Не возвращайся

Глава 1

Март, 2068

Адель

Жизнь – удивительная штука.

За прошедшие годы в моей жизни случилось все, что только могло случиться, но одно осталось неизменным – я все так же ненавижу аэропорты.

Здесь слишком шумно и пахнет воспоминаниями, от которых хочется отмахнуться как от назойливой мухи…

Я стою у стойки и сжимаю ручку чемодана чуть сильнее, чем нужно. Пальцы холодные, хотя в помещении тепло. Или это от волнения?

– Билет на рейс в Париж, пожалуйста. Через две недели.

Я покупаю билет обратно во Францию еще до того, как окончательно выйду из аэропорта.

Это первое, что я делаю, оказавшись в Питере. Здесь знакомый мне зал прилета, язык и интонации, но за время жизни в Париже я отвыкла от речи.

Я вышла из самолета одной из последних, потому что до последнего медлила.

В прошлый раз я убегала отсюда с надеждой, что больше никогда не вернусь. Я не оставила себе ни одного шанса на «потом», ни одной лазейки для сомнений. Тогда все казалось простым: достаточно пересечь границу, и больше ничто не заставит меня вернуться.

И вот я здесь.

Никогда не говори «никогда», Адель…

Только теперь я больше не та девчонка, которая бежала отсюда с чемоданом и океаном слез, сомнений и тревоги. Бежала так, что пятки сверкали. Сегодня я возвращаюсь сама, и в принципе осознаю, что меня здесь никто не ждет.

И, черт возьми, мне на это плевать…

– Ваш паспорт, пожалуйста.

Я передаю паспорт на стойку, а мой взгляд сам собой скользит по залу. За эти годы я привыкла оглядываться, хотя ни разу в этом не было нужды.

Я бежала из этого города и страны, хотя за мной никто не бежал.

– Оплата будет картой?

– Да… – выдыхаю.

Пока девушка оформляет мне билет, я ловлю свое отражение в стекле.

Я изменилась.

По крайней мере, мне так кажется.

Вместо бунтарства в моих глазах осело спокойствие, а на коже почти сточились шипы, которые раньше были моими спутниками по жизни. И только волосы, эти проклятые светлые локоны, которые он так любил, все еще со мной, потому что краска сходила на раз и два…

– Ваш билет, – девушка протягивает мне распечатку.

Билет до Парижа меня успокаивает. Как будто у меня есть запасной вариант, даже если я знаю, что не воспользуюсь им.

Я уже собираюсь убрать билет в сумку, когда слышу за спиной:

– Адель!

Черт…

Я не спешу оборачиваться. Медлю секунду, чертыхаясь про себя, потом все же поворачиваю голову.

Передо мной стоит девушка с кудрявыми волосами и внимательным, чуть настороженным взглядом. Она будто изучает меня, собирает по кусочкам и сравнивает с тем образом, который держала в голове, словно пытается сопоставить ту, которую видит перед собой, с той, о которой столько слышала.

Несколько секунд мы просто рассматриваем друг друга. Она моложе, чем я ожидала. И выглядит совсем не так, как я представляла себе жену Камаля Шаха. Как минимум, в ее глазах нет той холодной сдержанности, которая обычно окружает эту семью.

Она делает шаг ближе и первая протягивает руку.

– Привет.

В ее взгляде – одновременно любопытство и предосторожность, будто она подходит к дикому животному, которое может укусить.

В принципе я могу…

Но не стану, конечно же.

– Меня зовут Ева, – добавляет она. – Это я тебе звонила.

Я смотрю на ее руку в раздумьях, потом все же протягиваю свою.

– Я знаю. Привет, Ева.

Наше рукопожатие выходит коротким.

Ева чуть выдыхает, хотя я бы на ее месте так не радовалась. Шипы хоть и сточены, но они все еще есть…

– Я рада, что ты прилетела.

– А я не очень.

Я натянуто улыбаюсь.

Не люблю оставлять пространства для иллюзий, ведь дружба мне ни к чему. Даже с настолько хорошим человеком, как сама Ева Шах.

О том, что она хорошая, я наслышана сполна, как и ее муж, уважаемый человек.

Ева на мгновение теряется, но быстро собирается и говорит:

– Я понимаю, что это… не самое простое решение.

– Это было не решение, – я беру чемодан и прохожу мимо нее к выходу. – Это глупость, Ева.

Она идет рядом, подстраиваясь под мой шаг.

– Что? Почему глупость? И что за билеты в твоих руках?

Я отмахиваюсь:

– В Париж.

– В Париж?! Ты же только оттуда!

Ева на секунду замолкает, будто подбирает слова, и я вижу, как ей непросто. Она не похожа на человека, который привык уговаривать или давить, но сейчас ей приходится.

– Адель, одумайся! Остановись! Хватит бежать…

– …

– Я тебя как мать прошу!

Я на секунду задерживаюсь у автоматических дверей, глядя на серое небо за стеклом. В Питере начало марта.

Ну и холод собачий…

Надо было дождаться лета, но я ждать больше не хотела…

Я выхожу на улицу, вдыхая холодный воздух, и поворачиваюсь к Еве.

– Как мать, значит?

– Именно. Пойми меня, Адель.

Я оборачиваюсь, поднимая билет выше.

– Не волнуйся, я взяла билет через две недели для страховки. Пойдем уже в машину.

Листайте на следующую главу —>

Глава 2

– Не волнуйся, я взяла билет через две недели для страховки. Пойдем уже в машину.

