Человек с того света

– Мари… Ее больше не будет. Ты это понимаешь?

Черный «форд» летел со скоростью 180 миль в час. Боб плохо видел дорогу. Глаза были полны слез… Вдалеке за поворотом что-то ухнуло. Боб включил радио. Салон заполнили печальные удары колокола из старинной шведской песни «Вечерний звон»…

Комментарий Сато Кавады

Позволю себе привести еще одну выдержку из работ «того самого» русского. Она непосредственно касается таких феноменов, как «камера Мерфи», «Бермудский треугольник» и многих-многих других, зафиксированных в быту.

«…Эти феномены, – писал он, – объясняли физическими, геологическими, биологическими и медицинскими явлениями. Часть из них нейтральна к человеку, другая – полезна, а третья – чрезвычайно вредна для всех особей земной фауны и флоры. Последние специалисты называли «биопатогенными зонами». И если жилой дом расположен на перекрестке биопатогенных полос, то в этом доме плохо дело со здоровьем. Такие дома в народе называют «роковыми». Какая-бы семья не поселилась в нем – начинаются недомогания, болезни, общее плохое состояние, частые случаи мозговых заболеваний, функциональных расстройств, раковых опухолей, бронхиальной астмы и т. д. Это достоверно установлено.

Животные – крысы, мыши, собаки и кошки – все бегут из этого дома. И только человек является стопроцентной жертвой. Он не чувствует вредного воздействия, как это чувствуют животные.

В экспериментальном курятнике, построенном возле «рокового» дома, куры ночевали не на шесте, а убегали ночевать под любой куст, только бы не в курятнике. Не неслись…

К экстрасенсу пришла женщина с жалобами на разные недомогания, проверили ее жилье на биопатогенность и установили неблагоприятные обстоятельства, особенно в том месте, где стояла кровать. В той же комнате было место более благоприятное, где у хозяйки жили четыре черепахи. Поменяли местами место для черепах и кровать. Черепахи заболели и две сдохли. А у женщины намного улучшилось состояние…

…Как они были близки к истине! Оставался, как говорится, всего лишь шаг к рассмотрению проблемы наличия у всего живого и неживого бихроновых полей и их функциональной взаимосвязи со Спиралью Пространства-Времени. Ведь они почти подошли к выводу о том, что бихроново поле высшего существа, каким является человек, менее активно к внешним раздражителям, нежели бихроновы поля особей низшего порядка…”

(Пространство-Время. Сб. статей в 3-х томах.– См.: М. Артамонцев, «Узлы Времени”, т, I).

III

(Окончание)

Начальник инспекции искал справку недолго. Не прошло и четверти часа, как он, раскрыв перед Бобом папку для доклада, извлек из нее наполовину заполненный машинописным текстом листок, положил перед ним и, четко повернувшись, вышел из кабинета.

Итак… Питер Мартин Хэйк, 1947 года рождения, штат Нью-Мексико. Женат, трое детей. Отцовское ранчо в 320 акров на берегу реки Пекос в упадке, дважды заложено. Долг по ссудам составляет 43 тысячи долларов. Последний срок выплаты задолженности – конец текущего года… На иждивении Мартина Хэйка, отца Питера, трое душ. Жена – Грэйс, душевнобольная (помещена в лечебницу г. Одессы штата Техас). Последние три года половину её содержания в клинике оплачивает Питер Хэйк; дочь Бетси, сестра Питера, парализованная, живет на ранчо; внучка, дочь погибшего вместе с женой старшего сына Самуэля. (Хэйки – Грэйс, Бетси и Самуэль с женой, возвращаясь на собственной машине из Санта-Фе, где Питер учился в колледже, столкнулись с грузовиком. Первые двое остались живы…) »

Мерфи все стало ясно. Жизнь загнала парня в угол. А те мерзавцы просчитали вариант до цента. Хэйк не мог не клюнуть на деньги. Он должен был спасать отцовское ранчо.

