Отпускать больнее смерти. Исцеление
- -
- 100%
- +
– Соскучилась? – девушка не смотрела в его лицо, но заметила, как жилки на его шее вылезли, словно от напряжения.
– Что за игра такая у вас? – шепнула она и поняла, что голос её охрип от одного вопроса: «Соскучилась?». Очень! Бесконечно! Нет …– ответы были разные, но сердце кричало свое.
– По глазам вижу, что ОЧЕНЬ! – ответил он на свой же вопрос.
– Зачем тебе?!– её глаза сверкнули, пронзили Арэна своим надменным блеском.
«Я никто в её глазах»– эта мысль будет ещё долго в памяти. А затем на его экране высветилось имя «Роберт». Астхик увидела и сжалась, губы пересохли, пыталась делать вид, что ничего не случилось, но Арэн увидел, ощутил, пронзило … Нет не сердце, до него еще слои «самолюбие», «эго», «страх», «недоверия».
– Я тебя слушаю! – холодно произнес он. Астхик ощутила, как губы Роберта только что коснулся воздух, и это дуновение коснулось её ледяных пальцев, – Не собираюсь, – Арэн не отрываясь смотрел на неё, – Не твоё дело. Что еще? – вопрос, ответ. Слишком просто, – Дать трубку ей? – улыбка. Всепоглощающая победа, но почему нет ликования?
– Повесил трубку, – пожал плечами Арэн и положил телефон, – Хочешь ещё сока? – как ни в чём ни бывало, спросил он. Наблюдая, запоминая.
– Мне хватит … – шепнула она, глотая так и не пролившиеся слезы.
– Интересно, кто–то меня так любил? – Вдруг произнёс он и нахмурился.
– Уверена, – шепнула Астхик не своим голосом и увидела, как её брат идёт в их направлении. Мучительный вечер подошёл к концу. Вот её спасение.
– Мне не нравиться Арэн, – произнес её брат уже в машине.
– Его сестра Марьям очень хорошая.
– Роберт сразу понравился, – Астхик закрыла глаза. Всё. Доза получена сполна, она не уснёт, мысли вихрем закружатся вокруг него. Каждый раз умоляя не гонять, не разбиваться, не хмуриться и не страдать. Последнее о ком он сейчас думает – это она. Ничего. Бывает, когда кажется … Но почему так остро? Поскорее бы в комнату, закрыть на ключ и сидеть на полу, нет не плакать … Задавать один лишь вопрос… Почему он исчез?! Черт возьми, почему появился, зажёг огонь и исчез! Да, может она изначально и не показывала свои эмоции, может и отталкивала, боялась поверить. Поверила. Получила.
Астхик сидела на краю постели, сегодня Аня прислала ей фотографию, где она обнимает его со спины, это гонки и кажется он даже не видит, что его фотографируют. Написала ей: «Тут не ваши повороты… Могу прислать видео гонок. Увидишь ночную Москву, хочешь?». Астхик ничего не ответила. Она улыбалась, выключила телефон и очень аккуратно положила рядом. Взорвалась. Сжала простыни, начала качаться из стороны в сторону, ей не хватало воздуха, не хотелось дышать. Маленькие ёжики опять обнимали её за душу и кололи. Кололи. Больно. Нестерпимо. Астхик подошла к зеркалу. У меня не такие волосы, губы, что во мне не так? Чего не хватает, чтобы Роберт любил меня по– Настоящему. Что я не сделала или сделала, что он даже не пишет мне раз в две недели? Тишина начала губить её. Чего не хватает во мне, чтобы меня тоже любили? Астхик схватила края зеркала и начала трясти. Давай! Выдави из себя то, что сможет тронуть его сердце. Сколько фальши она видела, сколько раз видела, как одна и та же девушка выходит из шкуры вон, лишь бы быть той, которая завоевывает внимание. Она не умела, не нужно было учиться этому, Астхик могла найти друзей не прибегая к фальши, она не нуждалась во внимании мужского пола, но ей сейчас хотелось внимание Роберта, ей всегда хватало ума, чувства юмора и просто человеческого общения, чтобы завести подруг и приятелей. С ней никогда не бывало скучно или не интересно, Астхик умела поддерживать разговор как с ребенком, так и с мудрым стариком.
