Второй первый брак

Впервые слышу о такого рода планах компании, и что-то мне подсказывает, что Прохоров юлит и посещение презентации нужно ему для чего-то другого.

– Хорошо, – соглашаюсь, не желая спорить с тем, кто более чем спокойно отнёсся к моему вскрывшемуся браку. Да и в Питере я была года три назад, не мешало бы вновь погрузиться в атмосферу города. – Полечу утром в пятницу, чтобы вечером успеть на мероприятие. Кстати, где оно состоится?

Передо мной ложится буклет компании «Северус», где на обложке красуется мужчина за тридцать. Решаю, что это нанятая для оформления модель, но перемещаю взгляд и читаю подпись: «Глава компании «Северус» – Мартов Михаил Артемьевич». Едва не прожигаю взглядом бумагу, снова и снова вчитываясь в имя и рассматривая мужчину, который по всем признакам и является тем самым Мартовым номер три, из-за которого я и лечу в Питер. На следующей странице краткая биография, где указана дата рождения Мартова, совпадающая с той, что значится в свидетельстве о браке.

– Это шутка? – трясу буклетом перед Прохоровым.

– Ты о чём? – Леонид Олегович действительно не понимает, о чём речь.

– Знаете, как зовут моего мужа? Мартов Михаил Артемьевич. Оказывается, всегда есть люди, у которых идентичные имена и даты рождения. В моём списке таких оказалось трое, и он, – поворачиваю картинку к Прохорову, – третий.

Босс отбирает буклет, долго смотрит картинки, возвращаясь к фото главы «Северуса», а затем поднимается и вновь прилипает к окну.

– Ты с ним знакома? – понимаю, что он имеет ввиду Мартова.

– Нет. Пять минут назад впервые увидела.

– Как поступило предложение стать его женой?

– Друг у меня был… Однокурсник, точнее. Именно он и пришёл с предложением стать женой одного знакомого за приличную сумму. Я находилась в безвыходном положении, поэтому согласилась. К тому же Тихон пояснил, что никаких контактов с мужем не требуется. Приехала в ЗАГС, поставила подпись, получила деньги. Всё.

– Можно расспросить этого Тихона, где он с Мартовым пересёкся?

– Нет. Умер. От передозировки несколько лет назад. Я к его матери на днях ездила.

– Не вовремя умер… – произносит Прохоров почти шёпотом, но звенящая тишина, на удивление не прерываемая никем из сотрудников, позволяет услышать.

– Что-то не так? Вы знаете Мартова?

– Я? Нет, конечно. С чего ты взяла? – недовольно прыскает, отводя взгляд. Не хочет босс делиться догадками или же на самом деле знает больше, чем говорит. – Но советую тебе развестись с ним как можно скорее. Можно, конечно, пойти в суд, подать заявление… Но ты сама знаешь, что всё может затянуться: пока подашь, пока назначат заседание, пока его искать будут. Лучше сама: быстро и мирно. По факту вас ничего не связывает. Главное, сразу объясни, что на его собственность не претендуешь. В твоём случае ему и претендовать не на что.

Так Леонид Олегович тактично намекает, что за последние пять лет я не смогла приобрести квартиру и машину, передвигаясь на метро и красном «жуке» Нади, которая всегда с радостью сопровождает меня.

– Я могу идти?

– Иди, Марта. Это возьми, – протягивает буклет.

Остаток дня занимаюсь скопившимися делами, периодически поглядывая на симпатичного мужчину на картинке. В принципе, Мартов вполне в моём вкусе, и при других обстоятельствах мы могли быть гармоничной парой. Вот только узнай он мою подноготную, вряд ли бы визжал от восторга: мать-алкоголичка и прочерк в графе «отец». Не слишком положительная биография для жены состоятельного человека. Хотя Прохорова это не останавливает, наоборот, иногда мне кажется, что он подобным фактам рад. Причина мне вряд ли станет известна.

Набираю несколько раз Вадика, который скидывает звонок. Не знаю, обижен ли он за ситуацию в ЗАГСе, но последние два дня отказывается разговаривать. Это не впервые, поэтому не считаю нужным переживать об эмоциональном состоянии будущего мужа. Сам придёт и сделает вид, что ничего не произошло. Любого рода ссоры энергозатратны для того, кто всегда говорит монотонно и мало. В какой-то момент Вадим у меня начал ассоциироваться с предметом мебели, который редко издаёт звуки. И если бы я испытывала к нему хоть какие-нибудь чувства, непременно приложила бы усилия, чтобы растормошить и вовлечь в нормальные отношения, но в общем и целом сложившаяся картинка меня устраивает.

