Маленький великан
- -
- 100%
- +
– Как же я сразу не догадался, – прошептал малыш про себя. – Ведь я теперь такой маленький, что все насекомые кажутся мне великанами. Этот жук с меня ростом!
Страх тут же отступил, и малыш решил выйти к жуку. На всякий случай он прихватил толстую палку, которая лежала рядом на земле. Но потом он вспомнил слова Карры и, отбросив палку в сторону, вышел из укрытия.
Увидев мальчика, жук тут же встал в угрожающую позу, выставил вперед свой рог и закачал головой, как настоящий носорог. Мальчик заметил, как из-под листьев и из-за стеблей травы стали выглядывать черные головы других жуков. Отступать было некуда, и малыш смело решил идти вперед.
– Я не хочу тебе сделать ничего плохого, – сказал он. – Ответь только, почему ты плачешь?
– И он ещё спрашивает, – завыл жук. – И он ещё говорит, что не сделает мне ничего плохого! Да ты уже сделал мне плохо, Маленький Великан. Ты разрушил мой дом. Вот почему я плачу.
– Но я не рушил твоего дома, – возразил малыш.
– Ты просто не заметил этого, потому что был большим, – сказал жук. – Мы знаем тебя. Ты часто приходишь к пруду и часто топчешь наши дома, гуляя по траве. Люди почему-то любят гулять не по тропинкам, которые специально предназначены для ходьбы и которые они сами же проложили, а по траве. И при этом обязательно кого-то давят или разрушают чьи-то дома. Ведь мы же не живем на ваших тропинках. Проложили и ходите себе. Так нет, вам мало тропинок. – Жук тяжело вздохнул. – Ничего нельзя изменить. Таковы уж люди. А ты только представь, сколько вы раздавите и поломаете прежде, чем протопчите хоть одну тропинку. Да и потом на вашу тропинку всегда кто-нибудь выскочит, и прямо под ноги. – Жук снова вздохнул. – Видишь эту кучу мусора? – Он показал на поломанные листья и травинки. – Только что это был мой дом. Но, перед тем как превратиться в маленького, ты наступил на него.
– Извини меня, – сказал малыш. – Мне, правда, очень жаль. Я не знал. Я нечаянно. Может, его ещё можно отремонтировать? Я бы помог.
– Куча мусора может быть только кучей мусора, – ответил жук. – Ничего нельзя изменить.
– Но можно построить новый дом.
– Новый дом? – жук грустно покачал головой. – Да, конечно, новый дом, это лучше всего. Тем более, что больше ничего не остается. Если что-то поломалось, всегда надо начинать все с начала. Это лучше всего.
– Я помогу, – сказал мальчик.
– Хорошо, – ответил жук. – Я рад, что ты так добр, Маленький Великан.
– А почему ты меня зовешь Маленьким Великаном? – спросил малыш.
– Все люди для нас – великаны. Но ты уменьшился и стал маленьким. Поэтому я и зову тебя Маленьким Великаном.
– А как тебя зовут? – спросил мальчик.
– Скриптиус, – ответил жук. – Зови меня Скриптиусом.
Тут он повернулся к зарослям травы и крикнул:
– Выходите! Маленький Великан стал нашим другом. Он хочет помочь мне построить новый дом.
Из-под листьев и из-за стеблей травы стали выползать на поляну другие жуки. Они хлопали мальчика лапками по плечам и щекотали усами.
– Так они знакомятся, – сказал Скриптиус.
– Какой он мягкий, – сказал один из жуков.
– У него совсем нет панциря, – ответил другой.
– Он мягче гусеницы, – сказал третий.
– Он даже мягче червей, – добавил четвертый.
Здесь были не только жуки-носороги, но и жуки с красивыми узорчатыми поблескивающими на солнце крыльями. Мальчик узнал в них жуков-жужелиц. Были и другие жуки, названия которых малыш не знал. Все жуки казались ему ужасно волосатыми и противными, с мощными челюстями и волосатыми лапами. Раньше малыш и не замечал, что жуки такие лохматые. Раньше они всегда казались ему гладкими и скользкими.
10. Траурная соната
Вдруг раздался ужасный скрежет, похожий на звучание большого ненастроенного контрабаса, по струнам которого водят кривой кочергой. Все жуки тут же выстроились в два ряда, образовав посередине широкий проход.
– Что случилось? – спросил мальчик, примыкая к тому из рядов, в котором стоял Скриптиус.
Скрежет нарастал и приближался.
– Это наш Страдивади играет на своей скрипке траурную сонату, – ответил жук.
– Кто играет? – переспросил мальчик.
– Смотри, – сказал Скриптиус.
Мальчик обернулся. Из зарослей травы на полянку вышел большой зеленый кузнечик. Он не прыгал, а медленно передвигался на мохнатых лапках и одновременно издавал скрипучий стрекочущий звук.
