Но на этот раз нам повезло. Только одно меня смущает: ты ведь только что не хотела предавать своих хозяев. С чего вдруг такие перемены?

– Это всё моё обаяние, – подмигнул Гаспар сначала мне, а потом Теодоре.

– Таковы были требования Семёна Серебрякова. Беспрекословное подчинение. Он давным-давно отобрал меня у одного из своих должников. Моего хозяина убил, а меня сделал своей рабыней.

– Хотел бы я тебя сделать своей рабыней, – блаженно протянул Гаспар.

– Заткнись! – хором рявкнули на голубя мы с Теодорой.

Гаспар, похоже, совсем нас не слушал. Не знаю, что за муть взбрела в его птичью голову на этот раз, но гормоны явно взяли над фамильяром верх.

– Хорошо, Теодора, меня устраивает твоё предложение, – заключил я. – Расклад будет следующим: я отпущу тебя, и ты доложишь Семёну Андреевичу, что мы подготовили все компоненты сделки. Артефакты, родовой свиток, деньги – всё при нас. Если будет спрашивать, собираемся ли мы его атаковать, скажешь, что Белов намерен прийти безоружным.

– Я сделаю так, как ты велишь, – кивнула Теодора и тут же запнулась.

Похоже, полная покорность вошла ей в привычку.

– Послушай, – начал я. – Я бы хотел сделать тебя своим фамильяром, но прежде тебе нужно понять, что я не намерен лишать тебя свободы воли. Ты будешь служить мне, но тирании от меня не жди. Я не такой, как Серебряков. Я уважаю своих соратников.

Услышав мои слова, Теодора распушила свои перья и прямо-таки расцвела.

– Я согласна, – кивнула она.

И между нами образовалась нить магической связи. Скоро я таким макаром себе целый зверинец соберу! Ну или вольер для птиц.

Теодора улетела выполнять мои указания. Гаспар подорвался, чтобы полететь за ней, но я остановил распутного голубя, вовремя ухватив того за хвост.

– Заканчивай это, Гаспар, – велел я.

– Но… Но… – заикался голубь. – Но она мне понравилась!

– Ты унижаешься. Этим ты самку привлечь не сможешь, – объяснил Гаспару я. – Я что, должен учить тебя даже этому?

– Откуда ты знаешь птичьи законы? – удивился Гаспар.

– Законы межполовых взаимоотношений у всех одинаковые, Гаспар. Будь сильным; покажи, что на тебя можно положиться. И она – твоя.

– А ты умный, Владимир Белов! – восхищённо заявил Гаспар. – И много птиц у тебя было?

– Давай я всё-таки не буду отвечать на этот вопрос, – сказал я и устало прикрыл глаза рукой.

Пора звонить Серебрякову.

Я набрал номер Семёна Андреевича. Не прошло и двух гудков, как он ответил на мой вызов.

– Ты всё собрал, Владимир Белов? – спросил он вместо приветствия.

– Конечно, Семён Андреевич, – солгал я. – Как и договаривались. Встречаемся завтра вечером на старой парковке в двух кварталах от вашего дома. На нейтральной территории.

– Идёт, – согласился Серебряков. – И даже не вздумай притащить с собой друзей. Разговаривать будем один на один.

– То же касается и тебя, Серебряков, – твёрдо сказал я. – Никаких друзей. Только ты и я.

– Завтра в восемь вечера. И без опозданий, – процедил сквозь зубы Семён Андреевич и бросил трубку.

– Ну как? – нетерпеливо поинтересовался Сергей. – Он придёт?

– Придёт, куда он денется! – ответил я. – Только что-то мне подсказывает, что не станет этот свинтус рисковать. Он обязательно захватит с собой пару-тройку человек. Но это и не важно. Я справлюсь с ними в любом случае.

– Возьмёшь мою саблю? – предложил Сергей. – Тебе она нужнее, чем мне.

– Нет, братишка, – отказался я. – Спасибо, она уже достаточно мне послужила. Негоже пользоваться оружием младшего брата. Я дойду до торгового центра и приобрету личный клинок. Но на завтрашнюю встречу я возьму не только его.

Я решил не мелочиться и купил закалённый боевой магией меч. Сабли были мне не по душе. Оружие с двумя режущими поверхностями – вот выбор, достойный истребителя магов!

Этой ночью я вновь медитировал, держа в руках сундучок с пеплом своих павших товарищей. Отражения в них больше не осталось, я поглотил всё до последней капли. Но близость к чему-то, что связано с давно забытым орденом, грела мне душу.

Закончив все приготовления, я выдвинулся к месту назначения. На парковку пришёл первым. Гаспар изучал местность с неба.

Через десять минут с небольшим опозданием появился мой противник.

Семён Андреев Серебряков шёл один, тяжко переставляя широкие ноги.

– Это что на тебе такое, Белов?! – рявкнул он.

На моей спине висел родовой щит, на поясе висели ножны клинка. В правой руке был сундучок, а в левой – футляр от родового свитка.

– Щит и меч – это древнейшие артефакты, которые хранил в особняке мой отец, – солгал я. – В сундуке – пятнадцать тысяч рублей. А вот – родовой свиток.

– Ты меня удивляешь, Владимир Белов. Очень удивляешь, – рассмеялся Серебряков. – Ты куда интереснее, нежели твой отец. Но и куда опаснее.