Приезжаю в съёмную квартиру, которая, к моей радости, скоро перестанет быть местом проживания, потому что Леонид Олегович настоял, чтобы мы с Вадиком переехали в их загородный дом. Вероятно, отчим именно таким образом желает контролировать нашу семью, или же данный момент необходим, чтобы босс подталкивал пасынка в нужном направлении. В любом случае смена жилищных условий на более комфортные меня устраивает в полной мере, и в графе «расходы» можно вычеркнуть пункт «аренда квартиры».

Настойчивая трель оповещает о гостях, поэтому плетусь к двери, предполагая увидеть Вадима, но за ней нетерпеливо топчется подруга.

– Ну что? Отпустил Прохоров в Питер?

– Конечно, – жду, когда она небрежно скинет сапоги, разбросав по прихожей. Поднимаю обувь, пристраивая на полку, и иду на кухню, где Надя уже колдует над кофе. – Кстати, смотри.

Выкладываю буклет, Надя с интересом его рассматривает, листая плотные странички и читая по диагонали.

– Это что?

– Читай, – указываю пальцем на подпись под фото Мартова.

По мере того как подруга исследует глазами буквы и до неё доходит смысл, удивление явственно читается на лице.

– Это он, что ли? Твой муж?

– Он самый.

– Ну, знаешь, а он симпатичный. – Надя отодвигает и вновь приближает буклет, теперь уже дотошно исследуя моего «мужа». – Я бы даже сказала, красивый. Правильные черты лица, чувственные, в меру полные губы, а глаза, – разворачивает картинку, которую я сегодня, кажется, изучила вдоль и поперёк, – пронзительный взгляд, приправленный загадочностью. Только причёска: стрижка простая, короткая, ему бы что-то более модное, удлинённое, иначе лицо кажется слишком круглым.

– Обязательно передам ему твои замечания, – подтруниваю над подругой, которая разбирает мужчину по молекулам. – В пятницу. Прямо с порога и скажу: «Товарищ муж, моя подруга недовольна вашей стрижкой. Не соблаговолите ли вы исправить сей момент?»

– И аккуратная короткая борода, – добавляет Надя, всё ещё сверля взглядом картинку.

– Ещё пожелания будут, мадам?

– Пока что мисс, – поправляет, – но уже скоро я это исправлю.

– Это как?

– Обычно. Лёшка вчера пришёл, я ему и сказала, что согласна выйти замуж. Сегодня подали заявление. Свадьба первого июня.

– Ты рада? – задаю вопрос с опаской, потому как подруга слишком спокойна для такой грандиозной новости.

– Очень, – лыбится, как сумасшедшая, – но ещё больше радовались Лёша и мои родители. Мама уже обзвонила всех родственников.

– Поздравляю, – сжимаю её в объятиях, пока она не начинает пищать. – Вот у тебя действительно по любви. Как полагается.

– И у тебя может быть, – машет буклетом. – Красивый мужик, Март.

– Уверена, последние пять лет этот красивый мужик жил полноценной жизнью, не отказывая себе в удовольствиях. И твоя теория, что он «не такой», с треском рухнула, потому как невооружённым взглядом видно, что он натурал. У него должны быть веские причины, чтобы не задуматься о разводе и не искать меня долгих пять лет. Но уже в пятницу я постараюсь выяснить, что с моим «мужем» не так.

– Ты уверена, что он проживает по тому адресу, что Лёша написал?

– Нет. Но это не важно, потому что в пятницу я должна посетить презентацию нового проекта его компании. На этом настоял Прохоров, он же дал буклет, на котором изображён мой муж. Приду на мероприятие, посмотрю на него со стороны, оценю, как лучше подойти обговорить развод, а потом перейдём к конкретике.

– Думаешь, всё будет просто?

– Наоборот. Что-то мне подсказывает, что проблем не избежать. Не знаю, насколько они будут масштабными, но придётся справляться. В противном случае Прохоров подыщет Вадику другую невесту, и я останусь за бортом.