Холод сразу цепляется за кожу. Я плотнее запахиваю пальто и поднимаю воротник. Воздух другой. Запах другой. Даже шум города звучит иначе.

И все это – до боли знакомо.

Ева догоняет меня, чуть ускоряя шаг.

– Я очень рада, что ты ответила мне и все же прилетела.

– А он… рад не будет, – перебиваю я, не глядя на нее.

– Столько лет прошло. Он… изменился.

Я усмехаюсь – коротко и без радости.

– Конечно. Стал лучше, добрее, мягче. Начал кормить бездомных котиков и спасать старушек.

– Адель…

– Он убьет меня. Сразу, как только я объявлюсь в пределах его видимости.

Я наконец смотрю на нее.

– Ты это понимаешь или нет?!

– Не убьет, – мягко отвечает Ева. – Мужчины с фамилией Шах скорее застрелятся, чем убьют ту, что любят.

Я смеюсь в голос, распугивая прохожих.

– О какой любви ты говоришь?!

– О его безумной любви, – тихо говорит она. – И я также знаю, что ты единственная, кто может на него повлиять.

Я медленно качаю головой.

– Ты переоцениваешь меня. И недооцениваешь его. Я вообще предпочитаю жить спокойно, знаешь ли…

– Интересное определение спокойствия – убегать на другой конец Европы, не так ли?

Я резко оборачиваюсь, а Ева, встретив мой колючий взгляд, жалобно выдыхает:

– Адель… Ты обещала, что попробуешь. Что вернешься.

– Я прилетела не потому, что ты меня попросила. И не потому, что кто-то там решил, что я должна что-то исправить.

Я делаю глубокий вдох.

– Я прилетела, потому что сама так решила, – продолжаю я уже тише. – Потому что устала думать, что было бы, если бы я тогда не улетела.

Мы молча идем в сторону парковки. Ветер цепляется за волосы, путает их, и я раздраженно заправляю прядь за ухо, таща за собой чемодан.

Спустя несколько минут я все же решаюсь задать вопрос:

– Каким он стал?

– Он все еще… – Ева запинается, подбирая слово, – не отпустил.

– Очень сомневаюсь…

– Адель, пять лет – это достаточно, чтобы забыть обиды. Пожалуйста… ты нужна ему и нам.

Я поднимаю бровь.

– Вам?

– Адель, он приходил ко мне и угрожал.

Ева останавливается и делает шаг ближе.

– Угрожал нам, – добавляет она. – Моей семье. Моим детям. Мурад убьет моего мужа за то, что его отец выбрал в качестве преемника Камаля, а не своего родного сына. И он не пощадит никого, это лишь вопрос времени.

– Что ты имеешь в виду? – не понимаю я.

– Когда Эмина не станет, у Мурада будут развязаны руки. Прольется много крови, и остановить его безумие можешь только ты. И твое прощение.

Я молчу. Потом отвожу взгляд в сторону, следя за тем, как машина медленно выезжает с парковки, до которой мы так и не дошли.

– Иногда я даже думаю, что он стал похож на Камаля в те времена, когда мы только познакомились, – добавляет Ева. – Та же черная дыра в груди…

– После свадьбы, на которой я опозорила его, прошло пять лет, Ева, – говорю я наконец. – Все, что было между мной и Мурадом, закончилось очень плохо. По моей вине. Ты правда думаешь, что ему нужно мое чертово прощение?

– Дело ведь не только в прощении.

Ева делает шаг ближе.

– Ты думаешь, хоть одной женщине в этой семье было легко? Диана… я… даже твоя драгоценная подруга Ясмин… – она качает головой. – У каждой из нас своя история.

Я качаю головой:

– Ты не проходила через то, через что прошла я.

– Проходила. И, возможно, даже больше.

– Больше? – я иронично кривлю губами. – Камаль самый предсказуемый и стабильный член династии. Не зря Эмин Шах отписал ему все наследство, минуя своих сыновей. И Мурада в том числе.

Ева тихо усмехается, но в этой усмешке нет веселья.

– Сейчас он стабильный. Но я прошла с ним такую черную любовь, от которой хотелось сбежать на другой конец мира.

– И ты сбежала?

Ева подмигивает:

– Не буду спойлерить. Узнаешь позже.

Я медленно выдыхаю и первая отвожу взгляд.

– Поэтому ты должна хотя бы попробовать.

– Ладно, – говорю я, поднимая чемодан. – Поехали, куда ты там меня повезешь…

– Так… ты останешься?

Я усмехаюсь.

– Не спеши радоваться.

Ева останавливается у машины и открывает багажник.

– Давай чемодан.

Я отдаю его и бросаю последний взгляд на здание аэропорта.

В прошлом я поклялась, что никогда сюда не вернусь.

И какого-то черта я снова здесь, в городе, где живет человек, от которого я бежала все эти годы.

– Ну что, – говорит Ева, забираясь в салон, – поехали?

Я медленно киваю.

Интересно, каким стал Мурад за эти годы?

И какие демоны будут в его глазах, когда мы встретимся снова.

Дорогие читатели, всем привет!

Я знаю, что вы в перманентном шоке. Для меня старт второй части тоже оказался неожиданным, ведь до последнего я придумывала, как по-быстрому свернуть историю Мурада и Адель в однотомник, но предать себя и героев не смогла.

Также хочу сказать, что вторая часть планируется значительно меньше по объему и времени, которое я хочу затратить на ее написание. Буду рада всем, кто идет со мной дальше и оказывает поддержку на старте, вы моя сила ❤️