Ключ от её мира

Про книгу

Это третья книга в цикле «Шесть частей клятвы». Перед её прочтением прошу ознакомиться с двумя предыдущими, или хотя бы со второй, чтобы понять, вокруг какой истории всё крутится.

Приятного прочтения!)

Посвящение

Людям, которые любят море в любом состояние, будь то шторм или штиль.

Элеонора и Леон для вас.

Глава 1

Я наблюдаю за этой голубоглазой девушкой уже три недели. Она не поддается.

Когда я пришел к ней в комнату в тот раз, почему-то она не была удивлена. Она не испугалась, не вскрикнула. Просто посмотрела на меня и легла спать.

Она была уверена, что я ничего не сделаю ей. И она была права.

Нет, не из-за Ветты. Не из-за Адель.

Это лишь из-за неё самой.

Когда я первый раз увидел эту девушку, я замер.

Безумно красивые волнистые волосы, голубые глаза и слегка смуглая кожа, которая была с оливковым оттенком. Брови у неё были в цвет волосам, тёмные и достаточно густые. Глаза казались ещё выразительнее из-за ресниц, которые были достаточно длинными.

Она как божество.

Я заметил на ней косметику в тот день, которая перекрывала вероятные синяки под глазами и мелкое высыпание на щеке.

Я пялился на неё буквально всё время, не отводя глаза. Ей не нужна была косметика. Она выглядела прекрасно в любом виде.

В этом я убедился, когда специально несколько дней приезжал к ним в квартиру под предлогом того, что я приезжаю к Ветте.

Даже в домашней пижаме и с небрежным хвостом на голове Элеонора была прекрасна.

Я не вернулся в Нью-Йорк. Не знаю, собираюсь ли возвращаться. Мама живёт здесь, в пригороде, и не имеет желания возвращаться в Нью-Йорк. Дарио вернулся в Чикаго вчера. Теперь капо Лос-Анджелеса – Дамир.

Я плохо знаю его братьев, но не думал, что Рафаэль так спокойно отреагирует на то, что его брата сделали главным, а не его. Но, как сказал Дарио, он очень обрадовался, что ему достались гонки.

Через недели моё день рождения, но отмечать я не планирую. Больше меня радует другое – Адриан приедет через неделю, и мы наконец встретимся с Эрнесто и Лукасом.

Я разглядываю алкоголь, который есть в мини-баре у Адриана, когда ко мне подходит Дамиан.

– Лео, – говорит он, а я оборачиваюсь, вопросительно глядя на него. – Нам нужно поговорить.

– О чём? – спрашиваю я, кладя бутылку виски на стол.

– О Эле. – Я заметно напрягаюсь, когда он произносит её имя.

Я заметил, что ей очень комфортно в его компании, и меня это очень раздражает.

Я не понимаю, что чувствую к ней сейчас. Мне нужно поговорить с Адрианом. Или с Дарио.

Они хоть чуть-чуть разбираются в этом.

– Говори, – сказал я, а внутри распространилось леденящее чувство.

Если она с ним встречается? Он ей нравится? Они… любят друг друга?

– Я ценю Элю и скажу прямо: если ты не разбираешься в своих чувствах и не знаешь, хочешь быть с ней или нет, тогда не лезь к ней, Лео, – сказал он, и я смерил его удивлённым взглядом.

– Она тебе нравится? – спросил я его.

Если он скажет «да», я убью его.

– Как человек – да. Как девушка – нет. Сначала нравилась, но Ветта быстро расставила всё по своим местам. Эля очень хорошая, и я не хочу начинать с ней, а потом из-за какой-то причины заканчивать. Ветта бы убила меня, – пояснил он.

Хорошо. Этот ответ меня устраивает.

– А тебе? Нравится она? Точнее, ты любишь её? Потому что просто нравится – недостаточно, – спросил он меня.

– Я не знаю, что это такое, Дамиан, – сказал я, открывая бутылку виски.

– Иди к Дарио или к Адилю. Они объяснят тебе, что такое любить. Потому что тут я тебе не советчик, – сказал он и протянул мне стакан, чтобы я наполнил его. – Как только разберёшься, я пойму по твоим действиям, любишь ты или нет. Потому что если ты не любишь – не приближайся к ней. Я убью тебя за неё, не задумываясь. Эта девочка и так много пережила, – сказал он, выпивая виски до дна.

Я смотрел на него, хмуря брови. Откуда он знает, что она пережила?

