Самое лучшее фэнтези, или Битва шаров

«California Dreamin’»

The Mamas &the Papas

– Спок, это ты? – слышит он голос, издающийся по его правую руку. Спок узнаёт Актива.

Их обоих ведут в неизвестном направлении. Глаза повязаны тряпкой. Руки спереди крепко связаны меж собой в замок так, чтобы им и думать не захотелось ни о каком рождении магических шаров. Большую часть времени драконы вели Спока и Актива по воздуху. Ветер до сих пор продолжает звенеть в их ушах. Драконы ни словом не обмолвились, куда их тащат.

Может, к Випу, догадывается Спок, поскольку знает, что почти каждый из драконов находится в его власти. В таком случае главная проблема Спока по мнению Арсена – подобраться к Випу – решится сама-собой. Но как противостоять Випу, если тот обладает самым могущественным из магических шаров, а ты нет? Спок не знал, но, стоит заметить, страха от этого не чувствовал. Он же медоед.

– Стоять! – грозно молвит драконий голос.

Два злосчастных друга слышат, как со скрипом открываются ворота. Они идут дальше. Путь петляет туда-сюда. Драконы переговариваются друг с другом. Один спрашивает, другой отвечает. Из их разговоров становится понятно, что Спок и Актив вроде как заключённые. Когда повязки с их глаз срываются, они видят, что стоят в бесконечном коридоре перед стальной дверью с окошком из прутьев. Справа и слева маячат сотни таких же дверей. Дракон отворяет стоящую впереди дверь, а после пинком заталкивает туда Спока и Актива.

– Добро пожаловать в тюрьму, засранцы.

Два друга лежат на полу. Дверь за ними закрывается. Глаза новоприбывших замечают своих четырёх сокамерников и смрад, исходящий от них. Двое из них были людьми и весьма пожилого возраста. Хотя, может, это так казалось, поскольку все их лица были помяты настолько, что на каждом сантиметре обозначались то шишка, то синяк, то кровоподтёк. Один был орк: по их харям никогда не поймёшь, то ли эта шишка возникла от побоев, то ли это просто-напросто родинка, украшающая его с рождения. А четвёртым здесь заключённым являлся эльф: сейчас он лежит на койке и с закрытыми глазами стонет от боли. От прежней эльфийской красоты не осталось и следа.

Сокамерники не изъявили особого желания познакомиться с новоприбывшими Споком и Активом. Как только дверь за ними закрылась, они тут же отвернулись от них, чтобы продолжить отдыхать на своих койках, изнывая от страданий. Спок и Актив поднялись и молча проковыляли к свободной двухярусной койке. Спок по привычке занял нижнюю: в детстве с братом у них была такая же кровать. Актив со своей живой энергией не стал возражать. Он с наскока оседлал своё спальное место. Не успели они улечься, как дверь камеры отворилась. Ужин, подумал было Спок, но ошибся.

– Кто сейчас получит пизды? – спросил заявившийся в камеру дракон-надзиратель.

– Все, – хором и с безнадёгой ответили сокамерники Спока и Актива.

И они не ошиблись.

– Правильно, – с довольством промолвил дракон и принялся за дело.

Вломил одному, второму. Третьего разъебал вусмерть – это стало понятно после того, как послышался последний радостный вздох эльфа. Орк лениво отмахивался связанными руками, в то время как на него обрушивался шквал ударов. Потом настала очередь и новичков. Спок хотел было воссоздать какой-нибудь мало-мальский шарик, но не тут-то было: руки-то связаны. Он только и мог, что чувствовать, как его череп вбивается в матрас будто при помощи кувалды. Ему казалось, словно его пытаются засунуть в пододеяльник. Далее дракон взялся за Актива. Спок лежал с закрытыми глазами, пытаясь угомонить боль, как сверху на пол свалился Актив. Дракон пиздил его ногами куда ни попадя, а в это время Актив пищал, как мягкая игрушка. Выпустив весь свой гнев, дракон радостно огляделся и, удовлетворившись проделанной работой, наконец-таки покинул камеру, чтобы не мешать свободно выдохнувшим заключённым спокойно зализывать свои раны.

Ещё никогда Спок не спал так крепко. Сон яростно не желал с ним расставаться. А когда настало время открыть глаза, боль обуяла всего Спока с головы до ног. Из-за побоев тот зыркал на мир через маленькие узенькие щёлочки. Приди сюда китайцы и они бы святотатственно пали на колени перед этим Мао Цзэдуном. Рядом на полу храпел Актив. Лицо его было не особо повреждено, а вот спина из-за запрокинутой футболки, казалось, принадлежала джинну.

