Когда взошла Луна

Перед глазами встало недавнее воспоминание, когда в этой самой зале, еще не украшенной и пустой, в объятиях Итана кружилась сама Мона.

***

– Ваше Высочество, плавнее! Плавнее, вот так! – мистер Смуфф обернулся вокруг своей оси, демонстрируя нужную плавность.

Мона повторила действие за учителем, но запуталась в полах платья. Оборот вышел еще более неловким, чем до этого. Мистер Смуфф схватился за переносицу, постукивая носком своей туфли.

– Это безобразие! Мы так ни к чему не придем, Ваше Высочество. Вам срочно нужен партнер!

Он поозирался по сторонам, прошелся взглядом по стражникам в доспехах. Неодобрительно сморщив нос, мистер Смуфф вышел в коридор. За толстой дверью Мона смогла лишь услышать радостный возглас своего учителя. Действительно, радостный и даже воодушевленный мистер Смуфф вернулся в залу, буквально волоча за собой немного растерянного Итана. Мистер Смуфф подвел Итана к Моне и, прицениваясь, оглядел их обоих.

– Прелестно! Прелестно! – хлопнул он в ладоши. – Так, а теперь встаньте вот так.

Он принялся, как кукол, ставить Мону и Итана в правильные позы. Левая рука Итана опустилась на спину Моны, чуть ниже лопаток. Направленная учителем левая ладонь Моны оказалась на плече Итана. Сцепив свободные руки пары между собой, мистер Смуфф одобрительно закивал:

– Надеюсь для Вас, месье Итан, мои уроки не прошли даром. И начали!

Под ритмичное «раз-два-три» Мона и Итан закружили по бальной зале, вырисовывая, как и учили, своими шагами квадрат. Первые шаги вышли неловкими: Мона пару раз оступилась, получив испепеляющий взгляд учителя. Переключив внимание Моны с ног на себя, Итан повел.

Движения постепенно становились увереннее и спокойнее. Мона и Итан двигались плавно. Окончательно забыв о счете шагов, Мона доверилась ощущениям, а не логике. Каждый нужный шаг она делала интуитивно, однако Итан не забывал шепотом подсказывать ей правильное направление. Мона и Итан то приближались друг к другу, то слегка отдалялись, выполняя повороты и меняя направление.

– Да-да, именно так! Ваше Высочество, локоть чуть выше! – мистер Смуфф кружил вокруг пары, то подбадривая, то давая ценные советы.

***

– Вы позволите, Ваше Высочество? – раздался за спиной голос. Его хозяин отражался в темном окне, слегка искаженно.

– Аарон? – обернулась в нерешительности Мона. – Давно мы с Вами не встречались.

С той ночи, как Мона пересекла дворцовые ворота, Аарон исчез из ее жизни. Она почти ничего не слышала о нем, совсем с ним не встречалась. Увидеть его сейчас было неожиданно, но приятно. Из-за причастности к ее появлению здесь Мона испытывала к Аарону теплые чувства, хоть при первой встречи и побаивалась.

– Так Вы позволите?

Робко протянутая рука Моны оказалась в крепкой мужской ладони. Поцеловав тыльную сторону девичьей ладони, Аарон увлек Мону в ряды танцующих. Несколько взглядов устремилось вслед за вставшей в общий круг парой.

– Не беспокойтесь о взглядах, Ваше Высочество. Это и Ваш бал тоже.

Мона не успела опомниться, как под ритмичные аккорды поплыла по залу. Аарон оказался хорошим танцором: он уверенно вел Мону в танце, так что ей почти не приходилось думать о следующем шаге. Крепкая хватка мужчины не позволяла выскользнуть или упасть. Дыхание девушки слегка сбилось, но Мона уже не могла сказать наверняка: было ли это из-за танца или из-за Аарона. Каким-то магическим образом этот мужчина умел очаровать каждую даму.

– Вы хорошо танцуете, Ваше Высочество, – произнес Аарон. – Уроки мистера Смуффа не прошли даром.