Но что тогда было изъяном в ней? Почему парни лишний раз не подходили к ней, не пытались доставать, она всегда ощущала уважение и если кому – то отказывала, то слышала лишь приятные слова и понимание. Ей не хватало легкомыслия и глупости – ответ был слишком очевиден, она никогда не искала кого – то, Астхик всегда ждала его. Девушка села на полу и задала следующий вопрос: – Что же нужно Арэну?
Глава 6. Она расшила жемчужинами под названием счастье своё настоящее
«Դա դժոխքն է մեր դեմ
Դիվային խաղերով
Եվ երկինք ու եդեմ
Տրված Աստծու ձեռքով
…»
Солнце садилось над Дилижаном, прохладный, но всё–таки пропитанный солнцем и фруктовыми ароматами ветер ласкал руки Астхик. Девушка отпустила всю горечь, что таилась в душе, пусть на секунду, на миг, но она хотела насладиться свободой, которая была необходима. «Раз его нет, значит так надо.»– произнесла она ещё утром, когда взглянула в телефон, чтобы увидеть хотя бы одно сообщение от Роберта. Не было. Это опустошало, хотелось завыть от пустоты и одиночества. «Я уже забываю его!» – с радостью к середине дня обнаружила она, украдкой поглядывая на дисплей телефона. «Я даже его не вспоминала…» – гордилась она собой, когда мыла посуду после ужина. «Всё получится!»– Шепнула сейчас Астхик. Есть Что – то, что будет всегда – это солнце, которое также красиво будет садится над армянской землей, это ветер, который будет иным, целебным, девушка хотела исцелиться, задышала полной грудью, лишь бы не заканчивался воздух. Иногда ей казалось, что она вскоре перестанет дышать, когда сидела на кровати и смотрела на шторы, даже не в окно. Всё было пресным… Астхик уловила себя на мысли, что если всё эти думы и муки испытание, то должно быть и вознаграждение. Сколько людей опускали руки на пол пути? Она не собиралась сдаваться и не собиралась лгать себе, наверно была слишком честной не только с окружающими, но и с собой. Конечно, ей хотелось засмеяться легкомысленно, сказать, что было, то прошло. Но не прошло… Не уходит, Что–то невидимое тянет, Что–то в голове кричит «ТВОЁ». Я очень люблю его имя, когда слышу, словно оно родное, сердцу дорогое, хочется крикнуть «моё», и не отпускать … «– Боже мой, как бы я не хотела отпускать его, написать его имя на своём сердце, чтобы всегда оно было там, чего ещё может желать душа той, которая не понимает пока что произошло, но чувствует душой, чем обернется это имя в судьбе и в жизни для неё.»
Приходит такая минута, когда ты знаешь, что он не напишет больше, не появится, уже неважно почему, просто ты знаешь, что так будет. Этот миг, конец ожидания и начало конца. Когда каждый новый день похож, но такой другой. Хочется, чтобы дни пролетали, и ты убегала от тех моментов, которые могут напомнить тебе о том, как хорошо было на душе. Иллюзии – наихудшие наши враги, они всегда обманут и заставят поверить в то, чего нет. Уж лучше бы мы в те минуты, когда нам печально, не представляли бы ничего. Например, засыпали бы.
Утро подкралось быстро и незаметно, Астхик улыбнулась своему отражению, вот она слышит смех матери и рассказы брата, что может быть прекраснее?! Вечером к ней заглянула сестра Арэна, они сидели в беседке, которая была на их улице. Когда начало темнеть к ним подъехал сам Арэн.
– Ты идешь? – спросил он у сестры, та отрицательно покачала головой.
– Мне скучно одной! Я еще останусь, тут хорошо!
– Хорошо говоришь? – улыбнулся он, посмотрел в глаза Астхик и подошёл, чтобы сесть напротив неё и рядом с сестрой. Что–то мелькнуло в его глазах, Астхик знала, что он скажет Что – то, чтобы увидеть её реакцию, – О ком говорили? – нахально улыбнулся он, сестра закатила глаза.
– Тебе пора …
– Обсуждали последние новости нашего Роберта? – Астхик вздрогнула. Три дня… Три дня, которые были без него, без напоминания о нём, без его имени, ломались все попытки забыть так легко, словно это не борьба с собой … А борьба против сердца.
– Не глупи братик! Не верю, что ты собираешься обсуждать слухи и сплетни!!!