Пит вышел из камеры и, не глядя на шефа, плюхнулся в кресло. Дождавшись, когда Хэйк придет в себя, Мерфи потребовал:

– Доложите коротко их план и свою роль в нём.

Пит вскочил с места.

– Мне поручено обеспечить доставку опия из Лаоса в Иран. Груз – два контейнера с изюмом – в целости и сохранности я должен сдать тегеранскому лавочнику Фархаду Руиндеж.

– А дальше?.. Дальше куда груз пойдет?

– Сказали, не мое дело.

– Сможете узнать?

– Смогу! – уверенно воскликнул Пит.– «Купивший» меня и приставленный ко мне Билл-Крыса болтлив. Меня не стесняется. Думает, что держит в кулаке. Кстати, он меня ждет на стоянке за два квартала отсюда. Я сказал, что мне нужно получить разрешение на поездку в Лаос и во все те страны, которые мы будем пересекать.

После непродолжительного молчания Мерфи решился.

– Пит, в Интерполе нас трое кто будет знать об операции. Ты, я и человек, которого выделим тебе для связи. Для обеспечения сохранности груза придам ещё группу сотрудников. Всех по цепочке обяжем содействовать вам… Постарайтесь как можно скорее узнать и через связника сообщить дальнейший маршрут и конечный пункт доставки зелья. Действуйте!

Явно окрыленный Пит повернулся кругом и быстро зашагал к двери.

– Куда?! – остановил его Мерфи.

Пит с растерянно-вопрошающей физиономией смотрел на шефа. Ткнув носком туфля, в стоявший у стола кейс, Мерфи приказал:

– Возьми его. И сегодня же на глазах своего «дружка» Крысы расплатись по закладным отца.

Хэйк остолбенел.

– Бери, бери,– не без добродушия проворчал он.– Заработал ведь.

У Хэйка дрогнули губы.

– Спасибо, сэр.

– Полно!.. Но если упустишь порученную тебе отраву, пеняй на себя.

– Не упущу, сэр! – воскликнул Хэйк и запнулся.

– Что такое? – поинтересовался Мерфи,

– Странно, – пожал плечами Пит, – но мне кажется, что всё это я уже переживал. И слышал, и видел… Даже то, что теперь произношу… Или сейчас я во сне, или…

– Проваливай, взяточник! – Мерфи легонько подтолкнул Пита.

Хэйк выскочил из кабинета, а секунду спустя, снова приоткрыл дверь и, просунув голову, сказал:

– Сэр, вы, конечно, меня извините, но этот шлепок я получаю от вас дважды. Кроме того, операцию мы провернём блестяще и я стану вашим помощником…

Через пару недель связник из Карачи передал в Интерпол кодовую депешу.

«Героин в контейнерах с изюмом приблизительной стоимостью 40 млн долларов, по данным Долговязого и нашим агентурным сведениям, пойдет по маршруту Тегеран-Пехлеви-Ленинград-Хельсинки-Сент-Джон (Канада). По словам Крысы, путь через Советы долгий, но надежный. Что он имел в виду под надежностью – непонятно. Не думаю, что в советской таможне у них свои люди. Скорее всего, подразумевается то, что русские к заграничным грузам относятся с величайшей бережностью и к их отправлениям во всех иностранных портах и станциях относятся с доверием… Для прикрытия Долговязого работаю с Персом. Есть зацепка… Жду указаний».

Прочитав донесение, Мерфи связался с министром внутренних дел СССР и на следующий день, соблюдая все меры предосторожности, инкогнито прибыл в Москву.

