- -
- 100%
- +
В России
Сколько здесь намоленного счастья!Сколько горя выстрадано здесь!Неустанно просим у безвластьяЛишь стабильность – вот такая смесьЖизни-бытия в России славной.Много безвозвратных здесь потерь,Стало что утратой самой главной,Не упомним в горести теперь.Жить в России всё же – слава Богу! —Горестно и счастливо, а с тем,Усмирив в себе вражду-тревогу,Преклониться некогда пред кем?Зной да холод… вьюга да ненастье —Лишь в России буйственная смесь.Всё же здесь намоленное счастье!Да и горе выстрадано здесь!У омута
Летней ночью без луныЧерти в омуте теснятся,Слышен дикий плеск волны —То чертята их резвятся.Тише, бестолочи; выОмут свой не расплескайте…Люди, если головыВам своей не жаль, ступайтеВ тихий омут без волны.С вами черти порезвятсяЛетней ночью без луны.Черти в омуте резвятся.Тише, черти; так и быть,Окунусь вновь с головою —Как бы ни пришлось завытьИм самим с моей игрою.«Прервался сладкий зимний сон…»
Прервался сладкий зимний сонНа самом интересном месте:Жених-любовник ветхий – онЗашёл с прощанием к невесте.Невеста юная – онаМечтала страстно пробудиться,Чтоб наяву, как ночь в луну,Повторно в юношу влюбиться.Невесты память коротка:Та наяву была старухой.Вернувшись в явь, навернякаНе станет юною подругой.А вот любовник ветхий тамВновь стал бы юношей прекрасным.Но сонный путь к живым отцамБывает не всегда напрасным.«В глубокой тишине…»
В глубокой тишинеМы глохнем и немеем,В дремучей сторонеВсё нравственно дряхлеем.Родная сторонаЧужим гостеприимна,А вот своим онаС приютом невзаимна.Как многое поройТерпеть невыносимо,Но боль души родной,Пожалуй, нестерпима.Но боль та чужакам —Страдание пустое;Они что здесь, что там:Родное им чужое.Сказать о том кому,Уже не разумеем,И только потомуМы глохнем и немеем.В дремучей сторонеЗаблудшие ли души?А в мёртвой тишинеУже нужны ли уши?Родная сторонаПорою как чужбина —Вот этим нам онаКак горькая судьбина.Так горестно себяВ страданьях утешаем,Прощая и любяВсех тех, кого ругаем.И всё же потомуНе глухи и не немы.Вот только мы комуНужны? И нужны где мы?Наставление
Настанет год, России чёрный год,Когда. . . . . . . . . . .М.Ю. ЛермонтовIВсе вы, вскормлённые от власти,Во лжи умеете мудрить.Всех сытых вас, от той напастиТеперь едва ли излечить.Вам нет доверия народа:Теперь вы ложью все больны,А изначально в вас природаДобра жила… Вы злом полны.IIВоспряньте, сникшие народы!Встряхните чуждую вам власть!И нравственные с тем уродыСумеют, как листва, опасть.Но вместе с тем не станьте самиТакими, каковы они.Лишь благородными деламиПрославите восстанья дни!IIIЛюбите осень! Ведь дремучийОна лишь оголяет бор,И в то же время воздух жгучийВыстуживает гнойный вздор.В истории, в такую пору,Однажды изменён был быт —Вот только было много вздору,Что русский мир вдруг стал изжит.«Себя ты видишь уж царём…»
Себя ты видишь уж царём,Чтоб править государством лично.А между тем везде, во всёмВ стране руководишь двулично.Одновременно мёртво тыДве маски носишь, не снимая.Какие светлые мечтыНесёшь, народу угрожая?Однажды ты стихи читал:Прощай, немытая Россия… —Их до тебя поэт сказал,Когда жила в нём боль-стихия.В тебе же нет той боли, но…Прочти его же «Предсказанье», —Но если будет всё равно,То всё предашь на растерзанье.Настанет год, России… год,Когда… всё может повториться…Когда корона упадёт…Но что за этим воцарится?На безликого
