Любовь не терпит сослагательного наклонения. Роман

Глава 8

После Рождества Рухсар случайно увиделась с Андреасом. На сей раз он был трезв, как стекло, шел один, против обыкновения, и Рухсар улыбалась все время, как дурочка, увидев его и вспомнив его признание в любви. Да нет же, в любви он ей не признавался, она просто намечтала что-то, как женщины делают это, все, без исключения, даже смелые и независимые. Сейчас он выглядел невероятно смущенным, не знал, куда девать глаза и даже не ответил на приветствие. Обычный невежливый парень, каких везде полно. И почему он ей внезапно понравился? Обидно опять обмануться, даже если это не любовь и ничего похожего. Тем не менее, использовать его можно, раз он дал для этого повод. Как только Тис в очередной раз попытается получить ответ на свой вопрос, выйдет ли она за него, стоит его послать, но деликатно. С помощью Андреаса. Точно, какой отличный план и вполне подходящий парень для этого! Руки какие… Впервые в жизни Рухсар не могла избавиться от мысли, что хочет секса. Даже Тис никогда не вызывал в ней таких эротических фантазий. Странно, она еще девственница, а ее волнуют такие вещи. А Тис… с ним покончено. Иногда одна ошибка дает понять, что второй шанс давать не стоит, одного достаточно.

Андреас обычный пьяный, но ему надо отомстить за его безответственное поведение. За ошибки мужчины должны расплачиваться не меньше, чем женщины. Рухсар дискриминация возмущала.

Тис подошел к Рухсар за ответом очень удачно, через три дня, прямо к подъезду по сложившейся традиции. У второго подъезда стояли Андреас с Эженом. Рухсар приготовилась дать отпор любимому преподавателю.

– Привет, Рух.

Андреас, имевший потрясающий слух к тому, что его всерьез интересовало, поморщился. Преподаватель уже начинал его раздражать, а как поссорить Рухсар и Тиса окончательно, он не знал и даже не пытался пробовать. Заранее знал, что у такого наркомана и пьяницы, как он, ничего не получится. Наркоманией он мысленно называл свою безумную страсть к девушке.

Рухсар посмотрела на Андреаса, как на спасительный круг. Он вздрогнул, очень правильно оценив ее взгляд. Но тут же помотал головой. Привидится же такое! Мечтать не вредно.

– Привет. Чего ты хочешь на этот раз?

– Ты знаешь. Мне нужен ответ.

Рухсар неожиданно произнесла удивительно нежным голосом:

– А у меня уже есть жених.

– Призрачный пластический хирург?

– Совсем нет. Настоящий мачо, красивый и сексуальный.

– Тебе же мачо не нравятся… – только и успел крикнуть вслед Тис.

Рухсар надоели безостановочные и пустые приставания Тиса и, в соответствии с четко продуманным планом, она подошла к бывшему однокласснику. И заговорила с ним легко и непринужденно. Тронула его за рукав темно-синей куртки. Было прохладно, и Андреас был в теплой парке.

– Привет. Молчи и слушай, что я скажу. Ничего не нужно делать особенного. Просто улыбайся, если умеешь, конечно. Трогать меня не стоит. Ты мне не нравишься, просто есть человек, которого надо срочно исключить из совместного со мной существования. Он мне жутко надоел: делает предложение, а у меня уже есть жених.

– Виктор, я знаю…

– Да, он, но об этом тебе знать необязательно. Дай свой номер телефона.

– Зачем?

– Дай и все, не задавай дурацких вопросов. Я позвоню тебе в его присутствии – таких людей сразу не выгонишь, – а ты ответишь на звонок. Хочешь, я буду с тобой милой?

Эжен заржал, услышав это. Рухсар строго посмотрела на него и сказала:

– Заткнись!

Тот поперхнулся от неожиданности и перестал смеяться. Побаивался он таких девушек: тех, что не были от него без ума.

– Хочу, – согласился немедленно Андреас.

– Вот и молодец! Я знала, что на тебя можно положиться. Записывай телефон, – она протянула Андреасу сотовый.