– Прошу Вас, зовите меня Моной. Мне так привычней.

Вдруг музыка зазвучала бравурно. Аарон крепко сжал Мону в объятиях – Мона оторвалась от пола: она летит! Уже через секунду ноги почувствовали опору, ловя прежний ритм. Стала лиричнее и музыка.

– Как Вы нашли меня? – пользуясь размеренным течением мелодии, спрашивает Мона.

– Вас было тяжело не заметить в толпе.

– Я не про бал. Откуда вы знали, в каком именно городе меня стоит искать? Я видела письмо – адрес оборван.

Аарон на мгновение отводит взгляд, что-то обдумывая. Взору Моны предстает точеный профиль: прямой нос, чувственные губы, подрагивающие ресницы. Через мгновение он обращает на Мону добродушный взгляд.

– Я не раскрываю своих методов, – улыбается он. – Но Вам скажу: по почтовой повозке. Но это все, что я могу сказать. Тайна должна оставаться тайной.

– То есть письмо все это время было в Теилбурге? Но у кого? Кто его отправил?

– Видимо, в том городе у вас был свой покровитель.

Мона делает оборот вокруг собственной оси, не отдавая себе отчета. Аарон продолжает вести, но Мона уже не слышит музыки, обдумывая услышанное: «Кто мог хранить письмо мамы столько лет? И почему отправил его отцу только сейчас?»

После завершения тура вальса Аарон церемонно отвёл Мону на её место среди гостей, почтительно поклонившись, ушёл. Мона осталась стоять возле колонны, погружённая в собственные мысли. Только ясный звон хрустального бокала нарушил задумчивость девушки. Король Генри, поднявшись на возвышение, постучал ложечкой по стеклу, призывая внимание толпы. Вслед за призывом наступила полная тишина. Благородные особы, молодые офицеры и дипломаты замолчали. Молчащая публика смотрела на монарха с интересом и ожиданием.

Король Генри обратился к гостям с короткой речью, посвящённой достоинствам и благородству обеих своих юных дочерей, и официально объявил, что его дочери достигли возраста, позволяющего задуматься о браке и устройстве семейной жизни.

Едва прозвучали слова короля, по залу прокатился лёгкий шум, сопровождаемый перешёптываниями и удивлёнными взглядами. Некоторые молодые аристократы, присматривавшиеся ранее к Валери, принялись рассматривать Мону внимательнее. Одна-другая лукавая улыбка мелькнули на лице двух молодых людей, чьи взгляды надолго задержались на Моне.

– Добрый вечер, Ваше Высочество, – Мону приветствовал незнакомый юноша, стоявший все это время неподалеку. – Позвольте представиться. Исаак, барон де ла Барр. Могу ли я пригласить вас на следующий танец?

Мона не хотела танцевать, но знала, что отказ могут посчитать грубостью. Окинув взглядом толпу, Мона заметила Беллу, которая смотрела на Мону так, будто собиралась ее испепелить. «Что, по ее мнению, я опять не так сделала?» – думала Мона. Тут в голове словно щелкнуло. Мона посмотрела на своего спутника внимательней. «Это над его шуткой смеялась Белла, – припомнила Мона. – Должно быть, теперь она возненавидит меня еще больше. Хотя… возможно, сегодня мне это на руку».

Поймав взгляд Беллы, которая точно слышала вопрос Исаака, Мона кокетливо улыбнулась барону:

– Непременно.

Белла буквально вспыхнула от ненависти. Спрятав за любезной улыбкой все свои эмоции, она плавно приблизилась к Моне и барону Исааку:

– Чудесный вечер, не правда ли?

– Не такой чудесный, как ваша сестра, Белла. Где вы прятали ее раньше?