Ты сыто жил, когда другиеПеребивались кое-как, —Жирел ты в годы, что лихиеПромчались ветром… Вот чудак!Теперь ты жалуешься миру,Что ты обманут всем и вся.Несёшь по-прежнему кумируБольшие взятки, голося,Что жить теперь непросто стало…Но ты жиреешь до сих пор —И с жиру бесишься немало:Ведь ты всё взяточник и вор.«От имени Небес лишь льётся…»
От имени Небес лишь льётсяНа землю вечное добро.Оно всем даром раздаётся,Меняем что на серебро.Так зло приходит ниоткуда —Оно нас тянет в никуда.Ведь был Искариот Иуда…Как он, таких уж тьма?.. Да-да!..Но равнодушье происходитОт человека лишь… порой —Бывает, мимо тот проходит,А этот ходит как слепой.На землю радостно нисходитДобро от имени Небес —И тот, кто всюду слепо ходит,Не видит дарственных чудес.«Не по рельсам и уж не по шпалам…»
Не по рельсам и уж не по шпалам,А по острому щебню идём:Одиночкою или же валом,Но никак не в беседах вдвоём.Разобщённо в толпе всенароднойМы идём по пути кто куда —Называется жизнью свободнойБездорожная мглы чехарда.Торопливое время мы гоним,Хаотично оно нас самихРазметает – остатками стонем,Разделяя тот стон на двоих.Не по рельсам и уж не по шпалам,А по острому щебню идёмБосиком, как по острым кинжалам —И не думаем уж ни о чём:Не даёт-таки думать с волненьемНи о чём эта острая боль.Остаётся терпеть с возмущеньем —Так и терпит страдательный ноль.Одиночка и есть единица,Приобщатся к которой ноли,И они превратятся вновь в лица…Улыбнётся просвет им вдали!«Затянувшаяся радость…»
Затянувшаяся радостьМожет приторною стать.Много сладости – вот гадость!С чем её бы размешать?В этом деле не годитсяВсё ж поваренная соль.В жизни может всё случиться —Радость солью не мусоль.Грусть и радость – вот бы меруЗнать и чем их приправлять.Опыт жизни вкус-химеруПресно может отравлять.Мода
И что с того, что нынче модноНосить истрёпанный наряд?«Носить новьё неблагородно», —Стилисты моды говорят.О время нравственного сбоя!Порок безжизненных проблем.Кто в моде ищет всё покоя,Тот сердцем, видно, глух да нем.Носите модные одежды,Не зная радости времён…А возлагать на вас надеждыНет смысла: нет у вас имён.Так что с того, что нынче модно?Ведь мода – осени наряд.Так мода по себе негодна:Меняет в год сто раз подряд.Дорога жизни
Дорога жизни тяжелаДля тех, идёт кто одиноким:На ней встречают хитрость злаИль человека, столь жестоким.Но всё же, на дороге тойВстречают и добро помногу,Где странник чуждый – как роднойСтановится на всю дорогу.Дорога жизни длинна столь,Что поневоле одинокимТерпеть приходится всю больДуши и тела – очень многим.И всё же счастье и тогдаЗа всеми ходит неотлучно —Но вот другая тут беда:Оно и ходит-то беззвучно.Дорога жизни станет пустьДля каждого столь интересной —И вот тогда уж тяжесть-грустьВ дороге станет легковесной!Время такое