– Может, я с тобой?

– Нет. – Категоричный отказ расстраивает подругу, но эту проблему я обязана решить сама. – Мотнусь в Питер, улажу вопрос с разводом и вернусь. Тебе сейчас нужно заниматься подготовкой к свадьбе.

– Успею. Ещё два месяца. Март, я же свихнусь от любопытства.

– Не переживай, – смеюсь, зная о нетерпеливости девушки, – я буду звонить тебе каждый день и рассказывать об успехах. Или неудачах. Как знать, – развожу руками, пока не представляя, как развернутся события.

Ещё долго болтаем с Надей, рассматривая буклет и выискивая всё новые черты в лице Мартова. Подруга права – мужчина красивый. И этот факт удваивает количество вопросов, которые пора бы уже сформировать в список. Главное, чтобы он дал согласие на развод. Всё остальное – побочное и неактуальное. Возможно, и беседовать особо не придётся, если он даст согласие сразу без всякого рода «но». Прощаюсь с Надей, почти выталкивая её за дверь и желая остаться наедине со своими мыслями, которые кружат взбешённой стайкой, не давая покоя.

Тот факт, что все мои планы могут рухнуть, пугает. Прохоров сегодня ясно дал понять: он видит во мне будущего главу компании. Вадик – человек творческий и не приспособленный к бизнесу и решению возникающих проблем. Иногда мне кажется, будь его воля, он бы закрылся на двадцать замков и вообще не контактировал с миром. Но мать и отчим насилу вытаскивают его в люди, чтобы сын не забыл, как разговаривать. И, судя по признанию Ирины, я, можно сказать, единственная, к кому Вадим проявил живой интерес, активно общался и даже привлёк моё внимание, создав впечатление довольно привлекательного мужчины. Может, по этой причине босс так за меня уцепился?

Не успеваю оформить мысль, потому как в дверь звонят. Предполагаю увидеть вернувшуюся Надю, но на пороге стоит жених.

– Привет. Можно? – не дождавшись ответа, протискивается в прихожую.

– Тебе конечно.

Молча проходит на кухню и усаживается за стол. Я знаю, чего он ждёт – ужина. Вот так просто он всегда заявляется и молча ждёт, когда его накормят. Он мог поужинать в ресторане, но наличие людей отбивает аппетит, а отец, скорее всего, вытолкал его ко мне.

– Котлеты или суп?

– Котлеты.

Разогреваю ужин, выставляю перед ним, и Вадик уплетает еду с особым удовольствием, уткнувшись в тарелку.

– Больше не злишься?

– Нет, – отвечает с набитым ртом. – Со всеми бывает. Отец объяснил, что это не твоя вина. Так получилось. У меня нет оснований сомневаться в его словах. Если он и мама верят тебе, я тем более.

– Ты хоть бы покричал, устроил мне сцену ревности или обиделся, – перечисляю варианты, которые могли быть итогом озвученной в ЗАГСе информации.

– Зачем? – с удивлением смотрит на меня. – Всё прояснилось. Разведёшься и станешь моей женой через пару месяцев. Мама будет в восторге, отец тем более, а я рад, что именно тебе предстоит возглавить компанию. Я же при этом буду и дальше заниматься любимым делом. Все довольны, не так ли?

– Так. А чего ты хочешь? – наверное, впервые задаю Вадиму этот вопрос.

– Я хочу закрыться в мастерской и работать. Обещай, если я удовлетворю желание всех вас, ты не будешь меня трогать, когда я создаю свои скульптуры и погружаюсь в творческий процесс. Неважно, день это или неделя. Если сказал «не трогать меня», ты не задаёшь вопросы.

– Обещаю, – говорю уверенно, потому как вряд ли буду гореть желанием проводить в обществе Вадика много времени. – Можешь создать список правил, которых я буду придерживаться.

– Вот видишь, как всё просто, когда нет любви.

Странная фраза, относящаяся к чувствам, впервые озвучена Вадимом. Мы оба понимаем, что союз, на котором настаивает Прохоров, выгоден нам обоим. Каждый получает то, чего желает. Любая другая женщина на моём месте мечтала бы испытывать к своему избраннику хоть какие-то чувства, я же движима лишь одним – стремлением к благополучию. Не испытываю к пасынку босса отвращения, остальное не имеет значения.

