- -
- 100%
- +
Амулет стал изо всех сил тянуться к порталу, его свет будто стремился к другому миру. Зеракс, почувствовав это, напряг все свои силы.
– Нет! Ты не уйдёшь! – рыкнул он, его тёмная энергия окружила амулет, пытаясь удержать его.
Катарина, всё ещё обнимающая безжизненное тело сына, подняла голову. Она увидела портал и почувствовала, что это их единственный шанс. Собрав последние силы, она попыталась поднять Затрака, чтобы унести его в сияющий разрыв реальности.
Но Зеракс заметил это. Его глаза вспыхнули, и он с силой ударил ногой, отбросив Катарину и тело Затрака в сторону.
– Ваши попытки жалки, – произнёс он с насмешкой, но его лицо всё ещё оставалось сосредоточенным на удержании амулета.
Однако меч Зета, парящий в воздухе, внезапно направился к порталу. Его свет стал настолько ярким, что Зеракс, несмотря на свои усилия, не смог его остановить. С громким свистом клинок пролетел через зал и исчез в сияющем разломе.
– Нет! – взревел Зеракс, его гнев наполнил воздух.
Портал начал уменьшаться, но амулет продолжал сопротивляться, пытаясь вырваться из лап чудовища. Зеракс, напрягая всю свою силу, прижал амулет к своей груди, ниже своего собственного амулета Зеракса.
– Ты будешь частью моей тьмы, – прорычал он, его когти окружила фиолетовая энергия.
Силой своей тёмной магии он начал запечатывать амулет Катокса в себе. Свет амулета сопротивлялся до последнего, но под воздействием тьмы постепенно угасал. Когда последний луч света исчез, сокровищница погрузилась в зловещую тишину.
Зеракс выпрямился, его грудь теперь светилась слабым фиолетовым сиянием.
– Теперь я владею светом и тьмой, – произнёс он, его голос был полон торжества. – И никто больше не встанет на моём пути.
Катарина, лежащая неподалёку, в ужасе смотрела на него. Она знала, что с этой силой он станет ещё более опасным. Но её взгляд всё ещё оставался на теле сына, который лежал неподвижно, его амулет больше не излучал свет.
Зеракс стоял во всей своей тёмной величественности, его массивная фигура была словно тень, накрывающая сокровищницу. Его глаза, светящиеся фиолетовым светом, холодно наблюдали за окружающими руинами. Новый источник силы, запечатанный в его груди, излучал слабое, но зловещее сияние.
Он повернулся к порталу, который почти закрылся, а затем к Катарине, лежащей среди обломков рядом с неподвижным телом Затрака. Её лицо было покрыто кровью и пылью, но в её глазах читалась пустота. Она не могла отвести взгляд от своего сына.
Зеракс сделал шаг вперёд, его когтистая лапа громко ударила о каменный пол.
– Ты проиграла, – холодно произнёс он, его голос прозвучал, словно раскат грома. – Всё, что ты защищала, теперь принадлежит мне.
Катарина молчала. Её губы слегка дрожали, но ни слова не сорвалось с них. Вместо этого из её глаз текли слёзы, одна за другой, оставляя дорожки на грязном лице. Она прижала руку к груди, как будто пытаясь удержать боль, но это было бесполезно.
– Тьма поглотила ваш мир, – продолжил Зеракс, его голос был исполнен торжества. – А твой сын… – он посмотрел на безжизненное тело Затрака. – Он был жалким подобием своего отца.
Катарина зажмурилась, её пальцы сжались в кулаки. Её сердце было разорвано. Она не могла защитить своего сына, не могла спасти ни его, ни их мир.
– Хватит, – прошептала она, её голос был едва слышен, но полон боли. – Просто хватит…
Зеракс ухмыльнулся. Он протянул руку, и тёмные существа, которые до этого стояли в тени, начали стекаться в сокровищницу. Их глаза сверкали в полумраке, а когти издавали скрежещущий звук, от которого по комнате пронёсся зловещий гул.
– Схватите её, – приказал он, указывая на Катарину. – Она станет трофеем победы.