Он записал в него свой телефон и ждал, что она скажет дальше. Рухсар оглянулась на Тиса – он не ушел, а смотрел на несостоявшуюся богатую невесту сумрачно. Тогда она подвела итог:

– До встречи. Встретимся в любой момент, когда тот человек меня достанет снова.

– Я согласен.

Рухсар быстро ушла домой – Тис не стал долго наблюдать за ними и тоже испарился. А Эжен с Андреасом продолжали разговаривать.

– С чего бы это такая девушка запросто к тебе подошла и заговорила? Ты что-то сделал, не иначе. Что же?

– Любопытство – не порок. Сделал самую глупую вещь на свете: признался ей в любви в пьяном виде.

– Господи, только не это! Не мог другого момента выбрать?

– Ты же сам меня подстрекал к решительному шагу, я и поверил в счастье… на несколько секунд.

– И как это было? Извини, но не могу не спросить.

– Да ладно уж, отвечу: в ювелирном магазине кольцо покупал ей.

– Что ты делал?! – Эжен поперхнулся.

– Не смейся: я хотел сделать ей предложение.

– Бывший наркоман и нынешний пьяница, не имеющий ни гроша за душой, хотел сделать предложение правнучке миллионера?! Ты в своем уме?!

– Нет, я в сказке, где девушка, которую я люблю, может ответить мне «да».

– Я так и понял. Не делай этого.

– Да я не буду, шансов все равно нет.

– Зачем же кольцо купил? И деньги где нашел?

– Кредит дали. Строительную компанию открываю.

– Правильно: и тут же начал разбазаривать деньги направо и налево.

– На исполнение несбыточной мечты денег не жаль.

– Угу. Так как это было?

– Она зашла в магазин, когда я покупал кольцо.

– Зачем?

– Откуда я знаю? Это ведь магазин ее бабушки теперь.

– Ты хорошо осведомлен обо всех ее семейных делах.

– Да. И я стал ее обнимать, говорить, какая она худая, кажется, точно не помню, но она меня отталкивала. Правда, без особого энтузиазма.

– Почему, как думаешь?

– Да просто была шокирована моим поведением, вот и все. Я бы и сам не стал так себя вести, если бы не был пьян.

– Дальше что?

– А дальше как в кино все было: смутно и стыдно помню позор, обрушившийся на мою голову. Пить меньше надо.

– Да ну, не переживай! Смелость города берет. Она подошла не к кому-то, а к тебе.

– Оттолкнуть своего бывшего. Только для этого я и гожусь. Я сказал, что она самая лучшая и назвал ее единственной любовью. Как я вообще осмелился обнимать ее и говорить такие откровенные вещи?!

– Не знаю, алкоголь творит чудеса.

– Чудеса глупости. Пойдем ко мне, а? Выпьем.

– Пошли. Вот она, твоя жизнь: выпили и довольны. В будущем в твоей постели нет правнучки миллионера, не надейся. Все мы именуем мечту о несбыточной любви надеждой.

– Ты начал читать книги?! – удивился Андреас.

– А вдруг я свидетелем буду на Вашей свадьбе? Надо соответствовать, повышая свой культурный уровень.

– В следующей жизни. В этой со мной ничего такого чудесного не случится.

Рухсар рассказала отцу, что ее достает бывший жених и нынешний преподаватель.

– Что мне делать? Каникулы начались, а Виктор еще не приехал.

– Забыл тебе сказать: он и не приедет… сейчас. Планирует задержаться в Салониках еще на полгода – год.

– Да что же я такая невезучая, а? – спросила она отца и небо заодно, и вдруг рассмеялась.

– Папа, мне один парень сказал, что я классная девушка и любовь его жизни.

– Какой парень?

– Одноклассник бывший. Если я замучу с ним на некоторое время, это не будет считаться смертным грехом? Я в курсе, как опасно прелюбодеяние.

– Если ты с ним не переспишь, то нет.

– Хорошо. Но нет, плохо: я бы переспала с удовольствием.

– Что?! – изумился отец.

– Он такой сексуальный! Я в жизни ничего подобного не чувствовала! Он меня обнимал и было… так приятно. Просто круто!

– Ты говоришь, как наивная дурочка.

