Мертвячка из озера

Поскольку не представляется возможным, чтоб прибрежной полосе озера или его акватории был нанесён существенный ущерб, считаю, что расследование инцидента на этом можно прекратить.

27.07.20.. г. (подпись)

Документ 41.

Из приказа № 21/05.от 20.. г. заместителя начальника отдела «К» секции внешней разведки АНБ полковника М. С. Бирюкова от 04.05. 20.. г.

(…) Приказываю: начать проработку перечисленных выше направлений как в агентурном плане, так и через сбор информации из всемирной сети интернет, и путём дешифровки и декодировки изображений, передаваемых этими БЛА (беспилотниками), спутниками, и мобильными устройствами связи всех означенных фигурантов.

Документ 42.

Из рапорта руководителя операции «Гавайский гольфклуб», подполковника отдела «К», секции внешней разведки АНБ России, А. Д. Шишкина, начальнику департамента, генерал-лейтенанту П. Д. Патрушевскому от 01.06. 20.. г.

(…) …действительно, из всех доступных и недоступных источников. Несмотря на крайне высокую степень их защиты, пока не обнаружено наше проникновение. (…)

Поэтому деньги и время, потраченные на оплату их труда, и эти новейшие процессоры и др. оборудование, столь долго отлаживаемое и программируемое, вполне окупились.

3. Считаю необходимым разрешить выдать им обеим сверхурочные, в связи с оперативностью и действительно огромной ценностью полученной информации, в размере пяти окладов каждому (…) и для поощрения в дальнейшей работе. (…)

4. Важность полученных сведений трудно переоценить, поскольку именно они явятся в ближайшее время факторами, определяющими действия этого ведомства по добыче и перевозке на безопасную (вероятней всего, самих США) территорию, артефактов, затопленных в этом озере. (…). Нет сомнения, что всё, связанное с проектом, тщательно засекретят, чтобы избежать осложнений с партнёрами по НАДО. (…)

5. Информация, поступившая от полевого агента «Кнайф» весьма успешно дополняет полученную ТомБоем и Перехватчиком, и из других источников. (…) Донесение полевого агента привожу в приложении 1. (…)

Считаю необходимым для проведения оперативной работы непосредственно на месте задействовать четверых агентов: 1. «Кнайф» – непосредственное наблюдение на месте работ в озере (…), 2. «Ангела» – для наблюдения за труппой документалистов и агентами Германской разведки в г. Беден, 3. «Гладстон» – для обеспечения материальной базы агента «Кнайф» и оперативного прикрытия (…) 4. «Рупперт» – для страховки Гладстона и Ангелы.(…)

6.Считаю также необходимым и в дальнейшем каждые 20-25 дней извлекать с помощью вышеназванной программы и размещённого в здании замаскированного импульсного передатчика, сведения об этой крайне важной операции из архивов ЦРУ. Причём особый упор сделать на обеспечение секретности оперативных мероприятий. (…)

Всю важность результатов операции «Наследство из Аргентины» пока просто невозможно себе представить, так же как и последствия, которые может повлечь за собой её рассекречивание. (…)

…могут представлять из себя мощнейшее средство политического давления в критический момент. То есть, в настоящее время пока и мы в этом не заинтересованы!

Резолюция: Не возражаю. (подпись).

Документ 44.

Из донесений агента «Кнайф» от 12.05 – 28.07. 20.. г.

(…) … и вполне благополучно прошёл все необходимые процедуры на таможне.

Машину арендовал на два месяца, квитанцию прилагаю. После трёх часов езды, без происшествий добрался до места. (…) Остановился в мотеле «У Георга». (…) 12.05. 20.. г.

(…) Первые двадцать дней за моими действиями и контактами вполне заинтересованно, и даже почти не скрываясь, наблюдали двое сотрудников германской разведки. Они же оборудовали мой номер в мотеле как минимум тремя микрофонами и двумя мини-камерами.

Значит, есть ещё по крайней мере двое, осуществляющих посменное видеонаблюдение. (…) То, что их действия столь небрежны, меня вполне устраивает.

