В одну реку… А у меня мелок!

«Солнышко! Зачем же ты так? У нас ведь столько общего! Мы просто созданы друг для друга! Даже по гороскопу полная сходимость. Но, главное, мы сходимся по духу, по отношению к жизни, по всему! Уходить ТАК – это всё равно, что пытаться разделить одно дерево на два, распилив его вдоль. Вспомни, как нам было хорошо вдвоём! Вспомни, как мы наблюдали за китами с борта катамарана, а как ты потом удирала от акул! А как мы жарили шашлыки, как гуляли в лесу и в парках! Ты помнишь, как мы смеялись, когда ты училась вождению, а я катал тебя в рабочем кресле по коридору института? А как вместе покупали твою любимую машину? А как злобные менты вывинтили у нас ниппели из двух колёс? А как мы радовались, когда ты с блеском защитила свою диссертацию?» – эти мысли Сергей Петрович не высказывал вслух, но они крутились в его голове снова и снова, вытесняя всё остальное.

Впрочем, теперь всё это из раздела «А ты помнишь?»

Они встречались почти каждый день, но только в рабочей обстановке. Она продолжала работать по совместительству в его лаборатории. Зарплата здесь, несмотря на кризис, всё равно превышала её зарплату на основной работе. И их разговоры стали касаться только работы. Вначале он ещё надеялся, что это просто какая-то ошибка, недоразумение, она, возможно, не так поняла какие-то его слова, а может, кто-нибудь ей что-то наплёл про него. Вот-вот всё выяснится, и они посмеются вместе. Правда время шло и всё становилось только хуже. Однажды она сказала: «В этом году я выплачиваю кредит за квартиру. Ты ведь не уволишь меня до этого?»

Это было ужасно! Значит, теперь ОНА допускает возможность, что он будет как-то мстить ей? Что же творится в этой голове?

Однажды он случайно обнаружил на своём рабочем компьютере файл с названием «Я к тебе никогда не вернусь…» Точнее, сам файл был удален, но в «истории» осталось его название. Видимо, это были первые строки её стихотворения. Он понял, что, возможно, она написала это стихотворение для него. Когда он, как бы в шутку, попросил показать это стихотворение, она смутилась и пролепетала что-то вроде того, что это было предназначено не ему, а совсем другому, давно умершему человеку! Поверить этому было невозможно, хотя так хотелось!

Видно было, что с каждой неделей ЕЙ всё труднее становится не только встречаться с ним глазами, но и вообще показываться на работе. Расспрашивать ЕЁ о чём-то было просто невозможно, потому что любимые глаза наполнялись болью и как бы говорили: «Ну, зачем ты меня мучаешь? Врать я не хочу, а сказать правду не могу!»

Он не стал выяснять, действительно ли появился у НЕЁ другой мужчина, не стал следить или как-то преследовать ЕЁ. Это было бы ниже его достоинства! Кроме того, он понимал, что такими средствами ЕЁ уже не вернуть. Ведь ОНА так решила! За них двоих. Его мнение при этом как-то не учитывалось.

Поверить в предательство любимого человека было невозможно. Хотя теоретически можно было представить, что у кого-то бывают меркантильные интересы, таких случаев Сергей знал довольно много, но, конечно, к НЕЙ это относиться не могло никак. Просто если принять эту точку зрения, то мир рушился полностью и безвозвратно. Тогда, значит, верить нельзя вообще никому и ничему, в том числе и себе. Тогда получится, что ложь была с самого начала. Тогда можно дойти до того, что с её стороны любви вообще не было, а только расчёт. Это было слишком страшно. Жить становилось незачем. Тогда надо озлобляться на весь мир, менять мировоззрение или уходить из жизни.

Ни того, ни другого пути Сергей принять не мог. Он искал свою вину в случившемся и, конечно, находил. Наверно, он что-то сделал не так, может, оказывал ЕЙ меньше внимания, чем она заслуживала, а может, сказал когда-то что-то не то? Может, может…

Наверно, за такими мыслями он просто «прятал голову в песок» от этого ужаса.

Жизнь затрещала по всем швам: одновременно не стало любимой работы, материального достатка и любимой женщины, которую Сергей Петрович считал и единственным другом, стимулом и поддержкой. В то время, когда надо было что-то делать, спасать остатки бизнеса, предпринимать экстренные меры в условиях кризиса, руки у него опустились и остался один вопрос: «А зачем всё это?»

