- -
- 100%
- +
Не знаю, сколько прошло времени с того момента, как я спряталась в своей комнате. Меня ни разу никто не потревожил и не поинтересовался моим здоровьем – мне, вроде как, недавно было дурно. Но я все-таки нашла в себе силы подняться и пройти в крохотную ванную комнату. Там, оглядев свое отражение в зеркале, решила, что выходить к людям с опухшими губами, красными глазами и одутловатым лицом все же, пожалуй, не стоит. Порадовавшись, что прихватила с собой кувшин с водой и стакан, я наскоро приняла ванну, переоделась во фривольную и жутко неудобную рубаху для сна и, забравшись в кровать, тут же отключилась…
Утро наступило рано. Я намеренно не задернула шторы, и яркий солнечный свет, проникнув в спальню, настойчиво слепил глаза, вынуждая меня подняться с постели. Беспрестанно зевая, я долго плескала в лицо холодной водой, смывая остатки сна и вчерашних страданий, потом долго искала удобный и скромный наряд для выхода в город и только спустя час после пробуждения покинула комнату.
В доме было тихо. Проходя мимо покоев мужа, я невольно замедлила шаг, прислушиваясь к звукам за стеной, но из спальни не доносилось ни шороха. Большие, с боем, часы показывали шесть часов утра, и наверняка Мэтт еще спал, а вот судя по доносившемуся из кухни звону посуды, Роуз уже была на ногах.
– Доброе утро, – поприветствовала я женщину, хлопотавшую у кухонного стола, вернее, это был буфет с широкой столешницей и шкафчиками под ней и полками наверху. Таких буфетов было на кухне два, ко второму я и направилась.
– Миссис Скарлетт? – удивленно пробормотала служанка, резко обернувшись. Ее руки были в муке и тесте, кусочек которого тотчас упал на сверкающий чистотой пол, – простите, завтрак еще не готов, я привыкла подавать его…
– Я сама, не стоит беспокоиться, – остановила женщину, мысленно посмеиваясь над ошарашенной Роуз, которая, продолжая стоять истуканом, потрясенно наблюдала за тем, как я наливаю из чайника в большую кружку еще теплый чай, достаю сыр и ветчину из шкафчика, сделанного из мрамора, чтобы продукты содержались в холоде, и со всем этим устраиваюсь за небольшим, повидавшим жизнь столиком, с невозмутимым видом сооружая для себя незатейливый бутерброд.
– Роуз, мистер Мэттью во сколько вчера вернулся? – проговорила, поднося ко рту кружку с чаем, беглым взором оглядев оклеенные лакированной бумагой стены, на которых висели гигантские кухонные полотенца и разнообразные медные кастрюли.
– После девяти, миссис Скарлетт, – не сразу ответила женщина, наконец приходя в себя, – и уже отбыл, пяти не было.
– Хм… надеюсь, у него все в порядке, – задумчиво протянула, с одной стороны радуясь, что мужу нет до меня никакого дела и я предоставлена сама себе, с другой – небольшая обида шевельнулась в груди, а неугомонные тараканы стали нашептывать всякие глупости.
– Кажется, мистер Мэттью упоминал в беседе с мистером Бернардом, что задерживается поставка товара, – пояснила служанка, возвращаясь к прерванному занятию.
– Понятно, – коротко ответила, приступая к завтраку, время от времени поглядывая в окно, занавешенное холщовыми занавесками, на подоконнике которого стоял горшок с чахлыми веточками какого-то растения.
Мисс Роуз вернулась к тесту, изредка бросая на меня недоуменные взгляды, я же мысленно просчитывала свой путь. До улицы Листрон было всего два квартала, и нанимать экипаж я не видела смысла, однако времени на прогулку уйдет немного больше, чем езда в карете, и мне стоило бы поторопиться. Поэтому, практически не жуя, проглотив небольшой бутерброд и залпом осушив кружку, я махнула рукой все еще изумленной Роуз и устремилась к выходу. А спустя полчаса стояла в ста метрах от приметной башни, возле которой собрался разношерстый народ…
– Мисс, я хорошая прачка!
– Садовник я, госпожа.
– Счетовод, мисс…
– Кухарка, у знатных господ служила, вот мои рекомендации, – доносилось со всех сторон, но я не спешила подходить к соискателям, наблюдая со стороны за людьми. Первое впечатление от страждущих получить работу было не очень приятным: люди выглядели неопрятными, грубоватыми, не вызывающими доверия. Вот как допустить женщину с такими грязными руками к продуктам? Ведь можно было прежде хоть немного привести себя в порядок.