Существа окружили её, но не бросились сразу. Они словно ожидали её сопротивления, но Катарина не двигалась. Её тело было охвачено оцепенением.
– А что касается его… – Зеракс посмотрел на тело Затрака. – Сожгите его. Пусть свет этого юнца исчезнет навсегда.
Эти слова стали для Катарины последним ударом. Она с трудом подняла голову, её глаза встретились с глазами Зеракса.
– Пожалуйста… – прошептала она, её голос дрожал, но в нём не было силы. – Не трогай его…
Зеракс лишь ухмыльнулся.
– Слишком поздно для просьб, – ответил он, его голос звучал, как насмешка.
Катарина больше не сопротивлялась. Её плечи опустились, а слёзы текли ручьями по её щекам. Она опустила голову, словно приняв поражение, но её руки всё ещё дрожали. Она больше не могла бороться. Её сын был мёртв, и весь её мир рухнул в этот момент.
Темные существа, получив приказ, двинулись к телу Затрака. Они подняли его, словно он был лёгкой игрушкой, и унесли наружу. Катарина, смотря на это, закрыла глаза, но её слёзы продолжали стекать.
– Ты больше не можешь ничего сделать, – проговорил Зеракс, наблюдая за её состоянием. – Это конец для тебя, для твоей семьи и для твоего света.
Существа схватили Катарину, подняв её за руки, и увели вслед за телом её сына. Её губы дрожали, но она не произнесла ни слова. Её взгляд был устремлён вдаль, в пустоту. Только её слёзы оставались свидетельством её боли и горя.
Зеракс, довольный своим триумфом, последовал за ними. Его фигура была словно воплощением тьмы, которая победила свет, разрушив всё, что было свято. Это был конец мира в на планете Мугефай, однако меч легендарного Зета пропал в портале созданном из света амулета, и никто не мог знать что это могло значить.
Портал открылся из-за того, что амулет искал нового хозяина. Затрак всё это время не был истинным наследником, и амулету пришлось быстро среагировать на смерть носителя, чтобы немедленно найти нового владельца.
Часть 5: Новый мир
Планета земля 573 год нашей эры.
Деревня Дикой Горы расположена в живописной долине, у подножья величественной горы, где скалистые вершины теряются в облаках, а внизу, на берегу моря, волны врываются в берег. Вокруг деревни раскинулись густые леса, полные тени и жизни, их звуки иногда достигают деревни, создавая ощущение единства с природой.
Деревня сама по себе маленькая, с домами, построенными из местного камня и дерева, обросшими мхом и лианами, как если бы сама природа принимала их в свои объятия. Крыши у домов покрыты соломой, а дым из печей поднимается в воздух, создавая завораживающий туман, особенно в холодные утренние часы. Улицы узкие, поросшие травой, и иногда между домами видны маленькие садики с овощами, которые жители выращивают для собственного пропитания.
По утрам деревня просыпается рано. Первые лучи солнца пробиваются сквозь густые облака, освещая старые каменные стены и деревья. Люди начинают свой день с молитвы или короткой медитации, обращаясь к духам природы, которые считаются хранителями этой земли. Мужчины идут на рыбалку в море или в лес на охоту, а женщины занимаются домашними делами: готовят еду, прядут шерсть, ткут ковры. Дети помогают взрослым или играют на свежем воздухе, часто у подножья горы, где небольшая река питает землю и создает магический поток жизни.
День здесь проходит неспешно, в гармонии с природой. После обеда, когда солнце висит высоко, жители собираются в центре деревни у большого костра или у главного дома, где старейшины рассказывают истории о том, как эта земля была создана, о героях прошлого и о том, как горы и леса защищают их. Вечером, когда солнце начинает опускаться за горизонтом, жители собираются за общим столом, где подают блюда из рыбы, дичи и фруктов, часто с добавлением специй и трав, собранных в лесу.
Деревня, хоть и изолирована от остального мира, живет в своем собственном ритме, поглощенная природой и старыми традициями. Но иногда ветер приносит новости о внешнем мире, а иногда и о странных событиях, которые могут нарушить этот мирный уклад.