– Это наш Страдивади, – повторил Скриптиус.
Вслед за кузнечиком появилась процессия, которая состояла из жуков–могильщиков, гусениц и нескольких бабочек. Гусеницы несли две длинные соломинки, на которых лежало поломанное крыло бабочки-репейницы.
– Что это? – спросил шёпотом мальчик.
– Это похоронная процессия, – ответил ему в полголоса жук.
– А почему они несут только одно крыло?
– Это все, что осталось от Фелицы, самой веселой нашей бабочки-репейницы, – ответил Скриптиус. – Это её крыло. Я узнал его сразу. Что с ней случилось? – спросил он у подползающей гусеницы из похоронной процессии.
– Ее склевала галка, – ответила та.
– Ох уж эти птицы! – вздохнул жук-жужелица с поблескивающими на солнце крыльями. – Они ещё прожорливей, чем пауки.
– Познакомьтесь, это Красавчик, – сказал Скриптиус, показывая на жука-жужелицу.
– Красавчик-Красотел, – представился жук, слегка поклонившись.
– А я… – мальчик хотел было назвать свое имя, но Скриптиус опередил его:
– Это Маленький Великан.
– Я уже слышал, – ответил Красотел. – Будем знакомы.
Как только похоронная процессия покинула поляну, все жуки стали расползаться. Каждый занялся своим делом, совершено не обращая внимания на других. Красавчик приступил к рытью пещеры под большим бревном, которое в действительности было простым обломком маленькой веточки дуба. Ещё слышны были звуки страдающей скрипки Страдивади, но все уже словно забыли о похоронах.
11. Дом N 1/4
Мальчик оглянулся и увидел, что Скриптиус разгребает кучу мусора возле пня, которая совсем недавно была его домом. Рядом копошились другие жуки, но никто не помогал Скриптиусу.
– Почему никто не помогает тебе? – спросил малыш.
– А зачем? Разве я сам не справлюсь? Каждый должен сам строить свой дом, а не ждать помощи от других.
– Но друзья всегда должны помогать друг другу, – ответил мальчик.
Он стал собирать мелкие обломки и относить их в сторону. Скриптиус, словно бульдозером, загребал рогом основной мусор.
– У нас никто никому не помогает. Это не принято, – сказал он. – Каждый занимается своим делом. И ты можешь не помогать мне, если хочешь. Мы и так подружились, а значит – не съедим друг друга, чего же ещё?
– Но я хочу помочь тебе, – ответил мальчик. – Ведь это я раздавил твой домик, значит, я должен и помочь тебе построить новый.
– В этом мире никто никому ничего не должен. Жизнь очень коротка, чтобы разменивать её на других. Но всё равно, спасибо. Хотя у нас и не принято помогать друг другу. Мы индивидуалисты. У нас каждый сам по себе. Это у муравьев всё для муравейника. Но мы не муравьи.
– А если со мной что–нибудь случиться, разве ты не поможешь мне? – спросил Маленький Великан.
Жук остановился и, немного подумав, сказал:
– Не знаю. Случится может слишком разное, чтобы наперед ручаться за свои действия. Но ты мне нравишься, и я не хочу, чтобы с тобой что–нибудь случилось.
Он стал ломать челюстями новые соломинки, которые казались мальчику настоящими бревнами, и таскать их к домику. Малыш тоже схватил одну из травинок, которые нарубил жук, но она оказалась такой тяжелой, что мальчик с трудом дотащил ее до пня.
– Никогда не думал, что травинка может быть такой тяжелой, сказал он, отдышавшись и вытерев пот со лба.
– В чужом мире даже воздух может быть тяжёлым, – ответил жук. – Ты слишком слаб для такой работы. У тебя даже нет ни когтей, ни клешней, ни панциря. В нашем мире ты – нежная личинка, которую на каждом шагу будут поджидать опасности. Лучше насобирай мне трухи на подстилку, чтобы мягче было спать.
Мальчик натаскал трухи, и жук утащил её в свой дом. Дом у Скриптиуса получился крепкий, но некрасивый.
– Что–то он не очень мне нравится, – сказал жук, закончив строительство. – Тот дом, который ты раздавил, был намного лучше.
– Это всё потому, что строишь ты безо всякого плана, – ответил малыш.
– Без какого плана? – удивился Скриптиус.
– Прежде, чем строить, нужно нарисовать то, что ты хочешь построить, – сказал мальчик. – Меня так папа учил.
– Но я не умею рисовать, – ответил жук.
– Ничего, – сказал малыш. – Зато я немного умею. В одной книжке про собаку, которая была кошкой, я видел прекрасные дома. Сейчас я тебе нарисую.
Мальчик взял палочку и нарисовал на песке дом, который видел в книжке. Конечно, дом у него получился без балконов и окон, но он подумал, что для жука это не главное.
