Самое лучшее фэнтези, или Битва шаров

Во время обеда, когда все хлебают из общего помойного ведра, исключая Жало, которому по какой-то причине достаются готовые блюда от популярного сервиса доставки еды, внимание Спока неотрывно сосредотачивается на новеньком. Похоже, и правда шпион, убеждается Спок насчёт него. Постанывающие от боли собратья Спока замечают, как тот начинает яростно сипеть, разглядывая Жало. Кровь подступает к лицу. Спок вдруг встаёт и обращается к Зету:

– Вставай и бросай свои помои.

Зет делает удивлённые глаза, но всё же выполняет приказ. Спок ведёт его к обедающему Жало, который всем своим рылом окунулся в пакет с едой. Подошедшие ждут, когда Жало оторвётся от своей кормушки и поднимет на них лицо. Прикрыв от наслаждения глаза, дракон вытаскивает рыло из пакета, смачно жуёт, а когда распахивает веки, с удивлением обнаруживает перед собой насупленного Спока и Зета. Жало осторожно кладёт пакет с едой на матрас и произносит:

– Вы чего-то хотите от меня? – Те не отвечают. Дракон чувствует подступающую к нему тревогу. – Боюсь, это вам будет не по вкусу, – указывая на свой обед.

– Ты чертовски прав, – говорит Спок, – потому что то, что нам по вкусу находится вот здесь, – и касается обезверёвочной рукой головы дракона.

Глаза Жало увеличиваются до невероятных размеров, рот искривляется.

– Иуда! – кричит Йегошуа, вскочив с койки и направляя свой праведный перст на дракона.

– Взять его, – командует Спок, и Зет с пометкой «молния» вгрызается челюстями в череп Жало.

Кровь хлещет фонтаном, заливая потолок, стены, пол. Изголодавшийся Зет рычит, неустанно работая челюстями. Спок хладнокровно разворачивается и шагает к своей койке.

– Так его! Так его! – горячо подстёгивает Йегошуа обедающего Зета.

Вечером заявляется Рокер и даже не успевает произнести свою стандартную фразу, как с ужасом замечает Зета и Жало, дружно поигрывающих в ладушки. Жало смеётся от счастья. Насупленный Рокер переводит взгляд на невозмутимого Спока и, гневно качая головой, говорит:

– Ты попал, дружок, – после чего просто покидает камеру.

Позже заявляется комиссия, состоящая из трёх драконов. Не говоря ни слова, они ошарашенно оценивают новый – бардовый – интерьер камеры. Рокера не видно. В ещё больший ужас комиссию повергает состояние их неудачно внедрённого лазутчика. Добрый дракон, входящий в эту делегацию, заботливо берёт Жало за руку и выводит из камеры.

– Мама! Мама! – жалостливо хрипит Жало, простирая руки в сторону Зета. Оба плачут.

На следующий день происходит неожиданное:

Заключённые встречают утро, не смыкая глаз. Виски стучат от напряжения, выдавая по два чувствительных бума в секунду. Бордовый интерьер ещё более нагнетает обстановку, а замызганная драконьей кровью лампа на потолке, которая транслирует свет с улицы в камеру, зловеще окрашивает сам воздух в пурпурные тона. Глаза пугливо смотрят в сторону двери, когда за той слышатся шаги. Дверь отворяется, и на пороге возникают добрый и злой драконы. В смокингах. Злой дракон – Рокер – стоит позади и с плохо скрытым недовольством смотрит куда-то в сторону. Спок пытается прочесть в его глазах объяснение происходящему, но смокинги, как неуёмные отличники, не дают ему это сделать, кичливо выкрикивая свою догадку.

– Вечер в хату, господа, – весьма недобро говорит добрый дракон и снимает с головы котелок. Из-за его спины выступает Рокер и достаёт из кармана чистый лист бумаги. – Чтобы у вас в дальнейшем не возникло никаких пререканий, прошу вас подойти к нам и внимательно наблюдать за подготовкой к жребию.