Комиссар Интерпола не стал скрывать, как им удалось выйти на контрабандный поезд. Именно по этим соображениям в разработанном плане предстоящей операции исключалась какая-либо роль Интерпола. Решено было «обнаружить» контрабандный товар в Ленинграде. Шума, однако, не поднимать. Связаться с канадской полицией и совместно с их сотрудниками вести товар до самого Сент-Джона. Там, в конечном пункте следования, все заботы по поимке с поличным гангстеров, занимающихся бизнесом «белой смерти», канадская полиция возьмет на себя.

Все было разыграно, как задумано. Стоимость конфискованного героина составила ни мало-ни много – 50 миллионов долларов. Цент в цент. К этим щедротам Мароновская паутина сыпанула вдобавок десятком самоуверенных паучат.

Гангстеры были донельзя растеряны. Бен понял это, наблюдая за пятерыми своими молодчиками в блестящих «браслетах», которых показывали в ночном выпуске телевизионных новостей. По ошалелым лицам было ясно: для них это, как снег в летний день. Никак не ожидали. Шли на верное дело и… влипли.

Глава вторая

СЕДЬМОЙ КРУГ АДА

Смерть Вергилия. Паук и паучата. И снова Пириней

Сразу после похорон жены Мерфи захотел встретиться с Векслером. В ту последнюю их встречу тот обронил многозначительную фразу, не дававшую ему теперь покоя. Векслер тогда сказал: «Больше я вам ничего говорить не стану…»

Нужно было, конечно, в тот же самый момент настоять и уточнить, что он имел в виду. Но тогда Боб был зол на Векслера и к его пророчествам отнёсся с решительным неприятием. На этот раз он рассчитывал на большую откровенность экстрасенса, тем более Векслер намекал на свой близкий конец.

Векслера в штатах не оказалось. Улетел в Бельгию. Там нуждались в его квалифицированной консультации. «Тем лучше, – подумал Мерфи. – Зачем? Лучше не знать. Что будет – то будет». И Боб на время забыл об экстрасенсе. Ему о нём напомнил зам. Как-то утром, соединившись с Мерфи по селектору, он спросил:

– Босс, вы читали о нашем Векслере?

– Опять что-нибудь предсказал?

– К сожалению, он никогда больше не сможет этого делать.

– Вот как!? Сейчас прочту. Спасибо.

Каждая из пяти газет, лежавших у него на столе, вынесла это событие на первые полосы. Заголовки кричали: «Загадочная смерть известного экстрасенса», «Кто свёл счёты с Вергилием Векслером?», «Мафиози торжествуют. Убит их обличитель…» Пространные материалы сопровождались фотографиями. Улыбающийся Векслер на пляже, сосредоточенный – на сеансе, и, конечно, обезображенный – на месте происшествия.

Мерфи ограничился чтением короткого сообщения.

«Сегодня ночью в своей квартире семью выстрелами в упор убит знаменитый экстрасенс Вергилий Векслер. На трупе покойного полиция обнаружила, напоминающая визитку картонную карточку, на которой типографским шрифтом было оттиснуто: «Векселю – по векселю».

За долгие годы работы Мерфи взял за правило в первый день после сообщений о преступлениях не читать газетных отчетов. Не изменил он ему и сегодня, хотя сгорал от элементарного любопытства.

Боб предпочитал прежде прочесть первоисточник: составленные полицейскими первые протоколы с места происшествия и дознания. Их язык был профессионален и потому понятен ему. Только после знакомства с ними Мерфи принимался за изучение газетных материалов. В них иногда выдвигались такие версии и, походя, упоминались такие детали, которые, как ни странно, не отрабатывались следователями или отрабатывались не в том направлении.

К газетчикам Боб относился с уважением. Не отмахивался от них и не смеялся над ними. Они, правда, излишне путаются под ногами, но ребята дотошные, дело свое делают добросовестно… Мерфи снова в раздумье посмотрел на газеты, а потом, сложив их, решительно вложил в ящик стола.