– Может быть. Никогда он мне не нравился – трусливый и красивый очень и все, больше никаких достоинств или очарования, а тут…

– Ты сошла с ума.

– Это он сошел с ума: любит меня, а женится на другой.

– Кто тебе сказал?

– Я видела его в нашем ювелирном магазине. И откуда у неработающего пьяницы столько денег?!

– Вдобавок ко всему, он пьяница?

– Да. Ну и что? Мужчинам можно все, а нам? Да ладно, не пугайся: у нас ничего с ним не будет. К сожалению. Было бы интересно, не показалось ли мне, что он в постели тот, что нужен мне: нежный, чуткий, ласковый…

– Зачем ты говоришь такое своему отцу?

– Мама мне не даст высказаться. Немедленно пристанет: какой он, какие у него волосы, глаза (серые, оказывается – всю жизнь не замечала), какой рост… В-общем, маме ничего рассказать невозможно. Они слушают, немедленно раздавая советы.

– А я просто слушаю…

– И поддакиваешь. Очень удобно, это мне и требуется.

– Когда это я соглашался с тем, что этот юноша тебе бы подошел?

– Ну, так согласишься все равно. Я просто поделилась своими открытиями, замуж за него не собираюсь…

– Только спать собираешься.

– Вряд ли. Я даже с любимым человеком не спала, а Тис очень привлекательный, когда настаивает и врет. Я побежала в спорткомплекс, папочка. Маме привет.

– Ага, передам, когда она вернется из своего путешествия по планете… Нет на свете комплимента, который бы не знал и не сказал ей Сет.

– Папочка, она тебя любит! Пока!

– До свидания, дочка.

Глава 9

Когда у тебя папа – профессор, а мама – профессор и сценарист, очень легко быть восторженной и любящей жизнь девушкой. Тис все больше и больше вынуждал Рухсар переходить на другую сторону. Сторону непрощения и зла. Поэтому она окончательно решила предложить Андреасу встречаться, чтобы наверняка задеть навязчивого поклонника.

Тис, однако, не заревновал, увидев Рухсар с Андреасом уже вскоре. Они стояли у подъезда и разговаривали. Разговор был ни о чем и в то же время обо всем на свете, как у всех влюбленных.

– Почему трубку не взял, когда я тебе звонила?

– Я все еще не могу простить себе того случая…

– Какого случая? Когда сказал, что ты в меня влюблен?

– Я не так говорил. Слово люблю не звучало.

– Вы, мужчины, так боитесь ответственности. Вам не скучно жить?

– Нет. Рядом с тобой мне не скучно, а страшно.

– Очень хорошо. Мне такой мужчина и нужен: подкаблучник.

– Зачем?

– Хочу диктовать мужчине все свои желания. Мужчина – исполнитель, я – генератор идей.

– Ты правда хочешь со мной встречаться?

– Правда. Ты абсолютно подходишь для предприятия, которое я организовала. Ты сейчас правильно подумал: теоретически мужчинам нравятся ласковые и милые женщины, но на практике они влюбляются в сильных натур.

– Я не считаю тебя неласковой, просто со мной ты не имеешь возможности себя проявить.

– Так говорят, чтобы себя успокоить. Поверь мне, я не сентиментальна. Прошло то время, когда я верила в любовь, сейчас я хочу забыть о ней.

– Понятно, что тебя абсолютно не волнует мое признание.

– Вот тут ты ошибаешься. Волнует и очень… Я хочу тебя с тех пор, как ты обнимал меня в магазине. Ты тогда показался мне сексуальным и… порядочным. Оказалось, что от таких взаимоисключающих качеств бросает в дрожь. Что ты на это скажешь?

– Ничего.

Рухсар удивилась, но не показала вида. А Андреас не знал, что ей ответить. Если сказать, что он хочет ее уже очень давно, она причислит его к сообществу озабоченных и прогонит, как бывшего. Теперь ему не хотелось быть ее бывшим, только настоящим и будущим.

– Если ничего, то, может, расстанемся до следующего раза?

– Слушаюсь, – увидев ее слегка растерянный взгляд, он поспешил сказать:

– Я подкаблучник, как ты хотела.