– Вас пригласили уже на свадьбу Роберта? – спросил Арэн. Всё вокруг замерло для неё. Арэн отчетливо видел, как меняется цвет её лица, губа задрожала, глаза вот– Вот нальются слезами. Ну ты же другая… – подумал он, – Не такая как все, я тебя не могу так быстро раскусить и понять, что будет потом … За долю секунды Астхик пришла в себя и улыбнулась немного, взяла вверх над эмоциями. Так никто не удивлял его как она, никто не приковывал к себе… Ни один мужчина из его общества не умел себя так держать, никто …
– Нет. Не пригласили, – Глаза мужчины сверкнули. Ярость полыхала в них, она опять сумела взять под контроль себя, то, что не умел он.
– Значит, со мной пойдёшь на его свадьбу. Думаю, он будет рад тебя увидеть, вы же подружились за это время… – злость полыхала в нём, – Я говорил ему, что он не способен на Что–то серьезное и постоянное, единственное что он делает на постоянной основе, это доставляет проблемы отцу. Старик решил приструнить сына, наверно, женит в октябре на дочери нашего общего знакомого, – выпалил он.
– Услышал, что они говорили друг с другом на одном вечере и поверил, что скоро свадьба. Не глупи братик, – Астхик смотрела прямо в глаза Арэна, она не дышала, просто не ощущала ничего, потому что на долю секунды земля ушла из – под ног. Он женится…
– Мой друг сказал, что они глаз не могли отвести друг от друга, даже увидел, как на кухне он её обнимал.
– Это бред, не пара она ему! Я знаю её.
– А я знаю его! – перебил Арэн, – Он не способен отличить бриллиант от подделки, вечно выбирает фальшивок. Я же бриллиант сразу вижу и своё не упущу! – Астхик хотела услышать всё, не из – за любопытства конечно, и не потому что мазохистка. Девушка была уверена, что это последняя нить надежды разорвётся быстрее и навечно, когда она услышит, как он счастлив с другой и что забыл её. Но стоило Арэну перейти в разговоре о ней, Астхик решила уйти. Теперь ей нужно справиться с её первым разочарованием в жизни из – за любви.
– Мне пора домой, – встала Астхик, знала, что больше не хочет слышать ничего. В голове как в кино крутились их слова и счастливое лицо Роберта с другой…
– Тебе что, больно? – схватил её за руку Арэн и также встал. Она высвободила сразу же свою руку.
– Больше не смей!!! – впервые агрессивно ответила она и опустила глаза. Её голос охрип, – Мне пора. Спокойно ночи, – Слезы уже начали капать из глаз, как же хорошо, что темно, и никто не увидит.
– Зачем Арэн?! – в шоке смотрела на него его сестра, а он был растерян, – Ты что не поделил с ней? Она очень хорошая девушка, почему ты её обижаешь постоянно!
– Я её не обижаю, я её защищаю!
– Ты несёшь бред, каждый раз, когда ты появляешься, она уходит! Мне из – за тебя неловко! Завтра же уедем, ясно тебе!
– Никуда не поедем! Не забывай с кем разговариваешь, смени свой тон.
– Ты ненавидишь Роберта, окей, Что–то не поделили. Но от неё что тебе нужно?! Зачем тебе причинять боль такому ангелу?
– Она мне нужна. Она, – тихо произнес он, его сестра услышала и замерла. Арэн смотрел на её дом, – Она – сердце Роберта. Значит должна принадлежать мне!
– Ты сказал правду? – шепнула Марьям, Арэн сидел на улице и смотрел куда – то.
– Что?
– Ты влюбился в неё? – он ухмыльнулся и посмотрел на сестру, словно она рассказала анекдот.
– Ты серьезно?
– Ты тоже человек. Способен на такие чувства… Наверно.
– Нет, – спокойно ответил он.
– тогда почему мы тут?
– Ты отдыхаешь в лучших условиях, чем ты недовольна?
– Ей больно это слышать, ты должен был догадаться … Я приехала к ней, чтобы всё отрицать и успокоить на случай, если она Что–то услышала, но она была спокойна, ты испортил всё.
– Ей не может быть больно из – за него! – агрессия появлялась в нём с каждой секундой.
– Она его любит, и он её тоже! Хватит играть в игры Арэн!
– Она его не любит, не может так быстро кого – то полюбить.
– Что ты об этом знаешь? Сколько раз ты кого – то любил?!
– У меня нет времени на эти глупые чувства, но знаю одно! Ей нужно всё знать.
– Так ты не добьешься её сердца, – скрестила руки на груди, – Она ангел, а ты дьявол во плоти, раз провернул всё это! Как Роберт повелся на твои игры?!