Где-то в пространстве глубокомСпрятанный русский поэт,Где-то в народе убогомВиден его силуэт.Личность души всенароднойТолько поэт отразит,Даже он сам несвободныйВолю в сердцах озарит.Время в России другое,Но и меняется мир…Боже, что это такое,Что отлучён и кумир?Как же удобно на времяВсё безотрадно валить…Эх, всенародное племя,Что о тебе говорить?Делают время великимСильные мира сего,А всем людишкам двуликимДела-то нет до всего.Так что на время лукавыйВалит все беды – в ответТолько с народною славойТо обличит лишь поэт.Не потому ли поэтаДержат в глубокой стране?Мысли того силуэтаВязнут в глухой тишине.Люди-народы, поэтомКаждому быть не дано,Но и тому силуэтомБыть-оставаться ли?.. Но…Но никогда, и какоеНи было б время (да-да!),Не оставляйте в покоеЧувства свои, господа.Чувства, что из возмущеньяВдруг пробуждают и умИ проявляют волненьяТам, где живут наобум.Время такое… И что же?..Времени мало во всём.Дорого время, дорожеЛюди страдальные в нём.«В снежной дали, где морозы…»
В снежной дали, где морозы Звонки, как хрусталь,Не цветут живые розы — Эх, сердечно жаль!В той долине, где метели Дикие гудят,Дети в снежной колыбели Сном глубоким спят.Но кому-то всё не спится… Кто так одинок?Тот, кто хитро веселится, Холодно-жесток.Это воздух оживлённо Звонок и весёл,Он как будто потаённо Радостью расцвёл.Вдруг проснётся в колыбели Некое дитя,Улыбнётся злой метели Вновь оно шутя.Тут же до дитя коснётся Снежная рука —В тёплый сон оно вернётся Уж наверняка.В снежной дали, где морозы Люты не шутя.В колыбели нет угрозы — Видит сон дитя.Ну а то, что на морозе, Право, никогдаНе цвести ожившей розе — Это ли беда?Холод лютый сам румянит Щёчки у детей,Потому и не увянет Жизнь самих людей.«Под небом, выцветшим от зноя…»
Под небом, выцветшим от зноя,Ковром расстелен Дагестан.В пространстве неба нет покоя:Враждуют ястреб и орлан.Равнины, горы на ковре том —Великий мастер всё соткал.И ткал он и зимой, и летом —Ни дня свободного не знал.Зато теперь народы мираСвободно ходят по ковру.В пространстве неба звучно лираЗвучит и в холод, и в жару.Вернулся кто из Дагестана,Тот знает уж наверняка,Что, выйдя пьяно из духана,Вновь трезво ступит в облака.«Когда нет рядом никого…»
Когда нет рядом никого,Кто мог бы протянуть вам руку,Тогда себя же самогоОтвергни, выстрадать чтоб муку.Когда нет рядом никого,Тогда врага вообразимоСебе создай – и вот егоУмей любить неугасимо.А нет, так просто протяниЕму вдруг руку – он же лично(Об этом только вспомяни)Добром расплатится прилично.«Смотри, как туча грозовая…»
Смотри, как туча грозоваяСгустилась низко над землёй.Смотри, как молния шальнаяКривится узкою змеёй.Не стой под тучей грозовою:Не то на голову падёт,Не то водою дождевоюПространство и тебя зальёт.Не стой под тучей грозовою:Не то увидишь гнев и страх,Не то змея над головоюБлеснёт – и превратишься в прах.Смотри, вон туча грозовая…А впрочем, некому смотреть.Смотри, вон молния шальная…А впрочем, знать бы это впредь.«Слепой, глухой, немой – все трое…»
Слепой, глухой, немой – все троеВсё слышат, видят, говорят, —Не понимая, что творят,Прохожим не дают покоя.Слепой твердит, что правду видел,Что затмевает всем глаза, —А правда та – сама грозаДля тех, кто раз других обидел.Глухой же – слышал правды звуки,Что громом поразили слух, —Теперь же говорит всем вслух:Других услышьте звоны-муки.Немой улыбкой искажённойЖелает выразить любовь —Вот только выразилась вновьК другим любовь изнеможённой.Прохожим только остаётсяЧуждаться праведных бродяг…Но вот прохожий ум напряг:Безумцем мне ль ходить придётся?«Нательный крестик почернел…»