Вернувшись с обеденного перерыва, он первым делом поинтересовался, поступили ли к ним материалы по вчерашнему событию. Каково же было его удивление, когда после обязательного: «Да, сэр!» – сотрудник доложил:

– Вам несколько раз звонил директор страхового банка. Просил, чтобы вы срочно связались с ним. Если я правильно понял, у него для вас письмо, якобы от … Векслера.

Так оно в действительности и было. Как выяснилось, Векслер написал и положил его на хранение в банк месяцев десять назад. С условием: «Сей пакет, после моей смерти в срочном порядке, лично в руки, вручить шефу Интерпола, комиссару Роберту Мерфи». Расписавшись в получении «сего», Мерфи поспешил к себе.

На конверте от руки печатными буквами было написано: «Роберту Мерфи (лично в руки). Вергилий Векслер». Боб вскрывал конверт не без волнения.

«Уважаемый сэр! Наконец почувствовал себя лучше. С возрастом мои недомогания после сеансов становятся все продолжительнее и острее. С трудом их переношу. Годы дают знать о себе. Хотя какие мои годы? Всего 36, а выгляжу старше вас. Многие думают, мне далеко за 50. За свой дар, полученный от Бога, приходится расплачиваться годами жизни. Недаром дается человеку этот мир. Интересно, в Осуждение или во Благо приходим мы сюда? Не задумывались?

По всей вероятности, мы об этом узнаем Там. Как видите, я такой возможностью уже располагаю. А вам придется подождать. Да вы не сетуйте. Ведь неизвестно каково Там. И я при всем желании сообщить не смогу.

Вы уже пережили гибель Розиты. У вас снова появилась жажда жизни. Но вы никогда уже так не будете любить, а значит, вам не дано и терять.

Сказать тогда о ее смерти у меня не повернулся язык. Вдобавок я был смертельно уставшим. А главное… Помните, я сел в кресло у журнального столика? Вы подошли ко мне и были поражены мертвенным видом моего лица и жутким страхом. Боб, быть может, вам покажется странным, но там, в вашем застенке, я увидел последнюю ночь своей жизни.

Я откуда-то приехал. Было много багажа. Консьерж и таксист заносили его в подъезд, к лифту. Я стоял возле таксомотора и почувствовал как меня обдувают напитанные лютой ненавистью ко мне волны воздуха. Они накатывались со стороны зеленого кадиллака, стоящего на противоположной стороне улицы, у самого тротуара. В нем спиной ко мне сидела женщина. Того, кто за рулем, я не разглядел. Последние цифры номера автомобиля две «пятерки».

Я запер за собой дверь. В квартире кроме меня никого не было. Стал распаковывать самый большой чемодан. Увлекся. В дверь позвонили. Я открыл. Он выстрелил мне в лицо. Он выпустил в меня всю обойму.

Моего убийцу, Боб, вы знаете. Вспомните тот день. Из девяти подозреваемых по делу я оставил двоих. Оба наемные убийцы. Об одном, если помните, сказал, что по векселю должен платить он. Другой об этом преступлении знал. По первоначальному замыслу нанимателей именно он должен был его совершить. Но по каким-то причинам они отказались от его услуг. Наниматели щедро заплатили его сопернику и он по-черному завидовал тому. Я его оставил поэтому и потому, что на его душе 18 безнаказанно совершённых убийст в разных странах мира – в Швеции, Австрии, Италии, Тонго, Египте, ФРГ и Бразилии. Из Интерпола его этапировали в Бразилию. Там этого субъекта якобы из-за отсутствия доказательств, взяв с него подписку о невыезде, освободили. Воспользовавшись столь демократичной великодушностью, имеющей, как вы догадываетесь, дурной запашок, он скрылся… Фамилии его я не помню. Зато есть примета. На нижней губе, справа, маленькая, прозрачная бородавка. Она похожа на капельку воды. Так и хочется сказать ему – «Смахни!»