Рухсар рассмеялась, а Тис и тут не приревновал. Андреас ушел, подошел Тис, и Рухсар пришлось опять выкручиваться.

– Красивый парень.

– Да? И не ревнуешь? Это и есть мой жених. Его зовут Андреас и мы знакомы со школы.

– Сейчас ты скажешь, что он носил твой портфель, провожал тебя, делал за тебя домашние задания…

– Нет. А с заданиями, скорее, я ему помогала.

– Невероятно. Зачем тебе безграмотное быдло?

– С чего ты взял, что у него нет образования?

– Сколько мы вместе, он только торчит во дворе со своим другом и пьет. И еще подслушивает наши разговоры. Кем он работает?

– Страшный секрет. Это я рассказываю только тем, кого по-настоящему уважаю.

– И это говорят именно тогда, когда у человека нет ни профессии, ни работы.

– Есть у него и то, и другое.

– Так спроси, чтобы врать не приходилось.

– Я… узнаю.

– Знаешь, что я думаю о нем и о тебе?

– Что? Очень интересно узнать, почему ты не ревнуешь, если любишь, как уверяешь.

– Ревнуют глупцы и неврастеники. Я считаю, что ты специально подстроила эту встречу, уговорила его говорить с тобой и вызвать мою ревность. Прости, но такая банальщина!

– Ты просто строишь из себя интеллигента, настоящие образованные люди говорят банальность.

– В твоих попытках свести меня с ума нет ничего особенного. Я никогда не попадусь на уловку, старую, как мир.

– Правильно. Не попадайся мне больше на глаза, если не хочешь продолжения спектакля.

– А его и не будет. Этот парень скоро поймет, что ты его используешь и слиняет, как все. Ни одному мужчине нельзя навязать женские уловки и прихоти. В мужчине есть особый стержень, позволяющий уходить от женщины в тот момент, когда почувствует, что становится под ее влиянием подкаблучником.

– Именно поэтому ты вовремя изменил мне? – с болью спросила Рухсар.

– Я… нет. Я не то хотел сказать!

– Еще скажи, что не хотел меня обидеть. Прощай, Тис. Не хочу больше выслушивать твои странные намеки и видеть твое лицо.

– До свидания, Рухсар.

Тису пришлось уйти. Не умел он вести себя с женщинами. Выпендриваться умел, волосы красить, следить за модой, чувствовать себя выше всех, а вот не вести себя, как козел – нет. Вести себя нормально некоторым мужчинам приходиться учиться ценой собственных ошибок и потерянной жизни.

Глава 10

Рухсар была очень близка с отцом, она все время утешала его в спорах о матери и ее поклонниках, уговаривала его не ревновать и смириться с тем, что Одри все еще молода, а профессор Ной уже очень не молод.

В этот раз ей самой понадобился совет. Ее очень унизили и оскорбили колкости Тиса, и она не знала, как не столкнуться с подобным в следующий раз. Как можно вообще не обижаться на людей? Если человек не обижается – его просто никто и никогда не обижал. Обидеть можно любого – было бы желание, только зачем?

– Папа, Тис меня обидел. Он сказал, что я встречаюсь с Андреасом только затем, чтобы вызвать его ревность.

– С кем ты встречаешься? – удивился отец.

– Прости, но ты мне не говорила, что у тебя кто-то есть.

– Это тот самый парень, который признался мне в любви весьма посредственно и одновременно чудно. Бывший одноклассник.

– Красивый и сексуальный?

– Ты только эти качества в мужчинах запоминаешь, отец?

– Я акцентировал на этом внимание лишь потому, что ранее ты это сделала: описала его внешность очень подробно и душевно.

– Душевно?

– Пьяница и романтик. Идеал для современной, независимой девушки. Ты собираешься отучить его пить?

– По-твоему, мне больше нечем заняться? Мы не встречаемся всерьез – это только игра, рассчитанная на бывшего.

– И тебя обидело то, что он твой маневр разгадал. Почему?

– Ну, я не думала, что он так умен.

– Он не умен, а всего лишь проницателен.

– В таком случае, отныне я люблю проницательных мужчин, но не уважаю их. Странно, да?

– Нет. Обыкновенная переоценка ценностей. Что ты собираешься делать дальше?