Нательный крестик почернел: Черна душа – потёмки.В чужую заглянуть хотел, Но поднялись позёмки.Какой-то холод из души Повеял безмятежно,Но в зимней будто бы глуши Кого-то ищут нежно.И только там, не где-нибудь, Душа в любви страдает,А значит, и сама же грудь И любит, и мечтает.Нервозно управляет страх, И холод безграничный,Когда душа скорбит впотьмах, А образ сам безличный…Разочарованность
Как хочется земной померкший светПокинуть живо с радостью великой —И не под старость, а в расцвете лет!Пустое просвещенье жизни дикой.Куда глядеть: вперёд? По сторонам?Нигде не видно будущности мира.Осталось слёзным взором к НебесамВзывать… но слепо верится в Кумира.Который век с Небесной высотыГрозит и тешит Он бедой вселенной…Сорваться из наземной суетыСумеет только житель вдохновенный…«Как восхитительно опасны…»
Как восхитительно опасны Места Кавказских горИ дикою красой прекрасны — Робеет смелый взор.Там холод и тепло друг с другом Враждебны и дружны —И с удивительным испугом Бежишь из той страны.Посредники небес с равниной — Подъёмы, спуски гор.Как восхищается долиной, Кружа-паря, дозор!..После детства
Нет теперь туда дороги,Где осталась сказка-быль,Где счастливые тревогиСтихли: замела их пыль.После нас (мы повзрослели)Мрачна сказочная даль.Даже детства каруселиСтали наводить печаль.А родителями стали —За детей явился страх —Их, живя порой в печали,Носим на своих руках.И боимся босоногоПробежаться по земле —В обуви уж дети строгоХодят по двору в селе.Продолженьем колыбелиНепременно были намДетства шаткие качели —Голосистый лился гам.Но качели жизни – это,Дети, не аттракцион…Помните слова поэта —Рос ребёнком бойким он.А теперь весёлой грустьюЗабавляет сам детей,Чтобы будущность им жутьюНе пришлась бы без затей.Очень грустно: безвозвратноДетство – годы благодать,Но зато легко обратноВзрослому ребёнком стать.Если только взрослый ценноВыдумает сказку-быльИ с ребёнком непременноРазметёт с дороги пыль.«Столкнулись ветры севера и юга —…»
Столкнулись ветры севера и юга —И жалким рёвом закружилась вьюга.Ужасны эти ветры перемен —Их жуткий вой сильнее всех сирен…Как дева-птица Греции античнойСвоею песней сладко-мелодичнойНа гибель завлекала и своих,И чужестранных путников морских,И вьюга так своей сиреной-жальюНа гибель завлекает… Снежной дальюБеспутный путник зачарован вновь…Бывает же ведь вьюжная любовь!О мере воздаяния
Как много многого всегоТак многим даром достаётся!Как мало малого чегоТак трудно малым воздаётся!И всё же, в меру только тотПриобретает, кто достоин.Безмерно – кто же это? – вотВсё тот, кто счастьем удостоен.Но только избранным одним,А их всего-то единицы, —Ничуть не достаётся им:Они бескрылые, но птицы.В поле
Ветер воплем веет в поле…Воля!.. Путник одинок —Одиноко поневолеОтбывает бренный срок.Вот так это наказанье!Ветер с путником, вдвоём,Вышли в поле на гулянье —Оба мыслят о своём.Ветер бродит бесприютно,Мыслит: «Где б приют найти…»Путник – в поле неуютно —Мыслит: «С кем сойдусь в пути?..»Ночью
Тихо. Тёмно-синее пространствоЗастелило путь-дорогу вдаль.Небо. Скрыло чей-то лик убранство —Это лунно-звёздная вуаль.Под вуаль бы заглянуть с отрадой —Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.