Гамаль Абдель Насер

Президентом на следующие шесть лет был избран Насер. Во время работы ассамблеи предполагалось сделать Насера пожизненным президентом ОАР. Узнав об этом, он заявил: «У президента и так большие полномочия. Им нет границ. Принять ли это предложение? Нет, конечно… Благодарю вас за ваши чувства. И прошу не подходить к делам с сентиментальной стороны. К ним надо подходить по-деловому…»

В своей речи он заявил, что наступает новая эпоха. По классам феодалов и капиталистов нанесен жестокий удар. Это, в свою очередь, привело к тесному сотрудничеству Насера и его сторонников с марксистами. Отныне египетские марксисты привлекаются к активной деятельности в государственных учреждениях. Некоторые из них избираются в органы АСС. Они обсуждают проблемы социалистического строительства на страницах египетских газет и журналов.

Перекрытие Нила между тем с каждым днем приближалось. По гребню строящейся плотины, похожей на спину огромного нильского крокодила, двигался поток самосвалов. Пороги и скалы из черного и красного асуанского гранита создавали причудливые нагромождения. И все это сверкало под ослепительно ярким солнцем, от которого зелень нильских берегов казалась изумрудной.

Правительство ОАР готовилось ко дню перекрытия как к величайшему национальному празднику. В Асуан прибывали делегации из многих стран мира, в том числе и из Советского Союза.

В ночь на 14 мая зарево огней Асуанской плотины напоминало восход солнца. В этот день в 12 часов 35 минут президент Насер в присутствии иностранных гостей нажал кнопку взрывателя. Нильская вода устремилась в новое русло. С момента взрыва и до следующего утра продолжалось перекрытие. Наступил момент, когда строители с левого и правого берегов ринулись друг к другу в объятия. Вечером по новой дороге через Нил проехал Насер в сопровождении гостей…

На голубых галябиях арабских строителей появились советские ордена и медали, на рубашках советских специалистов – египетские. Указом Президиума Верховного Совета СССР президенту ОАР Гамалю Абдель Насеру было присвоено звание Героя Советского Союза. Во дворце Кубба состоялся прием, на котором присутствовало около пяти тысяч человек. Когда приглашенные заняли места за столами, Насер выступил с речью:

«Я буду говорить о великой стране и ее великом народе, о нашем друге, – сказал он, – который в трудные годы пришел к нам на помощь, – я буду говорить о Советском Союзе!..»

Успешно осуществленное перекрытие Нила означало, что через несколько лет страна получит неограниченные энергетические возможности. Теперь, выступая на митингах, Насер все чаще и настойчивей говорил о создании тяжелой промышленности. Углублялось и понимание некапиталистического пути развития. Если в первые годы после принятия законов о национализации речь шла об «арабском» или даже об «исламском» социализме, то теперь Насер счел нужным внести в этот вопрос ясность. В марте 1966 года ему был задан вопрос: «Каков наш социализм – научный или арабский?» Насер заявил прямо и недвусмысленно: «Национальная хартия говорит о научном социализме… В термине „арабский социализм“ отражается комплекс национальной неполноценности…»

В 1966 году была завершена первая пятилетка. Национальный доход страны вырос на одну треть. Из аграрной страны ОАР превратилась за эти годы в аграрно-индустриальную.

Согласно новому семилетнему плану предполагалось увеличить капиталовложения в египетскую промышленность в сто раз. Была разработана широкая программа мероприятий по улучшению материального положения трудящихся. Кодекс о труде вводил в стране семичасовой рабочий день, значительно повышал минимум заработной платы. Еще с 1964 года действовал закон об обязательном социальном страховании. Национализация промышленных предприятий сопровождалась провокациями и актами саботажа. То же происходило и в деревне, феодалы противились проведению аграрной реформы.

Небольшое селение Камшиш в провинции Мануфия вошло в историю Египта как символ борьбы против реакции и феодализма. Камшиш расположен всего в нескольких километрах от другого села – Деншавай, где накануне первой мировой войны произошло крестьянское восстание против колонизаторов – англичан. Деншавай, потом Камшиш – это как бы этапы борьбы египетского народа за национальную независимость, потом за социальное раскрепощение.

30 апреля 1966 года в Камшише раздался выстрел, прокатившийся гулким эхом по всей стране. От руки убийцы пал активист Арабского социалистического союза Салах Хуссейн. Убийство организовали феодалы аль-Фики, бывшие ранее безраздельными хозяевами в Камшише. Местная полиция и деревенские власти попытались скрыть преступление.