Широ возвращался с рыбалки, усталый, но довольный. Его руки были покрыты тонким слоем соли и рыбий чешуей, а на плече висел мешок с уловом – несколько крупных рыб, сияющих на солнце. Он шел по узкой тропинке, проходящей вдоль края деревни, мимо кустов и огородов, где женщины уже начали собирать травы для вечерних блюд. На горизонте начинала подниматься вечерняя дымка, и тихий шелест моря напоминал о близости океана.
Он подошел к своему дому – небольшой, но крепкой хижине, укрытой от ветра большими деревьями. Широ слегка поправил мешок на плече, снял с головы шляпу и открыл дверь. Внутри было тепло и уютно, аромат свежего хлеба и костра смешивался с запахом пряных трав, которые Минера сушила в углу.
– Минера! – позвал он, снимая с себя рыболовные снасти. – Где Давид?
Минера, сидящая у окна и работавшая с травами, подняла взгляд и улыбнулась мужу. Её длинные темные волосы аккуратно заплетены в косу, а лицо отражало спокойствие, приобретённое годами жизни в гармонии с природой. Она вставала с места, мягко отряхивая руки, и, подходя к Широ, ответила:
– Давида позвали на охоту, – сказала она с лёгкой улыбкой. – Он с большой охотой пошел. Говорил, что хочет стать таким же ловким, как ты.
Широ покачал головой, чуть усмехнувшись.
– Уже не мальчишка, а всё пытается догнать меня. – Он вздохнул, снимая сапоги и ставя их рядом с дверью. – Но если он захотел поучиться у старика, пусть идёт.
Минера посмотрела на него с нежностью, продолжая собирать травы.
– Он ведь твой сын, Широ. Твой дух в нём живёт. Ты сам был таким в его возрасте.
Широ засмеялся, ставя рыбу на стол.
– Да, было время, когда и я бегал по этим лесам, не зная усталости. Но Давид всё-таки слишком стремительный, ему ещё нужно научиться быть терпеливым.
Минера молча кивнула и вернулась к своим занятиям, а Широ, несмотря на свою задумчивость, начал расставлять рыбу на деревянном столе, готовя её для вечернего ужина. Они оба знали, что каждый день приносит новые вызовы и радости, и, возможно, сегодня был тот день, когда Давид найдёт свой путь, как когда-то нашёл его отец.
Давид был молодым парнем лет двадцати, с ярко выраженной физической силой, которая была заметна в каждом его движении. Он был высоким, с широкими плечами и крепким телосложением, результатом множества лет, проведённых на тренировках и в лесах, где он учился искусству охоты и выживания. Его волосы были короткими, тёмными, и почти всегда немного взъерошенными, как будто он постоянно был в движении, не зная отдыха.
Но больше всего привлекали внимание его глаза. Они были настолько уникальными, что их не забывал никто, кто хотя бы раз взглянул на него. Цвет глаз Давида менялся, как загадочная игра света и тени. В солнечный день они могли быть насыщенным фиолетовым, напоминающим о буре, которая собирается в далёких горизонтах. В спокойные моменты, когда он был в размышлениях или сосредоточен на чём-то, его глаза становились глубоким синим, как ночное небо, полное тайн. Но если он был в состоянии сильного волнения или ярости, они становились почти серыми, как камень, не способный отразить свет.
Давид был человеком, чей характер мог покорить любую душу. Он был добрым, несмотря на свою силу и решительность. Он всегда находил время для других, даже если его собственные задачи требовали немалых усилий. Его смелость и решительность были его главными чертами. Давид никогда не сдавался, как бы труден ни был путь, и всегда шёл до конца, если знал, что за его действиями стоит правильная цель. Это проявлялось не только в охоте, но и в том, как он относился к окружающим. Он стремился помочь тем, кто нуждался, не ожидая благодарности.
Его энергия и энтузиазм были заразительными, и даже в самых трудных ситуациях он не терял бодрости духа. В лесу, среди опасностей и дикой природы, он оставался уверенным и собранным, находя решение даже в самых нестандартных ситуациях. Его решительность в моменты опасности всегда вдохновляла тех, кто был рядом, и люди чувствовали себя в безопасности, зная, что Давид не оставит их в беде.