Вадик по привычке принимает душ и направляется прямиком в спальню, чтобы раздеться и лечь на кровать. Это означает, что сегодня он останется у меня. Устроившись на своей половине, ставлю на ноги ноутбук и несколько часов посвящаю работе. Мирное сопение рядом успокаивает, и, в конце концов, желание закрыть глаза побеждает.

Уткнувшись в спину Вадима, думаю о фразе, брошенной невпопад. Интересно, он сам бы хотел жениться по любви, движимый настоящим, горячим чувством? Я бы хотела, но увы, выбор – это не то, что предоставила мне жизнь, и придётся брать то, что дают. В моей копилке обеспеченная жизнь, что наиболее важно, а чувства и право на них мне не дарованы. Я давно усвоила: невозможно заполучить полный комплект удовольствий. В конечном счёте придётся выбирать. Я определилась, и моё будущее – нелюбимый мужчина, но полная финансовая обеспеченность.

Глава 5

Осматриваю свой образ, отражающийся в зеркале. Брючный костюм винного цвета смотрится гармонично со светлыми волосами, а неброский макияж в виде аккуратных стрелок подчёркивает глаза. Красавицей я себя никогда не считала из-за острых скул и довольно массивного подбородка, но в целом меня моя внешность удовлетворяла. Родинка на правой щеке добавляет шарма и привлекает внимание мужского пола, о чём мне неоднократно говорили. И даже привила привычку по несколько раз проводить по ней пальцем, словно силясь стереть.

Пятница началась с перелёта в Санкт-Петербург. Заселение в гостиницу, обед и короткий разговор с Надей был само собой разумеющимся фактом, пока не подошло время сборов на презентацию. Основная задача – изучить представленный проект. И таковой она была, пока я не поняла, что сегодня увижу человека, который является моим законным мужем. Чужой, незнакомый и далёкий – загадка для меня. Обычно, предварительно формируя ситуацию, которая должна произойти, я уже готова к вариантам ответов, предполагая реакцию людей. Но в данный момент я словно сапёр, не представляющий, что его ждёт при следующем шаге.

Как отреагирует Мартов? Что скажет? Согласится ли на развод без проблем или же меня ждёт череда трудностей, которые отодвинут на неопределённый срок нашу с Вадимом свадьбу?

Понимаю, что опаздываю, когда задержавшееся такси приезжает на двадцать минут позже. Всегда думала, что пробки – боль столицы. Место проведения мероприятия замечаю сразу по скоплению дорогих авто перед внушительным зданием на Невском. Мартов не поскупился, привлёк состоятельных людей и прессу.

У меня было достаточно времени, чтобы просмотреть информацию о компании «Северус», занимающей второе место в рейтинге. За последние пять лет выполнение не только коммерческих, но и государственных заказов улучшило положение Мартова. О нём самом информации мало: женат, детей нет, предан компании, доставшейся от отца, который умер пять лет назад. Никаких скандалов и интрижек. В общем, со стороны – идеален, куда ни посмотри. Вот только о жене нет никаких сведений, даже имя не упоминается. Неужели все эти годы он хранил верность той, кого нет рядом? Странно и нереально для мужчины в расцвете сил. Вероятно, чтобы сохранить образ примерного мужа, он тщательно скрывал свои отношения с кем-либо.

Перемалывая эти мысли, попадаю в большой зал, где понимаю, что презентация организована в виде фуршета. Неспешно прогуливающиеся и беседующие гости, кажется, считают данное мероприятие развлекательным и лёгким вечером. Но внушительный макет посредине, привлекающий внимание, напоминает, ради чего все эти люди здесь оказались.

Всматриваюсь в лица, пока не нахожу интересующий меня объект в компании симпатичной блондинки. Синее облегающее платье подчёркивает фигуру, делая её привлекательной для мужчин в зале, которые не скрывают заинтересованных взглядов. Девушка однозначно пользуется популярностью, вот только кто интересен ей? Забиваюсь в угол, потягивая сок и анализируя присутствующих одного за другим. С наслаждением изучаю лица, мимику, жесты, время от времени возвращаясь к Мартову. Направленный интерес мгновенно привлечёт ко мне внимание, поэтому, когда мужчина передёргивает плечами, словно скидывая мой взгляд, переключаюсь на кого-то другого.