Да, чуть не забыл. Как это не парадоксально прозвучит, но тогда, глядя на него, мне показалось, что этот тип умрет дважды,

Одним словом, Боб, тот субъект с бородавкой и есть мой убийца. Возьмите с него по всем восемнадцати векселям. То есть, уже по девятнадцати.

Раньше, таких, как я, называли колдунами, людьми, продавшими душу дьяволу. Их сжигали на кострах, отдавали на съедение зверям, рвали раскаленными щипцами, забрасывали камнями, заживо зарывали в землю. Теперь их называют немного лучше прежнего: одни – «экстрасенсами», другие – «шарлатанами». Но все также беспощадно расправляются с ними.

Вот и все, Боб. Прощайте.

Ваш покойный слуга Вергилий Р. Векслер».

Судя по «покойному» вместо «покорный», Векслер был человеком не без юмора. А что вообще Мерфи знал о нем? Кроме адреса и того, что он одинок? Была ли у него женщина? Любил ли кто его? Откуда родом он и что было для него дорого? Чему радовался?.. Ни на один вопрос Мерфи не мог дать ответа. Еще вчера, не прочитай газет, он и понятия бы не имел, что Векслера, оказывается, звали Вергилием. Имя, конечно, претенциозное. Но не он же дал его себе. И не он выдумал себе кличку Вексель. Кстати, на нее Вергилий отзывался без обиды, что подчеркивало его превосходство над теми, кто к нему обращался. Ну что теперь об этом говорить? Векслера нет.

Нелегко ему было жить. Тяжел был крест, доставшийся ему от Бога. После своих сеансов, принесших ему славу, Вергилий долго и изнурительно болел. После той первой и последней встречи с шефом Интерпола, Векслер провалялся в постели больше месяца. Мерфи представил себе, как маленький, тщедушный Векслер корчился в судорогах. Возможно, кричал. Звал на помощь. А рядом – никого… Теперь его нет, но появился человек, который хотел бы ему посочувствовать, поговорить, помочь. И это он – Мерфи.

«О-кэй, Вергилий! Я возьму твое дело, – проговорил он, глядя на письмо.– Твой убийца заплатит по всем векселям».

Замечание спецредактора

Насколько я понимаю, прототипом образа Вергилия Векслера послужил известный экстрасенс голландец Краузе. Он, как утверждала мировая пресса, раскрыл более ста уголовных преступлений. И после того как его привлекли к расследованию «дела Моро», был убит. Мафия, расправившаяся с ним, знала о сокрушительной силе гадательных способностей Краузе.

А разве в нашей стране мало людей подобных Краузе, обладающих такими же способностями? Немало! И не хуже Краузе. Их, кстати, у нас не убивают…

В качестве примера приведу по памяти содержание одного документа – протокола одной из прокуратур, который в своё время меня прямо-таки потряс… 6 ноября 1965 г. в Смоленске пропала девочка-москвичка, 14 лет. К раскрытию этого весьма запутанного дела привлекли экстрасенса Сафонова. Ему предъявили несколько фотографий и школьную форму пропавшей девочки. Сафонов, осмотрев их, сказал, что все предметы, свидетельствуют о смерти девочки. Он сказал также, что тело девочки находится в сорока километрах от Смоленска, она изнасилована и у нее повреждены грудь и шея. Почти то же самое по этому поводу сказал и другой экстрасенс, не слышавший и не знавший выводов Сафонова…

Весной, во время паводка, близ Смоленска, именно в 40 км от него, люди обнаружили труп девочки – изнасилованной, с покалеченной грудью и шеей…

Согласен, иногда можно отгадать ответ, когда речь идёт о случае «орёл» или «решка», когда только два исхода. Но когда человек даёт направление поиска и определяет место, когда называет такие детали, как зоны ранений – это уже не совпадение. Тем более, что этот эпизод для Сафонова далеко не единственный…