Щёки Беллы моментально вспыхнули ярким румянцем. Резко открыв веер, она ударила им по руке гораздо сильнее, чем следовало бы. Жест остался незамеченным бароном, увлечённым разговором, но не укрылся от внимательного взгляда Моны. В следующее мгновение локоть Беллы грубо врезался в локоть Моны, и содержимое бокала с вином, который Мона держала в руках, разом пролилось на её прекрасное платье. Красное вино немедленно впиталось в ткань, образовав ужасное огромное бордовое пятно, которое испачкало всю нижнюю половину платья.

Наступила короткая пауза, прервавшая всеобщий разговор. Белла притворно ахнула, притворяясь шокированной произошедшим, хотя в её глазах играла еле заметная улыбка удовлетворения. Мона поспешно схватила салфетку, отчаянно пытаясь стереть пятно, но бесполезно.

– Ах! Как же так, Мона? Ты такая неловкая, – последнее слово Белла выделила особенно язвительным тоном.

Чрезмерно громкий возглас Беллы привлек внимание окружающих:

– Тебе непременно стоит сменить платье. Мне так жаль, ведь ты пропустишь следующий танец.

В глазах Беллы пылал триумфальный огонь, когда Мона, сгорая от стыда, покинула бальную залу, чтобы сменить платье. Однако так эта ситуация выглядела лишь в глазах Беллы. Мона позволила Белле выставить себя дурочкой, чтобы был повод покинуть столь утомляющее мероприятие. К тому же разговор с Аароном, о котором она уже начинала жалеть, не давал покоя.

Сменив платье на чистое, Мона, сопровождаемая Ларой, пошла обратно в бальную залу. Правда, Мона не собиралась возвращаться на бал. В одном из коридоров Мона остановилась на месте, продолжая топать каблуками, чтобы идущая впереди Лара не заметила ее пропажи. Та что-то говорила, не слыша за собственной болтовней ничего. Дождавшись, когда Лара уйдет подальше, Мона юркнула в первый же поворот, слава королю, слабо освещённый. Мона добралась до библиотеки, когда услышала эхом разлетающиеся по коридору шаги. Приоткрыв дверь, Мона быстро протиснулась в образовавшуюся щель.

В библиотеке она уже бывала пару раз – брала здесь книги по учебе. Но ночное время превращало библиотеку в мистическое и таинственное место, кардинально отличное от дневного. Высокие шкафы с книгами, доходящие до самого потолка, терялись в глубине мрака, создавая иллюзию бесконечности. Старые полки, деревянные, потемневшие от времени, стояли рядышком, формируя лабиринт, где каждый шаг порождал эхо. Несколько бра, укреплённых на стенах, слабо освещали комнату. Свечи в них трепетали от малейшего дуновения сквозняка, колебля пламя и периодически затухая. Лишь некоторые участки стеллажей выступали из темноты, выхватываемые неровным свечным светом, остальное оставалось покрытым покровом тьмы. Здесь и там лучик света выхватывал корешки старых книг с написанными готическими буквами названиями произведений неизвестных и известных авторов. Среди книг встречались древние манускрипты, карты, альбомы гравюр, сохранившиеся столетия и хранящие в себе секреты прошедших эпох.

Мона тихо прошла вдоль стеллажа, завернула за угол, прошла еще пару стеллажей и, завернув вновь, вышла на середину библиотеки, где стоял большой дубовый стол. На нем лежала пар книг и стояла догорающая свеча. Видимо кто-то читал и забыл потушить свечу. Решив воспользоваться ситуацией, Мона повернулась к стеллажу, чтобы выбрать себе книгу для чтения на эту ночь.

– Почему не на балу? – раздался за спиной голос из темноты.

Мона вздрогнула. Из ее рук с оглушающим в ночной тишине хлопком выпала книга, подняв небольшое облако пыли. Медленно обернувшись, Мона увидела у стола, выхватываемого светом свечи из библиотечной тьмы, Итана. Молодой человек прошел вдоль стола, обогнул его и оказался рядом с Моной. Присев на корточки, он поднял с пола книгу и, вставая, протянул ее Моне.