А что она пережила?

Этот вопрос поселился в моей голове, не давая покоя даже после того, как Дамиан ушёл.

Стакан за стаканом я вливал в себя.

Я не понимал, что чувствую.

Папа никогда не показывал свою любовь к маме. У них были отношения как у незнакомых женщины и мужчины, которые жили в одном доме.

Когда я смотрю на Ветту, которая смогла полюбить, я не понимаю: как? Что она чувствует, когда любит?

Она любит или просто любимая?

Может, я умею любить? Просто ещё не любил никого.

А могут ли полюбить меня?

С моими ошибками и странностями, вспыльчивостью и шрамами.

Я покачал головой и усмехнулся.

Послышались шаги, и я поднял голову.

Адиль и Дарио. Оба здесь.

– Что с тобой? – спросил Дарио, хмуря брови.

Я усмехнулся, оглядев их.

– Что значит любить? – спросил я их, задавая самый интересующий меня вопрос.

Они замерли всего на секунду и переглянулись.

Сев рядом со мной, Адиль вздохнул.

– Быть с человеком рядом и принимать его таким, какой он есть. Не менять его. Не давить. Не заслонять его собой, а встать рядом, – сказал он.

– Любить… – Дарио сел с другой стороны от меня. – …это когда ты видишь своё счастье в радости другого. И своё горе – в несчастье другого.

– Любовь найдёт тебя сама. Ты не сможешь найти её. Она придёт внезапно, – раздался голос Адиля.

– Можно сказать ещё слишком много всего, Лео. Ты не опишешь всего, что чувствуешь, когда любишь, – Дарио похлопал меня по плечу.

– А что значит быть любимым? – спросил я, хмуря брови.

– Ты чувствуешь себя как дома, – сказал Адиль. – Тебе не нужно притворяться. Ты можешь расслабиться и быть собой, потому что тебя любят таким, какой ты есть.

– Как я пойму, что люблю? – спросил я.

Они переглянулись. Вероятно, они прекрасно понимали, о ком именно я говорю.

– Ты готов сделать всё ради неё? Ты готов поймать её, когда она соберётся прыгать с обрыва? – спросил Адиль.

– Да. Без раздумий, – ответил я, не думая.

– Готов ждать её, не терпеть, а ждать и надеяться, что она решится быть с тобой? – спросил Дарио.

– Я готов ждать её вечность. – Я удивился, как легко мне дались эти слова.

Мой слегка пьяный мозг говорил за меня. Но он не врал. Возможно, на трезвую я бы не отвечал так честно.

– Ты будешь с ней даже в самые тяжёлые периоды? Примешь её такой, какая она есть? Поддержишь все её начинания? – задал несколько вопросов Адиль, и на всё был один ответ.

– Да. Даже не думая.

– Ты любишь её, – сделал вывод Дарио.

Я замер.

– Мы могли задать ещё кучу вопросов, чтобы убедиться, но и так понятно, что ты убьёшь за неё и любишь её. Эле повезло, – сказал Адиль, взъерошив мои волосы.

Дарио не сдержал улыбку.

– Минус ещё один, – сказал он со смешком.

– Но сможет ли она полюбить меня? – спросил я у них, на что они оба улыбнулись.

– Не сдавайся. Мы в тебя верим, – сказал Адиль.

Я тяжело вздохнул, застонав.

Ну и поддержка.

– У меня другой вопрос. Где они втроём всё время пропадают? – спросил Дарио.

– Адель не отчитывается, я не прошу её говорить мне, куда она идёт. Знаю, что она с Веттой, и этот факт меня успокаивает, – сказал Адиль.

– Я не могу требовать от Ветты, чтобы она передо мной отчитывалась, где она и что она. Но мне стало безумно интересно, где они втроём пропадают всё время, – сказал Дарио.

– Дамиан всегда с ними, можем спросить у него, – предложил Адиль.

Я всё время наблюдал за их диалогом. У меня был точно такой же вопрос в голове.

Где они постоянно находятся?

Глава 2

Лицо. Я вижу его лицо.

Тот день. Плач Габи. Крик Изабеллы.

– Помогите! – раздается голос Изабеллы и звучат сотни похожих голосов.

– Помогите! Помогите! – раздается эхом.

Боль во всем теле. Связанные руки.

Я не могу ничего сделать. Не могу отгородить их от этого.

Я распахиваю глаза, вся в поту. Трясущимися руками закрываю лицо и сдавленно произношу:

– Простите. Пожалуйста, простите. – говорю я с комом в горле, не зная, что делать.