Проходит не менее получаса, прежде чем Мартов поднимается на небольшую возвышенность и обращает внимание приглашённых на себя. Приветствует гостей, сосредотачивающихся на нём. У него приятный низкий голос, обдающий вибрирующими нотками. Нагло изучаю «мужа» и сразу замечаю, что ему некомфортно в строгом костюме, который, вероятно, он носить не привык, что странно для главы компании. Я ни разу не видела Прохорова в простой одежде, словно он уже родился в галстуке. Надя была права: изменение стрижки прибавило бы ему несколько баллов, сделав идеальным. Но блондинке, пару минут назад отошедшей от него, кажется, он нравится и таким. Её восторженный пылающий взгляд просто кричит о желаниях в отношении Мартова. Или он уже давно их удовлетворил?

Но самое удивительное, что на безымянном пальце правой руки у мужчины широкое обручальное кольцо, и, в отличие от костюма, приносящего дискомфорт, оно ему не мешает. Пересматриваю фото в сети, чтобы убедиться, что на всех снимках колечко присутствует, а значит, он его носит давно. Интересно зачем?

Где-то глубоко просыпается собственническое чувство, всплывшее так не вовремя и не к месту. Тот, кто является мне супругом, на самом деле посторонний человек. У каждого из нас своя жизнь, и чтобы моя сложилась как можно лучше, необходимо развестись. Уверена, блондинка, капающая слюной на Мартова, как никто другой будет этому рада.

Он рассказывает о проекте, акцентируя внимание на простом и современном подходе к созданию комплекса. Бизнес-пространство, включающее в себя все новейшие технологии, идеально вписывающиеся в общий вид Северной столицы. Судя по тому, что я слышу, Мартов понимает необходимость введения современных технологий, в первую очередь в строительство, но и про внешний вид, привлекающий визуально, не забывает.

Его уверенная речь гипнотизирует, заставляя внимать каждому слову и восхищаться пониманию запросов и внедрению наступающих тенденций. В этом смысле с Прохоровым сложнее, потому что босс часто рубит мои идеи на корню, не позволяя им родиться даже словесно. На миг представляю работу вместе с «мужем» и понимаю, что мы однозначно поняли бы друг друга, наперегонки делясь идеями. Гашу нежданный порыв, напоминая, зачем я здесь и по какой причине в данный момент оцениваю Мартова. Скоро и у меня будет своё дело, которое я разверну в нужном направлении, воплотив в жизнь самые неординарные идеи, откидываемые в урну Леонидом Олеговичем при первой же возможности.

Мартов основательно и методично рассказывает о проекте, подкрепляя слова презентацией и собственным голосом. В какой-то момент он скользит взглядом по залу, лишь на миг задержавшись на мне, но затем возвращается и, не моргая, всматривается, едва заметно запнувшись. Тут же поправляет себя, кажется, растерявшись, но вовремя вернувшись в нужное русло, и переключается на блондинку. Не знаю, о чём мой «муж» в данный момент думает, но мне кажется, что прямо сейчас принимает какое-то предельно важное решение для себя, потому что блондинка нервно сглатывает и опускает взгляд, заблестевший от подступающих слёз. Загадочная сцена, уверена, относится не ко мне, но что-то подсказывает: я только что стала свидетелем чего-то фатального.

Официальная часть презентации заканчивается, и я брожу по залу, наблюдая за Мартовым и выбирая подходящий момент для разговора. Но он ни на секунду не остаётся в одиночестве, переходя от одного гостя к другому, а то и к нескольким.

– Добрый вечер, – поворачиваю голову, чтобы увидеть приятного мужчину средних лет. Высокий блондин с холодными голубыми глазами расплывается в улыбке и предлагает мне бокал шампанского, который я принимаю, но употреблять не планирую. – Эдвард, – лёгкий кивок, и я отмечаю вполне сносные манеры незнакомого мужчины, который не подошёл бы к девушке, не стань она объектом его желания.

– Марта.

– О, какое прекрасное имя. А вы, Марта… кто?

– Компания «ГромСтрой». Москва.

– И как вас к нам занесло? Где мы, а где столица, – присвистывает, демонстративно указывая на мою значимость.