Тогда вдова убитого, двадцатисемилетняя Шахинда, приехала в Каир и потребовала, чтобы ее выслушали. Она рассказала в АСС о террористической деятельности феодалов, пытавшихся затормозить проведение аграрной реформы.

Обо всем этом стало известно Насеру. В Камшиш срочно выехал ответственный работник АСС. Местные представители власти были отстранены от расследования. Начался пересмотр дела.

Выяснилось, что в дни тройственной агрессии аль-Фики отравили в деревне скот, чтобы спровоцировать крестьян на антиправительственное выступление. Когда проводились выборы в местные органы власти, они подделывали бюллетени, чтобы протащить своих людей. И кроме того, аль-Фики записали излишки земли на «мертвые души».

Но проведением аграрной реформы в Камшише руководил уроженец этого же селения Садах Хуссейн, который хорошо знал жизнь крестьян. Он создал в деревне сразу же после революции крестьянский комитет. В результате интриг помещиков он оказался в тюрьме. Потом Салах был вынужден уйти из Каирского университета, где он учился. Несмотря на это, Салах продолжал борьбу. Он предупреждал работников АСС, что нельзя недооценивать активность помещиков. Тогда феодалы решили расправиться с ним. Следствие показало, что убийца Салаха получил оружие и 200 фунтов от одного из членов семьи аль-Фики.

Были пересмотрены и другие дела об убийствах в деревнях, выяснилось, что еще один активист АСС, Ахмед Дасуки, был убит феодалами в селении Мухаммед-Султан, а десять феодалов провинции Кафр-аль-Шейх утаили пять тысяч федданов земли, подлежавших экспроприации.

Насер требовал решительного искоренения остатков феодализма в деревне. Этого же хотела массы феллахов, которые под руководством комитетов АСС вышли на демонстрации, прокатившиеся до всей стране. Но реакция не сложила оружия. Она продолжала оказывать сопротивление…

Многое изменилось за эти годы в стране. Только жизненный уклад Насера не претерпел никаких изменений. Президент по-прежнему жил в маленькой вилле, которую он снимал, еще будучи преподавателем военной академии.

Насер первым просыпался в доме. Вставал он обычно часов в шесть утра, пил чай, закусывал белым соленым сыром, съедал традиционную для простолюдина тарелку бобов и уходил в свой кабинет. Он уже углублялся в дела, когда оживал дом. С криками дети мчались умываться…

У Насера было мало свободного времени. Но одного правила он придерживался неизменно, когда находился в Каире. В три часа вся семья собиралась за обеденным столом. Больше всего ждали этих минут дети – Насер был необычным отцом. Он никогда не повышал голоса на детей, никогда не вмешивался в их дела, не навязывал своих вкусов. Но он всегда знал, чем они живут, чем интересуются. Он умел тактично и ненавязчиво высказать им свое мнение по тому или иному вопросу, направить их энергию на полезное дело. Каждое слово или поступок отца были для детей примером, которому они стремились подражать.

В редкие дни отдыха Гамаль выезжал на загородную дачу в Канатир-аль-Хеярия.

Там он мог вволю насладиться природой, гуляя с детьми по парку. Было у него одно увлечение, которое захватило и детей. Он очень любил заниматься фотографией. Благодаря этому в семейном альбоме Насера сохранилось много снимков, сделанных им во время этих прогулок. Точно так же президент любил кинофильмы, которые он, как заправский киномеханик, показывал дома.

Самыми большими праздниками в семье были дни рождения детей. По этому поводу устраивался чай. Гамаль выкраивал часок-другой для того, чтобы торжественно вручить имениннику подарок, поиграть с детьми.

Насер не любил отмечать свои дни рождения. Газетам было категорически запрещено публиковать что-либо по этому поводу. Если кто-нибудь приходил в этот день, гостя поили чаем и угощали традиционными пирожными. Гамаль обожал сладкое. Он никогда не пил алкогольных напитков, правда, много курил. Если раньше его любимыми сигаретами были американские, «Кент», то теперь Насер перешел исключительно на египетские – курил только «Клеопатру».

Однажды, когда ремонтировалась его вилла, Насеру предложили перебраться во дворец Кубба, где каждый член семьи получил по огромной комнате. Жизнь во дворце стала быстро угнетать его. Семья оказалась как бы разделенной.

«Дети, – вспоминал Гамаль, – бегали по коридорам дворца, то и дело натыкаясь на дорогие вазы и старинные вещи. Мне приходилось платить за каждый разбитый старинный предмет. Я не мог вынести бремя жизни во дворце».