Потом принесли завтрак – какие-то вонючие помои. Но что поделать – выбора у них не было: они не особо-то надеялись, что к ним сюда заявится официант с меню. Пришлось обучаться кушать без рук. Когда ведро было доверху наполненно завтраком, едоки в руках и не нуждались: хлебай да хлебай. Но что делать потом, когда оно наполовину то ли полное, то ли пустое? Спок и Актив тщетно пытались приподнять ведро своими, если можно так выразиться, двухстворчатыми кулаками. Их раскулачили, вот что они с ними сделали! И тогда к ним на выручку пришёл орк, с учёной непоколебимостью продекламировав:

– Забудьте о руках. Их нет! Живите так, словно вы и не знаете, что такое руки!

После чего схватился зубами за верхний край ведра и приподнял его, обнажив рот, чтобы завтрак полился точнёхонько в образовавшийся жёлоб. В итоге завтрак для орка превратился в освежающий душ. Глядя на Спока и Актива, орк невозмутимо тряхнул головой и вернулся на свою койку.

Тело эльфа унесли из камеры, уволочив его за ногу. Дракон-надзиратель – этот был другой, подобрее – с утреца проверял давление заключённых, спрашивал есть ли жалобы. Старые постояльцы камеры не испытывали жалоб, и вскоре Спок понял почему. Потому что когда его друг пожаловался на боль от побоев, то в ответ получил от доброго дракона ещё одну охапку пиздюлей.

– А у вас есть жалобы? – спросил он после у Спока, на что тот молча завертел головой, тем самым обрадовав доброго дракона.

– И что, так всегда здесь? – спустя какое-то время интересуются Спок с Активом у соседей по камере.

– Угу, – согласно молвят соседи. Безнадёга слышится в их голосах.

– И что делать? – спрашивает Актив. – Что с нами дальше будут делать?

– У нас будет суд? – спрашивает Спок.

– Не-а, – неохотно говорит один из стариков.

– А-а, – озадаченно протягивает Актив, – тогда что с нами будет?

– Нас ждёт Уничтожитель.

– Уничтожитель?

– Да.

– А это кто такой?

– Один из палачей. В предпоследний день каждого месяца устраивается жребий. Драконы кладут в котелок записки, а мы должны их вытянуть.

Старик начинает устало задыхаться, и ему на подмогу приходит другой старик:

– Вот нас, например, пятеро. Значит, записок тоже будет пять. Три пустые – это значит, что ты остаёшься здесь и продолжаешь получать пизды, пока не сдохнешь. А в последней записке написано «Уничтожитель». Это значит, что придёт этот самый Уничтожитель, возьмёт тебя в руки и сожмёт в шар.

– В шар? Какой шар?

– Последний в твоей жизни. Он тебя сожмёт вот настолько, – говорит заключённый, непонятно демонстрируя свои связанные ладони. – Чутка побольше. Благодаря этому шару можно понять всю твою подноготную.

– Это как?

– Да вот так. Если ты, например, всю жизнь гнался за деньгами, то твой шар будет состоять из каких-то жалких гнилых грошей, или, например, ты был большим добряком, тогда твой шар будет состоять сплошь из цветочков: васильков там, одуванчиков.

– Подожди, – вставляет слово Спок, – ты сказал, что записок будет пять?

– Да, – устало произносит старик.

– Но ты рассказал только про четыре… Что в другой?

Старик тяжело задыхается и ему на помощь приходит орк.

– В другой написано «Доктор», – молвит он хриплым басом.

– Доктор? И что это значит?

– Это значит, что тебя заберут отсюда и отведут к доктору, известному целителю. Он и не таких на ноги подымал. Он вылечит тебя, и тебя отправят домой.

– Домой? – с надеждой уточняют два друга.

– Да. У всех из нас одна задача – это протянуть до конца месяца и вытащить эту самую заветную записку.

Спок и Актив блуждают в своих запутанных мыслях.

– Какое сегодня число? – спрашивает Актив у Спока.

– Двадцатое, – согласно отвечают сокамерники.

– Ещё десять дней, – шёпотом проговаривает Актив, глубоко всматриваясь в друга.

Как же быть, если записку вытащит Спок? А если Актив? Что будет с его другом? Какая судьба ожидает его? Неужели последний лик, который он явит в своей жизни, будет облачён в форму странного шара или избитого до неузнаваемости сине-красного сгустка из костей. Такие мысли сейчас пребывают в головах друзей. И к тому же сумеют ли они протянуть до конца месяца?

– А многие дотягивают до конца месяца? – интересуется Спок.

Сокамерники не спешат с ответом.

– По правде говоря нет, – отвечает орк. – Хотя лично я нахожусь здесь уже третий месяц. Это зависит от того, насколько ты терпим к побоям. Вот я, например, с детства их получаю, даже в утробе матери мне доставалось от брата, так что, бывало и хуже. А вот люди дохнут как мухи. Эти вряд ли дотянут, – кивая на стариков.