Нет, он не стал «водку пьянствовать и хулиганства безобразничать», не пристрастился к таблеткам, но из рук всё стало валиться, и даже то, что раньше не вызывало никаких затруднений, стало превращаться в почти неразрешимые проблемы. Да и здоровье вдруг резко пошло вниз, вылезло столько болячек, что остаток жизни (дай бог, недолгий) придётся работать на докторов. Это, конечно, закономерный процесс, все мы в молодости тратим здоровье, а потом пытаемся как-то купить его втридорога. Всё это понятно, но как- то уж больно резко и неожиданно наступил этот перелом!

Вы, конечно, понимаете, что теперь на вопрос о желании поменять что-то в своём прошлом Сергей Петрович уже не ответил бы столь категорично «нет». А вот ЧТО поменять, это надо было крепко подумать.

Первое желание, конечно, – это отправиться в своё прошлое, чтобы найти утерянную любовь. Как заманчиво было бы снова увидеть эти сияющие глаза, ощутить ЕЁ руку в своей, назвать ЕЁ тем самым ласковым именем, которым никто ЕЁ больше не называл! А ЕЁ телефонные звонки! Как ему их не хватает! Сколько раз, отвезя ЕЁ домой, он возвращался к своему дому и, останавливая машину, вынимал мобильник, чтобы позвонить ЕЙ. Обычно ОНА опережала его, хоть на несколько секунд: «Ты уже доехал? Почему не звонишь? С тобой всё в порядке?»

Это ОНА как-то сказала, что их связывают невидимые никому, кроме них, бесконечные нити, где бы они в тот момент ни находились. Когда он уезжал от НЕЁ, ОНА смотрела ему вслед, и в сгущающейся вечерней темноте задние габаритные огни его машины, казалось, тянутся к НЕЙ, не желая ЕЁ покидать, превращаясь в красные связующие нити, особенно заметные, если прищу-рить глаза (и особенно, если между прищуренных ресниц застряла слеза, как в песне у Гришковца). Сергей Петрович очень чётко представлял себе эти нити, даже канаты, которые протягивались между ними на много километров, рассекая собой город, пронзая дома, заборы и стены. Они растягивались, когда они удалялись друг от друга, и сжимались, не провисая, когда они становились друг к другу хоть чуточку ближе.

Может, переместившись на несколько лет назад, ему удалось бы получить ответ на свой вопрос: «ЧТО ПРОИЗОШЛО????»

И он представил, прикрыв глаза, как они идут вместе по аллее под деревьями, на которых ещё только начинают набухать почки. Снег уже сошёл, но травы ещё нет.

− Запомни эту весну! − сказала ОНА.

Он запомнил.

−− −

Вспышка под веками!

Они опять идут по аллее, болтая обо всём и ни о чём, и ЕЁ рука уютно устроилась в его руке! Забытое счастье! Как трудно и больно он забывал, точнее, пытался забыть! И всё вернулось!

ОНА не знает, что это будет их последняя весна. Впереди ещё будет лето, осень и половина зимы. А дальше…

ОНА продолжает что-то рассказывать, смеяться, ОНА ещё счастлива, но он ведь знает, что будет дальше. Он не может сказать ЕЙ, что это счастье скоро кончится! Как сказать: «Ты знаешь, скоро ты меня бросишь!». Ответить ей, как обычно он это делал, мешает комок в горле.

− Ну, что ты молчишь? Что-нибудь случилось? − внезапно останавливается ОНА.

Они стоят рядом и смотрят друг на друга. Они рядом и уже так далеко друг от друга.

Пожалуй, это выше его сил. Он переоценил свои возможности. Не ожидал, что это будет так больно! Знать, что тебе предстоит, и испытать это ещё раз? Нет уж, он так долго пытался всё забыть! Если бы такая возможность вернуться в своё прошлое представилась на год или полтора раньше, то ещё может быть. Но сейчас в нём уже что-то перегорело. Снова пытаться в чём-то разобраться, что-то исправить?

«Я к тебе никогда не вернусь…»

− Нет, больше не могу, возвращаюсь в «своё время» − и он прикрывает глаза.

