Вердикт Бога: Неотвратимое

- -
- 100%
- +
С другой стороны, он же некогда был Богом Справедливости, в конце-то концов. Как он мог не откликнуться на первородное желание?
— Эх, уста-а-ал... — выдохнул он, запрокинув голову к тёмному небу.
— Это кто тут ещё устал⁈ — голос раздался прямо за спиной, до боли знакомый и такой пугающий, что по позвоночнику Эшуа пробежал электрический разряд, а волоски на затылке встали дыбом.
Эшуа медленно, словно в кошмарном сне, обернулся. Напряжённая, неестественная улыбка застыла на его лице.
— Ик-ку... — выдохнул он, почти заикаясь. — Ты не поверишь, но тут такое дело...
— И какого хрена тут творится? — Ику, Бог Смерти, стоял, скрестив руки на груди. Его длинные пальцы нервно барабанили по предплечью, а в глазах полыхала такая буря, что впору было штормовое предупреждение объявлять. — Ты должен был сделать это быстро и незаметно! Туда и обратно! Пять минут, Эшуа! Какого хрена я сейчас ловлю сигнал, что сюда на всех парах несётся Небесная Кара⁈
— Я как раз об этом и хотел...
— Я ничего не хочу слышать! — рявкнул Ику, хватаясь пальцами за виски, словно пытаясь удержать череп от разрыва. — Тапки в руки — и нахрен отсюда! Бегом!
— Во-первых, я ещё не закончил, — спокойно возразил Эшуа. — И во-вторых... у нас тут небольшая проблемка.
Он развернулся и решительно подошёл к ржавому вагончику, где всё это время, затаив дыхание, сидели дети. Ику закатил глаза к небу.
— О чём ты говоришь? Какие ещё пробле...
Эшуа не дал ему договорить. Рывком распахнул дверь вагончика и картинно указал внутрь. А затем, словно этого было мало, небрежно махнул рукой в сторону. Там, у соседнего вагончика, уже столпились искажённые души. Они смотрели на взрослых с невинным любопытством. Их огромные чёрные глаза метались от одного Бога к другому, будто выбирая, кто им нравится больше.
Ику, чья божественная сущность была первородным магнитом для всего, что уже завершило свой цикл, замер. Он словно добряк в парке, который нечаянно открыл пакет с семечками, мгновенно привлёк внимание всей округи. Только вместо голубей вокруг него теперь столпились маленькие, искажённые болью призраки.
Бог Смерти стоял в полнейшем моральном нокауте. Его глаза за линзами стали огромными, как два чайных блюдца, а очки предательски съехали набок. На мгновение показалось, что он просто потерял сознание, так и оставшись стоять с открытым ртом, пока призраки бесцеремонно теребили его за длинные рукава мантии и тихонько посмеивались, словно это была самая весёлая игра.
— Дяденька Бог, — раздался тоненький, неуверенный голосок из глубины вагончика. Маленькая девочка в грязном платьице высунула голову наружу, щурясь от тусклого света карманного фонаря. — А всё уже закончилось? Нам можно выйти?
За её спиной, вцепившись мёртвой хваткой в сестринскую руку, испуганно жался мальчик.
— А? Да, — Эшуа моргнул, возвращаясь к реальности. Голос девочки вырвал его из ступора, вызванного состоянием коллеги. — Всё хорошо, выходите.
— Я же говорила, — вдруг раздался из-за спин детей звонкий, мелодичный голос, прозвучавший как колокольчик в ночной тишине. — Господин Эшуа обязательно исполнит твоё желание.
— Да, сестрёнка, ты оказалась права... — начал было мальчик, но Эшуа уже не слушал.
— Ты ещё кто? — его глаза полыхнули ярким, божественным светом, разрезая темноту. Он готов был к новой угрозе. В вагончике секунду назад никого, кроме этих двоих, не было! Голос был до боли знакомый, но он никак не мог понять, кому он принадлежит.
Дети послушно выпрыгнули наружу и, словно по команде, отошли в стороны, освобождая проход. Из темноты вагончика, плавно, словно из воды, шагнула девушка. Её длинные каштановые волосы взметнулись за спиной от лёгкого порыва ветра. На губах играла яркая, лучистая улыбка, а серые глаза смотрели с теплотой.
