- -
- 100%
- +
– Здравствуйте, Игорь Аркадьевич, с вами говорит сотрудник отдела внутренней безопасности Центробанка… (ну, пусть будет Матрена Ивановна).
Честно говоря, до этого момента я верил и не верил. Но очи мои были закрыты, зачарованы вражьей силой. Она начала свой монолог: «Вы должны войти, как обычный посетитель, и попросить кредит на свой паспорт, причем, если вам предложат больше 300 тысяч – берите, это надо в интересах следствия». Далее она инструктировала, куда я должен деть эти деньги, как поступить, если они будут безналичные. Но я уже не слушал. Произошло чудо прояснения. Как у Дмитрия Карамазова перед окном его отца, которого он хотел убить. «Слезы ли чьи, мать ли моя умолила Бога, дух ли светлый облобызал меня в то мгновение – не знаю, но черт был побежден», – говорил герой романа Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы».
– Нет! – сказал я. – Кредит брать не буду.
– Почему? Вы что, не хотите помочь следствию? Будете всю жизнь выплачивать кредит. Вы смотрите телевизор? Не видели, как разоблачили группу мошенников в Сбербанке?
– Сдается мне, что вы именно те мошенники и есть, – ставлю я точку в нашем разговоре.
– Ну, тогда пеняйте на себя!
Не успел я отойди от «банка», как поступил звонок от «следователя»:
– Вы что же, не хотите разоблачить мошенников?
– Я должен проконсультироваться, – сказал я.
– Ты дай ему пиз… – услышал я второй голос в трубке. На этом звонки прекратились.
По дороге я увидел офис Почта банка, решил поделиться ситуаций.
Хорошая девочка улыбнулась и сказала:
– Это мошенники. Ни один банк не оформит на вас кредит без вашего личного участия. Спите спокойно.
Я бы тоже улыбнулся, но сейчас только понимаю, что если бы я переступил порог этого Хоум банка, то не вышел бы живым, не подписав все их документы.
Что от меня нужно было мошенникам? Конечно, на свою нищенскую пенсию я никогда не выплатил бы даже 300 тыс. руб. Это они знали, значит – прощай квартира, а там и жизнь. Но ведь они знали, что я живу один в двухкомнатной квартире. Откуда? Недавно я подал заявку на субсидию в МФЦ, а они – в соцзащиту. Кто спасет нас от «духов злобы поднебесной»?
Лыжи
Как редко я стал становиться на лыжи. Вот и зима этого високосного года не исключение. Всего два раза ездил на лыжах, а когда-то – по 20 раз за сезон и больше. Причин тому две. Во-первых, старый стал, ленивый, а во-вторых, климат, особенно зимний, стал совсем не тот. А эта зима високосного года вообще измотала. Уже в начале декабря было полно снега, потом все растаяло, потом опять нанесло столько снега, что ходить по нечищеным тротуарам стало невозможно. Потом опять гололед и падение на улицах. И так далее и тому подобное: то морозы то оттепели.
Но вот, преодолев, наконец, погодные и немощные трудности, я встал в третий раз за сезон на лыжи. Но разве можно это называть спортивным выездом! Так, проковыляв кое-как 5 км, к тому же левая рука еще плохо работала после падения на улице, я вернулся домой. Стыдно, но что сделаешь. А ведь было время, когда я носился по лесу по нескольку часов без остановки и отдыха как угорелый. В среднем проезжал по 30 км. Но были выезды и до 50 км. Эх, молодость, молодость, куда ты сила прежняя девалась?..
P.S. В зимний сезон 2024/25 года я вообще из-за климатических особенностей этой зимы ни разу не становился на лыжи.
Наш подъезд, моя квартира
В последнее время, спускаясь на неубранную улицу по лестнице нашего подъезда, в котором валяются на полу снятые на время ремонта почтовые ящики (ремонт тоже не закончен), ловлю себя на ощущении, что он вымер. Но это ощущение не от того, что в подъезде бардак, а от того, что нет людей. Раньше, проходя по лестнице на четвертый этаж, чаще всего кого-нибудь встречал по дороге. Нашей «хрущевке» вот уже 57 лет. Она прожила 33 года в прошлом веке и вот уже 25 год живет в этом. Чего не скажешь про людей. Нет моих родителей, не осталось подруг моей матери, нет хороших соседей, в соседней квартире живут уже третьи жильцы. И так на каждом этаже почти не осталось прежних жильцов. Старые уходят, а новые не приходят, или приходят какие-то серые или темные (в общем, незаметные). Треть квартир в нашем подъезде вообще стала необитаемой – родственники или новые собственники там не живут. Грустно, очень грустно. Нет ощущения полноты жизни, радости. Отсюда вопрос: ради чего воюем, ради чего избираем одного и тоже президента?
В своей квартире я сейчас живу один. Первоначально в нашей двушке жило трое, потом стало четверо, потом – пятеро. А потом пошло на убыль. Умер отец, ушла жена с сыном. Долгое время я жил с матерью. Квартира уютная, светлая. Мама сделала ремонт в комнатах, заменила окна, остеклила балкон, обновила ванную комнату. Она знала, что я со своей мизерной пенсией не смогу все это сделать. Нам хорошо было вдвоем, несмотря на ее непростой характер. Мамы нет вот уже семь лет, а ее присутствие я ощущаю до сих пор. Я чувствую, что она заботиться обо мне и сейчас.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.