Тайна французского кладбища

И родилась новая страшилка: «В черном-черном городе есть черная-черная улица, на черной-черной улице стоит черный-черный дом, в черном-черном доме есть черная-черная комната, в черной-черной комнате стоит черный-черный стол, на черном-черном столе лежит черный-черный мобильник, в этом мобильнике есть черный-черный список, а в черном-черном списке сидит Пугало и завывает: «Слушай мою новую страшилку!»

Пугалом друзья и одноклассники звали ее, Юлю Комарову…

Но, приехав во Францию, Юля почувствовала себя практически счастливой. Лиза с Таней тоже обожали страшилки и ужастики, поэтому они с восторгом выслушали весь Юлин репертуар. Одна беда – ответить ей ничем полезным не могли. Слишком мало ужастиков знали! Зато ботан и тормоз Жибе оказался просто неиссякаемым источником жутких историй, которые Лиза и Таня исправно пересказывали Юле, и той не надоедало слушать.

Особенно Юле нравилась одна страшилка – ну просто до сладкой дрожи! Она называлась «Кукла».

Пришла девочка по имени Мари-Элен в магазин и увидела куклу, которая ей необыкновенно понравилась. Одна рука у куклы была сжата в кулачок, только два пальца торчали. Ну, Мари-Элен куклу купила, а продавец на прощанье сказал:

– Ты никогда не должна расставаться с этой куклой. Идешь в школу – бери ее с собой, спать ложишься – бери с собой. Ни на минуту не оставляй ее одну!

Сначала Мари-Элен и в самом деле не расставалась с куклой. Даже в туалет ее с собой брала. Но вот как-то раз забыла ее на кухне, поднялась в свою комнату и села делать уроки. Вдруг слышит – кто-то ходит внизу. А девочка была дома одна, она удивилась и кричит:

– Кто там?

И слышит незнакомый голос:

– Мари-Элен! Я поднимаюсь на первую ступеньку!

Девочка решила, что ее разыгрывает кто-то из подруг, потому что голос был девчоночий.

– Мари-Элен! Я поднимаюсь на вторую ступеньку!

– Ну и поднимайся, – сказала она беззаботно, а голос звучал снова и снова:

– Мари-Элен! Я поднимаюсь на третью ступеньку! Мари-Элен! Я поднимаюсь на четвертую ступеньку! Мари-Элен! Я поднимаюсь на пятую ступеньку!

Девочке стало страшновато, а голос не умолкал:

– Мари-Элен! Я уже в коридоре! Мари-Элен! Я открываю к тебе дверь!

Дверь распахнулась – на пороге стояла кукла! Девочка закричала, но было поздно: кукла набросилась на нее и перегрызла ей горло.

Потом кукла спокойно вышла из дома и вернулась к магазину. Постучала – продавец открыл ей дверь.

– Я сделала свое дело! – сказала кукла.

Продавец довольно улыбнулся и поставил ее на ту же полку, где она стояла раньше. Но теперь у куклы точали не два, а три пальца…

Юля, Лиза и Таня то и дело разыгрывали эту очаровательную страшилку перед сном. Каждая по очереди была куклой, продавцом и Мари-Элен. В конце концов тете Марине надоели эти хождения по скрипучим ступенькам и разноголосые завывания: «Мари-Элен! Я поднимаюсь на первую ступеньку! Мари-Элен! Я поднимаюсь на вторую ступеньку!..» – а потом ужасные вопли загрызаемой Мари-Элен. И она строго-настрого запретила устраивать эти спектакли, особенно на ночь глядя.

– Вы меня до того довели, что я боюсь одна в комнате оставаться, – сказала тетя Марина сердито. – Все время чудится, что ступеньки скрипят. А сегодня папа возвращается, мне его допоздна ждать, буду сидеть и от страха трястись! Так что забыли про Мари-Элен! Понятно? Иначе никаких вам вид-гренье!