Не всё можно исправить в своём прошлом. Если вспомнить мудрость про реку, в которую нельзя ступить дважды, потому что река уже изменится, то в его случае меняется не река, а он сам, пусть даже не физически. И вообще, наверно, нельзя догонять ушедшую любовь, как бы этого и ни хотелось. Что было – то прошло. Кто-то на его месте мог бы, наверно, раз за разом возвращаться в определённые моменты, многократно испытывать, например, физическую близость, но Сергею Петровичу кажется, что после каждой такой встречи он всё больше её ненавидел бы. Правду говорят: «Долгие проводы – бОльшие слёзы». Расставаться надо быстро и решительно, это менее болезненно, а у них расставание уже затянулось на несколько лет. Все эти годы у него ещё была какая-то надежда, которая постепенно таяла. Он даже написал небольшой рассказик про то, как истончаются и рвутся с жалобным звоном последние соединяющие их невидимые нити, как вырастают на их месте тоже невидимые, но очень острые шипы и как проворачивается вокруг своей оси огромный блестящий гвоздь, вбитый прямо ему в сердце. Сейчас у него уже нет той боли, он может уже слушать без комка в горле композицию Гришковца «Слеза», но опять проходить через всё это? Опять слышать жалобное «ди-и-инь!» рвущихся нитей?

Сергей Петрович опять сидел на диване на даче, приходил в себя. В прошлое он отправится обязательно, но без личных переживаний, тем более, что всяких вариантов хватает.

Хочется отправиться в свой «золотой период», когда всё было хорошо и спокойно, в своём роде «период застоя». Впрочем, если подумать, не всё и тогда было безоблачно, какие-то проблемы были всегда. Здоровье, например, подводит уже лет десять, а там и инфляция, дефолт, а ещё ситуация с «обманутыми вкладчиками».

Да, он действительно попал в эту нашумевшую историю, из которой многие люди до сих пор не выпутались. Уже лет семь назад заплатил деньги за квартиру для сына в доме, который ещё и не начинал строиться, но обещали построить за год. Когда через три года была построена коробка, стройка затормозилась, и от фирмы пришло «письмо счастья» с требованием доплатить ещё столько же, поскольку резко поднялись цены на жильё и стройматериалы. Это был страшный удар! Денег взять было неоткуда, да и обидно, ведь заплатили всю сумму, на которую можно было бы всё давным-давно построить (если бы эти деньги были потрачены куда надо!). Сергей Петрович боролся, объединившись с помощью интернета с другими такими же вкладчиками. Все вместе они ходили на митинги, нанимали адвокатов, судились и жаловались во все инстанции и, в конце концов, победили! Сил, времени и нервов было потрачено очень много! Самое главное, никто не мог знать, чем же эта борьба кончится. В тот момент многие не выдерживали и перепродавали эти недостроенные квартиры или доплачивали требуемую фирмой сумму (у кого была такая возможность). У Сергея Петровича такой возможности не было, поэтому он платил адвокатам и пытался надеяться на лучшее.

В результате это оказалось правильной тактикой, но повторять такую эпопею, не зная результата, ему как-то не очень хотелось бы. Если бы в тот период появилась возможность что-то изменить, то он, конечно, не стал бы заключать подобный контракт. Но ведь всё кончилось хорошо, сын уже два года живёт в новой квартире, которая теперь стоит в десятки раз дороже, чем на неё потратили! Теперь такая возможность уже не представится! Так что одно и то же событие в разное время может оцениваться по- разному. Тот контракт, который все проклинали и считали ошибкой, теперь оценивается, как явная удача! Получается, что события надо оценивать не сразу, а посмотреть перспективу. Теперь, когда появилась возможность изменять своё прошлое, это соображение приобретает особое значение!

С покупкой машины в кредит Сергей Петрович тоже успел вовремя, если бы этого не сделал, потратил деньги на что-нибудь другое, то так и остался бы на старенькой «Ладе», которая сейчас уже совсем развалилась бы. «Золотой период» закончился именно в тот момент, когда был выплачен полностью кредит.

Значит, что-то менять здесь нет смысла, разве что добавить денег и купить две квартиры и машину подороже. Правда, прежде чем добавлять денег, надо их заработать.

Ну, что же, с этого и надо начинать. Заодно можно потренироваться в перемещениях.

Сергей Петрович попытался вспомнить, когда он последний раз держал в руках крупную сумму? Да когда платил за машину в магазине! Теперь бы вспомнить это чётко.