– Мы будем встречаться с Андреасом, Тис от меня отстанет и я дам Андреасу отставку.

– Бросишь парня, который тебя любит?

– Он меня не любит, ему это только кажется.

– Но он тебя волнует, я так понял! Когда меня волновала твоя мама, я не смог сделать первый шаг.

– Да-да, слышала это. А Андреас сделал. Но он трус – это отталкивает любую нормальную женщину. Признания в любви в нетрезвом виде ныне не котируются у умных девушек.

– Тогда скажи ему это и он сам уйдет. Человеку, который, возможно, тебя любит, лучше не подавать надежду. Откладывание решительного разговора на неопределенный срок ранит больнее, чем ты думаешь. Это подло.

– Я не подлая, папа.

– Так докажи это!

– Тебе?

– Нет, этому парню. Сделай ему приятное: расстанься с ним раньше, чем он болезненно к тебе привяжется.

– Я… попробую.

– Давай. Я дал тебе по-настоящему ценный совет. Не делай другому больно, если не хочешь, чтобы впоследствии кто-то решил поступить так с тобой.

– Со мной уже так… обошлись.

– Это не повод мстить бывшему парню руками нынешнего кандидата на эту должность.

– Кажется, я знаю, что мне делать, папа. У меня появилась блестящая идея…

Тис уже на следующий день пригласил ее в дорогой ресторан, чтобы вновь попросить прощения за измену. В кино проходило некоторое время и девушки прощали любимого. Рухсар всего лишь женщина и иначе вести себя не станет.

Тис надел лучшие джинсы, футболку с крутыми надписями и ждал Рухсар за столиком. Она специально опаздывала: хотелось пощекотать его нервы и унизить самолюбие.

Андреас вообще облегчил ей задачу: ему надоел этот парень и он решительно выследил, куда направляется Рухсар и явился при полном параде, разве что ненакрашенный, но в хорошем костюме, серо-зеленой рубашке и даже галстуке, в этот же ресторан. Рухсар хотела позвонить Андреасу и пригласить его в ресторан, чтобы дать возможность понаблюдать за ними обоими, но Андреас решил решить свою судьбу самостоятельно. Он сидел за соседним столиком, дико нервничал и ему хотелось курить, но он понимал, что, выйди он на улицу – пропустит самое интересное, в зале же курить было запрещено.

Рухсар появилась с опозданием на сорок минут. При этом на ней было лучшее, дымчатое с желтым оттенком платье с вырезом каре, которое безумно шло ей, в талии перевязанное шелковым желтым поясом и бантом, а также надела желтые с желтыми каблуками и перфорацией туфли на танкетке 6 см, а через плечо висел маленький желтый, усыпанный блестками и стразами клатч. Словом, героиня любовного романа, в теории намеревавшаяся сказать принцу «да». Тис на это и рассчитывал, купив новое кольцо и выбрав подобный, вычурный и дорогущий ресторан в центре Афин. Рухсар собиралась разочаровать его, навсегда разорвав с ним всякие отношения без возможности реабилитации.

– Здравствуй, Рух.

– Привет, бывший любовник, – она специально поддела его словом любовник, подчеркнув, что секса он так и не получил, хотя рассчитывал на него, а не только на ее деньги.

– Делай предложение сразу, без красивых предисловий – они уже у нас были – красивые сцены привлекают только в романтическом кино.

– Я…

– Не надо этого я, ты, нам суждено быть вместе… Кроме того, у меня уже есть жених…

– А какого черта он приперся с нами в этот же ресторан?

– Как ты невежлив! Я его пригласила.

– Зачем?

– Я люблю его и всегда с ним честна. Он должен знать в лицо мужчин, делающих мне предложения – мы же не посторонние. Совет, допустим, даст.

– Какой совет?

– Как сделать так, чтобы ты оставил меня в покое?

– Никак. Я люблю тебя.

– Я пойду к жениху. Можешь не уходить, если тебе интересно, о чем мы будем говорить.

– Вас ничего не связывает – ты просто наняла его, чтобы испортить мне настроение.

– У тебя мания величия. Фу, ибо с некоторых пор мне такой мужчина не нужен.