Чтобы уж не разочаровывать их ожидания, пришлось вступить в более тесные (интимные) отношения с сотрудницей мотеля, находящейся в состоянии развода, кастеляншей Мартой Галлахер, с которой я и проводил почти все последующие после 20.05 ночи. (…)

Хочется верить, что чёртовы агенты-наблюдатели оказались не разочарованы! (…)

…заметил, что наружное наблюдение ведётся всё «ленивей», и очевидно, отчёт обо мне уже составлен, отправлен по инстанциям, и ожидается только ответ – продолжать ли слежку, или со мной «всё ясно». (…)

Наконец 04.06. совершенно однозначно выяснил, что сотрудники разведки отбыли, и всякое наблюдение с меня, кроме прослушки и камер, снято. Ещё два дня ждал, для страховки, разыгрывая сцены «семейных разборок» с обнаглевшей до того, что собралась «ради меня» бросить работу, и приехать в мой «родной» Лихтенштейн, кладовщицей-кастеляншей, и постоянно напоминал о конце отпуска. (…)

Женщина она крепкая, «потребность а этом деле» у неё почти постоянно, и она совершенно меня вымотала, как физически, так и морально! (…)

… пришли, наконец, к консенсусу, договорившись о том, что все отпуска буду проводить с ней. Только после этого смог, наконец, распоряжаться своим временем спокойно.

… согласен, наша связь оказалась бесполезной в смысле получения новой информации, но в плане отведения от меня подозрений – сработала: в этом сомнений нет.

К операции приступаю завтра.

… на запасном пункте. Всю одежду снял, засунул в металлический контейнер, и закопал там же. Переоделся в спецодежду из контейнера. До основного пункта «Ю» добрался без происшествий, пешком, за три часа. (…)

Оборудование забрал без проблем, в соответствии с планом. 07.06 прибыл в расчётную точку «Ф», где, согласно инструкциям, охват воздушными средствами наблюдения противника ещё невозможен. (…)

После того, как оставил на условленном месте машину, надел сверху прямо на одежду спецкомбинезон. Спецплащ с капюшоном оказался великоват, но довольно удобен. Рюкзак с оборудованием завернул в термофольгу и термопленку. Вес рюкзака получился не менее 35 кг. После «освежающих сеансов» с кастеляншей нести оказалось тяжко. (…)

…по ужасному бурелому, да ещё ночью, и заняло не менее 6 часов.

Могу сказать только одно: разработчиков всей этой амуниции нужно просто расстрелять, чтоб другим неповадно было! В жизни я так не парился! Алюминиевая, и ещё какие-то там термопрокладки совершенно не проветриваются, приходилось всё время снимать этот чёртов прибор ночного видения, и протирать линзы и лицо, а про одежду я уже не говорю: она вымокла насквозь уже через пару часов такого движения. (…)

Теперь, когда я на позиции, и переоделся в сухое, повесив над окопом термотент, конечно, не так зол… Но одно точно: не каждый выдержит такие пытки! И это может стать проблемой для тех, кто будет использовать такое оборудование и одежду на других заданиях, особенно летом. Или в тёплых странах. (…)

Добрался до расчётного пункта наблюдения к рассвету, на оборудование постоянной позиции со всеми аксессуарами, и маскировкой, и тент из термо-плёнок, ушло полтора часа.

Затем, по возможности, разместился с удобствами и переоделся во второй запасной комплект нижнего белья. (Вот уж спасибо тому, кто об этом подумал!) Приступил непосредственно к наблюдению. (…)

Весь день на объекте наблюдения царило затишье, чему немало удивился: вводная предупреждала как раз об обратном! Но движение и активная деятельность начинались только в часы приёма пищи – в 8,13 и 19 часов. (…) Всего их насчитал не более девяти человек.

Машины у них отличные – два джипа «Тойота-лэндкруизер», явно с форсированными движками и спецбаллонами: такие по любой грязи проедут без проблем. Сталкивался во время одного из предыдущих заданий. (…) Фургон, в котором размещаются три невысоких мужика с бледно-зелёными (ха-ха!) лицами, (явно операторы каких-то дистанционно управляемых аппаратов) – Мерседесовский, проходимость его на таком грунте будет достаточной только при условии отсутствия дождей. (…)

Питаются, судя по запаху (несколько раз ветром доносило), консервированным беконом с бобами, жареной курицей, и другими консервами. Открытого огня никогда не разводят. И никогда не курят. (…)

Наконец, в 21-05 началось явно целенаправленная активная деятельность, связанная с озером, и непосредственная работа по проведению операции. Впрочем, могу ошибаться, и это был просто плановый техосмотр и подзарядка аккумуляторов. Качество изображения этого прибора ночного видения хорошее, и если бы не он, вообще ничего разглядеть было бы невозможно: темень тут, особенно под очень плотными кронами хвойных деревьев, такая, что хоть глаз выколи. (…)