Несмотря на свою решительность и силу, Давид всё ещё оставался молодым и не до конца осознавал всю тяжесть ответственности, которую несла его роль в деревне. Но это не мешало ему идти вперёд, пытаясь стать лучше с каждым днём. Его взгляд в моменты раздумий становился глубже, а часто, когда он сталкивался с вызовами, глаза меняли свой цвет, как если бы сам мир вокруг него менялся, подстраиваясь под его внутренние переживания.
Давид шёл по тропинке, ведущей к деревне, уверенно шагая и слегка покачиваясь под весом добычи. На его плечах лежал кабан, огромный и мощный, с шёрсткой, ещё блестящей от недавней схватки. Лицо Давида было слегка запылённым, а одежда порвана в нескольких местах, свидетельствуя о напряжённой борьбе. Однако на губах играла усталая, но гордая улыбка.
Когда он подошёл к первому дому, дети, играющие у дороги, остановились и замерли, уставившись на него с широко раскрытыми глазами. Одна девочка даже вскрикнула:
– Это что, кабан?!
– Кабан, – подтвердил Давид, слегка усмехнувшись. – А вы думали, я без добычи вернусь?
Толпа начала собираться вокруг него, перешёптываясь. Взрослые выглядывали из дверей и окон, селяне выходили на улицу. Удивление в глазах сменялось восхищением – не каждый день видишь, как один парень приносит такую огромную добычу.
– Это же невероятно, – шептали друг другу старейшины. – Парень сильнее, чем кажется.
По дороге к нему навстречу выбежала Анна. Её светлые волосы, заплетённые в две косички, слегка развевались на ветру. Голубые глаза светились от восхищения, когда она увидела брата и его добычу.
– Давид! Это ты убил такого большого кабана?! – воскликнула она, подбегая к нему.
– Сам, – ответил он, наклоняясь чуть ниже, чтобы сестра могла разглядеть зверя поближе. – Хотел на обед только зайца, но, видишь, как получилось. Кабан сам вышел ко мне.
Анна рассмеялась, но её глаза оставались широко раскрытыми.
– Ты настоящий герой! Мама с папой удивятся!
– Ну, пойдем, удивим их, – сказал Давид, слегка подмигнув сестре, и двинулся дальше, направляясь к своему дому, где уже ждали родители.
Минера, услышав шум и разговоры снаружи, выглянула из дома, а за ней появился Широ. Увидев сына с добычей, отец изумлённо присвистнул.
– Ты что, решил всю деревню накормить? – пошутил он, подходя ближе.
Давид аккуратно снял кабана с плеч и положил его на землю перед домом.
– Ну, если будем готовить вместе, точно накормим.
Минера смотрела на сына с гордостью и лёгкой тревогой:
– Давид, ты… не ранен?
– Нет, мама, всё в порядке, – заверил он. – Кабан просто был медлителен.
Широ рассмеялся, похлопав сына по плечу:
– Молодец, сынок. Ты доказал, что можешь справляться сам. Но помни, что иногда в охоте важнее не сила, а осторожность.
Давид кивнул, понимая наставление отца, но его взгляд уже блуждал по толпе, где все ещё слышались восторженные обсуждения.
Вечер опустился на деревню Дикой Горы, окрашивая небо тёплыми оттенками оранжевого и розового. В доме Давида зажглись свечи, освещая уютное помещение мягким, мерцающим светом. На большом деревянном столе уже лежали приготовленные блюда: запечённый кабан, ароматный хлеб с корочкой, тарелки с лесными ягодами, варёными корнеплодами и травяным отваром.
Широ сидел во главе стола, его лицо сияло гордостью. Минера, улыбаясь, ставила последнюю тарелку с поджаренными кусками кабана, мясо которых источало аппетитный запах специй. Анна хлопотала рядом, помогая матери разложить приборы. Она не переставала бросать восхищённые взгляды на брата.
– Ну, Давид, – начал Широ, поднимая деревянную кружку с отваром. – Ты сегодня нас удивил. Не каждый день наш сын возвращается с таким трофеем!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.