Теперь я понимала Скарлетт и ее настойчивое требование нанять персонал в агентстве – полагаю, там куда приятней контингент, однако не факт, что профессионалы своего дела…
– Проходить будешь?! – недовольный женский окрик прервал мои тягостные думы, и едва я успела отскочить от стены, как мимо меня проплыла грузная особа в забавной шляпке. За ней следом семенил тощий мужичок на две головы ниже ее, с трудом волоча тяжелую корзину с овощами. За ним же, понуро опустив голову, шла худенькая девчушка лет четырнадцати, которая несла, обхватив обеими руками, мешок.
– Понаедут тут всякие, – проворчала дама, бросив на меня через плечо презрительный взгляд, и что-то непонятное высказав мужчине, направилась к соискателям.
Едва сдержавшись, чтобы не послать нахалку, я отвела свой взор от занятной процессии, возвращаясь к ищущим работу. Толпа редела, но появлялись новые кандидаты, среди которых я присмотрела пару женщин, вполне, на мой взгляд, подходивших на роль служанок, но только я было собралась с ними поговорить, как те, радостно закивав головой, устремились к карете.
Мысленно выругавшись на того, кто увел у меня из-под носа более или менее приличных особ, я решительно двинулась к башне, однако не успела сделать и пары шагов, как меня окликнули высоким, я бы сказала, визгливым голосом.
– Скарлетт?! Это действительно ты? – пронзительно протянула бледная как моль, с крючковатым носом девушка, окинув меня изучающим взглядом, – что ты… ты так одета?
– Как? – с вызовом спросила, зная, что платье на мне выглядело вполне достойно, разве что рюш и воланов на нем не было.
– Хм… по-домашнему, – ласково промолвила незнакомка, видимо, что-то уловив в моем голосе, и тут же встревоженно спросила, – у тебя все в порядке?
– Да, – коротко ответила, бросив за спину девушки вопросительный взгляд. Это не осталось незамеченным, и Моль, вдруг смутившись, промямлила:
– Знакомый… мы пойдем, увидимся на приеме.
– Угу, – кивнула, проводив взглядом незнакомку, которую сопровождал жуткого вида мужчина с цепким взором и плотно стиснутыми челюстями, словно готовый в любой момент броситься на защиту или в нападение. Но вот пара свернула за угол дома, и я снова обернулась к башне, однако маленькая площадь внезапно оказалась совершенно пуста, и только та худенькая девчушка с мешком, замерев у фонарного столба, потерянно озиралась…
Глава 9
– Семь утра, – разочарованно констатировала, вспомнив слова Роуз, что в это время обычно на площади желающих поработать уже не бывает. И, бросив напоследок задумчивый взгляд на барышню, я повернула назад, но понурый вид и растерянный взор девушки так и стояли у меня перед глазами, поэтому, круто развернувшись, я направилась к башне.
– Доброго дня.
– Доброго, госпожа, – едва слышно поприветствовала меня в ответ девушка, так и не подняв головы.
– Ты работу ищешь?
– С проживанием, – еще тише пробормотала та, переступив с ноги на ногу.
– А та дама, кто она тебе? – продолжила выспрашивать, все больше убеждаясь, что девушке будет непросто работать с Роуз, дамой она была суровой и излишне чопорной.
– Тетка, – коротко ответила девчушка, наконец посмотрев на меня, и с грустью добавила, – приживалкой я была при ней, да, видно, помешала.
– Ясно, и податься тебе некуда?
– Только если назад в деревню, но там, кроме подруги, тоже никого нет, мои в прошлом году погорели все.
– Мне нужна в дом служанка, дом запущен и работать придется много, – сразу предупредила девушку, с сомнением ее осмотрев. Худенькая, бледненькая – и в чем только душа держалась.
– Я могу… я все могу, госпожа! – тут же обрадованно вскинулась девчушка, чуть ко мне подавшись, – камины чистить, мыть, стирать, готовить… все могу.
– Вот и отлично, – улыбнулась, кивком показав в проулок, – идем, мешок тяжелый, поди? Нам два квартала идти, может, экипаж нанять?
– Не беспокойтесь, госпожа, вещи там мои, – пробормотала девушка, в который раз чуть подкинув вверх беспрестанно сползающий скарб, – не тяжелый.
– Ну ладно, – не стала настаивать, тем более местных цен я пока не знала, а выглядеть глупо не хотелось. Время от времени посматривая на ни на шаг не отстающую от меня девушку, я повела нас коротким путем к особняку. И только у ворот дома сообразила, что до сих пор не спросила имени нового жильца и работника.