Однако чем всё-таки объяснить феномен людей, подобных Сафонову и Краузе? Может быть, он действительно лежит в плоскости природы Пространства-Времени, в способности сильного бихронова поля возбуждать и проникать в более слабые бихроновы поля? Во всяком случае, интересный поворот в проблеме. Правда, трудно с ним согласиться, но и нелегко опровергнуть…

Например, только этим фактором можно объяснить наблюдаемый мной феномен следующего порядка. Я видел людей, которые войдя в пустую аудиторию, где только что проходила лекция, могли указать, где кто сидел, с кем общался. А зная структуру бихроновых полей своих знакомых, они могли рассказать об их поведении во время лекции…

Мерфи поднял телефонную трубку.

– Соедините меня с прокурором штата.

– Готово, господин Мерфи. На проводе Джон Палмер.

– Джо, привет,

– Привет, Боб. Какими судьбами?

– Пути господни неисповедимы.

На другом конце провода красноречиво вздохнули.

– Джо, что-нибудь новое по убийству Вергилия Векслера есть?

– Недавно от меня ушел комиссар полиции Старк… По-моему, дело дохлое. Они в тупике… А что?

– Да так. Я знал Векслера. Жаль его.

– Жаль, Боб, жаль, – равнодушно поддакнул прокурор. – Его и хоронить некому. Ни родных, ни близких.

– Нехорошо, когда нет родных, гораздо хуже, если нет близких,– философски изрек Мерфи.

– Не говори! С родными сплошная морока, – согласился прокурор и, словно его осенило, добавил:

– Ты знаешь, Боб, мне кажется, это дело по твоей конторе.

– Уволь, уволь. Как «дохлое дело» – так Интерпол,– возразил Мерфи, хотя ждал и добивался от него именно такой реакции.

– Нет, правда, – настаивал Палмер. – Векслер в ночь перед убийством вернулся из Мадрида. Там консультировал нашего брата.

– Из Мадрида, говоришь? – с деланной многозначительностью переспросил Мерфи.

– Именно, – оживился прокурор.– Старк уверен, ниточка тянется оттуда.

– Как сказать,– парировал Мерфи и как бы мимоходом бросил.– Вообще-то Старк аналитик еще тот. Мы с ним давние друзья. Вместе начинали. Но мне это дело не нужно… Извини, Джо, ко мне люди. Созвонимся как-нибудь.

Теперь шеф Интерпола ждал звонка комиссара полиции штата Генри Старка. Джо, наверняка, сейчас передаст состоявшийся между ними разговор. И Старк клюнет. Обязательно клюнет. У него на шее и так висит тяжелая гроздь нераскрытых дел. И плюс эта заведомая «дохлятина».

Дожидаясь звонка, Мерфи зря времени не терял. Набросал список подходящих парней для предстоящей операции и, наметив старшего, вызвал его к себе. Установить личность убийцы большого труда не составило. Прозрачная бородавка на нижней губе, справа, лучше любой фотографии. Дисплей почти мгновенно выстрелил исчерпывающей информацией, которую сопроводил серией фотографий.

«Фамилия – Ксантопуло. Имя – Август, родился – в 1950 году в гор. Линкольн штат Небраска. По происхождению грек. Первый раз осужден в 16 лет на три года. В 20 лет снова был заключен в тюрьму. Оба раза за соучастие в грабежах. В заключении провел 8 лет 7 месяцев 21 день. Кличка “Рок”. По агентурным данным и свидетельству ряда преступников – один из самых высокооплачиваемых наемных убийц. Действует в одиночку. Осторожен. Вероятных свидетелей, как правило, убирает. По подозрению в убийствах задерживался 5 раз. Освобождался за неимением улик… Ныне ведёт скромный образ жизни».

Мерфи со старшим оперативной группы тут же выработали план действий. И машина закрутилась.

Звонок раздался в тот момент, когда Мерфи решил, что его хитрость не удалась. Он поднял трубку на пятом зуммере. Это был Генри Старк.