– Нужен этот… пьяница, да? – с обидой выкрикнул Тис на весь ресторан, но Рухсар уже подошла к Андреасу и взяла его за руку.

И села напротив него на стул, глядя ему в красивые серые глаза. Андреас молчал и собирался выслушать ее. Он знал, что она скажет: что он ей больше не нужен, ибо бывший прощен – не вечность же его мучить, терпение заканчивается и у принцев тоже, не стоит разбрасываться идеалами.

– Привет, – просто поздоровалась она, нагнув голову к Андреасу.

Она говорила так тихо, что, как Тис не вслушивался, смысл речи до него не доходил.

– Здравствуй… – Андреас не знал, что говорить.

Что говорить, когда мечты рушатся?

– Это я. Позади тебя сидит человек, которого я люблю.

– Я это, кажется, знаю, – тихо ответил Андреас.

Он уловил суть разговора и понял, что выступать против ее намерений бессмысленно.

– Как я буду жить без него? С кем я буду без него?

– Со мной, нет? – робко предложил Андреас.

– Не перебивай, пожалуйста! – поморщилась Рухсар.

– Я безумно люблю его. Но я очень гордая и не могу простить измену. Он сделал это походя, просто так, его чувства ко мне не изменились, а я не могу переступить через свои принципы.

– И это я знаю, потому что должен знать. Такие мужчины, как я, для этого и существуют: временно подбирать слова утешения героине в ее трагедии, а в дальнейшем абстрагироваться и исчезать навсегда. Тот, другой, всегда лучше, чем подделка. Я подделка, да?

– Да. Но ты не знаешь главного: я хочу за тебя замуж, – она не произнесла «я собираюсь», она сказала именно «я хочу», чем подала Андреасу ту самую, призрачную надежду – сделала то, чего обещала не делать своему отцу.

Женщины часто делают не то, что следует, а то, что велит сердце в какие-то недолгие секунды. И больше всего сами от этого и страдают.

– Женись на мне, прошу!

Андреас молчал, затаив дыхание. Ему даже курить расхотелось. Реальность завораживала и обещала чудо. Тис продолжал прислушиваться, но ему ничего не было слышно.

– Мы будем счастливы. Со временем я смогу в тебя влюбиться, возможно…

А сама подумала: «Невозможно, я больше никогда и ни в кого не смогу влюбиться – моя любовь не умрет».

– Это не бог весть что, но тебе подходит, я думаю.

Когда мужчина соглашается на подобное, невидимое и неощутимое ни одним из смертных счастье – его надо брать немедленно и никогда никому не уступать.

– Кто еще в тебя влюбится? – Рухсар совсем не учитывала его красоту, сексуальность и наличие у него не одной девушки за короткий промежуток времени.

– У меня странная манера общаться с мужчинами, но ты привыкнешь. Я правнучка Роберто Барберри и привыкла приказывать. Я никогда не смогу разучиться вести себя так, поэтому закрой рот и беги, пока не поздно.

Андреас закрыл рот, но и не думал срываться с места. Наоборот, именно сейчас он, наконец, поверил, что правы те, кто говорит: дуракам – счастье. В том, что он дурак, сомневаться не приходилось – себя он оценивал трезво. Свои возможности.

– Нет, – решительно и смело вдруг ответил Андреас.

Рухсар ни разу не видела его таким смелым, разве что тогда, когда он говорил ей о школьных годах. Но ведь алкоголь делает смелее даже таких трусов, как этот. Сексуально привлекательных трусов. Она опять вспомнила его горячие и сухие руки и на всякий случай зажмурилась – боялась, что глаза ее выдадут. Решила, что немедленно изнасилует его, как они поженятся. Даже шанса на отступление не даст. Все равно он сам ничего такого не предложит. Стоп! А как же его невеста – вспомнила Рухсар. Кому-то же он собирался делать предложение? Там какая-нибудь невзрачная и бедная девушка, о которой и вспоминать не стоило. Но Рухсар помнила, как остро она заревновала, узнав, что у него кто-то есть. И сейчас, похоже, ревность не отпустила ее, а ведь он согласился с ее предложением в тот же момент.