- -
- 100%
- +
За прожектором очертился просторный пустой зал с дверью в дальней стене, — и рядом с прожектором Марк разглядел знакомого идиота.
2
Луч, бивший бандиту в спину, украл у него черты лица, но Марк узнал оттопыренные уши, и сгорбленную спину, и блестящие металлом набойки на мысках ботинок. Лягавый держал двумя руками хромированный пистолет.
— Стой, где стоишь, — раздался его гнусавый голос. — Брось оружие. Руки за голову.
Рядом со Лягавым в продавленном кресле посреди комнаты, сидел еще один; здоровенный и заросший, будто медведь. При виде Марка он поднялся, и звенья цепи, висящие на его кожаном ремне, сверкнули в луче прожектора.
— Оглох, что ли? Руки за голову!
— А если не сделаю? — спросил Марк.
Рядом с лампой прожектора на секунду мелькнул крохотный еще огонек, и пуля отскочила от пола, оставив крохотный кратер у самого носка туфли Марка. Он вздрогнул и отступил на шаг.
— Хорошо хорошо! — крикнул он, и разжал пальцы, сжимавшие пистолет. Его корпус со стуком отскочил от бетона. Он приложил ладони к затылку. Пальцы погрузились в спутанные патлы.
— Фонарь тоже, — сказал Лягавый.
Суки, какие же вы суки, подумал Марк. Стиснув зубы, он снял с пояса и бросил фонарь.
— А ты, Марк, все такой же дерзкий, как хер немецкий, — сказал Лягавый. — Пришел на ничейную землю,
в место, где заканчивались все дороги. Гаражный кооператив на краю оврага в середине срединной Москвы. Словно длинная рана, овраг прорезал город с востока на запад и так и не затянулся. По просеке на дне шел шов из вышек ЛЭП; он тянулся
прямо к нам в лапы. Верно, Бурый?
— Угу, — кивнул Бурый.
— Думал, больше нас не встретишь? — спросил Лягавый. — Поэтому и пришел. А мы тута, епт!
— Как будто у меня был выбор, — сказал Марк. — Я иду туда, куда меня ведет башня.
— Ты нам в уши не лей, — разозлился Бурый.
— Да, не лей нам в уши! — крикнул Лягавый, взмахнув пистолетом. — Башня ведет туда, куда привел тебя ты сам! Бурый, дуй к нему. Просвяти невежу.
Еще за десяток шагов до того, как Бурый подошел вплотную, Марк услышал его какофонию вони: вяленая рыба, пиво, пот по всему телу, отрава от клопов и недельное белье. Подойдя, Бурый
сказал: «Последний шанс отказаться». Марк отказался от шанса. Тогда Бурый приказал: «Вытяни руки», и стянул узел вокруг запястий Марка, и нахлобучил ему на голову мешок из плотной ткани, и повел его к тарахтящей машине. Его усадили на заднее сиденье и захлопнули дверь. Марк почувствовал, как машина тронулась с места, и он услышал, как Бурый
хлестнул цепью по полу, заставив его вздрогнуть, и спросил:
— Помнишь это? Помнишь свой экзамен?
Разумеется. Марк кивнул.
— Тогда ответь на мой вопрос и постарайся, чтобы твой ответ нам понравился, — продолжил Бурый. — Ответишь хорошо, и мы не посадим тебя туда…
Он кивнул на кресло.
— Убьем тебя сразу.
Марк уже знал вопрос.
3
— Тебе есть, что рассказать? — спросил Бурый, закрывая дверь подсобки.
Парень, которого усадили напротив Марка, — судя по худобе, типичный торчок — вновь затрясся и захныкал. Его руки связали за спиной; его ноги привязали к ножкам стула.
— Тебе есть, что рассказать? — повторил Бурый.
— Ребят, простите меня, — затараторил пленник. — Простите, оступился. Больше так не будет, отвечаю.
— Тебе есть, что рассказать?
Бурый, намотав один конец цепи на кулак, встал рядом, и взглянул на Лягавого, сидящего на горке коробок в углу. Лягавый кивнул. Бурый размахнулся и хлестнул цепью по колену пленника.
Колено захрустело. Пленник заорал и рванулся в путах. На секунду Марку показалось, что веревка лопнет, но она выдержала.
— Ребята, я отвечаю, мля, я не в курсе, — заговорил он. — Я похерил партию, но я отвечаю...
— Блох, тебе задали простой вопрос, — сказал Лягавый. — Тебе есть, что рассказать?
— Нет-нет, пожалуйста, не надо… ЫЫЫЫ!
Блох согнулся бы от удара в живот, если бы ему не помешали путы, но от того, что он дернулся, узлы затянулись еще сильнее.
— Я ничего не знаю, мамой клянусь, я ничего не знаю…
Бурый хлестнул его по животу дважды. Блох дернулся, как от конвульсий. Что-то клототнуло в его горле, и жижа из переваренного пролилась ему на джинсы. Марк сморщился.
— Еще раз я услышу «мама» из твоей шлюхорезки… — сказал Лягавый.
— Да, хорошо, хорошо, хорошо… — забормотал пленник.
Марк почувствовал, как к его горлу тоже приливает что-то теплое. Он словно бы наблюдал за собой со стороны сквозь объектив камеры; в один момент на экране даже сверкнули блики линз. Бурый взглянул в его сторону.
— Дать ведро?
Марк покачал головой. На этом он не попадется.
— Тогда смотри, если хочешь жить.
Бурый вернулся к пленнику и спросил:
4
— Тебе есть, что рассказать? — спросил Бурый.