— Здравствуйте, Господин Эшуабадара, — её голос звучал мягко, но отчётливо. — Я просто не могла не поблагодарить вас лично за то, что вы исполнили моё самое заветное желание.
Эшуа смотрел на неё, не веря своим глазам.
— Алекс⁈
Сзади раздался тихий, полный абсолютного опустошения шёпот Ику:
— Это пиздец.
Глава 8: Разговор на острие
— Так. Стоп. Всем стоять на своих местах и не двигаться! — резко приказал Ику, с силой потирая пальцами переносицу. Его голос прозвучал жёстко, почти хлестко, заставляя всех замереть. — Сейчас я не хочу ничего слышать. Ни единого слова.
Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, затем медленный выдох — воздух с шипением вырвался сквозь сжатые зубы. Ику пытался привести мысли в порядок, собрать их воедино, словно рассыпавшиеся бусины. Время работало против него, действовать нужно было быстро, решительно, без единой ошибки.
— Так… — наконец произнёс он, открывая глаза. Взгляд его стал острым, сосредоточенным. — Вы, — он указал на искажённые души детей, которые продолжали беззаботно носиться вокруг, — остаётесь со мной.
Призраки, казалось, даже не замечали напряжённой атмосферы. Они по-прежнему дёргали Бога Смерти за рукава, хватали за края тяжёлой мантии и с весёлым хихиканьем носились кругами, сталкиваясь друг с другом и снова разлетаясь в стороны. Ику мысленно усмехнулся: отправь он их сейчас куда-нибудь подальше — и они бы искренне расстроились.
— А вы, — он резко перевёл взгляд на Эшуа, Алекс и двоих детей, — ноги в руки — и в портал! Живо!
Ику взмахнул рукой. С кончиков его пальцев сорвались яркие искры, заплясали в воздухе, словно живые. Лёгкие электрические разряды всколыхнули пространство, заставляя тени дрожать и отступать. Из темноты медленно выступили тёмные силуэты, закружились вокруг Повелителя Ибо, поднимаясь всё выше и выше, пока не сложились в мерцающие очертания портала — неровные, пульсирующие, словно живое существо.
— Здесь я сам, со всем разберусь, — твёрдо произнёс Ику.
Призраки, до этого момента беззаботно игравшие, вдруг почувствовали пробудившуюся силу Бога Смерти. Их глаза загорелись жадным любопытством, и они, забыв обо всём, бросились к порталу, пытаясь запрыгнуть внутрь. Но Ику, не теряя, ни секунды, ловко схватил их за шкирки, словно озорных котят, и отставил в сторону, строго покачав головой.
— Господин Эшуабадара, а этот господин… — Алекс была поражена происходящим. Ещё недавно она существовала в череде мрачных и суетных дней, а сейчас учувствовала в чём-то потустороннем.
— Потом поговорите, — резко перебил её Ику, не давая договорить.
Он быстро окинул взглядом окрестности, оценивая обстановку, и высвободил свою ауру. Фиолетовое свечение окутало его фигуру, пульсируя в такт биению сердца. Чёрные волосы начали белеть, словно покрываясь инеем, а на коже проступили очертания глаз — десятки немигающих взглядов, хаотично появляющихся и исчезающих. Воздух вокруг наэлектризовался, стал густым, почти осязаемым. Тени, окружавшие Ику, начали расти, сливаться между собой, расползаясь по всей территории строительной площадки.
Ику резко открыл глаза — и одновременно с этим открылись глаза, проступившие на его лице и руках. Они вращались в безумном ритме, создавая гипнотический узор. Божественная энергия вырвалась из тела бога, разлетелась во все стороны, словно ударная волна, заставляя землю дрожать, а тени — извиваться в диком танце.
Затем глаза так же внезапно закрылись и исчезли, а волосы вновь обрели свой насыщенный чёрный цвет.
Ику действовал быстро и чётко, методично перекрывая своей аурой все следы присутствия друга. Эшуа, наблюдая за этим, мысленно пообещал себе позже принести Ику самые искренние извинения. Сейчас же у него было слишком много дел, и оказаться пойманным Божественным отрядом никак не входило в его планы. Он быстро подхватил детей на руки и решительно направился к порталу. Алекс, не задавая лишних вопросов, тут же бросилась следом.