– Как звать-то тебя? – проронила, открывая калитку и первой проходя в небольшой запущенный дворик.
– Майли, госпожа.
– Миссис Скарлетт Блэр, – представилась у порога, толкнула дверь, наконец прошла в прохладный, немного пыльный холл и, удивленно вскинув бровь, произнесла, – Роуз? Что-то случилось?
– Нет, госпожа, – выпалила женщина, бросив рассеянный взгляд за мою спину, и больше не произнесла ни слова, но было заметно, что служанку что-то взбудоражило, однако заговорить она не решалась.
– Мистер Мэттью дома? – поинтересовалась, взмахом руки приглашая девушку, застывшую у двери, пройти дальше в дом, – Роуз, это Майли, она будет служить в этом доме… да положи уже свой мешок, никому он здесь не нужен.
– Хорошо, – испуганно пискнула девчушка, быстро размыкая руки, отчего мешок тотчас с тихим шорохом свалился на пол.
– Роуз? Мистер Мэттью? – повторила свой вопрос – кажется, в первый раз женщина его не услышала.
– Нет, миссис Скарлетт, – торопливо ответила служанка и, чуть помедлив, протараторила, что было совсем на нее непохоже, – в гостиной для вас оставили коробки.
– Хм… коробки? От кого? – вполголоса проговорила, думая, в какую комнату устроить Майли. На первом этаже свободных было две, но обе были в чудовищном состоянии. На втором этаже пустовало целых три комнаты, на третьем – четыре, но вроде как эти этажи предназначены для господ…
– От мистера Луи, – прервала мои тягостные размышления Роуз, нетерпеливо поглядывая на дверь, ведущую в гостиную.
– Оу… привезли перчатки и шляпу, – равнодушно проговорила, двинувшись было к двери, за которой скрывался узкий коридор, но потрясенное восклицание Роуз невольно заставило меня сменить свою траекторию.
– Пять коробок! Три пакета! И два больших свертка! А еще вот, письмо для миссис Скарлетт Блэр, – закончила женщина, подав мне конверт из белоснежной бумаги.
– Тоже от Луи? – произнесла очевидное и, с ужасом представив тонкие витиеватые строчки, выдержав небольшую паузу, безразличным тоном проронила, – идемте, посмотрим, что он там прислал… Роуз, прочтите, пожалуйста, письмо.
– Но как… хорошо, – не стала возражать женщина, хоть и была удивлена моему приказу. Вскоре послышался шелест бумаги, я же, потянув за розовую ленточку, вскрыла первую коробку.
– «Дорогая миссис Скарлетт. Приношу вам свои глубочайшие извинения. Еще ни разу из дома Луи не доставляли заказ неподобающего вида. Мой помощник поторопился, за что был строго наказан. Надеюсь, мои подарки и приглашение на ежегодный показ, который проходит каждый второй месяц лета в Глостере, сгладят впечатление от случившегося, и вы забудете об этом маленьком недоразумении» – последнее предложение Роуз практически выдохнула, ошарашенно всматриваясь во вложенную карточку с золотым тиснением и черными завитушками по краям.
Я тем временем вскрыла все коробки, пакеты и свертки и, разложив на диване, кресле и столе шляпки, перчатки, сумочку, любовалась поистине прекрасной работой гениального мастера.
– Роуз, вечером принеси в мою комнату писчий набор, надо поблагодарить мистера Луи за подарки, – проговорила, аккуратно и не спеша натягивая на руки приглянувшиеся перчатки – тонкие, изящные, они казались почти невесомыми. Кружево нежно прилегало к коже, а узор, словно паутина, был соткан из мельчайших деталей – цветы, завитки, переплетённые линии. Сквозь них едва проглядывали кончики пальцев, что придавало моим рукам утончённость и загадочность. Все же в недалеком будущем, увы, мы перестали носить красивую, элегантную одежду, предпочитая свободный крой и удобство. Искусные швы, ажурная вышивка и тёплые прикосновения мастера заменились холодным безликим потоком фабричных машин, и вместе с этим ушли истории, которыми жила каждая вещь…
– Конечно, миссис Скарлетт, – пробормотала женщина, все еще пребывая в недоумении от столь широкого жеста знаменитого в Бибери портного. Пришлось пояснить:
– Репутация, Роуз. Репутация для такого гения, как мистер Луи, превыше всего. Отказавшись принять работу, что оказалась некачественно выполнена, я поставила под сомнение его звание «Лучший мастер». Такое он не мог допустить и своими подарками, а также просьбой, попросил меня о молчании. Уверена, в определенных кругах будет ходить версия, что я пожелала к перчаткам и шляпке дополнительные аксессуары, поэтому отправила их назад.