— По-твоему, я думал об этом все восемь лет? — спросил Марк.
— Ты точно думал над этим последний час, — сказал Лягавый. — Ты думал, мы не знаем об авантюре Кирилла? Мы о ней знаем!
Он явно был доволен собой.
— Я ничего Кириллу не сказал, — сказал Марк. — Я ничего не знаю.
Бурый оглянулся на Лягавого. Тот кивнул.
Цепь взметнулась, словно кобра в начале прыжка, — но так и не опустилась на спину Марка. Пальцы на его затылке вдруг расцепились, и что-то черное блеснуло в его ладони, и осколок винила вдруг уперся в горло Бурого.
Звенья свободного цепи прозвенели о бетон.
5
— Ах ты… — прорычал бандит.
— Не двигайся, — сказал Марк. — Осколок прямо у твоей сонной артерии. Выпусти цепь. Выпусти цепь!
Бурый еще раз рыкнул.
— Эй-эй, ты че творишь? — заорал Лягавый.
Он сделал пару шагов в их направлении, и Марк ткнул в него пальцем.
— Стой на месте!
Лягавый остановился, и тень замерла впереди него на стене.
— Думал, я буду ждать, пока вы меня усадите в то кресло? — сказал Марк. — Думал, я
(буду хрипеть, и плакать, и блевать, пока вы будете бить меня цепью, и пинать, и душить, а я)
ничему не научился?
Марку казалось, что его рука пульсирует, а глаза лезут из орбит. Так он не злился даже тогда, когда осознал предательство Кирилла. Он не злился так уже много лет.
— И че дальше? — спросил Лягавый. — Так и будем стоять?
— Дальше все будет так, — начал Марк. — Ты бросишь пистолет. Я заберу свой. Потом ты и Бурый остаетесь на своих местах, а я уйду прочь.
— Смотрю, ты больно умный, Марк, — сказал Лягавый. — Жаль, что тупой.
— Слушай сюда, если ты сделаешь, как я скажу, Бурый может…
— Слишком много шуршишь, Марк, — продолжил Лягавый. — Приманиваешь гостей.
Марку не пришлось оглядываться, чтобы понять, о чем он. Его уши и так уже слышали медленные свинцовые шаги и раковый хрип, которые приближались в коридоре за спиной. И он чувствовал, как его спину буравят две глазницы без глаз.
— Прожектор не даст ему подойти, — сказал Марк, уже зная ответ Лягавого.
— Прожектор можно выключить.
В подтверждение своих слов Лягавый положил ладонь на ручку рубильника.
— Помнишь второй вопрос?
6
— За что мы его так?
Допрос продлился час и он был монотонным. Бурый раз за разом задавал вопрос: «Тебе есть что рассказать?», Блох шептал: «Хватит, хватит» — и получал удар цепью.
Только один раз после очередного: «Тебе есть, что рассказать?» Лягавый подмигнул Марку: «Смотри, что сейчас будет». Он подошел сзади к Блоху, вцепился ему зубами в ухо и оторвал часть раковины. Блох, у которого будто не осталось сил, закричал так, что у Марка заложило ухо. Бурый в ответ только пожал плечами: «Прости, но Лягавый проголодался, пока мы тут с тобой сидим».
К концу допроса Блоху раздробили оба колена, сломали дюжину ребер, выбили передние зубы и превратили живот в сине-желтое пятно. Его еще раз вырвало. Ему плеснули в лицо водой, чтобы он не отключился, но на исходе часа стало ясно, что пленник не выдержит. Тогда они сняли цепи, дали пленнику упасть на пол и Лягавый добил его парой пинков в затылок. Ему в этом помогли стальные набойки на ботинках.
— За что мы его так?
Марк понял это еще полчаса назад. Что-то выдавить из себя ему удалось не с первого раза — но в итоге он прочистил горло и сказал:
— За то, что он попался. Сдай он вам хоть Папу Римского, вы бы все равно его мучали. Просто потому что можете. Разве что…
Глава 11. Выстрелы с двух сторон
Первый выстрел прогремел со спины. Второй грохнул впереди. Обе пули свистнули над его головой, и Марк побежал.
Дальше были еще выстрелы, и еще свист пуль, и крики, но Марк почти их не слышал. Он бежал, пока не уткнулся в дверь, и он выбил ее пинком и побежал по коридору на север, и бежал, пока коридор не кончился обрывом, и тогда Марк попробовал затормозить, но опоздал.
Марк споткнулся. Марк полетел.
1 Но сначала — о том, что Марк пропустил.
Выстрел прогремел сзади, и пуля свистнула на его головой, и вошла в плечо руки Лягавого, сжимавшей рубильник. Лягавый дернулся назад и влево. Его здоровая рука уже направила пистолет за спину Марка, и указательный палец надавил на крючок. Вторая пуля свистнула над головой Марка и отрикошетила от Управдома, издавшего глухой рык.
Марк оглянулся: посмотреть, кто стрелял первым — и увидел человека в светлом пальто с упрямым лицом. Человек стоял у входа в кабинет и целился из «Браунинга», уложив одно запястье на сгиб другого. Все как завещал Лягавый.
Краем глаза Марк уловил, как Бурый заносит кулак, и полоснул осколком по его горлу, и увидел брызнувшие из разреза алые капли. Затем Марк побежал.
2
Спаситель Марка увидел, как тот нырнул вправо под прикрытие двух манекенов, и увидел, как Бурый хватается за горло, и подумал: хоть это он не забыл. В следующее мгновение пуля пробила голову манекена-женщины над головой Марка и, израсходовав энергию, отскочила у ноги человека в светлом.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.