– Так, почему ты не на балу? – вновь спросил Итан, направляясь к месту, освещенному свечей.

– Я… – запнулась Мона. – Я облилась и пришлось сменить платье. Я как раз шла обратно на бал, но…

– Но по ошибке забрела в совершенно другое крыло? – улыбнулся Итан.

Он сел за стол, чуть отодвинул свечу, так что ее свет выхватил из тьмы соседний стул. Прижимая к груди книгу, Мона прошла вдоль стола, присев на освещенный стул.

– Белла?

– На это раз я позволила ей выставить меня в неловком свете. Все не знала, как покинуть это многолюдное место. Но что ты тут делаешь? Я видела тебя на балу, кажется, ты даже танцевал с кем-то?

Итан улыбнулся.

– Что же, раз ты свято уверена, что я на балу, значит, и другие тоже. В такой толпе легко затеряться: достаточно показаться на глаза нескольким людям в разных концах залы. Ты видела меня в вальсе, а кто-то с бокалом темно-красного. На вопрос «Где Итан?» у многих найдется ответ.

В очередной раз Мона оценила остроту ума Итана. Действительно, она видела его за вечер всего дважды: когда король приветствовал гостей и во время очередного вальса. Все остальное время Итан не попадался ей на глаза, но она была уверена, что он все еще на балу.

– А вот тебя будут искать. Ты слишком заметно ушла. Но я тебя не прогоняю, если ты вдруг так подумала, – Итан перелистнул страницу книги. – Как тебе вальс с Аароном?

Мона почему-то вздрогнула. Ей показалось, будто вопрос был задан с крупицами ревности. Мона только открыла рот, чтобы ответить, как раздался хлопок двери и торопливые постукивания каблучков вдоль книжных стеллажей. В темноте мелькнул силуэт Лары, а затем приблизился к Итану. Тусклый свет осветил ее озадаченное лицо.

– Ваше Высочество? Вы… Вы не встречали здесь принцессу Мону?

Итан обернулся на соседний стул, где только что сидела Мона, но ее там не оказалось.

– Нет, ее я здесь не встречал, – коротко ответил он. – Что-то еще Лара?

– Но где же она тогда? – с отчаянием вымолвила Лара.

– Уж не знаю, Лара. Может, вы с ней разминулись?

Взволнованно вздохнув, Лара развернулась, чтобы уйти, но в последний момент бросила осуждающий взор на Итана. Кажется, она считала, что и его здесь не должно быть.

– Она наверняка уже в зале, – бросил Итан. – И, да, если кто-то спросит обо мне, то ты меня здесь не видела.

По библиотеке вновь разнесся топот торопливых каблучков, а после хлопок тяжелой двери. Оторвав взгляд от темноты, Итан опустил его в книгу, раскрытую перед ним на столе:

– Она ушла.

Из-под дубовой столешницы показалась голова Моны. Мона оглянулась по сторонам и вылезла из-под стола окончательно.

– Ловко придумала. Я и не сразу понял. Но, кажется, твой корсет не позволял тебе столь резких движений?

– Вместе с платьем я сменила корсет, – Мона вздохнула. – Кажется, придется вернуться. Лара не успокоится, пока не найдет меня. Ты со мной не пойдешь?

– Нет, она сюда уже не придет.

– Но она ведь всем скажет, что не нашла меня. И что ты здесь отсиживаешься, тоже разболтает.

– Не в этот раз, – улыбнулся Итан. – Так что можем просидеть здесь хоть до утра, – ладонь Итана невзначай накрыла руку Моны. Взгляды их встретились. Мона одернула руку:

– Нет! – вышло слишком громко. – То есть, нет, я лучше пойду. Не хочу расстраивать отца.

Итан холодно убрал руку. С некоторой горечью он взглянул на Мону. Договорившись, если Итан передумает, увидеться на балу, Мона покинула библиотеку. Снова стук каблучков, снова хлопок двери, Итан остался в тишине.