– Э-э-эм… – протянула служанка, осмысливая сказанное мной, однако ждать я более не собиралась и, звонко хлопнув в ладоши, приводя женщину в себя, распорядилась:
– Майли отведи сначала на кухню, полагаю, она сегодня еще не завтракала, и думаю, что ужина она тоже была лишена. После устрой девушку в одной из свободных комнат, пусть обживается.
– На первом этаже есть две свободных комнаты, – проговорила Роуз, наконец посмотрев на молчаливую девушку заинтересованным и оценивающим взглядом.
– Отлично, а после обеда пусть присоединяется ко мне в столовой.
– К вам? – удивленно переспросила служанка, покосившись на не менее изумленную Майли.
– Да, будем отмывать стены. Где взять тряпки, ведро и чистящее средство? – спросила, в очередной раз ошеломив Роуз, и не дав женщине опомниться, добавила, – еще мне понадобится старая одежда, у мистера Мэттью есть такая?
– Нда-а-а, – чуть заикаясь ответила Роуз, немного попятившись.
– Как только устроишь Майли, принеси рубаху и штаны в мои покои, – подытожила я и, не дожидаясь ответа, направилась к выходу.
Глава 10
– Проклятье! Что ты там делаешь? – встревоженный и одновременно удивлённый голос мужа прозвучал слишком неожиданно и громко. Я испуганно дернулась, из-за чего вполне устойчивая конструкция подо мной дрогнула, а, казалось бы, крепкий на вид стул затрещал и повалился набок. Через секунду я почувствовала, как мир вокруг меня стремительно уходит вниз, взмахнула руками в отчаянной попытке удержаться, но, увы, схватила лишь только пустоту и с криком полетела на пол…
Первым, что я ощутила, была его теплая грудь и сильные руки, которые уверенно меня держали в своих объятиях. Его прикосновения были такими естественными и удивительно нежными, что я на секунду запуталась в захлестнувших меня эмоциях. Паника от падения сменилась чувством признательности и внезапным восхищением, а сердце вдруг забилось так быстро, что я боялась, что Мэттью это заметит.
Внутри все всколыхнулось, смущение и странная, неожиданная растерянность охватили мое сознание. Я даже попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле, а вместо этого по телу пробежал ошеломительный шквал – смесь неловкости и чего-то непривычно приятного. Мой взгляд на секунду встретился с его глазами, и в этот момент я почувствовала, как в груди расплылось нечто, похожее на горячую волну, которая сначала согрела изнутри, а затем, подобно лавине, захлестнула всё тело, оставляя после себя ощущение беспокойства и предчувствие чего-то неизбежного…
Не знаю, каким чудом мне удалось взять себя в руки и вернуть контроль над разумом и телом. Я досадливо повела плечом, уперлась ладонями в грудь мужчины, тут же ощутив, как бугрятся под рубахой крепкие мышцы, и решительно его оттолкнула, сердито пробурчав:
– Черт возьми, зачем так подкрадываться.
– Прости, я не хотел тебя пугать, – проронил муж, его голос внезапно стал низким и хриплым, а глаза, что он не отводил от моей груди, лихорадочно блестели. Мэттью нехотя все же выпустил меня из своих объятий и, нервно кашлянув, наконец перевел свой взор на мое лицо, – что ты там делала?
– А ты как думаешь? – с усмешкой бросила, пряча за саркастичностью свое смущение. Быстро расправляя задранную рубаху, я мысленно выругалась на такие хлипкие нитки, что не удержали сразу трех пуговиц, практически полностью оголив мою грудь.
– Почему ты? – уточнил муж, с недоумением на меня посмотрев.
– А кто? Роуз до обмороков боится высоты, а Майли не достает до потолка.
– Кто такая Майли? – устало проговорил Мэттью, с шумом выдыхая.
– Новая служанка, кстати, вопреки моим опасениям, очень смышленая, – произнесла и, излишне поспешно подхватив со стола тряпку, добавила, – придержи стул, я смету паутину.
– Я сам, – голосом, не терпящим возражений, буркнул Мэтт и, закатав рукава, полез на теперь выглядевшую шаткой конструкцию.