Потом она пожелала девчонкам спокойной ночи, каждую поцеловала, выключила свет и ушла.

Девочки были так поражены страшной угрозой, что лежали, не смея пикнуть, и скоро Лиза и Таня уснули – Юля поняла это по их ровному дыханию.

А ее сон, как назло, не брал, хотя часы на церковной башне около кладбища пробили уже и десять, и одиннадцать, и полночь. Их удары разносились по всей деревне.

Окна были отворены настежь, а ставни, наоборот, прикрыты, чтобы девочек не беспокоил по утрам яркий свет и не мешал спать подольше. К сожалению, закон подлости, согласно которому в будние дни невозможно проснуться, а в выходные и на каникулах вскакиваешь ни свет ни заря, оказался международным законом и действовал не только в России, но и во Франции. Все просыпались рано!

В ночном небе висела огромная серебряная сверкающая луна. Сквозь щели в ставнях проникали ее лучи и тонкими ровными бледными полосами ложились на пол.

Известно, что спать по ночам нужно с закрытым ртом: если в открытый рот попадет лунный луч, можно сделаться оборотнем и начать выть на луну.

Юля встревожилась: а вдруг Лиза и Таня этого не знают?! Хотела им об этом рассказать, но, во-первых, девочки уже спали, а во-вторых, разговор могла услышать тетя Марина.

Вообще-то она уже давно должна была спуститься на первый этаж, где находились салон (так французы называют гостиную), столовая и кухня, но почему-то все еще бродила туда-сюда по лестнице. Старые, рассохшиеся ступеньки легонько поскрипывали в такт ее шагам. Иногда тетя Марина старалась ступать осторожно, скрип был еле слышным, а иногда почему-то прыгала через две ступеньки, хотя на лестнице перегорела лампочка и запросто можно было ноги переломать. Поскольку запасной лампочки в кладовке не нашлось, ее должен был привезти мсье Верьер. А пока тетя Марина выдала девочкам электрические фонарики (один Лизе с Таней, другой Юле), строго-настрого запретив выходить на лестницу без них. Сама она подсвечивала себе мобильником. Однако сейчас почему-то сновала туда-сюда в темноте: в дверную щель Юля не видела мелькания светлого луча.

На улице послышался рокот мотора, который затих около дома. Распахнулась дверь на террасу, и радостный голос тети Марины долетел, к Юлиному изумлению, снизу:

– Морис! Ты уже приехал! Как здорово, а я уже приготовилась тут до утра сидеть! Очень спешил, да?

– Слишком спешил, – ответил мсье Верьер после довольно продолжительной паузы, которая, как смекнула Юля, означала поцелуй.

Правда, голос Верьера звучал почему-то грустно.

– Что значит – слишком спешил? – насторожилась тетя Марина.

– Да гнал вовсю и сбил на лесной дороге барсука. Насмерть.

– Ух ты, как жалко! – воскликнула Марина. – А точно насмерть?

– Да, я вернулся посмотреть, – пояснил мсье Верьер. – Кошмарное зрелище. Наверное, за миг перед тем, как беднягу ударило, он повернулся к машине: у него была разбита голова спереди, нос вдавлен в череп…

– Господи, какие ужасы! – воскликнула тетя Марина. – Перестань! Я кое-как угомонила девчонок, которые беспрестанно завывали про какую-то куклу-убийцу, а тут собственный муж оказывается убийцей несчастного барсука.

– Кукла-убийца? «Мари-Элен, я поднимаюсь на первую ступеньку»? Ну, это классика жанра, – усмехнулся Верьер. – Ладно, давай разберем сумки. Я там кучу еды привез, чтобы не тратить завтра времени на магазины, а сразу мчаться на вид-гренье.

И они вошли с террасы в дом.

Юля озадаченно нахмурилась. Вошли они как-то странно: вроде бы находясь внизу – и в то же время взбегая на второй этаж по ступенькам, легкий скрип которых Юля слышала совершенно отчетливо.