– Когда человек влюблен, он слеп.
– У тебя ничего не выйдет!
– Это мы еще увидим!
– Ты тоже слеп… – Арэн остановился, но не повернулся лицом к сестре, – Астхик очень любит Роберта. А ты …Хочешь всё разрушить, словно вернешь… – девушка замолчала, – Кого ты любишь? – Арэн сжал кулаки и ушёл. Не её… Не Астхик … Но любил. Раз Роберт любит, значит он вырвет его сердце точно также, как и его.
Раз… Дверь, комната, кровать, подушка. Астхик уткнулась в неё и завыла, как израненный волк. Нет, даже стены не помогают. Она села на кровати и начала трястись из стороны в сторону. Конечно, это ожидаемо, наверно предполагала, что он не вспоминает о ней из – за другой, но наверняка знать – это невыносимо. Она схватилась за волосы, что же в ней не так? Почему он так поступает и почему так больно, Астхик ощущала как волнами боль, разочарование затопляют душу, ей было противно слышать всё это, она не хотела ничего знать и представлять, но перед глазами стояла одна картина, как двое влюбленных улыбаются друг другу, как он улыбается ей и влюбленно смотрит на неё, строит планы на будущее и никого не замечает. А она, опустив глаза отвечает ему и скромно улыбается. Она знает, он её не покинет, есть та уверенность, которой нет у Астхик, а он, позабыв о прошлом и будущем счастлив в настоящем. Перед глазами Астхик проплывают их моменты, её мечты и надежды, его слова и обещания. Обещания… Слова. В итоге слова ничего не значат. Важнее, что человек сделал и делает.
– Ненавижу … – из её губ сорвалось, – Ненавижу … – горечь убивала её, голова разрывалась, это всё ложь и то, что было – игра. Астхик не хотела даже ненавидеть его, она мечтала перечеркнуть в себе его. И избавиться. Забыть. Прекратить дышать.
Она взглянула на свой телефон, сколько времени она ждала от него хотя бы: «Привет». Сколько дней и ночей представляла, что он о ней вспоминает и вот– Вот напишет или позвонит, сжимала в надежде телефон и не хотела отпускать. Хотя бы разок…
Как же глупо было всё… Бессмысленно, всё в этом мире теряет смысл, когда пропадает вера. ОЧЕНЬ БОЛЬНО. Это не жгучая боль, которая вспыхивает, нет, такая боль даже не обжигает. Она таится и душит ночью, когда ничего не спасёт, когда слёзы высохли. Он с другой – вот единственный ответ, этот факт будет теперь частью её существования. Очень скоро она сможет жить и дышать, как и раньше, но только вот эта боль будет отражаться в глазах и в улыбке. Он любит другую, и это её сломало.
Предательство…
Какой вкус появляется на губах у того, кто лжёт? Разве ложь не имеет привкус страха? Астхик не знала какого это, когда ты смотришь в глаза человеку и врёшь. Она всегда была сильной, поэтому и была выше этого. Разве могла дать обещание, которое не смогла бы выполнить? Она не видела смысла. Что же остаётся на губах, когда лживые слова слетают с них, а как же душа? Неужели она не требует сказать правду тому, кого обманул уже. Как же сны? Они не душат по ночам?
…
Она возненавидела его,
Пытаясь спасти себя,
Возненавидела и больше не пыталась это скрывать.
Ждала ещё одной его ошибки, чтобы и эта ненависть превратилась в прах.
Она жаждала всё как можно скорее забыть и начать всё с нуля.
Развеять на закате пепел и задышать.
Наконец задышать без боли в груди,
Без тошнотворного ожидания и без веры по утрам.
Считала, что лучшее что случилось,
Это ненависть, которая сумела вылечить и на ноги поднять.
Слезы вытерла и смеяться научила,
Когда у него очередной провал с ней.
Возненавидела и радовалась как Ненормальная,
Что нет и не может быть уже любви к нему.
Жаждала узнать, что он никогда не вспоминал,
Ни единой секунды не думал о ней,
И не жалел что потерял.
Если в октябре Что–то началось, то оно непременно закончится зимой.
Но вот в какую из зим, не знает никто …
Возненавидела его и в одно утро,
Так больно ей стало вдруг,
Когда осознала, что и его сердце заболело как и её тогда.
От отчаяния сжала свою гордость и как пепел разлетелась это псевдо ненависть.