Четверо бугаёв, одетых только в плавки, залезли в воду, с видимыми усилиями подтащили поближе к берегу (но из воды вынесли не полностью) какой-то достаточно громоздкий аппарат, совершенно однозначно предназначенный для произведения каких-то подводно-поисковых работ на дне озера. (…)

… сильно сомневаюсь, что именно его используют для подъёма основных объектов поиска, так как он слишком мал! И для работы с любыми объектами, крупнее автомобильного аккумулятора он явно не пригоден: слишком малы манипуляторы, и его собственный размер: не более, чем метр на метр на полтора. (…)

Ещё двое в плавках подтащили с берега какой-то, скорее всего, судя по покрытию, силовой кабель, и подсоединили к аппарату, после чего один из джипов завёл мотор – вероятно, чтобы с помощью генератора подзарядить аккумуляторы подводного устройства. Остальные четверо в это время что-то делали руками с размещёнными по периметру кожухами – возможно, меняли перегоревшие лампы прожекторов. (…)

Техобслуживание аппарата закончилось в 22-30, после чего он включил и быстро выключил какой-то двигатель: брызги воды полетели метров на семь-восемь. Очевидно, вполне этим удовлетворившись, четверо в плавках снова затащили его на глубину, стараясь действовать тихо и аккуратно. (Слышимость здесь поразительная – особенно ночью! Малейший плеск, или любой другой звук – звонко и наверняка далеко разносится над озером. Не знаю, чем это объясняется, но сам я буквально сморкнуться боялся.

После этого все они выбрались на берег, а аппарат скрылся в направлении центра залива, и ещё секунд двадцать я видел слабое зарево от его включённых прожекторов.

После этого ни операторы, ни остальные члены команды не появлялись в поле моего зрения до 04-30, когда один из людей в плавках снова залез в воду, проплыл немного влево. Остановился примерно в 10 метрах от берега, и сделал рукой жест, значивший, насколько я понял, что всё в порядке, и аппарат там.

Возможно, они поставили аппарат на место дневного базирования. (…) И точно – на следующую ночь именно из этого места аппарат извлекли снова, и подтащили для очередной подзарядки и обслуживания. (…)

… страшно устал, поэтому до 19-30 просто отсыпался. Ночь прошла так же. (…)

На следующее утро, 10-го, примерно в 05-35 (то есть, когда уже было довольно светло), все десять человек были на берегу. Трое операторов, судя по их жестам, руководили, а семеро в плавках, кряхтя и тихо ругаясь, вытащили аппарат на берег, что-то от него (кажется, полозья) отсоединили, и унесли их и аппарат дальше вглубь леса. Там под прикрытием деревьев и масксетей трое принялись его разбирать. (…)

К 06-55 аппарат уложили в три ящика, размерами примерно с небольшие холодильники, которые были размещены в кузове одного из внедорожников. (…)

После этого практически вся деятельность в лагере замерла – выходили только в часы приёма пищи, и чтобы справить нужду (замаскированная под завалом из деревьев кабина биотуалета – за пределами лагеря). Я совсем заскучал. (…) Отлежал все бока.

Особенно раздражали комары – по ночам от них спасенья нет, никакая мазь не помогает, и их-то термонепроницаемой плёнкой не обманешь. На будущее могу даже порекомендовать: находить теплокровные объекты по наличию над ними туч комаров. Или звуковыми детекторами – по их характерному хоровому гудению. (…)

А ещё я хотел бы знать – какая сволочь укомплектовала мой рацион одной рыбой в масле (я её терпеть не могу!) и фасолью – от неё такой звук, что мне кажется, на том берегу они свободно могли бы меня засечь только по этим ужасным «выстрелам»! Ну, или детектором запаха – если его, конечно, соответствующим образом настроить! (…)

…искусали всю …опу, да и туалетной бумаги, боюсь, не хватит! (…)

Наконец,12-го, к 22-00 прибыли два здоровенных полуприцепа с подразделением спецохраны. Маскформа у них ещё похлеще моей. (…)

Эти сразу организовали защитно-охранный периметр с радиусом от базового лагеря около 800-1000 м., понавтыкали в землю каких-то – не то датчиков движения, не то излучателей: очень трудно судить, что это на самом деле, но действует автономно, и в подзарядке явно не нуждается, поскольку никаких проводов к ним не подсоединяли. (…)

Затем, к 23-00, прибыла и команда технического обеспечения.

