Сводные. Навсегда моя

— Едем, — мой бывший хлопает в ладоши, решив за нас обеих, и уже мчится назад к машине.

— Я тебя прибью, — шиплю на Ваську, когда следуем за Стасом в его спорткар.

— Ой, да ладно тебе, ну хочет подвезти, пусть подвезет. Не в постель же затаскивает, — хохочет.

Очень смешно.

Всю дорогу до особняка я сохраняю показательное молчание, уставившись в окно. Василиса, сидящая на заднем сиденье, пытается разрядить обстановку своей болтовней, но мы со Стасом не реагируем. Между нами установился напряженный молчаливый диалог.

— Твоя «ласточка» у тебя в гараже, — решает он его прервать, ставя меня в известность.

Думает, что тем самым зарабатывает плюсики в свою карму?

Ну-ну. Он, когда переспал с какой-то девкой после нашей ссоры, на*рал себе туда с горкой — не скоро откопается.

Стараюсь бровью не вести на его реплику, хотя любопытство уже задето. И бесит, что парень ведет себя как ни в чем не бывало.

Значит, ездил к Макару. Интересно, на разборки ли?

— Я же тебе ясно сказала: между нами все кончено, — напоминаю человеку со склерозом.

— Это мы еще посмотрим, — криво ухмыляется он.

— Нечего смотреть. Подвез? Молодец.

Он тормозит у высоких ворот отцовского дома.

— Теперь можешь быть свободен, — бросаю ему и выхожу из машины, звонко хлопнув дверцей.

Он, зараза такая, выходит следом.

— Агата, Василиса! — Татьяна радостно машет нам рукой, встречая у входа в дом.

— Стас? — за ней появляется папа. — Отлично. Рад тебя видеть, тоже проходи.

Я закатываю глаза и стону.

Не хватало только, чтобы он начал строить планы на нашу свадьбу. Ведь отец Стаса и мой — два закадычных друга. Только и ждут не дождутся, когда мы поженимся.

Бросаю в прихожке свой рюкзачок и жуть как хочу чувствовать себя дома… как дома. Придется терпеть и соблюдать рамки приличия. Хотя Стас моего внимания вовсе не заслуживает.

Аромат аппетитных блюд уже с порога чувствуется.

Татьяна, увидев моего бывшего, расплывается в более широкой улыбке, обнимает его, как родного. Василису она не очень-то любит, но тоже приобнимает и приглашает за стол.

Васька, какая бы ни была противная и чудная, все равно моя самая близкая подруга. Татьяне приходится мириться с этим, ведь она лишний раз хочет угодить мне, а значит, вынуждена лебезить перед Васькой.

Я молча наблюдаю за этой идиллией, чувствуя, как внутри меня все закипает.

Чувствую, этот обед обещает быть незабываемым. В плохом смысле этого слова.

Но это не самое худшее, что может произойти.

Когда я первая вхожу в столовую, то застываю на месте и едва ли не получаю инфаркт. Моргаю несколько раз. Бесполезно. Мираж… Тот самый, пропахший бензином и дерзостью, с которым еще вчера я выясняла отношения, а позже — стыдно вспоминать, исчезать не собирается.

Я схожу с ума, или это?..

— Агата, — слышу приободренный голос отца за спиной, и постепенно пол уходит из-под ног. — Знакомься, это Макар, сын Татьяны. Я тебе рассказывал о нем...