Что же от неё осталось теперь?
24.09.18 г.
Глава 7. Неожиданная боль
Было раннее утро. Арэн стоял на берегу Севана, холодный, почти ледяной воздух не щадил и бил по лицу, вода казалось бесконечной и такой же холодной, как и чувства Астхик к нему.
«Какие чувства парень, очнись!» – твердил он себе и мотал головой. Да, когда он приехал в Дилижан, уже знал, что должен надеть на её палец кольцо, она идеально подходила по критериям. Но появились препятствия… Арэн достал это кольцо, теперь оно казалось жутким, толстое из красного золото и с черными бриллиантами, целое состояние, но такое неподходящее ей. Сейчас, он выбрал бы для неё нежное, изящное тонкое кольцо из белого золота и кружевами, как узоры. Астхик дала ему понять с первой секунды, что он совершенно не знает, как себя вести с ней. Естественно, он не рассчитывал, что она влюбится в него и упадёт в руки. Но и не ждал такой дикой ледяной холодности и отстранённости. Вчера Арэн увидел её слёзы, сначала он улыбнулся, подумал, что Роберту конец, что она выбросит надежды о нём, но стоило ей пошатнуться и ели перебирая ногами двигаться к дому, трогая забор, как впервые с тяжестью открыть и закрыть также за собой дверь калитки, как он всё понял и осознал. Стоило Арэну остаться одному в комнате, как его ухмылка исчезла. Он кожей ощущал, как ей больно и как содрогаясь она рыдает. Также, как и … Это не Роберту конец, а ей. Её он сломал сегодня, вовсе не ему нанёс удар. Это из глаз Астхик сейчас текут слёзы, цену которым Арэн не знал, но сделал бы всё, лишь бы она сейчас не плакала из – за его слов. Арэн смотрел на луну, а видел лишь её лицо, те же застывшие глаза, дрожащие губы, как и те, которые он видел несколько лет назад, в последний раз. Как только стало светлее, он выехал из города, его душило всё. Впервые, после долгих лет, так сильно злился сам на себя. Что–то почувствовал… Это не победа, а проигрыш.
Арэн оглянулся, да, Севан действительно казался бескрайним, теперь он понял тех людей, которые озеро называли морем. Сколько раскаявшихся омывали свои грехи в этих водах? Сколько слез смывала эта вода? Арэн закрыл глаза, казалось, что он начинает Что–то испытывать к этой упрямой девочке. Мужчина знал, что должен немедленно уехать, иначе впервые в жизни познает вкус поражения, или не впервые, но именно это и заставляло его не уезжать. «Неужели он не победит в этой игре?» —спрашивала часть его. Как он смеет впутывать её? – кричала другая его маленькая, но слишком громкая часть.
Если так ты сильно любишь меня,
Что с вопросом на губах оставляешь,
И не давая ответ, уходишь в свой мрак.
Не люби меня так, умоляю, только не так.
Если так любишь, что кажется твой воздух я.
А меня заставляешь от молчания задыхаться,
Не люби меня так.
Пусть от слов любви задохнусь, но не от молчания оглохну я.
Когда волны бьют по лицу,
И я падаю в бесконечную пучину вод.
Я в тебе утонуть готова, но не в ледяных водах твоих.
Что горят пламенем безразличия и страха они.
Твой черный цвет души, стал теперь новым белым для меня.
И в глазах твоих сквозь преграды, запреты, научилась видеть нежность.
Хоть и тяжело дается это мне.
Не люби меня так. Слишком больно мне.
Когда любишь меня,
Стальные ножи вонзаются в меня,
К пулям привыкла я.
Почему я люблю тебя так?
Почему твоя любовь – мука для меня?
Сколько раз я теряла себя?!
Молча принимала всё.
Уходила. Убегала. Ненавидела и черт возьми, я каждый раз принимала тебя.
А когда так болела душа, одной твоей улыбкой согревалась я.
Разве любовь не болезнь для меня?
Если твоя любовь такова…
Не люби меня сильно так.
Пусть не читают грусть твою другие,
Дай мне самой прочесть тебя.
Если свет без меня не меркнет,
И ночь не холодная,
То зачем тебе я?
Не люби значит меня.
Наша любовь получилась такой,
Под прицелом, но не дрожим от страха мы.
Свинцовые пули налиты ненавистью, страхом.
Только вот последний выстрел не слышан мне.
Нажми на курок, сожги мой мир.