У них свой фургон, на шасси грузовика «Ман». (…) Его сразу стали накрывать масксетями и обкладывать срубленными ветками. (…) Посты охраны установлены вполне грамотно – ни за что не подберёшься незамеченным! (…)

Посты оснастили ещё и какими-то неизвестными мне устройствами: или детекторами, или оружием: что-то вроде больших ящиков с откидными панелями странной формы, словно для излучения каких-то радио-, или, скорее уж, микроволн. (…) Затрудняюсь всё же дать точную характеристику, т.к. ни разу не видел, чтобы они как-то применялись, хотя, возможно, применялись. (…)

По здравом размышлении, только два варианта: или мини-радары, или какие-то новые детекторы. Например, настроенные на тепло. Ну, или уж оружие: излучатели микроволнового диапазона в полевом исполнении – как существующие стационарные, на шасси грузовиков, для разгона демонстраций, только гораздо меньших размеров.

Впрочем, это просто мои домыслы – чем бы я оснастил полевую группу, чтобы к ним не совались непрошенные гости. Да уж, это и было бы как раз в стиле американских спецслужб: с их абсолютной беспринципностью в смысле применяемых не-смертельных «способов воздействия», и страстью к рационализму и технологическому превосходству!(…)

… команда тех. обслуживания с отрядом подводных пловцов (догадался, что это именно они, по аквалангам и маскам. Шучу.). Загнали поочерёдно оба полуприцепа по самые оси, в воду, и вытащили спускные платформы с кран-балками, и с жутко выглядящими, но, судя по всему, вполне рабочими миниподлодками, болтавшимися на талях. Манипуляторы вот этих вполне подошли бы для любых подводных работ – хоть на глубоководных буровых установках, хоть для сбора жемчужных раковин.

Сами аппараты достаточно компактны (около 2х2х4м.), и, судя по водоизмещению, могут транспортировать и манипулировать объектами массой не менее 500 кг. (…)

Всего при спуске я насчитал не менее двадцати двух новоприбывших. (…) Обследовать более подробно и скрупулёзно мой берег они не соизволили, очевидно, сведения, поступающие с термолокатора беспилотника их вполне удовлетворяют. Вот и хорошо, что я закопался и обустроился за эти три дня вполне глубоко и удобно – прямо целую пещеру в боку окопа вырыл…

Вероятно, моя спецпленка и плащ выполняют свою работу хорошо, так что беру нехорошие слова и пожелания в адрес разработчиков назад. (…)

… после отъезда грузовиков тоже приключениями не блещет. (…)

Режим работы весьма однообразный: весь день дрыхнут, оставив только часовых на постах наружного периметра, очевидно, полагаясь на операторов беспилотников, и натыканные «дрыны». И только к вечеру начинают кушать, и затем – работать. (…)

Примерно в 21-30 операторы забираются в люки своих подлодок, укрытых на мелководье у берега так, что наружу выступает только входной люк, на день маскируемый окрашенным брезентом и ветками, и команда в плавках помогает подлодкам уплыть в глубину озера, после чего вновь выходит на берег. (…)

Затем примерно через каждые 20-30 минут лодки подплывают к берегу, где спуск в воду более пологий (это немного слева от лагеря и места съезда в воду грузовиков), и оставляют там контейнеры. Особенно заметно их движение на мелководье, поскольку свет прожекторов хоть и направлен вниз и вперёд, иногда выходит и отражается и вверх, и вся эта иллюминация напоминает танцующие фонтаны в Лас-Вегасе. Только что не разноцветная.

…удивляюсь, как кто-нибудь из местных не заметит.