– Красота! – сказал Скриптиус, посмотрев на рисунок. – Глядите, какая красота! – позвал он остальных жуков.
– Красота! – сказали остальные жуки. – Мы никогда не строили таких домов.
– Значит, у меня будет первый, – ответил Скриптиус.
Они снова принялись за работу. Когда домик был почти готов, к малышу подошёл Красавчик:
– Маленький Великан, нарисуй дом и для меня, чтобы я тоже мог построить по плану такой красивый дом.
– И мне. И мне, – стали просить другие жуки.
Тогда малыш показал им на свой рисунок и сказал:
– Вот вам типовой проект и каждый из вас сможет по нему построить себе дом.
– Но если все дома будут одинаковыми, как мы сможем их различать? – спросил Скриптиус.
– По номерам, – ответил Маленький Великан. – У нас, у людей, все находят свои дома по номерам. Вот у тебя будет дом номер один.
– Но это уже мой четвёртый дом, – сказал жук. – Если поставить цифру «1», то никто не будет знать, что это уже четвёртый мой дом. Исчезнет память о предыдущих домах. А ведь я их тоже очень любил. Нельзя ли как–нибудь обозначить, чтобы сохранилась память?
Малыш задумался.
– Когда мы с папой ездили в город, я видел на одном доме сразу две цифры, написанные через черточку. Папа сказал, что это дроби, и что они нужны в том случае, если у дома два номера. Пусть и у твоего дома будет два номера. Его номер будет 1/4. Тогда всем станет ясно, сколько раз ты строил свой дом.
– Здорово! – сказал Скриптиус.
Он немедленно смастерил табличку с новым номером и повесил его над дверью.
12. Соната N 2, и пятнадцать сонат одного дня
Как только они закончили работу, из зарослей травы снова раздались скрипучие звуки. Жуки немедленно выстроились в ряд. На этот раз хоронили крылышко и ножку божьей коровки, которая нечаянно попала в муравейник. На скрипке играл уже другой кузнечик.
– Это наш Бетховенади, – пояснил Скриптиус. – Одному Страдивади не справиться. Слишком много погибает насекомых. Иногда в день у нас проходит по десять похорон. Ничего тут не поделаешь. Мы слишком малы, чтобы изменить суть вещей, – вздохнул он. – Ничего нельзя изменить. Нам ещё повезло, что наш сад – очень спокойное место.
– И что же, – спросил я малыша при новой нашей встрече, когда он рассказывал мне эту историю, – у них действительно так часто хоронят насекомых?
– Да, – ответил мальчик. – Но они хоронят не всех, а только тех, от кого что–нибудь осталось. А об остальных они хранят память и передают её своим детям.
– И они помнят всех? – спросил я.
– Почти всех, – ответил малыш. – Скриптиус рассказал мне, как его мать поведала ему древнюю историю, дошедшую до неё через поколения от прашестнадцатой бабушки. В тот вечер предкам Страдивади и Бетховенади пришлось сыграть пятнадцать сонат.
– Пятнадцать сонат? Разве в тот день произошло что–то ужасное?
– Нет, это был обычный день, – сказал малыш. И добавил: – Слишком обычный для их жизни.
13. Нападение
Тут раздался громкий свист и поднялся страшный ветер.
– Спасайся! Спасайся! – закричали жуки и кинулись в разные стороны.
– Галки! Галки! – слышалось вокруг.
Мальчик не успел оглянуться, как остался один посреди полянки. Рядом лежало брошенное крылышко божьей коровки. Огромные черные птицы стремительно неслись прямо на него. Не помня себя от ужаса, малыш бросился бежать.
– Скорей! Скорей! – кричали ему из зарослей.
Но мальчик не мог бежать так быстро как жуки, ведь у него было всего две ноги, да и то не такие крепкие и длинные, как у жуков. Возле самой травы малыш споткнулся и упал. Он видел, как птицы уже спустили на землю свои огромные когтистые лапы. Одна из них устремилась прямо на него. От страха малыш зажмурил глаза и прижался к земле, но в последний момент успел заметить, как из зарослей к нему ринулась чья–то черная тень и накрыла его. Это был Скриптиус. Но в следующий же миг тень исчезла. Мальчик поднял голову, чтобы посмотреть, что произошло, и увидел, как одна из галок поднимает в воздух Скриптиуса.
Ещё не успев ничего сообразить, малыш почувствовал, как его подхватили сильные лохматые лапы и поволокли к зарослям травы. Это был Красавчик Красотел.
– Превращайся скорей в великана! – крикнул он. – Иначе они всех нас переклюют.
– Но если я превращусь сейчас в большого, то раздавлю вас в траве. Мне нужно сначала выбраться на тропинку.
– Бежим скорей, я знаю короткую дорогу, – крикнул Красотел. – Влезай на меня.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.