Насер был предельно честен и строг к себе. Ему присылали миллионы фунтов в качестве пожертвований с тем, чтобы он направил их туда, куда сочтет нужным. Они переводились в банк на счет под номером «один» и шли на нужды Египта; когда президент умер, на этом счету было два с половиной миллиона фунтов. На личном же счету Насера лежало всего 610 фунтов.

Обо всем этом хорошо было известно египтянам. Впервые страной, в которой на протяжении многих лет царила коррупция, руководил бессребреник. В этом отчасти и заключался секрет успеха Насера как государственного деятеля. Что бы ни писали про него английские и американские газеты, сколько бы ушатов грязи ни выливали на него израильские пропагандисты, какие бы ошибки ни допускал сам Насер, в какой бы трудной ситуации он ни оказывался, – ничто не могло лишить его доверия и любви народа.

Каир становился не только Меккой представителей национально-освободительных движений арабских стран, но и столицей борющейся Африки.

В Каире происходили крупнейшие международные конференции. В 1964 году, например, здесь состоялась Вторая конференция глав африканских государств.

ОАР оказала материальную и военную помощь народу Конго в его борьбе против империалистов. Большое значение сыграла поддержка ОАР для победы алжирской революции. Египетские солдаты сражались в Йемене, ОАР поддерживал народы Марокко, Судана, Ирака, Сирии, Южного Йемена. Насер считал, что оказание посильной помощи другим народам – революционный долг ОАР. В его выступлениях настойчиво проводилась мысль о координации действий освободившихся стран в борьбе против империализма. Со многими прогрессивными деятелями Насера связывала крепкая дружба. С большой симпатией относился президент ОАР к Эрнесто Че Геваре и Фиделю Кастро. В 1962 году во время работы Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке, на которой присутствовали главы многих государств, Насер отправился в Гарлем, где в скромном негритянском отеле жил Кастро, и выразил ему свое восхищение по поводу кубинской революции.

В феврале 1965 года Че Гевара вторично приехал в Каир. Насер и Че Гевара посетили Асуан. Гость заявил, что подобной стройки ему не довелось еще видеть ни в одной из развивающихся стран.

– Даллес говорил нам, что мы проклянем тот день, – рассказывал Насер, – когда возьмемся за строительство этой плотины, потому что египетский народ вынужден будет многим пожертвовать… Но действительная революция как раз и определяется готовностью людей терпеть лишения ради развития…

Теперь, когда строительство первой очереди Высотной плотины завершалось, весь мир видел, как просчитались империалистические страны. Поняли ли это в Вашингтоне и Лондоне? Правительство США решило, что «лучший способ держать Насера вне советского блока – это оказывать ему помощь». Да, политика угроз не принесла никаких результатов. После прихода к власти Кеннеди сказал, что США готовы поддержать арабов. Насер реагировал на это заявление спокойно и осторожно. И, как показали дальнейшие события, он поступил весьма предусмотрительно. Прошло немного времени. Кеннеди направил Насеру письмо, в котором потребовал отказаться от закупок советского оружия.

В ответном письме Насер напомнил Кеннеди о том, что США отказали Египту в поставках оружия, в финансировании строительства Асуанской плотины, а Советский Союз оказал помощь египетскому народу. Президент ОАР сообщал, что он будет по-прежнему поддерживать хорошие отношения с Советским Союзом, поскольку таково желание египетского народа…

Но и после этого Кеннеди продолжал оказывать давление на Насера. В ОАР прибыл новый посол США Бадо, бывший в течение десяти лет ректором американского университета в Каире. Насер невольно улыбнулся, он еще не забыл своих бесед с Иденом, считавшим себя знатоком арабских дел.

Однако Бадо тут же приступил к активным действиям, он налаживал контакты с египетскими промышленниками, чиновниками, писателями, общественными деятелями. В Египет зачастили американские сенаторы. Бадо употреблял все свое влияние на то, чтобы помочь им встретиться с Насером. Американские политики прилагали максимум усилий для того, чтобы завоевать его расположение. Но те же сенаторы, возвратившись в США, выступали с антинасеровскими речами, требуя экономической блокады ОАР. Правительство Кеннеди продолжало оказывать военную помощь Израилю.

В ноябре 1964 года в Конго были сброшены бельгийские парашютисты. Эта акция, одобряемая США, была направлена против конголезского народа. В знак протеста против политики США на улицы Каира вышли демонстранты. Через несколько дней Насер заявил, что ОАР поддержит борьбу конголезского народа.