Шок застывает на лицах заключённых. С волнением переглядываются между собой.

– Но ведь жребий должен быть только через неделю, – замечает Спок.

– Молчать! – кричит добрый дракон, обрушивая на Спока фонтан слюней.

Заключённым ничего не остаётся как безропотно принять новые правила игры и они в тревоге поднимаются со своих мест. Подходят к драконам.

– Вот и настало время, – с томлением проговаривает Йегошуа и возводит очи к потолку. – Веди меня, Господь.

– Похоже, здесь все, – говорит добрый дракон, оглядывая собравшихся перед ним заключённых. – Тогда приступаем.

Рокер на старый манер режет когтём лист бумаги на шесть равных кусков. Те падают на ладонь доброго дракона. Во второй руке находится пустой котелок.

– Так, прошу вас осмотреть данный котелок, чтобы вы убедились, что в нём нет второго дна или лишних бумажек.

Заключённые не желают проводить проверку. Сокамерники взволнованно поглядывают на Спока, ожидая, что тот предпримет.

– Хорошо, тогда приступим, – говорит добрый дракон, и Рокер достаёт из кармана ручку. – Вас здесь шестеро, так? – Кивают. – Шестеро старых товарищей, не желающих подыхать от побоев, – с недобрым оскалом проговаривает дракон, оглядывая каждого заключённого. – Раз вас шестеро, то по старым правилам в котелке должно быть четыре пустых листка, согласны?.. Но так как ваш случай особенный, новый для нашего исправительного учреждения, то и правила должны быть новыми, согласны? – Испуг отражается в глазах заключённых. – Конечно, согласны. В таком случае мы обойдёмся без пустых листков. Пишите, коллега.

Заключённые с ужасом наблюдают, как один листок за другим падают в котелок. И каждый из них сопровождён надписью «Уничтожитель». Добрый дракон всё это время злобно улыбается, любуясь бледными лицами заключённых. Затем он перемешивает содержимое котелка и обращается к собравшимся:

– Есть ли у вас какие-нибудь возражения насчёт данной подготовки к жребию, господа? Считаете ли вы, что она прошла с нарушениями?

– Считаю, – решительно заявляет Спок.

– И что вас не устраивает?

– Всё.

– Это не ответ. Не могли бы вы подробнее изъяснить свои претензии?

Спок делает шаг вперёд и демонстрирует дракону свои связанные руки, после чего подносит к его глазам внешнюю сторону левой ладони.

– Скажи, не видал ли ты раньше эту руку, а?

Дракон несколько секунд недоумевает, пока его нижняя челюсть не отвисает от потрясения. Дракон резко оборачивается к двери и выкрикивает:

– Уничтожитель!

Путы Спока падают на пол. Спок рождает бомбический шар и кидает его в голову напуганного дракона – та взрывается фейерверком. Всё это занимает лишь секунду.

– К бою!

Сокамерники тянут зубами концы связывающих их руки верёвок, и совсем скоро те полёживают на полу, словно дохлые змеи. Четверо сокамерников занимают боевые позиции позади Спока, готовясь к атаке врага. В сторонке стоит Йегошуа и одаривает собратьев благим крестом. Из-за двери начинает выплывать гигантское тело Уничтожителя, облачённое в чёрный плащ. Следующим шагом Спока становится рождение ударного шара, который он бросает в Рокера, отчего тот без чувств валится на пол. Спок снова воссоздаёт ударный шар и теперь бросает его в полностью появившегося Уничтожителя, но тот успевает открыть ответный огонь – в прямом смысле слова, – и шар сгорает в пламени. (Замечу, что именно из-за своей способности дышать огнём, подавляющее большинство драконов упрямо не желает изучать магические шары, не видя в них никакой надобности для себя. В какой-то мере они правы, поскольку их огонь уничтожает 99,9% магических шаров, исключая шар Льда например. Но не стоит забывать про тактическую гибкость, которой драконы лишают сами себя из-за своего тупого нежелания учиться. Их упрямство делает их предсказуемыми в бою.) Пламя дракона встречает на себе стойкое сопротивление в виде гигантского шара Льда, рождённого Зетом.