Или же, не люби меня так,
Чтоб ангелы наши страдали.
А этот ад, вдруг оказался благословением небес.
Дарованный за верность.
С моих губ не слетают откровенности.
Но шепчут : « Не оставляй меня…».
Кажется мир этот меняет ход времени,
То замедляет, то ускоряет.
–«Никогда не прекращай любить меня …».
Полюби меня так,
Как любить никто не посмеет,
Так, чтоб звезды потухли,
А моё имя, было лишь на твоих устах.
Чтобы Земля содрогнулась,
А небо наконец признала нас.
Так влюбись в меня,
Чтобы каждый новый день,
Был первым в нашей бесконечности.
04.02.19 г.
Из глаз Астхик всё ещё текли слезы, а Роберт пил очередную порцию виски, надеялся, что очередная бутылка поможет ему обрести то, что безвозвратно потерял. Он ощущал её состояние, его горло также болело, словно в спазме, только вот слёзы не текли. Мужчина уже который раз смотрел на свой телефон, где отображалось её имя, безысходность душила его, теперь Роберт ощущал, что это не было выбором между собой и Астхик. Он, выбрав себя, потерял её, но и себя потерял. Этот выбор оказался выбором между смертью и существованием, и он выбрал смерть. То, чего боялась она и от чего попытался защитить её он. Ведь не было жизни без её глаз. Всё стало бессмысленным. Роберт сидел в гараже, почти в темноте, прислонившись к машине. Посмотрел на эту кучу железа, взял биту и начал крушить. Всё своё отчаяние и боль вымещал на ни в чём неповинной машине, ведь выбор был сделан им.
Ревность.
Роберт знал, что Арэн видит её каждый день. Наверняка придумал способ видеть её ещё чаще. Сегодня перед уходом Размик сказал, что Алла зла на Роберта, ведь глаза Астхик ещё ни разу не высохли от слёз. Мужчина понял, что Алла видит в её глазах те слёзы, которые Астхик не выплакала, девушка не показала бы свои эмоции, она слишком сильная. Теперь, перед глазами Роберта её опустошённый вид и лишь один вопрос на губах: «Почему?»
– Сынок … – услышал голос матери за спиной, он обернулся, руки разбиты в кровь, глаза беспомощно тусклые. Мать с ужасом смотрела на сына и слёзы сами упали из её глаз.
– Что ты делаешь? – шепнула она. Он выронил биту, подошёл к ней и обнял. Уткнулся в теплоту матери, чтобы она его спасла, чтобы вылечила и исцелила.
– Что с тобой? Что произошло?
– Я задыхаюсь мам, хочу дышать тем же воздухом что и она.
– Поезжай к ней, сынок. Не сиди здесь, – гладила его голову, и сама плакала, – Хватит мучить себя и её.
– Как я к ней поеду мам? – Улыбнулся он, – Разве человек, который потерял счет в выпитых бутылках, разбитых вдребезги машинах имеет право появится перед её глазами? Во мне всё умерло мам, всё исчезло и испарилось, но любовь к ней только сильнее с каждой секундой, моя надежда не умирает.
– Сын…
– Роберт! – отец вошёл в гараж. Парень отошёл от матери и встал перед отцом.
– Это уже второй раз … Уверен ты продолжишь в том же духе! – смотрел на его состояние и на машину.
– Накажи меня отец. Выгони из дома. Выкинь из вашей жизни. А лучше забери мою.
– Как ты смеешь!!! Ты так и не понял цену жизни! – мужчина посмотрел на свою жену, которая уткнулась в свои ладони и плакала, – Ты цену слезам своей матери не знаешь, что от тебя я могу хотеть?! – он посмотрел на своего сына, – Жалеешь себя, истязаешь… Ты не с ней, потому что не достоин её! – его слова были жёсткими, словно удары об тонкую, ледяную заостренность, – Не ищи ответы, ты и есть причина всему! Я тебя предупреждал, чтобы ты там не искал себе приключений и развлечений. Твоя мать опять спустила всё и вот результат, бедная девочка сейчас там сидит с надеждой. А ты?! Сказать, что будешь делать ты?!
– Лучше скажи о чём вы говорили с отцом Арэна, – усмехнулся Роберт, – Дай угадаю… Он сказал, что его сын хочет женится. Угадал? – только вот она и не посмотрит на него! Не посмотрит! – крикнул Роберт, – Она всегда будет моей! Навсегда!