– Не думаю, что это хорошая идея, – предупредила Мэттью, но тот будто меня не услышал, ловко запрыгнув на стол. С его ростом стул ему не потребовался, и мужчина в два счета справился со свисающей лохматыми кружевами паутиной. Спустя полчаса углы под самым потолком были освобождены от пыли, а Мэттью, сердито проворчав, чтобы я прекратила это безобразие и, так уж и быть, наняла двух слуг из агентства, размашистым шагом покинул помещение.
Не знаю, что его так разозлило: может, то, что я невольно его заставила присоединиться к уборке, или то, что я, дважды поскользнувшись, едва не упала. Но его приказ тут же прибежала исполнять Роуз, в буквальном смысле отобрав у меня тряпку и ведро. Мне кажется, она даже порадовалась, что госпожа теперь не занимается не своим делом. А следовавшая за ней по пятам Майли, не скрывая облегчения, выдохнула.
Мне ничего не оставалось, как уступить сразу трем сторонникам глупых правил приличий и подняться в свои покои. Там я неспешно смыла с себя вездесущую пыль, грязь и липкую паутину и, забравшись с ногами на кровать, перебирая мокрые пряди волос, принялась размышлять о случившемся, честно признаваясь самой себе, что мой муж меня волнует. И это было понятно, Мэтт – идеальный, на мой взгляд, образчик мужской красоты, но сейчас этот всплеск эмоций был совсем не к месту и не ко времени. Я на чужой территории, совершенно не владею информаций, и мне осталось еще ко всему прочему потерять голову из-за красивой внешности мужчины… да, пока надо держаться подальше от Мэттью, а после будет вид…
– Миссис Скарлетт, мистер Мэттью приглашает вас на обед, – прервала мои тягостные думы Роуз, прежде несколько раз постучав в дверь.
– Передай мистеру Мэттью, что я не голодна и немного устала, – отозвалась, ничего гениального не придумав, как просто трусливо спрятаться в своих покоях.
– Хорошо, – растерянно ответила служанка, вскоре до моего слуха донесся удаляющийся стук каблуков, и я вновь мыслями вернулась к плану моей дальнейшей жизни, но не прошло и минуты, как в дверь снова постучали и встревоженный голос мужа проговорил:
– Скарлетт, с тобой все в порядке? Вызвать лекаря?
– Нет, все хорошо, просто устала, – произнесла, сползая с кровати, уже зная, что так просто Мэттью не уйдет. Я быстро пересекла комнату и, распахнув дверь, натянуто улыбнувшись, добавила, – пары часов отдыха будет достаточно.
– Роуз, подай обед на две персоны в покои миссис Скарлетт, – вдруг по-хозяйски распорядился мужчина и, ласково мне улыбнувшись, промолвил, – уверен, ты будешь не против, если я присоединюсь к тебе.
– Конечно, – лилейным голосом протянула, проглотив едва не вырвавшуюся колкость, и поплотней запахнув халат, направилась к креслу.
– Вина?
– Да, пожалуй, – не задумываясь, ответила, поздно вспомнив о своем решении, но отказываться уже было глупо, и я уточнила, – немного.
– Роуз, бутылку белого из Кента принеси, – приказал мужчина, проходя в спальню, и с легкостью подняв второе кресло, подвинул его к моему. Затем он так же легко подтянул к нам стол, чуть прикрыл окно за моей спиной, прошелся по комнате и только спустя три долгие, молчаливые минуты устроился в соседнем кресле.
– Кхм… как дела в торговом доме? – заговорила, ощущая неловкость от затянувшегося молчания, бросив украдкой взгляд на мужа. В этот момент надо же было ему тоже на меня посмотреть, наши взгляды, конечно же, встретились, и на долю секунды всё вокруг будто бы исчезло, остались только его глаза, полные эмоций, которые я не успела распознать. Сердце опять дрогнуло, дыхание сбилось, и я ощутила, как внутри меня снова поднимается непривычное волнение, и мне стоило больших трудов, чтобы успокоиться и как можно равнодушней добавить, – Роуз сказала, что вчера ты поздно вернулся, а сегодня рано уехал.
– Ты стала интересоваться моими делами? – наигранно вскинул бровь мужчина, растянув губы в насмешливой и такой соблазнительной улыбке, что я едва сдержалась, мысленно выругавшись:
– «Проклятье! Ты нисколько мне не помогаешь! Только делаешь хуже!» – вслух же выпалила, – я решила, что нам стоит узнать друг друга получше.