– Хлебало закрой.

– Да, закрой, – поддерживает старик старика.

– Эльфы вообще народ нежный. Того, которого унесли, только вчера сюда занесли. Так что… не знаю. От судьбы не уйдёшь.

От судьбы, задумывается Спок. Что там говорил Арсен? Исход битвы предрешён, он будет непростым. Что это значит? Спок не видит в этих словах особого оптимизма. А затем он вспоминает следующее: Один из вас погибнет, чтобы спасти жизнь другу. Неужели это случится здесь? И кому суждено будет умереть за друга?

Мне, мысленно заключает Актив, ведь избранный – Спок.

– А что за целитель? – спрашивает Спок. – Он действительно так уж хорош?

Актив после этой реплики поднимает на друга слегка удивлённые глаза.

– А то! – бодро вставляет один из стариков.

– Ещё как хорош! – восклицает его ровесник.

– А вы что, не слыхали о нём? – удивляется орк.

– Нет, – в один голос изумляются два друга. – Откуда?

– И не читали, какие истории про него пишут в газетах?

– В каких газетах? – всё также хором отвечают Спок и Актив.

– Ну вы даёте! – звучат три голоса разом.

После чего каждый сокамерник достаёт из-под матраса обрезок газеты и протягивает Споку и Активу. Они тут же понимают, что это вырезки, каждая из которых содержит в себе рассказ о невероятных спасениях доктора. И если судить по заглавию, то рассказы эти печатаются под рубрикой «Шутки Засто ́».

– А, проснулся голубчик, – говорит доктор лежащему на койке толстоватому пациенту, у которого живот весь перебинтован.

– А-а, – стонет тот, пытаясь чуть приподняться.

– Скажи своему пузу спасибо, – говорит доктор, ухмыляясь. – Не зря мамкины щи с хлебом посасывал, хе-хе.

– Что, умер бы? – спрашивает пациент, морщась от боли.

– А? не… просто, если бы не пузо, то ты бы дальше воевать не смог, а так недельку полежишь и снова на фронт.

– НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ!

– Ну что, выздоровел, голубчик? – спрашивает доктор, подходя к гуляющему по коридору пациенту.

– А что, так теперь всегда будет? – спрашивает пациент, демонстрируя свою хромоту.

– Ну а что ты хотел? Скажи спасибо, что нога вообще осталась. Теперь ногу ниже колена тебе придётся только волочить за собой.

– Ммм, – недовольно, – думал домой приеду, мамку обрадую: живой, здоровый, а тут калека оказывается.

– Знаешь, а зачем она тебе нужна, а? – зыркая на ногу. – Постоянно её тащить за собой. Это как некоторые парализованную руку отказываются отрезать, а потом всю жизнь только и делают что перекладывают её то туда, то сюда, чтоб не мешалась. А у тебя вообще нога! Какая от неё польза, если она ходить не может? Ведь она для этого только и нужна!

– И что вы предлагаете, доктор?

– Давай отрежем её, а туда протез поставим, – энергично молвит доктор. – Её всё равно резать только ниже колена, поэтому протез будет простой – без шарнира. Просто, как гандон, натянешь его на культю и всё, хе-хе.

– А, ну как голубчик? – спрашивает доктор, приближаясь к тому же пациенту, который стоит теперь весь согбенный, пытаясь отдышаться. Ведь только что на глазах доктора он пробежал целый круг по стадиону.

– Во! – показывая большой палец. Затем он приподнимает штанину, демонстрируя свой металлический протез. – Я, доктор, с ним даже свой личный рекорд побил! – Пациент восхищённо качает головой, любуясь на протез. – Домой приеду, во, мамка обрадуется!

– Э, не, мамка твоя подождёт, хе-хе… Тебя, сынок, завтра на фронт отправляют, – кладя руку на плечо пациента, – в киборгские войска.

– НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ!

– Ну как здоровье, голубчик? – спрашивает доктор у лежащего на койке пациента с полностью забинтованным телом, исключая головы.

– Да вот, – жалуется пациент, – теперь не повоюешь.

– Да, – сочувствует доктор, – а кем был?

– Водителем.

– Н-да-а.

– Ладно, если бы только задница поломана была! Я бы дырку в полу кабины пробил и так бы этот ЗИЛ толкал – ногами!

– Ого! Вот это настрой! – восклицает доктор, а глаза его поблёскивают от восхищения. Голова пациента не находит себе места, порываясь от переизбытка энергии то туда, то сюда. – Ну а теперь уже, к сожалению, не повоюешь, н-да… – сочувственно замечает доктор. – А что, прямо воевать охота?

– А я ведь точно уже буду не годен? – спрашивает пациент, весь во внимании.