Изабелла в Италии. Гребанной Италии.

А Габи? Я даже не знаю, где она.

Слез уже нет. Я выплакала всё за два года.

Нас слишком жестоко разделили в тот день. Хотя что говорить о жестокости?

Она преследует нас всю жизнь. Я тогда просто навлекла на себя и на девочек беду.

Я не знаю, как смотреть им в глаза. Я виновата во всём.

Как и говорил Оливер, я – никто. Я ничего не достойна.

Руки трясутся. Ветты дома нет, она осталась у Дарио.

Теперь она часто там остается.

Зная, что со мной кто-то есть, становилось спокойнее. Не было таких панических атак. Ночь.

Черт, только час ночи. Я не смогу уснуть до утра. Мне нужны успокоительные, либо я начну задыхаться меньше чем через пятнадцать минут.

Для меня ночь – самое страшное время. Не потому, что я думаю, будто есть всякие призраки.

А потому, что когда наступает ночь, приходят кошмары. Я стала бояться засыпать. Я не хотела видеть их снова.

Я боюсь заснуть до трясучки. Я знаю, что кто-то из них мне приснится. Меня накрывает паника сильной волной.

Движение за окном привлекает моё внимание. Что происходит? Мы живём достаточно высоко, чтобы кто-то мог залезть.

Чья-то тень мелькает за окном. Человеческий силуэт.

Да, это точно человек.

Что он здесь делает? Он хочет ограбить нас?

Я напрягаюсь и тянусь к подушке. Нож. Моё любимое оружие.

Я много тренировалась с ним после моего первого убийства. И я считаю, что я достаточно умело владею ножом.

Я имела возможность несколько раз потренироваться не с кухонными ножами. И, как оказалось, ими убить противника достаточно легче.

Я сжала рукоятку, не вытаскивая нож из-под подушки. Хорошо, что Ветты здесь нет.

Страха не было. Я разучилась переживать за себя.

Силуэт за окном был четким, мужская фигура. Крупное телосложение.

Окно было открыто на проветривание, и мужчина просунул руку, открыв его полностью.

Он на секунду отвлекся, и это всё, что мне было нужно.

Я быстро подскочила с кровати и оставила ему глубокий порез на руке, которой он закрывал окно.

Мужчина зашипел от боли, и его голос был слишком знакомый. Я замерла, когда он повернулся ко мне лицом.

Лео.

– Ты что, под подушкой ножик прячешь? – спросил он, сжимая руку и пытаясь остановить кровотечение.

Крови было достаточно много. Порез глубокий.

– Как видишь, – сказала я, безразлично пожимая плечами.

Я не хочу с ним общаться. Не потому, что я считаю его плохим или ещё что-то.

Я слишком быстро начала чувствовать себя комфортно рядом с ним. Я не хочу влюбляться.

Любить – это слишком больно.

Я не хочу навязываться. Просить о чем-то. Любить.

– Что ты здесь забыл? – спросила я его. – Ветты здесь нет, она у Дарио.

– Я знаю, – просто ответил он, пожимая плечами. – Я не к ней.

Я приподняла одну бровь, смотря на него с вопросом.

Что он хочет от меня?

– Я пришел заключить договор. С тобой, – сказал он, и я нервно усмехнулась.

– Какой договор? – спросила я, не понимая, о чем он.

– Будь моей девушкой, mare. Я за два дня докажу, что достоин быть твоим мужчиной.

Я нахмурила брови. Что он сказал? Быть его… девушкой?

– С чего бы это вдруг? – спросила я, складывая руки на груди и отходя на шаг дальше.

Он всё так же сильно сжимал порез, из которого до сих пор сочилась кровь. Нужно обработать ему рану. Я виновата, что порезала так сильно.

Но он залез ко мне через окно, чего он ожидал?

– Я люблю тебя, mio mare. Дай мне шанс, пожалуйста, – сказал он, а я почувствовала от него запах спиртного.

Он пьян. Поэтому несет такую чушь.

Он бы ни за что в жизни не выбрал меня. Я испорченный товар. За ним бегают куча девушек.

– Я не твоя, – сказала я, поняв одно слово на итальянском, но значение второго я не знала. – Пойдём, обработаем тебе порез. Если что, я зашью его.

Сказала я, направляясь в сторону ванной, где была аптечка.