– Молодец, Зет! – хвалит того Спок. – Боб, помоги ему, он один не справится!

Через секунду уже двое собратьев держат в руках ледяной щит.

– Дюклён, Бирюк! Обходим с флангов!

Те кивают, покидают границы льда и пламени и бросают в Уничтожителя ударные шары, но броня монстра не поддаётся их натиску.

– Отвлеките его! – командует отрядом Спок.

Сбоку у стены показывается Йегошуа, клича Уничтожителя. Не переставая изрыгать пламя, Уничтожитель всё же переводит взгляд на настырного Йегошуа, и глаза палача застывают от шока: они не ожидали, что этот святоша распахнёт свой хитон перед ними. Пламя Уничтожителя ослабевает, и Дюклён пользуется этим, чтобы поднять его обладателя в воздух при помощи шара Левитации. Уничтожитель неловко болтыхается в воздухе, из конфорки то и дело попыхивает небольшой огонёк.

– Ай, страшно! – испуганно кричит он, уставясь глазами в пол.

– Бирюк, твой выход!

Бирюк поочерёдно рождает шары Замирания и бросает их в Уничтожителя куда ни попадя, после чего над неутихающим двойным шаром Льда в длинном прыжке взмывает Спок с вытянутой вверх рукой, в которой сияет бомбический шар. Спок в стиле Майкла Джордана подлетает к Уничтожителю и точнёхонько забрасывает бомбический шар в его открытую пасть. Ба-бах! Кровавые ошмётки разлетаются во все стороны. Собратья Спока восторженно вскрикивают и вскидывают вверх руки.

– Ещё не время! – охлаждает Спок пыл своих товарищей и, спешно переведя дыхание, ведёт их за собой в коридор.

Коридор был длинный-предлинный и так в оба конца, справа и слева располагалось множество дверей. Повсюду раздаётся резкий сигнал тревоги, от которого уши страстно желают закрыться наподобие бутона, но, увы, не могут.

Спок оборачивается к собратьям, чтобы дать им последние наставления:

– Боб, Зет, идите в ту сторону, а вы, – Дюклёну и Бирюку, – в ту, и уничтожьте все эти двери! Освободите каждого из заключённых, всех до одного!

– Да!! Да! – пламенно выкрикивают собратья.

– А ты, Йегошуа, – продолжает Спок, – следуй за своим предназначением. Я не буду тебе мешать.

Йегошуа благодарно кланяется и возвращается обратно в камеру. Спок видит, как он подходит к койке и опускается перед ней на колени.

– А что же ты? – спрашивает Бирюк у Спока.

– Мне нужно будет найти вход в подземелье.

– А ты знаешь, где он может находиться?

Спок молча вертит головой в стороны. Собратья с тревогой смотрят на своего наставника, страшась опасности, ожидающей его впереди.

– Имейте ввиду, сейчас отовсюду нагрянут драконы, – говорит Спок, – они без жалости обрушат на вас свой огонь, и поэтому я прошу вас сделать также: не жалейте их.

– Сделаем, – говорит Бирюк.

– Ми тебя не подведём, – говорит Дюклён.

– А что же с Рокером? – спрашивает Боб. – Его нельзя здесь оставлять. Он нам сильно помог.

– Уведите его. Уведите всех отсюда. И как можно дальше – взрыв будет огромным.

– Сколько у нас времени?

– Я рассчитываю на полчаса максимум. Десять минут, думаю, уйдёт на поиск входа в подземелье, за пять успею установить минный шар, а остальные пятнадцать должно хватить на эвакуацию.

Отряд согласно кивает на слова своего лидера.

– Надеюсь, увидимся.

– И мы тоже.