– Ну что ты спрашиваешь, конечно, нет. Как с твоим пердаком да воевать, хе-хе!

– Да я за Родину, если потребуется умру, но ЗИЛ с места трону!

Центр НИИ Сколково. Зал создания автомобиля, оснащённого автопилотом.

В центре зала стоит ЗИЛ, окружённый толпой учёных в белых халатах. Учёные восхищённо кивают головами, любуясь ЗИЛом.

– А, вот он где голубчик? – говорит доктор, с улыбкой приближаясь к толпе. Он останавливается перед кабиной ЗИЛа и одобрительно кивает головой.

Учёные не сдерживаются и принимаются рукоплескать.

– Хе-хе! Проснись и пой, проснись и по-о-ой! – напевает доктор, стуча костяшками пальцев по лобовому стеклу автомобиля, за которым вяло просыпается голова прежнего пациента. Тот сонно открывает глаза (фары ЗИЛа загораются) и, вертя установленной на шарнир головой, обнаруживает, что та покоится на торпеде ЗИЛа.

– НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ!

Спок уже давно прочитал вырезки из газеты и задумчиво ожидает, когда на него поднимет глаза Актив. Глубоко дыша, тот отрывается от вырезок и глядит на друга.

– Это наш шанс, – молвит Актив, и Спок согласно кивает.

Поскольку в данной главе мы не наблюдаем никаких магических шаров, то обратимся к предшествующей ей, где упоминается шар Замирания, с помощью которого Спок обездвиживает дракона.

Как мы помним, Спок надел этот шар на голову дракона. Но делать это вовсе не обязательно. В данном случае Спок обездвижил разум дракона, то есть его мозг, отчего импульсы, исходящие от него, не достигают других частей тела, и потому дракон целиком и полностью лишается контроля над всеми своими действиями. Даже мысли его и то остановились.

Если вы хотите, чтобы ваш оппонент не смог двигать, например рукой, вам просто-напросто нужно коснуться шаром Замирания – 10 см в диаметре вполне достаточно – этой области тела, и эффект не заставит себя ждать. Но будьте осторожны, если вы чутка передержите шар Замирания в своей руке, то вы сами можете лишиться двигательной функции, и ваша рука замрёт в неестественном положении.

Некоторые хитрецы применяют действие данного магического шара на себе, например при половом контакте, чтобы впечатлить своих партнёрш. Совершается это путём помазания кое-какой части тела. И это действительно работает: в нередких случаях длительность полового акта увеличивается до небывалых пяти минут!

И это уже не фэнтези.

Это фантастика!

«Russian Roulette»

Rihanna

Орк – единственный из старых сокамерников кто остался в живых. Двое стариков умерли друг за другом с разницей в день. Потом поочерёдно прибыли ещё пятеро. Все они оказались здесь официально за попытку создания мятежа с целью снести действующую власть, то есть самого Випа. В каждой стране, в каждом городе полиция по его указке сажала в тюрьмы сотни ни в чём неповинных граждан. А на свободе в это время оставались лишь так называемые патриоты с наплечными повязками, на которых был изображён портрет Випа, с флагами, развевающимися из окон их домов. Каждый день из жилищ ежечасно слышалось хоровое исполнение гимна, написанного в честь Випа. И только попробуй не запеть. Уф, только попробуй.

Двое из новичков недолго смогли выстоять против побоев и тяжко унеслись на тот свет. И на момент предпоследнего дня сего месяца сокамерников осталось максимально допустимое здесь число – если судить по койко-местам – шестеро. Они с томлением ждали сегодняшнего вечера, на котором будет разыгрываться жребий.

А что же стало с нашими двумя закадычными друзьями, Споком и Активом? Как они себя чувствуют? Неужели Актив всё такой же активный, а Спок такой же спокойный как медоед? Ну, скажем так, бывало и лучше. Да, они живы, к счастью, дышат самостоятельно, шишки у них уже даже не появляются от побоев, потому что где вы видели, чтобы шишка росла на шишке? Они, переняв тактику жён из полигамных семей, помогают друг другу, пытаясь сделать так, чтобы дракон уделял обоим равное время. Вчера, например, когда дракон с чего-то выбрал Актива своим основным блюдом для пиздеца, Спок пришёл другу на подмогу и свалил дракона на пол, прямо рядышком с Активом, который лежал без сознания. Потом, конечно, дракон встал и принялся метелить Спока куда руки и ноги лягут. Спок бы умер, если бы его не спас случай: один из новоприбывших сокамерников с чего-то взял да и помочился на дракона, что тому совсем не понравилось. И дракон в отместку забрал его жизнь с собой. Потом, к слову, тут же привёл в камеру нового заключённого, словно, у них там прям очередь из желающих оказаться здесь.