Он ездил в автомобильный центр «Москва» и платил там через кассу половину стоимости, то есть около 13 тыс. баксов.

Сергей Петрович представил себя входящим в этот центр. Зима, холодно, сверху серое небо, под ногами слякоть, перед ним большое стеклянное прозрачное здание с блестящими автомобилями на разных этажах. Стеклянные двери раздвигаются при его приближении. Он входит.

Есть! Он уже там! Осталось только надеяться, что он не промахнулся во времени и не попал в какой-то другой момент. Хотя в этом центре Сергей Петрович был только один раз и поэтому промахнуться не должен. Первое впечатление – это холод и слякоть под ногами. Переход из лета в зиму, хотя и промозгло-слякотную, оказался слишком резким. Это было круче, чем вернуться в зимнюю Москву из отпуска в Таиланде или Доминикане. Там, хотя бы, был ещё самолёт и некоторое время для моральной перестройки. А здесь между летом и зимой не прошло и секунды.

Действительно, на нём зимняя куртка, которую он носил три года назад, а на календаре 2006-ой год, значит, он попал, куда хотел. Правда, в руках ничего нет, ну да ведь он перемещался с пустыми руками и поэтому сейчас в них ничего и не должно быть. То есть, наверно, все документы и, вероятно, деньги пропали вместе с дипломатом, который возможно был тогда в руках. Какой тогда смысл в этом перемещении? Перемещаться надо в тот момент, когда деньги не в руках, а где-нибудь ещё, например, на столе или в кармане. Правда, такого момента Сергей Петрович чётко не помнил.

На всякий случай он проверил карманы, и его сердце радостно забилось, когда во внутреннем кармане куртки он нащупал увесистый полиэтиленовый пакетик с пачками тысячерублёвок. Прекрасно! Теперь эту сумму хорошо бы удвоить, как удвоились его мобильники. Он отошёл в сторонку, вынул из кармана пакет с деньгами и, держа его в руках, прикрыл глаза.

Теперь Сергей Петрович чётко представил себя снова входящим в автоцентр, тем более что это было легко сделать, ведь он входил сюда всего несколько минут назад по его «субъективному времени». Представил себе эту «шаровую молнию», и вот он опять здесь с пачками денег в руках и во внутреннем кармане! Как всё просто! Только одна пачка получается фальшивой, так как все купюры в ней имеют те же номера, что и купюры в другой пачке. Другое дело, что никто никогда не определит, какие деньги ненастоящие, они все настоящие. Впрочем, если таких дубликатов будет много, могут возникнуть ненужные вопросы, особенно когда кому-то в руки попадётся несколько одинаковых купюр. Значит лучше не рисковать, и не накапливать дубликаты в одних руках, а сразу избавляться от них. Поэтому Сергей Петрович вышел на улицу и стал искать обменный пункт.

Всё-таки удивительно! Он ведь сейчас физически на три года моложе, чем был! И в то же время он уже прожил те три года, которые остальным ещё только предстоит прожить! Откуда-то взялось чувство превосходства над окружающими людьми. Например, вот эта девушка в обменном пункте. Она не знает, что с ней будет завтра, или через год, или через три года. Сергей Петрович, правда, тоже не знает, как она проживет это время, так что даже при желании не смог бы ей этого предсказать. Он может только знать кое-что про себя, и, если бы сейчас захотел остаться в этом времени, то ему было бы в чём-то легче прожить эти три года по второму разу, но и намного скучнее. Поэтому он просто без затей купил доллары на все деньги из одной пачки, в киоске взял полиэтиленовый пакет, в который сложил все рубли и доллары, и, от греха подальше, с пакетом в руке переместился обратно на дачу. Здесь лето, жарко, трава зеленеет, птицы поют, а в руках у него полно денег!

Следующий этап. Ещё холодный (после зимы) пакет с деньгами Сергей Петрович кладёт на стол, а сам отходит к другой стене и несколько минут смотрит на эту картину со стороны, тщательно запоминая детали для того, чтобы вернуться в этот момент времени. Затем, решившись, он почему-то делает глубокий вдох, как перед нырянием, быстро подходит к столу, берёт в руки пакет, закрывает глаза и перемещается с ним на несколько минут назад, в тот момент, когда он стоял с пустыми руками у противоположной стены. Теперь Сергей Петрович стоит у стены уже с пакетом в руках и любуется таким же пакетом на столе.