– Да, ты права, – коротко ответил Мэттью, взглядом скользнув по моему телу, и, выдержав небольшую паузу, проговорил, – что ты хотела обо мне узнать?
– «Все!» – подумала, торопливо повторив свой вопрос, – как дела в торговом доме?
– Кхм… не так, как я планировал, – не сразу заговорил мужчина, устало откидываясь на спинку кресла, – часть товара пришла с задержкой. Я, разумеется, выставил счет поставщику, но это не компенсирует все мои вынужденные затраты. Новый магазин работает в убыток, а старый я уже закрыл, так как не могу себе позволить оплачивать аренду… ты все еще хочешь слушать о моих делах?
– Да, – не задумываясь ответила и, хватаясь за вполне безобидную и знакомую для меня тему беседы, спросила, – а ты рекламу делал? Можно напечатать небольшие буклеты о твоем магазине и за скромную плату попросить мальчишек раздать их в местах, где чаще всего собираются люди. Еще можно написать в буклетах о дне акции: покупаешь один товар, второй в подарок. Это может быть что-то недорогое, но халяву любят все, уверена, в этот день в магазине будет аншлаг… что?
– Отличная идея, почему я сам раньше об этом не подумал?.. – озадаченно проговорил муж, с удивлением на меня посмотрев.
Глава 11
Обед прошел вполне неплохо, мы отлично поболтали. Немного обсудили стратегию развития магазина, решили повременить с ремонтом части комнат, попросту пока их закрыть, так как гостей приглашать не планировали. И даже посплетничали, вернее Мэттью рассказал мне пару историй о своих друзьях. Правда, муж время от времени бросал на меня задумчивые взгляды и несколько раз задавал уточняющие вопросы, когда у меня вырывались современные словечки менеджера по рекламе, но я быстро их адаптировала под нынешние времена и, делая очень честное лицо, уверяла, что прочла об этом в какой-то из книг «папеньки».
После обеда, сразу, как только Мэттью покинул мою спальню, я быстро переоделась в первое попавшееся платье и устремилась в кабинет исполнять задуманное. Раз от уборки меня отстранили, а в агентство идти было уже поздно, вернее, я даже не собиралась туда обращаться, решив еще раз попытать счастье у башни, я лучше займусь тем, что всегда мне нравилось.
– Размер шрифта сделать немного больше, а в правом углу – привлекательную картинку, в идеале логотип твоего торгового дома.
– Что это? – спросил мужчина, заинтересованно на меня посмотрев.
– Ну… герб? Знак, что этот товар принадлежит дому Блэр. Значит, и его у тебя нет, давай думать… может, такой?
– Нет, – тотчас отказался Мэтт, разглядывая мои каракули, с тихим смешком добавив, – зачем мне герб? Я не аристократ.
– Это твой бренд, отличительный знак. Ну… на всех твоих товарах можно его поставить, чтобы покупатели знали, что товар с таким знаком качественный.
– Хм… я подумаю, – протянул муж, подтягивая к себе примеры буклетов, – цветные делать не буду, это очень дорого.
– Ладно, но завитушки оставь, это привлечёт женщин… у тебя же есть товар для женщин?
– Есть, – с улыбкой проговорил муж, тут же добавив, – лавка еще открыта, если желаешь, я покажу тебе товар.
– Желаю, – ответила, осознавая, что отсиживаться в доме Мэттью долго не получится и мне все равно придется встретиться с его родней и друзьями. А также с близкими Скарлетт, поэтому лучше всего это будет сделать, находясь рядом с мужем, так я хотя бы не пройду мимо какой-нибудь любимой тетушки или вообще родной сестрицы Скарлетт.
– Хорошо, – протянул мужчина, он выглядел мягко сказать слегка удивлённым, – я прикажу подготовить карету.
– На улице отличная погода. Если до твоей лавки не слишком далеко, мы могли бы прогуляться, – предложила, невольно вспомнив короткую, но такую обременительную поездку с подругой Скарлетт.
– Ладно, – еще больше изумился мужчина, поднимаясь из-за стола, и, окинув меня изучающим взором, проговорил, – я подожду тебя в холле.
Отвечать ему не стала. Догадавшись по его взгляду, что платье на мне излишне скромное и явно не для прогулок по городу, я вскочила с кресла и рванула в свои покои. Там, выбрав самый, на мой взгляд, вычурный наряд, с трудом разобравшись с многочисленными пуговками и завязками, беглым взглядом оглядела себя в отражении зеркала и, оставшись в целом довольной увиденным, поспешила к мужу.