Тяжёлое молчание нависает над головами бойцов. Нельзя же так просто развернуться и уйти, когда столько всего было пережито вместе и, не ясно, сколько ещё предстоит в ближайшем будущем. И предстоит ли? Зет широко разводит руки в стороны, а вскоре и остальные с улыбкой повторяют за ним. Отряд сжимается в плотное братское кольцо.

– Ну что ж, пора в бой.

– В бой!

– Вперёд к победе!

– Покажем Випу!

– Хр-р-р-р-р!

Боб с Зетом бегут вперёд по коридору: первому достаются двери по левую сторону, второму – по правую. Таким же манером действуют Дюклён и Бирюк. Спок с гордостью наблюдает за своими собратьями и боевито топает ногой, отчего снизу слышится глухой гул. Спок нагибается к полу, обнаруживает ручку люка, открывает его и опускается в подземелье.

Его встречает кромешная тьма. В руке зажигается шар Света. Тоннель. Стены и своды сложены из необработанного известняка. Пол – бетон. Сверху пугающе звякает конденсат. Тьма настолько густая, что свет от шара распространяется лишь на расстояние вытянутой руки. Спок осторожно следует вперёд, держа правую кисть наготове, пальцы напряжены. Через несколько метров Спок слышит неразборчивый гул вопящих голосов: то ли женщины, то ли дети. Раздаются они где-то из-под пола. Словно муки ада. Споку даже начинает казаться, что пол под ногами двигается. Кто-то пытается ухватить его, утащить за собой. Паника овладевает им, и он в страхе бежит вперёд, спотыкаясь на ровном месте. Замирает, и сердце бешено колотится внутри, когда рядом с ним внезапно появляется нечто вроде духа в светлом сиянии: оно спокойно пересекает тоннель сквозь стены.

Спок закрывает глаза, успокаивается, восстанавливает дыхание, пульс. Выбрось всё это из головы. Это неправда. Тебе кажется. Вспомни, зачем ты здесь находишься… Тебе нужно найти склад с боеприпасами, вот, что тебе нужно сделать. Не стой на месте. Тебе надо спешить. Иди. Смотри по сторонам. Может, где-то в стене есть дверь, ведущая в склад. А может, и тоннель сворачивает куда-то.

Спок идёт вперёд.

Спок, спок, спок… падают капли с потолка. Спокойно, спокойно, твердит себе Спок. Духов и призраков не существует.

– Спок, спаси меня!

Спок застывает на месте. Голос Сии. Но это невозможно. Спок яростно трясёт головой, приводя себя в чувства. Нет. Нет. Нет! Забудь!.. Нельзя поддаваться панике. Всё это лишь иллюзия, галлюцинация. В этот момент Спок принюхивается и замечает, что воздух наполнен здесь каким-то странным ароматом. Да, наверняка, здесь есть какие-то испарения – они ядовиты и вызывают эти странные видения.

– Друзья навсегда!

Слышатся два голоса, принадлежащие Споку и Випу. Доносятся они с тех времён, когда оба друга учились в младших классах. Потом слышится звук пережёвывания – это они клятвенно жуют «Мамбу».

– Никакой ты мне не друг! – гневно кричит Спок, изогнувшись к полу.

– А я?

Спок вскидывает голову кверху. Актив.

– Актив? – Спок не верит своим глазам. – Это ты?

Умиротворённый вид отражается на лице стоящего перед ним Актива. Туловище его как-бы рассеивается в воздухе, пропуская сквозь себя свет, исходящий от магического шара. Ног и вовсе не видно. Спок зажмуривает глаза и сотрясает головой. Но Актив всё равно стоит рядом.

– Не бойся, друг, всё будет хорошо.

– Но как? Что? – Спок не знает что и сказать Активу. – Ты же умер.

– Да, умер. И превратился в безголовый слоновий хуй.

– Это было прекрасно! Ты заслужил эту честь, друг.

– Спасибо.