А потом она услышала, что скрип приближается к спальне.

«Мари-Элен, я открываю к тебе дверь!» – вспомнила Юля…

Призраку врага приходилось очень тяжело! Никак не удавалось справиться с юрким, подвижным телом барсука.

Зверя на бегу мотало из стороны в сторону. Он чуть не половину шерсти оставил на кустах ежевики, которой были плотно оплетены все лесные тропы.

Призрак Огра уже не раз пожалел, что связался с этой неразумной тварью. Вдобавок маленький мозг барсука был нашпигован осколками костей, и это невероятно мешало думать. И все же враг смог добраться до деревни и даже найти дом, где находился один из тайников, в котором он спрятал когда-то свои драгоценные снадобья.

Он обежал дом несколько раз, прежде чем нашел вырезанный в задней двери кошачий лаз. Не без труда протиснулся в него, распрощавшись с очередными клочьями барсучьей шерсти. Крадучись двинулся к лестнице на второй этаж…

И тут наконец понял, что совершил грубую ошибку. Все-таки мысли его еще изрядно спутаны!

Напрасно он примчался в этот дом. Барсук не сможет вскрыть тайник, да и коробку с флаконами не унесет. Как, в зубах, что ли?! Сначала нужно было пробраться в лабораторию… Нет, сначала нужно воскресить рабов! Средство для этого есть!

И зачем он залез внутрь дома?! Тайник находился в стене конюшни. Но тело барсука, почуяв дивный аромат жареных кровяных колбасок, долетавший из кухни, совершенно вышло из повиновения. Видимо, зверек накануне гибели был ужасно голоден, а потому так и рвался к еде. Однако на кухне горел свет, и призрак Огра опасался, что там сыщется какая-нибудь палка, или кочерга, или каминные щипцы, которыми люди окончательно добьют его временное вместилище.

Вряд ли он сможет вселиться в кого-нибудь из них – в таком-то состоянии! Намучившись с барсуком, он теперь ни за что не справится с человеком.

Невероятным усилием воли Огр заставлял непослушное тело убраться из дома, но оно сопротивлялось. Все, что Огр смог, это направить барсука на второй этаж. Подальше от кухни и манящих запахов пищи!

Ступеньки поскрипывали под лапами. Иногда лапы отказывались повиноваться и пытались унести тело на кухню. Огр требовал вернуться на второй этаж, а барсук рвался на первый. Скрип ступенек казался оглушительным!

Один раз барсуку удалось-таки утащить свое тело вниз, к дверям кухни. И тут раздались голоса…

Огр прислушался. Говорили двое – мужчина и женщина. Мужчина только что вернулся домой и рассказывал жене, как сбил на дороге барсука.

Огр очень жалел, что не может расхохотаться. Любопытно было бы взглянуть, каким стало бы лицо этого человека, если бы он увидел убитого им зверя в своем доме! Да еще и хохочущего!

Огр вспомнил, как много лет назад один крестьянин из этой деревни смог пробраться в его лабораторию. Он стоял и смотрел на то, во что Огр превратил его детей. И Огр увидел, как его глаза вдруг опустели. Увидел, как разум покинул голову крестьянина, как безумие овладело опустевшим мозгом. Это зрелище доставило ему величайшее наслаждение!

Ах, как бы ему хотелось увидеть подобное вновь!

Но вдруг хозяин этого дома окажется не из трусливых? Схватится за кочергу… Тогда барсуку, а значит, и призраку Огра несдобровать!

В это мгновение женщина воскликнула:

– Господи, какие ужасы! Перестань! Я кое-как угомонила наверху девчонок, которые беспрестанно завывали про какую-то куклу-убийцу, а тут собственный муж оказывается убийцей несчастного барсука.

Девчонок? Она еле угомонила девчонок?! То есть в доме находятся дети?