Впрочем, местных жителей в этом районе практически нет: тут даже рыба не ловится. Думаю, это из-за торфа, от которого вся вода и берег почти чёрные. (…)

… во время очередного дневного отдыха случайно поймал передачу о съёмках документального фильма командой «Нэшнл Биогрэфик», на другом конце нашего озера – её вела какая-то местная радиостанция, скорее всего Беденская, и, разумеется, на немецком. Разбирал с трудом – отвратительный приём, наверное, скалы загораживают. (…)

А американцы-то молодцы: при таком грамотном прикрытии сюда вряд ли кто сунется. А и сунется – ни фига не найдёт! (…)

… или действенная защита, или хорошая отвлекающая операция, или что-то ещё, неизвестное мне, но за всё это время никто так и не появлялся: вывози отсюда хоть дрова, хоть горы и долины – никто и не заметит. (…)

… уже все ноги атрофировались: только ползаю, и неизвестно когда эти гады, наконец, закончат вытаскивать на берег всё это хозяйство! Я насчитал уже сто десять контейнеров: восемьдесят три бочки и двадцать семь ящиков. Даже не верится, что вот так, под носом у друзей по НАДО, и у Бундесвера, всё и повытащат. А они, похоже, повытащат!

И увезут ведь!

Страшная мысль! А может, они просто убивают своими «ящиками с крышкой», и здесь же закапывают всех сунувшихся?! А что: места безлюдные, вряд ли кто найдёт! (…)

…наконец, закончили! Может, они и рады, но это ерунда по сравнению с тем, как рад я!!! Остаток жизни, (ну, или досуг на пенсии, если доживу) посвящу разработке средств, и химикатов для глобального уничтожения комаров!!! (…)

… они загнали прибывшие полуприцепы так же, поочерёдно, опять в воду по самые оси. На два первых загрузили подлодки и часть контейнеров, на третий и четвёртый – только контейнеры, палатки, и загрузились сами. Закончили еле-еле к рассвету, по окончании сразу уехали, вместе с «Маном» группы подводных операторов. (…)

Команда, оставшаяся с «Тойотами», до 10-00 производила рыхление почвы лопатами, чтобы уничтожить следы лагеря, и колеи от шин грузовиков. Затем подъехала автоцистерна с поливомоечным устройством, (а что: отлично придумано!) и примерно час размывала сильными струями воды всё, что осталось от следов лагеря. После контрольного осмотра команда на джипах уехала примерно в 11-20.

…сам однако сворачиваться не торопился – хотел посмотреть, действительно ли закончена полностью вся работа в этом лагере, и не оставлено ли группы слежения. (…)

Впрочем, не расслаблялся – безвылазно сидел в своей Берлоге.

… был вознаграждён за бесполезно и скучно проведённую ночь: сегодня наблюдал весьма колоритную сценку!

Около 12-30 подъехала полицейская машина с Беденскими номерами, и местный Босс от представителей правопорядка примерно полчаса с умным видом объяснял своему подчинённому, что тут было, и как. И почему они на самом деле ничего не понимают. Ну, и без звука все жесты настолько понятны: словно профессиональная пантомима. Я ржал как конь – про себя, разумеется…

Молодцы. Опоздали всего на 25 часов. Знали, когда сунуться, чтоб «не было проблем». Да и Отчётов теперь писать не надо – не то, что мне…(…)

… аккуратно снова завернулся, забрал все следы своего пребывания, закопал все результаты своей жизнедеятельности, и удалился, следуя компасу, в 22-30. (…)

К оставленному мне на условленном месте автомобилю прибыл к 05-00. Правда, помучился, пока завёл его – аккумулятор сильно подсел. (…)

Посылку с оборудованием оставил на условленном месте, рапорт завёз в Почтовый ящик № 1, в 17-35, согласно инструкциям. Возвращение в мотель «У Георга» считаю нецелесообразным, планирую выезд маршрутом № 2, по документам № 3,прямо сегодня, 28.07.20..г. Агент Кнайф.

Документ 46.

Из отчёта руководителя операции «Гавайский гольфклуб», подполковника отдела «К» секции внешней разведки А. Д. Шишкина, от 31.07. 20.. г.

(…) …как показывает аппаратура спутников РД-16 и РР– 04, вся разведдеятельность беспилотных летательных аппаратов над данным квадратом прекращена, из чего следует, в частности, что основные работы завершены, и оборудование и люди вывезены из района А-4. (…) Из рапорта полевого агента «Кнайф» следуют те же выводы. (…)

…следить только с помощью агентов «ТомБой» и «Перехватчик». (…) Обработку считаю целесообразным поручить внештатному агенту – хакеру «Конан». (…)

Считаю, что «Крошке» в эту операцию вмешиваться необходимости нет. (…)

Когда ворота базы, наконец, открылись, и их «Хамви» въехал на охраняемую территорию, доктор Уильям С. Жермон вздохнул чуть ли не с облегчением!