– А мне, видно, уготована честь быть его залупой.

– Несомненно. Но не печалься, все мы рано или поздно отправимся ко всем хуям.

Спок кивает. Ему так отрадно видеть перед собой своего лучшего друга. И в то же время больно.

– Ты дух или галлюцинация?

– Не могу сказать… но я точно знаю, что я твой погибший друг, который в призрачной форме воспроизводится в твоём помутившемся сознании.

– Хм… а тогда почему ты здесь, в подземелье?

– Здесь находятся все, чьи души соприкоснулись с Уничтожителем. Это наше чистилище.

– Чистилище? Это значит, что вас можно спасти? Дать возможность обрести вечный покой?

– Зачем? Мы не хотим вечного покоя. Вечный покой – это забытие, нирвана. Лучше уж так шляться по подземелью, чем вообще никак, и нигде.

Спок задумывается над словами друга.

– А я бы с удовольствием забылся, Актив.

– Тебе ещё рано об этом думать, Спок. Я здесь, чтобы помочь тебе. Пойдём, – говорит Актив и плавно разворачивается корпусом на 180º. Спок неспешно следует за его спиной.

– Куда ты меня ведёшь?

– К победе.

Спок тяжело сглатывает.

– А она будет? Победа.

– Несомненно.

– И какой ценой?

– Это уже будет зависеть только от тебя самого. Ты вынужден будешь метаться между двумя выборами.

– Какими?

– Тягой к кровопролитию и тягой к любви.

– Не думаю, что первое мне необходимо.

– Война меняет людей, Спок. Убийства, муки, страдания твоих врагов постепенно становятся твоим наркотиком. Ты теряешь голову. Не замечаешь, какие жертвы стоят на кону.

Спок идёт, задумчиво опустив голову, убеждая себя, что это ему не грозит.

– Ты ошибаешься, Актив. Я не такой.

– Буду надеяться, друг.

Актив останавливается и смотрит на Спока.

– Я не Уолтер Уайт. И никогда им не стану.

На лице Актива появляется добродушная улыбка.

– Но ты ведь уже пустился во все тяжкие, разве не так?

Спок глубоко вздыхает, глаза отрешённо смотрят сквозь друга.

– Мне просто нечего терять, пойми… У меня нет… у меня нет того, ради чего стоит жить. Все меня покинули: ты… Сия.

– А твои друзья?

– Какие друзья?

– Ты не берёшь их в расчёт? – Спок не понимает о ком он. – Дюклён – твой первый друг на Земле: прямо сейчас он как раз встретился со своим милым усатым дракончиком, и они крепко обнимаются; а вот рядом и Бирюк – настырный и самолюбивый днём и добрый и отзывчивый ночью; Боб с его простотой и дружелюбием и Зет – само олицетворение дружбы, доброты. Да, наивно, но так оно и есть.

– Выходит, дружба и доброта в нашем мире представляются нечто вроде как умершее, бездыханное?

– Но оно живёт. И отчаянно борется за своё существование. Если все из нас взглянут на это почившее, усопшее создание и всего лишь попробуют пойти ему навстречу… уверяю тебя, мир изменится. Мёртвое умереть не может, ведь так?

– Так.

– Но оно может кое-что другое, очень важное, у него достаточно сил для этого.

– Для чего?

– Для того, чтобы жить. Распуститься как цветок и подарить жизнь другим таким же прекрасным созданиям. А мы, как пчёлы, должны помогать ему в этом.

– К чему ты мне это всё говоришь?

– Не знаю… может, тебе это понадобится в будущем.

– Когда именно?

– Когда тебе придётся совершить окончательный выбор…

– Между тягой к кровопролитию и…

– Да.

– Я его уже сделал.

– Я вижу.

– Мне кажется, ты видишь не то, что есть на самом деле.

– Я вижу лишь то, что видишь ты. Не забывай, откуда я здесь.