Дети! Наверху!

Ярость Огра дала такой мощный импульс телу, что барсук ринулся вверх по лестнице, как подстегнутый.

Вот две двери. За одной никого, Огр чуял это. За другой…

О, какое счастье… сейчас он найдет себе подходящее тело, хотя бы на время! С ребенком-то он как-нибудь справится!

Барсук приподнялся на задние лапки и навалился на дверь. Она открывалась внутрь и мягко подалась даже под его небольшим весом.

Еще не войдя, Огр окинул взглядом комнату.

Глаза заплывали кровью, но он все же рассмотрел стол, камин, фотографии на каминной полке…

Потом Огр вгляделся в глубину комнаты. Там стояли кровати. На них лежали девочки. Две спали, а третья, приподнявшись, смотрела, как медленно открывается дверь.

У Юли перехватило дыхание. Она напомнила себе, что бояться – это здорово, это просто супер, но не помогло. Голоса тети Марины и мсье Верьера по-прежнему доносились снизу, из салона, сквозь рассохшийся от времени щелястый пол, однако в это же самое время дверь в спальню девочек начала с тихим скрипом приоткрываться.

Кто же ее открывает?!

Ледяная лапа медленно прошлась между Юлиными лопатками. Лапа была влажная, противная, мохнатая…

Ставни мягко стукнули на окне. На улице дул ветер, по дому гуляли сквозняки.

Наверное, и дверь в спальню открывает сквозняк!

Пора перестать трястись и уснуть наконец.

Вместо этого Юля приподнялась и тихонько потянула из-под подушки фонарик.

Очень хотелось спросить: «Тетя Марина, это вы?» – но губы вдруг перестали повиноваться.

Дверь открывалась все шире, поскрипывая на петлях.

«Это сквозняк!» – твердо сказала себе Юля, но тут же не выдержала и, вскинув фонарик, нажала на кнопку.

В один невообразимо краткий миг она обнаружила, что сквозняк, открывший дверь, имел облик серо-черного мохнатого зверька, стоящего на задних лапках. Вся голова его была разбита, окровавлена, а нос от сильного удара вдавился внутрь черепа.

Да ведь это барсук!

Вдруг тот самый, которого сбил на дороге мсье Верьер?

Мертвый барсук…

В это мгновение мертвый барсук как-то очень по-человечески заслонился верхней лапкой от света, а потом его заплывшие кровью глаза уставились на Юлю.

Она не могла шевельнуться, не могла даже закричать от страха – только смотрела и смотрела остановившимися глазами…

И вдруг по комнате словно ветер пронесся! Дверь захлопнулась, отбросив барсука в коридор. Его легкие шажки пронеслись куда-то в сторону ванной комнаты, звякнула оконная створка. Что-то тяжелое упало на землю в саду: наверное, барсук выпрыгнул или вывалился из окна. Потом сухо зашелестела трава под уносившимся прочь зверем – и все стихло. Только снизу доносились безмятежные голоса хозяев, обсуждавших, долго ли еще продлится жара.

Жара?! Юле казалось, что наступила зима и она в одной ночной рубашке выброшена на мороз. Никогда в жизни ей не было так холодно, как сейчас! Ноги и руки стали совершенно ледяными. Юля сжалась в комочек, укуталась с головой в простыню и пыталась перестать трястись, но пока не получалось.

Бояться, конечно, здорово, но… но только того, чего не существует. А ведь она видела, своими глазами видела этого барсука! Вернее, его призрак…

Наверное, этот призрак явился к мсье Верьеру – требовать отмщения. А по пути просто ошибся комнатой.