В принципе, повторив этот трюк несколько раз, можно очень быстро обогатиться (фальшивыми деньгами), каждый раз удваивая свой капитал, но лучше избавиться от дубликатов сразу, пока ясно, где дубликаты, и сделать это лучше не в этом времени. Поэтому, оставив один пакет на столе, он перемещается с другим пакетом в знакомый автоцентр, там, где обменный пункт. Направляясь к знакомому обменнику, Сергей Петрович подумал, что девушка в окошке видит его опять впервые, а он её уже второй раз. Поздоровавшись с ней, как с хорошей знакомой, Сергей Петрович попросил поменять все рубли на доллары и вдруг сообразил, что она ему даст те же купюры, что и в прошлый раз, а ему это как раз и не нужно! А если попросить её поменять доллары на рубли, то дубликаты окажутся уже у неё, он ведь отдаст ей те же купюры, что она дала ему в прошлый раз!

Впрочем, какая разница, он ведь не собирается сюда возвращаться! Тот мир, в котором он сейчас находится – это ответвление от основной линии реальности и, если он сюда не вернётся, что вообще с этим миром будет? Будет ли он существовать сам по себе или «заморозится» до его возвращения, если оно всё-таки будет? Этого никто не знает. Вопрос, конечно, философский, надо будет над этим подумать, но как-нибудь в другой раз!

Лучше поискать другой обменник!

Правда, поразмыслив, отходить от этого обменника Сергей Петрович в конце концов не стал, а поменял примерно половину всех денег не на доллары, а на евро. Поменял бы все, но у них просто не нашлось такой суммы. Остальное поменял в двух других обменных пунктах тоже на евро. Была у него мысль заглянуть в супермаркет и отовариться продуктами по полной программе, но ходить по магазину с пакетом, полным денег? Или сдать его в ячейку? А если кто-нибудь вскроет эту ячейку? Опять перемещаться назад и хватать его за руку? Как-то эта мысль его не прельстила, и он вернулся опять на дачу.

Теперь на столе перед ним лежала сумма, достаточная для покупки двух таких машин, какая у него сейчас, причём сразу без кредита. Конечно, это не значит, что он сразу побежит покупать машины, его и эта вполне устраивает, но можно, например, сделать нормальный ремонт в квартире, съездить куда-нибудь отдохнуть, да и вообще, не это главное. Главное – принцип работает! Теперь, если вдруг ему потребуются деньги, он всегда может вернуться к этому столу на даче и взять нужную сумму, а если не хватит, то вернуться сюда несколько раз. Главное, хорошо запомнить этот день и этот стол с двумя чёрными полиэтиленовыми пакетами.

А сейчас он сгоняет в магазин за выпивкой и закуской, позовёт соседей по даче, надо это дело отметить!

Уже садясь в машину, Сергей Петрович сообразил, что вместо того, чтобы ехать в поселковый продмаг, проще вспомнить последнее посещение московского универсама пару дней назад. Уже привычно прикрыв глаза, он оказался в магазине.

«АШАН», конечно, огромный магазин и, честно говоря, он никогда Сергею Петровичу не нравился из-за суеты и огромного количества народа, а также из-за необходимости выстаивать очереди в кассу. Хотя в советское время все по полжизни проводили в очередях, сейчас от очередей уже отвыкли. Кроме того, туда ведь надо ещё доехать, как-то припарковаться, а обратно тоже надо ехать по запруженным улицам. Зато там есть практически всё! А чего там нет, можно купить в соседней «Меге» или «Икее». Главное туда добраться и иметь деньги.

Но сейчас для него деньги не проблема. И время тоже. Так что он спокойно выбрал дорогое испанское вино, коньяк и всякие закуски, не обращая внимания на цены, разве что, наоборот, выискивая продукты подороже, те, что уже довольно давно не мог себе позволить. Единственное ограничение: всё должно поместиться в руках, поэтому Сергей Петрович ходит по магазину не с тележкой, а с корзинкой, даже с двумя, хотя это и не очень удобно. Зато к кассам идти не надо. Просто, когда корзинки оказываются заполнены до краёв, он перемещается вместе с ними опять на дачу.