Световой шар тухнет. Когда Спок снова его зажигает, то не видит поблизости Актива. Вместо него обнаруживается какая-то дверь. Спок открывает её. Осторожно вступает внутрь. Шар Света высвечивает вокруг целый арсенал боеприпасов. Вот оно! Спок принимается за дело.

Сколько я здесь уже нахожусь? Спок переживает, что задержался, беседуя с другом. Поэтому он воссоздаёт минный шар и устанавливает таймер на пятнадцать минут. Вроде должно хватить. Измаявшись, отдав большое количество энергии на создание минного шара, Спок неспешно покидает склад. Останавливается посреди тёмного тоннеля. Оставшиеся силы не позволяют шару Света ярко гореть в руке Спока. Спок устало всматривается в тёмный конец туннеля, незадачливо оборачивается к другому. И как же отсюда выбраться? В надежде на чудо, Спок касается рукой потолка, толкает его вверх, и люк открывается.

– Ну и везунчик же я, – тихо шепчет Спок, не веря в очередную удачу, и поднимается наверх.

А кругом битва! Спок оказывается перед самими воротами Виптюрьмы. Толпы заключённых валят оттуда. Толчея. Всё небо заволокло огнём. Это драконы кружат повсюду. Среди спасающихся заключённых кое-где рождаются шары Льда. Но на всех не хватит. Вот стоит разрозненный строй, а спустя секунду на его месте дымится гора пепла. Разноцветные шары мечутся в небо. Откуда-то один за другим с непонятными словами выстреливают вверх энергетические волны. Да это ж алкаш Гарри пуляет из швабры по драконам! А вот и наш дружок Дюклён на своём маленьком усатом дракончике по имени Мурдиклифф сражается с летающими гигантами: защита при помощи шара Льда, следом шар Замирания, ловкий спасительный манёвр от драконьего пламени, обрушившегося со стороны, а в заключение меткий бросок бомбического шара прямо в голову противника. Среди разношёрстной толпы бегущих существ легко угадывается волк Бирюк. Он бежит навстречу опасности. Из его ладоней как из пулемёта выстреливают разноцветные магические шары. Прямо на глазах Спока тот уже уничтожил пятерых свирепых драконов. Великан Боб вместе с Зетом пытаются увести народ подальше от тюрьмы. Скорее! Скорее! Подгоняет их Боб. Бегите вперёд по улице! Зомби Зет распространяет вокруг себя шар Льда диаметром сто метров и отходит назад только тогда, когда впереди не остаётся ни одного заключённого. Вот народ уже переваливает за стены Виптюрьмы: те, кто не обладает способностью к магии, кидаются прочь, как можно дальше от опасности, но находятся и умелые смельчаки, встающие в отряды борцов против режима. Сам Спок также присоединяется к своим собратьям, но минный шар отнял у него слишком много сил, поэтому его помощь не так существенна, как того хотелось бы от избранного. Кто-нибудь остановите его! Кричит Спок вглядываясь вперёд, туда, где находится эпицентр битвы. Он узнаёт в толпе бегущего народа своего знакомого Йегошуа, который единственный из всех движется в сторону Виптюрьмы. Он тащит за собой сколоченный из койки крест, с блаженной улыбкой приговаривая: Если гора не идёт к Магомету, то Магомет идёт к горе. Магия и огонь обрушиваются на центральную площадь Виптюрьмы, и Спок теряет Йегошуа из виду, но взамен обнаруживает другого безумца. Гарри спьяну на всё по барабану и потому он выходит за границы ледяного шара Зета и кидается атаковать ненасытных драконов. На ходу пытается оседлать швабру, но та, сссука, не взлетает. Падает. Зет спешит на помощь, из-за чего в его защитном шаре на секунду образовывается брешь, куда проникает драконий огонь. Шар распадается. Зет лежит на земле. Огр принимает на себя полномочия зомби и рождает свой шар Льда, но силы его не настолько велики, в результате чего в пепел превращается ещё одна солидная кучка борцов с режимом. Огр тужится из последних сил, пытается добраться до бездыханного тела Зета, распространить границы шара до него. Спок закрывает глаза, умиротворённо складывает ладони, выдыхает, и вскоре из его груди, словно атомная бомба, взрывается гигантский шар Льда. Драконов отбрасывает в стороны. На какое-то время битва затихает. Толпы заключённых не перестают бежать подальше от тюрьмы. Спок приказывает Бобу уводить народ. Но как же Зет? Мы его спасём! Боб вынужден принять приказ, во время исполнения которого будет непрестанно оглядываться назад. Опомнившись, в небе снова возникают драконы. Пока их не так много. Бирюк скачет по крышам зданий и атакует. Спок находит Дюклёна и приказывает ему эвакуировать Зета. Будет выполнено! Спок то защищается, то атакует. Он оборачивается назад: толпы заключённых лихо рассеиваются по улицам города. Спок чувствует, как внутри него сердце с жуткой равномерностью отсчитывает остающиеся секунды до взрыва. Скоро это произойдёт. Дюклён и Мурдиклифф – мыши на фоне драконов – подлетают к телу Зета, опускаются. Рядом кряхтит Гарри. Добби, это ты? Дюклён вопросительно издалека смотрит на Спока. А что делать с ним? Скорее! Дюклён заставляет себя отвернуться от Гарри и направляет Мурдиклиффа в сторону Зета. Дракончик хватает зомби своей пятой по счёту – расположенной по центру живота – лапой и, как вертолёт, тяжело поднимается с ним вверх. Гарри со страхом и надеждой наблюдает за их действиями. У меня есть носок! Умоляет он, скидывая с ноги ботинок, и демонстрирует дырявую пятку. С мольбой просит о спасении. Но двое уже удаляются от него. Будь ты проклят! Гадкий вонючий хуесос! Раздаются им в спину проклятия Гарри. А потом случается взрыв. Земля сотрясается, вздымается, как заразу извергая со своей поверхности брусчатку. Башни Виптюрьмы рассыпаются в воздухе, словно карточный домик. Кирпичи превращаются в песок. Цунами огня поднимается вверх с такой мощностью, что даже драконы гибнут от его жара. Кажется, будто само Солнце нежданно заявилось в гости в Драконию. А в конце из-под земли рождается гигантский шар – это ударная волна с оглушающим хлопком стремительно разлетается во все стороны. И всё это занимает лишь миг.