Как хорошо, что свет на лестнице перегорел и у Юли оказался фонарик! Как хорошо, что она спугнула ужасного барсука! Вот завтра она расскажет все это девчонкам: как призрак сначала топотал по ступенькам, потом открыл дверь и заслонился лапкой от света…

Юля нахмурилась. А было ли все это на самом деле?! Стоит только начать здраво рассуждать, как понимаешь: померещилось. Во-первых, призраки не могут топать – а этот топал! Во-вторых, он заслонялся лапкой от света… Это уж вообще ни в какие ворота! Девчонки со смеху попадают, а не от страха!

Юле и самой стало на секундочку смешно.

Да был ли призрак-то? Может, и призрака никакого не было?!

Лиза с Таней рассказывали, что в прошлом году в Муляне случилось какое-то невероятное нашествие мышей. Мышеловки стали самым дефицитным товаром в округе. А вдруг и нынче вечером по лестнице бегала мышь? Вернее, крыса? Это ужасно, но все же лучше, чем призрак барсука.

Вот интересно, увидела бы его Юля, если бы не услышала за минуту до того рассказ мсье Верьера?

Вряд ли. Это рассказ произвел на нее такое страшное впечатление. Вот ей и привиделось…

Только и всего.

Юля вздохнула, стащила с головы простыню и легла посвободней.

Конечно, она просто обожает бояться, но все же как здорово, что никаких призраков не существует и все это ей просто померещилось!

Солдат медленно, неуверенно двигался по темным деревенским улицам.

Было так странно идти, не чувствуя земли под ногами… Солдат еще не вполне освоился со своим бестелесным существованием и старательно огибал высокие каменные заборы, которыми были окружены здешние дома и сады. Он слышал, будто опытные призраки могут проходить сквозь любые препятствия, но сам он был еще слишком неловок и неумел. Птица сидела на его плече, настороженно поводя головой.

Солдат вспоминал прошлое. Мулян почти не изменился, только сады сильно разрослись и раньше не было вот этой платановой аллеи вдоль рю Шато.

Как жаль, подумал солдат, что он не может ощущать запахов. Он бы с наслаждением вдохнул аромат роз. Ими благоухал каждый сад, плети вьющихся роз свешивались через заборы, а внизу насажены были кусты лаванды, и эти два аромата смешивались. Как хорошо он помнил запахи, и неумолкающее воркованье диких голубей, и ночное кваканье лягушек возле старинного лавуара…

В той далекой стране, откуда солдат был родом, деревенские женщины белье стирали на мостках на берегу речки, а зимой ходили по льду к проруби. А здесь, во французской деревеньке, в низине, за огородами, невесть сколько веков назад был выстроен каменный домик. В центре пола располагался бассейн, вода постоянно втекала в одну трубу, а вытекала через другую в небольшой водоем, заросший камышом. Это место для стирки белья и называлось «лавуар».

Рядом была густая рощица. Однажды ночью солдат, ждавший здесь встречи со связным, случайно услышал разговор Терезы – местной крестьянки, муж которой был в плену, – и колдуна Огра, служившего у фашистов. И узнал, что эта красивая женщина – предательница. Мало того – она, оказывается, ждала ребенка от врага! У нее в доме Огр прятал свои страшные снадобья…

Солдат решил найти их.

На следующую ночь он оставил людей из своего отряда ждать его на дороге неподалеку от деревни. Сам, один, пробрался в дом Терезы на окраине деревни и потребовал отдать снадобья Огра. Иначе…

И пригрозил пистолетом.

Перепуганная Тереза сказала, что Огр уже забрал у нее все флаконы со своими снадобьями. Теперь он спрятал часть их в конюшне того большого дома с высокой террасой, который стоит перекрестке, возле часовенки. А остальные положил в тайник в каменной ограде, которая тянется вдоль дороги к лавуару. Тайник находится в том месте, где стену обвивает дикий виноград.

Солдату потребовался час, чтобы отыскать тайник в ограде и уничтожить почти все флаконы.

Однако Тереза успела предупредить Огра. Тот подкрался к солдату и застрелил его, забрав с собой все, что осталось.