Они долго препирались между собой. Старк в разговоре с Мерфи выбрал не лучшую тактику. Стал давить, мол, свалившееся на него дело по всем признакам должно принадлежать Интерполу. Боб доказывал обратное и не заметил, как, распалившись, чуть было не бросил трубку. До этого он «преподнес» Старку пару таких букетов, что, казалось, дальше вести разговор не имело смысла. Старк молчал.

– Боб, – наконец рассудительно сказал он,– я был не прав. Но я просил тебя по-дружески.

Мерфи понял, что переборщил и тут же примирительно отреагировал:

– Я тоже погорячился, Генри. Мы оба увлеклись. Если бы ты сразу сказал: «Старина Боб, мы с тобой давние, добрые друзья – выручай». Разве я бы возражал?..

Старк удовлетворенно крякнул.

– Но, Генри,– продолжал Мерфи, – возьму с одним условием. Чтобы это не просочилось в газеты. Чтобы хотя бы недельку никто не знал.

– О'кей, Боб. Пущу слух, что происшествием заинтересовалось ФБР…

– Отлично. Привози дело сам и как можно скорее.

– Через час я у тебя.

– И еще вот что, Генри. Есть ли в твоей сводке за минувшую ночь убийство молодой женщины?

– Минутку…

Мерфи слышал шуршание переворачиваемых листов…

– Кое-что имеем. Читаю: «Сегодня в 6 часов 45 минут при объезде участка сержант Джонсон на мусорной свалке заметил высокое пламя. Подъехав, сержант увидел догоравший легковой автомобиль марки «кадиллак» зеленого цвета…»

– Погоди, Генри,– перебил Мерфи.– Две последние цифры номера «55»?

– Да… То есть, нет. 65. Уже глаза сдают,– пожаловался комиссар,

«Его тоже, наверное, подвело зрение»,– подумал о Вергилии Боб.

– Читай дальше.

«Автомобиль был пуст, – читал Старк. – Джонсон хотел покинуть место происшествия, но услышал неподалеку слабый стон. Стон доносился со стороны ямы, наполненной мазутом. В ней сержант Томсон обнаружил женщину. На ее теле было два огнестрельных ранения. Имя пострадавшей Зузанна Лонг, 25 лет, преподавательница химического колледжа. Была доставлена в клинику. Придя в сознание, показала, что ее убийца некий Гарри Стюарт, брюнет, высок ростом, карие глаза, черная бородка. Адреса его проживания не знает.

По мнению врачей, смерть пострадавшей неизбежна. Лонг не скончалась на пустыре, потому что вязкий мазут залепил раны…

Записав адрес клиники, где умирала Зузанна Лонг, Мерфи поинтересовался:

– Она жива?

– В час составления донесения была жива.

– Ну, хорошо. Спасибо. Больше мне из твоей сводки ничего не нужно. Жду тебя. Можешь захватить и дело Зузанны Лонг. Тоже возьму. До встречи.

Полчаса спустя, сотрудник, посланный Мерфи в клинику, сообщил:

– Зузанна Лонг в предъявленной ей фотографии признала Гарри Стюарта.

А в 23 часа Гарри Стюарт, он же Август Ксантопуло по прозвищу Рок был снят с трапа самолета, отбывающего в Европу. Его сразу же доставили к умирающей. Зузанне еще днем пообещали привезти этого типа и она, изо всех сил цепляясь за жизнь, ждала.

– Зузанна, – окликнул врач.– К вам пришли.

– Наконец! Я уже измучилась,– пролепетала она.

– Мисс Лонг, вам знаком этот человек? – спросил один из полицейских.

Из ее глаз выкатились две неправдоподобно крупные слезы.

– Да… Мой убийца… Гарри Стюарт. Боже, накажи!..– Пальцы рук ее судорожно вытянулись, и жизнь, за которую она ими цепко держалась, выскользнула из них.