«Если послу США не нравится это, пусть пойдет и выпьет Средиземное море, – сказал он под восторженные крики египтян, – а коль этого мало, то пусть выдует и Красное море тоже…»

Насер понимал, что над страной нависла новая угроза. На этот раз Израиль готовился к войне еще более тщательно, чем в 1956 году. Моше Даян с удостоверением военного корреспондента израильской газеты «Маарив» побывал во Вьетнаме. Там он наблюдал за боевыми действиями американских войск и даже принял участие в битве под Данангом. Даян вел беседы с генералами, в общем, приобретал опыт. В связи с этим Даяну вновь пришлось надеть военную форму, на сей раз американскую. До этого в Вашингтоне Даян встретился с министром обороны Макнамарой и генералом Максуэллом Тэйлором. Его опекал сам генерал Уэстморленд.

Вернувшись в Израиль, Даян не ограничился опубликованием статей о своем пребывании во Вьетнаме. Он прочитал также несколько закрытых лекций для солдат и офицеров.

В 1966 году ОАР заключила договор об обороне с Сирией, согласно которому в случае войны руководство вооруженными силами обеих стран должно было осуществляться объединенным командованием.

Вскоре Израиль решил проверить, как будут реагировать арабские государства на военные провокации. Израильские войска разрушили три иорданских селения. Израиль пытался оправдать очередную агрессивную акцию ссылками на нападения палестинских партизан. Ни Египет, ни Сирия не были связаны с Иорданией никакими обязательствами. Но значило ли это, что они должны бездействовать?..

По Иордании прокатилась волна массовых демонстраций, народ требовал у короля Хуссейна оружия. Началась кампания взаимных обвинений: печать Саудовской Аравии и Иордании упрекала Насера в том, будто бы он не хочет потребовать вывода войск ООН с Синая, который позволил бы закрыть проход в Акабский залив для израильских судов.

Израиль вел себя крайне агрессивно и нагло.

7 апреля израильские бомбардировщики проникли в глубь территории Сирии на 70 километров. В наземных операциях агрессор использовал танки и артиллерию. Это напоминало репетицию войны.

27 апреля МИД СССР сделал заявление, в котором отмечалось, что Израиль ведет опасную игру. Тогда забеспокоились Англия и США: находившийся в Средиземном море 6-й американский флот был приведен в состояние боевой готовности. Английская авиация начала концентрироваться на Кипре.

В мае 1967 года Израиль отмечал девятнадцатую годовщину своего образования… Военный парад состоялся в израильском секторе Иерусалима, хотя всему миру было известно, что столицей Израиля является Тель-Авив. Таким образом, израильские власти открыто выказали свои претензии на Иерусалим.

В тот же день Насер отдал приказ о направлении египетских войск на Суэцкий канал.

18 мая президент ОАР официально обратился к Генеральному секретарю ООН У Тану с требованием вывести трехтысячный контингент международных войск с Синая.

Насер отдает египетскому флоту приказ не пропускать в Акабский залив израильские корабли, а также суда других стран, везущие стратегические грузы, которые предназначались для Израиля.

Израиль оставил Сирию в покое. Израильские войска стягивались к границе с ОАР. 30 мая король Хуссейн прилетел в Каир для того, чтобы подписать с Насером соглашение об обороне.

Но и в этот период Насер старался избежать вооруженного столкновения, так как он полагал, что арабы еще не готовы к войне с Израилем.

Правда, впоследствии сионисты лицемерно обвинили его в том, что он заявил о намерении уничтожить Израиль. На самом деле 25 мая, выступая на межарабской конференции Федерации профсоюзов, проходившей в Каире, Насер сказал, что если начнется война, то она может привести к уничтожению Израиля. Депутат английского парламента Кристофф Мейхью спросил Насера, что это означает. Египетский президент пояснил, что он употребил слово «уничтожение» в военном смысле, а не в политическом, ибо говорил о вооруженных силах Израиля, а не о народе.

О том, что ОАР ни в коем случае не хочет начинать первой военных действий, Насер сказал У Тану во время его визита в Каир.

Когда началось экстренное заседание Совета Безопасности, в США вылетел президент Израиля Шазар. Он вел переговоры с Джонсоном и премьер-министром Англии Вильсоном, тоже пожаловавшим в США. «Джерусалем пост» писала, что они обсуждали «план совместных действий против Египта». Израиль, таким образом, заручился поддержкой Лондона и Вашингтона.

В Израиле к тому времени уже было сформировано «правительство войны». Даян, получивший портфель министра обороны, отдал приказ о всеобщей воинской мобилизации…