Теперь его стол ломится не только от денег, но и от продуктов! Наверно он устроит здесь, в этом дне и в этом месте базу, где будет всё необходимое и куда можно будет возвращаться, как на склад, за чем угодно, не бегая по магазинам. Здесь может быть понемногу разных продуктов, может быть какая-то одежда и обувь, обязательно самая современная электроника, да мало ли что! Причём даже если завтра на дачу залезут воры и всё унесут, да и дачу сожгут – это уже не страшно, база будет существовать для него в этом времени всегда, по крайней мере до тех пор, пока он про неё помнит и может туда возвратиться!

База ему потребуется для более дальних путешествий, чтобы не перегружать свою память. Проще запомнить одно место и время, чем много магазинов.

Сергей Петрович вдруг подумал, что наверно банкет может подождать, пока он совершит набег на «Электронный Рай»!

Он опять внимательно запоминает обстановку со столом, заваленным продуктами и деньгами, берёт в руку кошелёк с предварительно положенными деньгами и отправляется на электронную ярмарку на «Пражской». Можно было бы отправиться на «Горбушку», но там он был всего пару раз и то очень давно. Вот «Электронный Рай» – это его любимый магазин! Сергей Петрович, надо сказать, с детства любил всякую технику, особенно электронную. Как большинство женщин любит походы по магазинам одежды и ювелирным магазинам, так Сергей Петрович всегда обожал магазины электроники. Пусть даже не купить, так хоть присмотреться! Первым делом он с удовольствием приобрёл два современных цифровых фотоаппарата: дорогую «зеркалку» Касио и маленький удобный Sопу. Кроме того, взял электронную книжку, дорогой навигатор для машины и самый крутой коммуникатор. За всё заплатил по-честному. Больше в руках ничего не поместилось, разве что вынуть всё из коробок, но это ещё неудобнее.

Вторым заходом он притащил огромную плазменную панель, самую большую из тех, что смог хотя бы ненадолго удержать в руках.

После второй экспедиции в «Электронный Рай», перед Сергеем Петровичем впервые встала проблема идентификации времени. Ему нужно чётко знать и представлять, куда возвращаться с очередным «трофеем». Это должна быть такая точка во времени, где все предыдущие «трофеи» уже доставлены, иначе, если вернуться раньше, можно многого не досчитаться. Дело в том, что до сих пор он определял последнюю точку по внешнему виду всё более заваленного стола, но теперь из-за обилия предметов, это стало делать всё сложнее. Поэтому Сергей Петрович просто взял лист бумаги, написал на нём чёрным фломастером большую цифру 1 и поместил этот листок на видном месте на столе. Затем, уже привычно, отошёл от стола и внимательно запомнил всё, что видел, особенно листок с цифрой. Он решил, что этот листок будет служить ему маяком для возврата именно в это место и время. Поэтому, хорошенько запомнив, он просто его уничтожил, чтобы не было ошибки. Потом, возвращаясь с новой добычей, он просто использует другую цифру.

За пару часов по дачному времени Сергей Петрович совершил восемь экспедиций в разные магазины, проведя в них часов десять субъективного времени. После этого он решил, что с него хватит! От магазинов уже тошнило. Зато почти все помещения на даче были завалены разными вещами. Там были, кроме уже описанного: надувная лодка с мотором, горные лыжи, палатка, доска и парус для виндсёрфинга, ноутбук и два разных компа (МАС и 1ВМ), потоковый сканер, цветной лазерный и портативный струйный принтеры, куртки, джинсы и т.д., и т.п.

Если вдруг потребуется что-то ещё, тогда он это добудет. А пока Сергей Петрович постарался более-менее привести всё это барахло в порядок, разложив и развесив его по темам: электронику к электронике, одежду к одежде, спортинвентарь отдельно. На очередном листе нарисовал уже красным фломастером несколько концентрических кругов, наподобие мишени, и прикрепил эту «мишень» скотчем к стене над столом. Сделал несколько снимков стола и мишени над ним с помощью «Соника», после чего «мишень» снял, смял и порвал. Теперь этот момент отмечен.

Пришлось некоторое время повозиться, налаживая фотопринтер, но теперь у него есть приличные фотографии, по которым, он надеется, сможет вспомнить этот момент своей жизни даже через несколько лет и вернуться сюда, когда захочет! Ему нужно завести привычку перемещаться в разные места с барсеткой в руках, в которой лежат не только деньги, но и фотографии ключевых моментов, а также фотоаппарат, которым эти фото можно делать.