Серебряков взмахнул рукой. Он подал кому-то сигнал. Но кому?

Нить связи с Гаспаром неистово завибрировала. Голубь предупреждал меня об опасности.

Из заброшенных гаражей, из кустов, из стоящих вокруг машин стали появляться силуэты. Поначалу я подумал, что Серебряков активировал магию призыва, но нет…

Меня окружала толпа его охранников. Двадцать широкоплечих головорезов. А ублюдок решил не мелочиться!

– Мы договорились, что придём без друзей! – крикнул ему я.

– И я тебя не обманул, Владимир! – улыбнулся Серебряков. – Эти молодцы мне не друзья. Они мои подчинённые.

– Всё с тобой понятно, вероломный кусок сала, – вздохнул я, аккуратно опустил сундучок с рамкой на землю и достал из ножен свой меч.

Левую руку я просунул в родовой щит. Он был чудовищно тяжёлым, но зелья силы и запитанные силой Ковтунова кристаллы сполна это компенсировали.

– Я вызываю тебя на дуэль, Семён Серебряков! – заявил я. – За честь и свободу моей семьи ты падёшь.

– Дуэль? – удивился Серебряков. – Ты совсем с ума сошёл, Белов? Какая ещё, к чёртовой матери, дуэль?

– Отказываешься от честной битвы?

– Довольно разговоров, – заключил Серебряков. – Ребята! Валите его!

Глава 5

Серебряков отдал своим головорезам приказ атаковать. И началась бойня.

Двадцать крепких мужчин, на ходу доставая оружие, ринулись на меня. Клинки, дубины, ножи. Все охранники Серебрякова были простыми людьми, без магических способностей. Но вот насчёт их орудий убийства я так уверен не был.

Видимо, Серебряков решил сэкономить на магах, ведь дам им магическое оружие гораздо дешевле.

– Прикончите этого молокососа! – визжал Серебряков. – Только артефакты его не повредите!

Ну и чёрная же душонка этот Серебряков! Я подготовил такой прекрасный план с дуэлью. Но как и предполагал, о чести и достоинстве здесь никто не слышал.

На меня налетела первая партия противников. Двое мужчин справа и трое слева. Хоть передо мной и простые головорезы, но убивать их я не желаю. Они всего лишь выполняют свою работу. Да и проблем потом не оберёшься. Одно дело – поединок дворян, другое дело – убийство наёмников Серебрякова. Мне разбирательства с местной полицией не нужны.

Ох, чувствую, скоро придётся нанимать хорошего адвоката! Долго я в этом мире без убийств не продержусь такими темпами.

– Ну что, ребята, давайте веселиться! – воскликнул я.

Но ирония была лишь для того, чтобы ввести их в смятение. Люди всегда опасаются того, что не понимают. И сейчас они не видели во мне ни капли страха!

Я прикрылся родовым щитом от налетевших на меня противников слева. Три клинка со звоном ударились о магический металл, и врагов отнесло в сторону мощной магической волной.

Клинок в моей правой руке плясал, вторя бьющему в висках пульсу. Я ранил двух мужчин одним мощным ударом.

Ну и дилетанты! Они не успели даже подобраться ко мне вплотную.

Глубоких ранений я старался не наносить. Мой меч работал с ювелирной точностью. За считаные секунды я вывел из строя сразу пять противников. Двух – мечом, трёх – щитом.

Сказались годы тренировок в прошлой жизни. Старые привычки постепенно подстроились к новому телу.

А родовой щит Беловых – очень даже полезная штука. Огромный синий кристалл в его сердцевине был напитан колоссальным количеством защитных чар. Каждый, кто пытался ударить по щиту, тут же отлетал в сторону. Основной защитой служил не сам металл, а магия, которой он был закалён.

– Вы совсем спятили? – рявкнул Серебряков. – Он же один, а вас двадцать человек! Атакуйте все разом!

На меня набросились оставшиеся на ногах пятнадцать бойцов. Ох, сколько же чести в этой битве! Столько же, сколько совести у Гаспара.

– Ну, ребята, пеняйте на себя! – крикнул я.

И, крепче схватившись за щит, раскрутился вокруг своей оси. Металл выплеснул из себя поток магии и заставил весь атакующий меня отряд замереть и покачнуться.

Я решил воспользоваться их замешательством и перешёл из защиты в нападение. Мой клинок прорвался через толпу врагов. Я целился по ногам и бил эфесом меча, лишая противников возможности передвигаться и продолжать бой.

Я считал в уме. Минус один. Минус два. Минус три.

Двое особо крепких парней попытались атаковать на меня со спины. Сталь просвистела рядом с виском.

Вот же сволочи, реально убить пытаются! Таких щадить нельзя!

Я извернулся и, напитав ноги боевой магией, оттолкнулся от земли. В прыжке я шарахнул родовым щитом по врагу, и тот втемяшился своим толстым лбом в затылок своего товарища.

Минус пять.

Половина бойцов лежали на земле без сознания. Вот Серебряков и поплатился за свою скупость. Хотя я и с магами бы справился, и возможно, даже быстрее, чем с простолюдинами.

Оставшаяся десятка бойцов, тяжело дыша, взирала на меня с ужасом. Они не понимали, как такое возможно.