Как только их силуэты скрылись в искрящемся водовороте, Ику лёгким взмахом руки развеял пространственное полотно — портал мигнул и исчез, словно его никогда и не было.
Теперь, избавившись от всех следов бедового друга, он переключил внимание на детей-призраков. Те, как ни в чём не бывало, продолжали бегать и веселиться вокруг него, не обращая внимания на окружающее.
— Я слишком стар для всего этого… — устало пробурчал Ику, отрывая от своего подола самого юного на вид ребёнка и беря его на руки. Малыш, оказавшись в объятиях столь величественного мужчины, тут же радостно заулыбался, обнажая острые зубки, и захлопал в ладоши, издавая восторженные писки.
Неожиданно за спиной Ику раздался резкий треск энергии, и в землю ударил мощный луч света, развеяв тьму на десятки километров вокруг. Яркая вспышка ослепила на мгновение, и дети, испугавшись, тут же скучковались и спрятались за спиной Бога Смерти, вцепившись в его мантию крошечными ручками.
Яркий свет буквально резал глаза. Будучи правителем Нижнего мира и вечно заваленным работой, Ику редко удавалось понежиться под тёплыми солнечными лучами — а сейчас этот свет казался почти враждебным в своей интенсивности.
Прикрыв глаза рукавом мантии, он другой рукой инстинктивно прикрыл детей, защищая их от ослепительного сияния.
«Выпендрёжники, — мысленно буркнул Ику. — Ну конечно, нельзя явиться по-тихому, обязательно нужны эти идиотские спецэффекты!»
Столб света начал понемногу угасать, рассеиваться, открывая взору Ику и призраков отряд вооружённых духов-полубогов. Во главе стояли Ларойе и ещё один Бог, лицо которого скрывал белоснежный капюшон.
Божества выглядели внушительно: доспехи из переливающегося эфирного металла мерцали, словно покрытые инеем; оружие — длинные копья с лезвиями, напоминающими застывшие молнии, — излучало приглушённое свечение. Их ауры пульсировали строгой, выверенной силой, холодной и расчётливой, будто механизм безупречных часов.
Ларойе сделал шаг вперёд. Его облик был знаком Ику: благородные черты лица, спокойные, но яркие, словно расплавленное золото глаза, в которых читалась выдержка многовекового опыта. Он слегка склонил голову в уважительном поклоне.
— Приветствую Повелителя Ибо, Правителя загробного мира, господина Ику, — произнёс Ларойе ровным, уверенным голосом
— Рад вас видеть, господин Ларойе, — ответил Ику, наконец привыкнув к яркому свету и открыв глаза. В его тоне сквозила едва заметная ирония, но он постарался смягчить её вежливой маской.
Призраки за спиной Ику с любопытством принялись, разглядывая гостей: кто то даже высунулся из за мантии, чтобы лучше рассмотреть сияющие доспехи.
— Мы пришли сюда, почувствовав буйство энергии, — продолжил Ларойе. Его взгляд на мгновение скользнул по остаткам фиолетового свечения вокруг Ику, но тут, же вернулся к его лицу. — Мы предполагаем, что эта сила принадлежит отступнику небес. Мы спустились для расследования и будем благодарны, если вы окажете нам содействие.
— Содействие?.. Ха! — Ику не смог сдержать горького смешка. Раздражение закипало внутри, грозя выплеснуться наружу. Он, тот, кто постоянно находится в тесной связи с Оорума и Айе, сдерживал свой гнев лишь из уважения к Ларойе — другу Эшуа, о котором тот до сих пор вспоминал с теплотой. Если бы не это и не наличие маленьких искажённых духов, он бы просто разорвал всех присутствующих здесь на части.
Он сделал шаг вперёд, и призраки за его спиной, что мгновения назад весело играли и с любопытством изучали новый и притягательный для низ мир, оскалили свои острые зубы. Их маленькие тела окружила темная пульсирующая энергия. Они зарычали, готовые броситься в атаку в любой момент.