Я услышала, как он пошёл за мной. Зайдя в ванную комнату, я достала аптечку и несколько антисептических салфеток.

Повернувшись, я разглядела его внешний вид при свете.

Растрепанные волосы, расстегнутый воротник рубашки и спортивные штаны. Глаза покрасневшие, но взгляд ясный. Он понимает, что делает.

Я мысленно покачала головой. Нет, точно не понимает.

Я взяла его руку и посмотрела на порез.

– Надо будет зашивать, – сделала вывод я, аккуратно протирая кожу.

Закончив, я достала из аптечки продезинфицированную иглу и хирургическую нить. Перчаток не было, поэтому я хорошо вымыла руки и приступила к работе.

Сделав несколько швов, я оглядела свою работу. Идеально.

За всё время он даже не шелохнулся. Я только чувствовала на себе его внимательный взгляд.

Я сделала аккуратную повязку на его руке, завязав красивый узел в виде цветка.

Я научилась его делать в пятнадцать лет.

Лео посмотрел на свою руку и удивленно приподнял брови.

– Как ты научилась его делать? Он же сложный, – спросил он, подняв покрасневшие глаза на меня.

– В клубах, где я работала, девушкам часто нужна была моя помощь. Я хорошо научилась оказывать первую медицинскую помощь, и, чтобы хоть как-то поднять им настроение, решила делать красивые узелки на их повязках, – решила ответить ему я.

Он всё равно не запомнит это. Лео сейчас пьян и явно спросил это, чтобы начать разговор.

Он кивнул, задумавшись.

– Можно я останусь, пожалуйста? – спросил он, глядя на меня умоляющими глазами.

Я посмотрела на телефон, который прихватила с собой изначально. Два часа ночи. До его дома слишком далеко.

Адель и Адиль наверняка спят, как и Дарио с Веттой.

Я тяжело вздохнула, быстро кивнув.

– Спи в комнате Ветты. Или в гостиной на диване. Как хочешь, – сказала я, уходя обратно в свою комнату.

– Спасибо, mio mare! – услышала я его крик, уже закрывая дверь.

У меня даже нет желания смотреть, что это означает.

Я легла на кровать и закрыла глаза, тяжело выдыхая.

Сон сразу накрыл меня волной.

Глава 3

Я стою на пирсе, а вокруг меня бушующее синее море.

Вмиг оно становится спокойным.

Я улыбаюсь, а моё белое платье развевается на морском ветру.

Он перебирает мои волнистые пряди. Из-за влажности воздуха мои волосы стали ещё волнистее.

Я распахиваю глаза, понимая, что это сон.

Я никогда не была на море. Думаю, как только мы найдём Изабеллу и Габи, съездим туда все вместе.

Я смотрю на телефон. Девять часов утра. Сегодня кондитерская не работает.

Мы решили не набирать сотрудников первое время и работать только в будние дни.

Я чувствую какой-то запах, доносящийся из кухни. Ветта вернулась?

Но тогда я бы слышала звук лап Тэда, потому что она всегда забирает его с собой.

Я вспоминаю события ночи, и ко мне приходит осознание. Лео. Именно он на кухне.

Я надеялась, что он уже ушёл.

Я захожу в ванную и умываюсь, решая принять душ позже. Всё равно сегодня целый день дома.

Выйдя из ванны, несколько секунд решаю, стоит ли мне идти на кухню?

Я тяжело вздыхаю, когда желудок издаёт звуки. Я не могу без завтрака. Я стала зависима от этого приёма пищи.

– Что готовишь? – спрашиваю я, заходя на кухню.

– Сладкие тосты. Сверху будут фрукты и мороженое. Будешь? – спросил он, поворачиваясь ко мне.

Его глаза прошлись по мне, и его взгляд сначала застыл на моих волосах, а потом перешёл к глазам.

Я не сразу отвернулась.

– Если тебе не сложно, – сказала я и через секунду отвела взгляд.

– Не сложно, – сказал он, не отворачиваясь. – Моё вчерашнее предложение всё ещё не дождалось ответа, mare. Я ясно мыслил, не думай об алкогольном опьянении. И спасибо за заботу.

Вчерашнее предложение.

Стать его девушкой.

За два дня он докажет, что достоин.

Но дело не в том, что он не достоин. Я не достойна.

И я не хочу. Не хочу снова испытать все те эмоции. Не хочу снова унижаться.

Я снова посмотрела ему в глаза.

– Я не хочу, – сказала твёрдо я.