Проклятые проверки «на лояльность», больше похожие на допросы, и копание в прошлом кого хочешь приведут в, мягко говоря, неадекватное состояние. Не говоря уж о придирчивом рассматривании лиц – в профиль, и фас. Хотя вон – его сосед по широкому сиденью, профессор Грейдершафт, посмеивается себе в усы.

Ещё бы: ему, в шестьдесят девять, все эти бюрократическо-административные процедуры с их неизменными проволочками, дурацкими расспросами, и ореолом секретности и постоянным упоминанием об «интересах национальной безопасности», уже точно навевают смех и скуку. А самоиронии у профессора и всегда было предостаточно…

Караван из их пяти машин, проехав мимо двух огромных ангаров, свернул к третьему – словно бы ещё более высокому и длинному. У огромных одностворчатых ворот машины остановились. Однако никто из учёных не сдвинулся с мест. В окно всунул голову майор:

– Прошу выходить. Мы на месте.

Выйдя, Уильям принялся разминать подзатекшие ноги. Профессор же, помахав ручкой, прошёл к коллеге, вылезшему из третьего «Хамви» – доктору Лорду. Тот как раз достал неизменную трубку, после чего майор, неизменно вежливо, попросил его не курить на территории базы. На этот раз соизволив даже объяснить, почему:

– Сэр, вокруг нас примерно двадцать тысяч тонн взрывчатки в виде самых различных боеприпасов! В том числе и оставшихся от Второй Мировой, которые поэтому очень капризны и непредсказуемы в поведении… Достаточно единственной искры! Вы же не хотите, чтобы мы все отправились полетать, да ещё в виде мелкодробленных кусочков?..

Доктор Лорд возмущённо фыркнул, но по здравом размышлении покивал с глубокомысленным видом, и спрятал трубку снова во внутренний карман пиджака, оказавшегося под тёплой курткой.

Открылся задний борт грузовика, замыкавшего их маленькую колонну, и начали бодро выпрыгивать морские пехотинцы с винтовками. По приказу возглавлявшего их хмурого сержанта они сразу же бежали занимать, очевидно, заранее расписанные, места вокруг ангара. Чёткие и слаженные действия впечатляли.

Кто-то очевидно распорядился, и вокруг ангара загорелось несколько десятков мощных прожекторов и ламп, залив всё пространство слепящим светом, так, что всем учёным, да и взводу морских пехотинцев, через равномерные промежутки вставшими вдоль длинной стены, пришлось щуриться. Майор, уходивший ко входу в ангар, вернулся:

– Господа! Прошу.

Они двинулись к воротам, приоткрывшимся ровно настолько, чтобы пропустить их вовнутрь по одному человеку. Уильям вошёл последним, не без интереса наблюдая за «коллегами по несчастью» – доктором Митчелом, доктором Лордом, профессором Грейдершафтом, имени которого так и не знал до сих пор, и двумя военными – подполковником Капперсом и майором Крисом Брикманом, с которым они и вынуждены были общаться всё то время, пока шла подготовка к работе над Проектом.

Майор, убедившись, что все учёные прошли, вроде, даже вздохнул с облегчением, и вернулся наружу. Дверь ангара, естественно, закрылась. Трое коммандос в чёрной одежде и капюшонах, и масках, оставлявших видимыми только глаза, поспешили выйти из тени, и встать спиной к створке. Вооружены они оказались не винтовками, а каким-то короткоствольным, но от этого смотревшемся не менее грозно, оружием. Плюс ножи и пистолеты в кобурах. Чёрт!

А солидно всё выглядит!

Может, не зря с них брали все эти подписки, и вели «пропатриотические» беседы?

Док Митчел обернулся к шагавшему чуть сзади Уильяму:

– Уж не знаю, Билл, что и подумать! Может, наши сбили ещё одну тарелку?

– Вряд ли, сэр. Им для тарелки историк, – Уильям похлопал себя по куртке на груди, – не понадобился бы.

– Ну… а что тогда?

– Глядя на груду вон тех бочек и контейнеров, могу предположить, что наше дотошное ЦРУ добралось-таки до каких-нибудь закопанных, или затопленных нацистами «Сокровищ третьего Рейха»! И теперь стараются скрыть это шило в мешке. Пардон – в ангаре. Как будто у русских нет спутников-шпионов.