– Слух дошёл, что некая крупная компания представляет интересный проект, – указываю на макет прямо перед нами, – рабочая поездка совпала с личной, поэтому решила посмотреть одним глазком. А вы как-то относитесь к «Северусу»?

– Не как-то, а самым прямым образом. Можно сказать, я тот самый человек, создавший этот проект. – Тотальное удовлетворение, отпечатывающееся на его лице, даёт понять, что я ошиблась и Мартов – лишь обложка своей компании. Скорее всего, за его спиной находятся такие люди, как Эдвард, идеи которых он выдаёт за свои. – Я создал это великолепие с нуля, взрастил идею, многое сделал, чтобы воплотить её в жизнь и продвинуть дальше. Макет, можно сказать, моё детище, собранное вот этими руками, – растопыривает пальцы, демонстрируя ухоженные руки, которые, по виду, тяжелее ручки, ничего в своей жизни не держали. – И у меня множество идей, – постукивает пальцем по виску, – но я воплощаю их в жизнь постепенно, чтобы не шокировать всех своей бесконечной гениальностью.

И вот сейчас Эдвард занимается позёрством, чтобы привлечь моё внимание. Если с целью преподнести себя как мужчину – зря. Мне априори неинтересны все те, кто здесь присутствует. Кроме мужа, конечно, но и то не с целью налаживания отношений, а, скорее, для их скорейшего завершения на бумаге.

– Очень интересно. И много вас таких в «Северусе»? Я имею в виду, гениальных.

– Достаточно, чтобы о компании узнали даже в Москве, – подмигивает, и я жалею, что сказала больше, чем положено, дав мужчине повод пошаркать передо мной ножкой.

Но в какой-то момент решаю использовать внимание Эдварда в своих целях, чтобы подготовиться к встрече с «мужем». Идти без нужных сведений, значит, иметь вероятность попасть в неудобные условия. Я же привыкла к контролю и понимаю, в каком направлении двигаться.

– Эдвард, какую должность вы занимаете в компании? – От его ответа будет зависеть, насколько нужно накрутить обаяния и какое количество улыбок подарить мужчине.

– Первый заместитель Мартова, – произносит с особой гордостью, словно он и есть тот самый босс, который двадцать минут назад спустился со сцены.

– Первый? А их много?

– Три. Второй справа на три часа: седовласый мужчина под пятьдесят. – Повернув голову, внимательно изучаю пухлого мужчину в тёмно-зелёном костюме. – А третий в данный момент разговаривает с Мартовым.

Рядом с «мужем» высокая, худощавая брюнетка за пятьдесят: подтянутая, жилистая, плоская фигура, облачённая в строгий костюм. Рубленое каре и бордовая помада невероятно ей идут. Могу поспорить, улыбается она редко, и вряд ли улыбка по причине радости.

– А блондинка рядом с вашим боссом? Его жена? – Женой она точно быть не может, а вот боевой подругой вполне.

– С чего вы взяли?

– У него на правой руке красуется обручальное колечко. Или он его просто так носит?

– Рядом с ним – личная помощница. Инна. А жена Михаила Артемьевича… – запнувшись, подбирает слова, а я с нескрываемым любопытством жду хоть какой-нибудь информации о себе. – Его жена серьёзно больна. Последние несколько лет проходит лечение в специализированной клинике, в Европе.

Отлично, я ещё и чем-то больна… Интересно, не Альцгеймером ли? А что, если Надя не в курсе подробностей данного заболевания, то Мартов вполне может внедрить данную легенду в массы.

– А сколько они женаты?

– Лет пять… – Эдвард зависает, видимо, вспоминая ту, кого никогда не видел. По крайней мере, я его точно вижу впервые. – Но вы не подумайте, Марта, он примерный семьянин.

– Да? Интересно, а как можно быть семьянином без семьи?

– Не понял вопроса. – Эдвард тушуется, становясь серьёзным.

– Семья – это муж, жена, дети. А когда ты живёшь один на протяжении длительного времени, это не семья, Эдвард, это одиночное существование. И я никогда не поверю, что физически здоровый мужчина, как ваш босс, пять лет сидит у окошка в ожидании жены, ни разу не посмотрев в сторону других женщин. Вы сами-то себя слышите? Вот сколько вы можете обходиться без секса?