– Причина? Я тебе не нравлюсь? – спросил он, и я усмехнулась.

– Нравишься, Лео. Ты бы понравился каждой девушке, и я – не исключение, – сказала честно я.

– Тогда что? Почему твой ответ «нет»? – спросил он недоумённо.

Сначала я промолчала.

Он тяжело вздохнул, развернувшись обратно и делая своё дело.

Я оглядела его. Высокий. Красивый. Богатый мафиози. Убьёт за любимую.

Идеальное отношение к девушкам.

Но будет ли он и правда уделять так много времени? Не надоест ли ему, когда я отвечу взаимностью?

Большинство парней теряют интерес, когда девушка тоже начинает любить.

Я не хочу наступать на одни и те же грабли.

– Потому что я любила. И это было слишком больно, Лео. Я не хочу этого снова. Дело не в тебе, – призналась я.

Внутри всё сжалось от воспоминаний.

Я знала, что сначала может быть всё хорошо. Красивая картинка.

Но потом может начаться ужас.

Он замер на секунду.

– Ты можешь не любить. Я буду любить за нас обоих, – сказал уверенно он, поворачиваясь ко мне.

Мои широко открытые глаза от удивления смотрели прямо на него.

– Не неси чушь, Лео. Это не приведёт ни к чему хорошему. Один человек не может любить за двоих. Я проверила это на своей шкуре, – сказала я, болезненно усмехаясь.

– Дай мне шанс, mare. Я сделаю для тебя всё. Просто побудь со мной сегодня и завтра. И к завтрашнему вечеру ты дашь мне ответ. Пожалуйста, – начал просить он.

За два дня я не изменю решение. Я знала это.

Завтра нужно на работу в кондитерскую. Если соглашаться на его предложение, то оставлять всё на Адель и Ветту.

Они убьют меня, потому что я всерьёз планирую согласиться.

– Хорошо, – сказала я, сама того не осознавая.

Что из этого выйдет? Куда меня занесёт? Точнее нас.

Он замер на секунду, но в следующий миг подлетел ко мне, беря за руку.

Его губы нежно прикоснулись к тыльной стороне моей руки.

– Спасибо, mio mare. Спасибо большое, – несколько раз поблагодарил он меня.

Я смотрела на него, от удивления подняв брови.

Я не понимала, за что он меня благодарит.

Такого никогда не было. За всю мою жизнь на меня обращали внимание множество мужчин.

Но их взгляды были полны похоти и желания. Разговор тоже был не очень культурный.

Лео – абсолютная противоположность им.

Он не сказал ни одного пошлого слова в мою сторону и ни разу не раздевал меня глазами.

Он настоящий джентльмен по отношению к девушкам.

Но это только то, что видела и знаю я.

А если он такой, какой был Джеймс?

Но если я буду на всех думать так, то я никогда не смогу быть с кем-то.

А так ли это плохо?

Передо мной возникла тарелка с красивым поджаренным тостом, сверху которого лежал шарик ванильного мороженого и голубика.

Выглядело очень вкусно.

– Твои мечты? – спросил он, а я недоумённо посмотрела на него. – Расскажи мне о своих мечтах.

– Сесть за руль машины. Побывать на море. Устроить ночёвку с палатками. Двое детей – мальчик и девочка, примерно с разницей в три года, – сказала я и резко замолчала, поняв, что именно сказала последним.

Этого ему точно знать не нужно было.

Он улыбнулся и посмотрел на меня.

– Ещё, – потребовал он, но очень лёгким тоном.

– Выйти в открытое море. Завести котёнка. Может, даже вместе со щенком, чтобы они дружили. Хорошо зарабатывать самой. Самореализоваться. И… – хотела что-то сказать я, но мой телефон зазвонил.

Я не знаю, зачем делилась с ним своими мечтами.

Он вызывает доверие, хотя я доверяю очень малому количеству людей. Но почему-то все в компании Ветты становятся мне как семья.

Я посмотрела на телефон. Неизвестный.

Подняв трубку, я услышала до боли знакомый голос.

– Ну наконец я дозвонился до тебя. Тебе понравилось то, что было два года назад, детка? Я хочу повторить это. Ты же не трахалась ни с кем за время моего отсутствия? – прозвучал мерзкий голос Джеймса.

Внутри всё похолодело. Руки начали дрожать.

Лео заметил изменение моего поведения. Он даже не стал спрашивать меня, кто это.

Аккуратно забрав телефон с моих трясущихся рук, он включил громкую.