— Забавно…. В этих землях было пролито столько крови, погублено столько невинных душ — здесь, всё, провоняло гнилой эме! А вы спустились сюда только потому, что ваше некогда ущемлённое эго не даёт вам покоя? — раздражение Ику достигло предела, и его тело начала окутывать тёмная зловещая аура, медленно поглощая свет богов. Его алые глаза вспыхнули зловещим блеском. Тело пробирало дрожь, которую он с трудом сдерживал. Ребенок, что все это время сидел у него на руках, вцепился мертвой хваткой в плечи Ику и зарычал. — Не впутывайте меня в своё… — он запнулся, вовремя вспомнив о детях, и резко оборвал фразу, — …в свои дела. Не хочу иметь с вами ничего общего.
— Прошу, не будьте к нам так суровы, господин Ику, — тут же встрял мужчина, чьё лицо было скрыто под капюшоном. . — Мы всего лишь выполняем свою работу…
Мужчина резко скинул капюшон, обнажив резкие черты лица, и шагнул ближе, но остановился в нескольких шагах.
— Бабалу… — процедил сквозь зубы Ику. Его тело дёрнулось, словно от удара. Вокруг него взметнулись пурпурные искры, галза блеснули багровым огнем, а земля под ногами задрожала, отзываясь на пробудившуюся силу.
— Господин Ику, успокойтесь, пожалуйста, — поспешно вставил Алоройе, стараясь уладить назревающий конфликт. Он выступил вперёд, слегка заслоняя собой Бабалу, и примирительно поднял ладони. — Мы здесь не для того, чтобы драться. Поверьте, у нас нет ни малейших намерений, бросать вам вызов.
Божества нижнего порядка, пришедшие вместе с Ларойе, вскинули оружие — копья и клинки сверкнули в тусклом свете. Они приготовились к атаке, но неведомая сила обрушилась на них, сковав движения. Ноги задрожали и едва не подкосились, мышцы свело от напряжения. Лёгкие сжались, будто кто-то сдавил их железной хваткой, — дыхание перехватило, а воздух стал густым и тяжёлым, почти непригодным для вдоха.
— После того как вы привели сюда ЭТО, вы ещё будете меня успокаивать? — голос Ику прозвучал глухо, почти рычанием. Кровь закипала в жилах, в висках пульсировало так сильно, что казалось, вот-вот лопнут сосуды, а глаза застилала густая тьма. Прямо сейчас он как никогда хорошо понимал чувства Эшуа — ту самую кипящую ярость, граничащую с безумием.
— Господин Бабалу, прошу вас… — Ларойе сделал осторожный шаг в сторону божества чумы, мысленно молясь, чтобы тот понял намёк. Он хотел отправить его прочь — хотя бы на время, — чтобы мирно разрешить вопросы с господином Ику. Но Бабалу лишь усмехнулся, медленно оскалив зубы. Он явно наслаждался ситуацией, намеренно выводя из себя божество смерти.
— Я ухожу, — холодно отрезал Ику, с видимым усилием укрощая рвущуюся наружу силу. Он глубоко вдохнул, взял себя в руки и продолжил ледяным тоном: — Мне нет дела до отбросов божественного порядка. Не хочется мараться. Ненавижу запах гнили.
Желание дать волю гневу было до безумия жгучим — оно пульсировало в груди. Но долг стоял превыше всего. Уподобляться этому ничтожеству он не желал ни на миг.
— Если у вас ко мне дело, то жду вас в своих владениях с официальным визитом, — добавил Ику, и его взгляд на мгновение стал пронзительно-острым, словно клинок. Затем он взмахом руки разрезал пространство перед собой — воздух дрогнул, и в нём появилась мерцающая прорезь. Подтолкнув детей, он шагнул внутрь вместе с ними.
— Если осмелитесь, конечно, — бросил он на прощание, и его фигура растворилась в тёмной глубине портала.
Ларойе тяжело вздохнул, проводил взглядом исчезающий след магического перехода и провёл ладонью по лицу. Мало кто осмелится войти во владения бога смерти: аура смерти негативно сказывалась на богах, медленно высасывая их силы, можно сказать, пожирая их изнутри.