Вскоре враг и сам погиб. И вот теперь он, так же как и солдат, ищет свои колдовские снадобья, с помощью которых надеется вернуться в мир живых…

Призрак убийцы может быть окончательно уничтожен только призрачной рукой его жертвы. Таков закон отмщения, таков закон всемирного воздаяния. Солдат должен отомстить не только за себя, но и за всех других жертв Огра. Ради этого он проснулся, ради этого восстал из могилы!

Но ведь враг может оказаться сильнее… Что, если он снова победит – и воскреснет с помощью той темной и страшной силы, которой посвятил жизнь?

Солдат знал, почему и он, и Огр пробудились именно теперь. Непримиримые противники, они вышли из могил и обрели свободу мыслей и передвижений, потому что здесь, в мире живых, вот-вот встретятся их потомки.

Их правнуки…

Нет, они не враги! Они даже не подозревают о том, что в давние времена солдат и Огр ненавидели друг друга и теперь должны сойтись в последней, смертельной схватке. Они даже не подозревают о том, что сами невольно помогут своим предкам.

Солдат еще не знал, кто он – его далекий потомок. Не знал он также, чьим предком является враг. Но он надеялся, что ощутит это при первой же встрече с тем или другим…

Пропели первые петухи. Первый знак к скорому возвращению. Нужно спешить, солдат еще ничего не успел сделать, ничего не нашел.

А вот и дом на перекрестке, о котором говорила Тереза. Сквозь ставни первого этажа пробивался свет. Наверху окна были темны. Наверное, там мирно спали дети. А где-то в старой конюшне спрятаны снадобья Огра, которые сохранили все свои страшные свойства.

Люди, которые живут здесь, даже не подозревают о них и о том, какой опасности подвергаются они сами и их дети…

Дети, Огру нужны дети!

И вдруг солдат ощутил, что враг где-то здесь, рядом.

Он в этом доме! Вон там, наверху.

Он рядом с дверью, за которой спят дети!

Солдат рванулся, пытаясь проникнуть в дом, но не смог. Птица на его плече встрепенулась, захлопала крыльями, но не смогла взлететь. Призраки в первую ночь после пробуждения от смертного сна необыкновенно слабы, им необходимо проникнуть в чужое тело, чтобы сразу набраться сил.

Его враг имел это чужое тело! Солдат сквозь стены увидел барсука с размозженной головой, вставшего в дверях спальни. Заплывшими кровью глазами он взглянул на девочку, которая встревоженно приподнялась на кровати.

Эта девочка!.. Солдат сразу узнал ее. Если бы он был жив, он отдал бы жизнь, чтобы только спасти ее! Но он был призраком, и все, что он пока мог, это качаться на месте, подобно бестелесному, безвредному туману, и птица так же беспомощно колыхалась на его плече.

Какая это была мука!

В это самое мгновение наверху в комнате вспыхнул фонарик, и девочка увидела окровавленную морду зверька. И солдат ощутил ее ужас, ее оцепенение, ее бессилие перед страшным, завораживающим зрелищем.

И вдруг какая-то сила сорвала с его плеча птицу и бросила вперед, как бросают камень.

Птица стремительно прорвалась сквозь щели в ставнях, пронеслась через всю комнату, словно неудержимый порыв ветра, и ударилась о врага.

В это мгновение Огр вновь утратил власть над телом барсука. Тот ринулся наутек, не разбирая дороги, вывалился в какое-то окно, грузно стукнулся о землю и понесся куда-то, а призрак птицы реял над ним и гнал его прочь.

Снова пропели петухи.

Солдат оглянулся.

Где то существо, которое помогло ему?

Никого…

Он не знал, что за кустом отцветшего жасмина притаилась Мирабель.

Опять она вмешалась в чужие дела! Зачем?

Может быть, потому, что это дом того самого человека, которого она спасла от оголодавшего призрака на лесной дороге? А там, наверху, спали его дети?

Сноски