Лучше бы он этого не делал. Я не хотела слышать его.

– Чего молчишь, сучка? Я хочу снова вытрахать из тебя всю твою дурь. В этот раз ты так легко не отделаешься. Жди меня, Элеонора, – сказал он, и я услышала гудки, означающие конец звонка, сквозь непонятный шум в ушах.

Мир вокруг потемнел, и моё тело ослабло.

Ещё не открыв глаза, я почувствовала, как меня держат сильные руки.

Что произошло?

Это был первый вопрос, который появился в моей голове.

– Давай, mio mare. Приходи в себя, – услышала я приятный баритон и наконец открыла глаза от сильного запаха.

Я сидела на его коленях в гостиной, а он прижимал меня к себе, одной рукой держа ватку, пропитанную аммиаком.

– Фу! – прошипела я, убирая его руку с этой дрянью.

– Слава богу. Не хочу давить на больное, но это был тот человек, которого ты любила, верно? – спросил он у меня.

Я вспомнила события, происходившие до этого момента.

Разговор с Джеймсом. Громкая связь.

Обморок.

Я инстинктивно прижала колени к груди, пытаясь закрыться.

Не знаю от чего. Или от кого.

Сделав глубокий вдох, а затем выдох, я кивнула.

– Его имя? – потребовал Лео.

– Джеймс, – ответила я без раздумий.

Это оставило противное послевкусие.

Его имя ощущалось очень мерзко.

Лео явно заметил, как я пытаюсь закрыться от него. Но всё это время я сидела у него на коленях. Его хватка не давала мне слезть.

Или я не хотела слезать.

Он аккуратно просунул свою руку между моим телом и коленями, надавив на них, чтобы я вытянула ноги.

Я поддалась.

Что за хрень. Почему я так легко ему уступаю?

– Не закрывайся от меня, Эля. Мне нравится видеть твои живые и сияющие глаза. Мне нравится видеть тебя живую и настоящую, а не твою обложку, – сказал он и аккуратно накрыл своими ладонями мои щёки.

Он наклонился, поцеловав меня в лоб, и, отстраняясь, задержался, вдыхая аромат моих волос.

Я удивленно посмотрела на него. Он будто сходил с ума. Его взгляд был полон…обожания?

Глава 4

– Собирайся. Я подожду тебя, – сказал я Эле после того, как мы наконец поели.

Она кивнула, уйдя в комнату.

У меня есть два дня, чтобы она согласилась быть со мной. Два дня.

Но сначала другое.

– Алессандро. Мне нужно пробить номер. Если он не будет принадлежать некому Джеймсу, тогда ищи Джеймса, связанного с владельцем этого номера, – сказал я, как только один из моих лучших хакеров взял трубку.

– Будет сделано. Скидывай, – ответил он.

Я сбросил трубку и отправил ему номер, который прислал себе с телефона Элеоноры.

Похоже, основной его номер она заблокировала.

Этот ублюдок решил найти способ добраться до неё. Но ему не повезло. Теперь ему придётся убить меня, чтобы хоть на километр приблизиться к ней.

– Сразу предупреждаю. Я не поеду ни в какие рестораны, – сказала Эля, выходя из комнаты.

На ней были серые спортивные штаны и облегающая футболка, подчеркивающая её талию.

– Никаких ресторанов, – пообещал я, подходя к ней и беря её за руку.

Она сначала удивлённо посмотрела на меня, но потом, видимо, решила, что так и должно быть.

Когда она соглашалась на моё предложение, в её глазах чётко читалось, что она не верит в то, что у нас может что-то получиться.

Она намерена потерпеть меня эти два дня и наконец закрыть эту тему.

Но я не намерен. Она решила дать мне два дня для того, чтобы я попытался добиться её.

Но я думаю, внутри она хочет посмотреть, как будет чувствовать себя со мной. Что я буду делать. Как буду относиться.

Если она дала мне шанс, значит, она реально дала мне шанс, хотя она так думает, что не останется со мной при любых условиях.

Мы устроились в моей машине, и я завёл двигатель.

– Куда мы? – спросила Эля, когда я направил машину к ближайшему магазину.

– Секрет. Что ты любишь есть и пить из магазина? – спросил я её, останавливая машину у супермаркета.

– Чипсы. Очень давно их не ела. Точнее, я пробовала их всего раз. Насчёт попить – только не газировку. Возьми на свой вкус, – сказала она, и я кивнул.