13566713573713574825577248

Минный шар – один из самых энергозатратных магических шаров, поскольку основная сила уходит на установление и контроль времени на таймере. Чем больше времени вы установите, тем больше сил вы потратите. Одна минута таймера равносильна тому, как если бы вам пришлось десять километров тащить за собой целый караван слонов, прицепленный хоботами к вашей резинке от трусов!

Но ведь надо ещё уметь контролировать отсчёт таймера. Если вы не готовы морально и физически, советую вам этот шар не рождать, потому что если вы хоть на секунду разожмёте свой анус – да, контроль времени происходит при помощи него – то таймер остановится, в результате чего капсюль начнёт стремительно нагреваться и в конце концов произойдёт взрыв. И поправить это уже не получится: магический капсюль не сможет остановить повышение своей температуры. Всего одна секунда слабости – и мина неконтролируемо взрывается.

Чтобы родить минный шар, советую для начала изучить устройство бомб. Это облегчит вам создание данного магического шара. Но если вам невмоготу корпеть над учебниками, можете просто вообразить в голове любую бомбу – при этом ваши руки должны быть напряжены, особенно пальцы, поскольку минный шар рождается прямо из них: магическая струя одна за другой перетекают в вертящийся коричневый клубок, и когда вы откроете глаза – при зарождении они обязательно должны быть закрыты – то увидите в своих руках этот взрывоопасный элемент. После чего вам останется только прикрепить его в нужное место – лучше всего для это подойдёт канцелярская булавка – и установить таймер.