- -
- 100%
- +
Прямо посреди лачуг, напоминавших говня́ные мазанки, грубо слепленных из грязи и отчаяния.
К автобусу бросилась стая босоногих оборванцев. Чуть не перевернувших наш автобус!
Их грязные пятки мелькали в пыли́, а голодные руки тянулись к нам, словно узников, вырвавшихся из кошмаров Освенцима. Казалось, мы очутились не в западной Европе, а где-нибудь в сердце Дхарави в Индии..
Контраст был оглушительным!
Город мечты, оказался сложным и противоречивым местом, где красота и уродство, богатство и нищета шли рука об руку.
И мы только начинали это понимать…
Но Бернар не растерялся. Он опустил тонированное стекло, резво высунул голову и с неожиданной для его почтенного возраста силой закричал на местную шпану, грозно пригрозив кулаком. Его маскулинный крик, полный гнева, силы, решимости и забористого французского мата, заставил их скрыться в неизвестном направлении!
Через мгновение пробка «рассосалась» и мы благополучно покинули «Индию».
Эй, ямщик, поворачивай к чёрту! - Гарик Сукачёв, «Дорожная».
И вот перед нами расстилались широкие проспекты, огненные здания с лепниной и коваными балконами, крошечные кафе с выставленными столиками — всё это казалось декорациями к фильму. Я жадно впитывал каждый кадр, мечтая навсегда запечатлеть всё это в своей памяти..
— Вот это даааа ! — прошептал я, широко распахнув глаза.
— Ну чё, Серёг.. впечатляет ? — услышал голос Санька, плюхнувшегося рядом.
— А то! Не иначе как в кино очутился !, — ответил я, не отрывая взгляда от окна.
— Кино? — Саня ухмыльнулся и потер ладони. — Это только трейлер, братан! Ща такой движ забабахаем — мама не горюй! Ты главное от нас не отбивайся.
— Да куда я денусь с подводной лодки?
Throttle x Earth, Wind & Fire - September (Throttle Remix)
Мы прибыли к отелю «Paix République», расположенному в квартале «Марэ́» на площади Республики.
Отель был красивым, уютным.
Мы, пятеро новоиспеченных друзей, уселись в помпезном вестибюле на мягких кожаных диванах, где работал кондиционер, пахло полиролью, а в углу стояла небольшая пальма. Создавая вид, что внимательно изучаем туристические буклеты. Но на самом деле, всё наше внимание было приковано к Светлане Борисовне, нашей экскурсоводше и по совместительству учередителю турфирмы «Севен Дэйс».
Светлана Борисовна, женщина лет пятидесяти с пышной прической и любовью к леопардовым принтам, стояла у стойки метрдотеля, пытаясь заселить нас. В руках она держала помятый, засаленный листок, всем своим видом походившим на использованную сортирную бумажку. На котором кириллицей были нацарапаны английские фразы, очевидно, тщательно подготовленные заранее.
«Ай… вуд… лайк… ту… чек… ин…» — медленно, по слогам, читала она с ощутимым русским акцентом, с щенячей надеждой глядя на молодого администратора.
«Лучше молчать и показаться дураком, чем заговорить и развеять все сомнения!» — Марк Твен
Она объездила ДЕСЯТКИ стран вдоль и поперёк, владела турфирмой уже лет двадцать, но английский выше уровня «гоу хиа, буржуй сраный!» так и не осилила. Зато с упорством, достойным ЛУЧШЕГО применения, пыталась объясниться с иностранцами, читая фразы по бумажке. Словно рэп на детском утреннике.
И чем больше её не понимали, тем громче она начинала говорить, переходя на русский, словно громкость могла компенсировать незнание языка.
«НамбА… оф… рум… ван…» — продолжала она, повышая голос. Администратор, молодой француз с безупречно выбритой бородкой в кристально белой рубашке, вежливо улыбался, но в его глазах читалось ПОЛНОЕ непонимание : «Что, чёрт возьми, сейчас происходит?»
Мы давились от смеха, тактично прикрывая рты руками. Ромка даже уронил буклет на пол, изображая, что случайно.
Борисовна, не замечая нашей «скромной» тыловой поддержки, шла в активное наступление. «Нам… нужны… номера! Понимаете? Ю АндэРстЭнд? Но-ме-ра!» — прокричала она, тыча пальцем в воздух.
Администратор вкрадчиво смотрел на этот импровизированный «театр юного зрителя» минут пять. Его вежливая улыбка и молчание постепенно сменилась выражением недоумения. Наконец, он вздохнул и произнес на чистом русском:
«Меня зовут Венсан. Можете говорить по-русски. Так будет понятнее!» - звонко выдохнув отчебучил он, сохраняя добродушную улыбку.
Видимо «тонко» тролил её, да виду не подавал..
Позже выяснилось, что Венсан учился в Москве и потому отлично изъяснялся на русском.
В холле повисла тишина. Борисовна покраснела, как рак. Нервно скомкала листок и спрятала его в леопардовую сумочку. которая, казалось, съежилась от стыда вместе с хозяйкой.
«Вы… вы.. говорите… по-русски?» — пролепетала она, глядя на администратора с ОШЕЛОМИТЕЛЬНЫМ изумлением.
«Да, говорю.. Чем я могу Вам помочь?» — ответил он, всё так же вежливо.
В то время как Санёк на фоне, уже валялся на диване, хватаясь за живот. — ещё больше «накидывая на вентилятор.»
И даже Игорь с Михаилом «угорали», хотя и испытывали неловкое чувство «испанского стыда» за соотечественницу.
«А… да… Просто… мы хотели заселиться» — пробормотала она, уже на русском, стараясь не смотреть в нашу сторону.
Венсан быстро оформил документы. Борисовна, забрав ключи, молча всучила их Галине Сергеевне и спешно с позором ретировалась к лифту, не проронив ни единого слова.
Выждав несколько секунд, мы разразились гомерическим хохотом.
— Етить «полиглот», наша Борисовна! ДЕСЯТОК языков знает! Жаль только все со «словарём» — выпалил Костян, сквозь смех.
— Ой и не говори-ка.. Стыдобища-то какая! - съязвил я.
Ведь до этого в Норвегии у неё был такой же листок, но на норвежском и дюжина других «домашних заготовок», так сказать на все случаи жизни. Каждый язык был помечен особым цветом, чтобы не запутаться.
Борисовна, заходя в лифт, резко обернулась, бросая на нас ИСПЕПЕЛЯЮЩИЙ взгляд напоследок. Но мы уже ничего не могли с собой поделать.
Галина Сергеевна в свои около сорока́ лет оставалась привлекательной женщиной. Высокая, статная, с аккуратной причёской и изящными чертами лица, она легко могла затмить многих молодых учительниц. Хоть строгая внешность зачастую подавляла её учеников, но я ловил себя на мысли, что взгляды наших парней задерживаются на ней дольше обычного. Ведь несмотря на строгость и чрезмерно прилежные манеры, она обладала мягкой стороной, скрытой от посторонних глаз. Возможно, это и придавало ей особый шарм, притягивающий внимание юношей.
Игорь же был настоящим гигантом. Его мощная фигура, широкая спина и рост под два метра внушали уважение и трепет окружающим. Огромные кулаки, размером с лошадиную бО́шку, кожаная куртка, тяжелые ботинки и недельная щетина создавали образ махрового бандоса человека, способного одним ударом решить любую конфликтную ситуацию.
Однако, вопреки внешнему образу «терминатора», он поражал мягким характером, точнее удивительно добрым сердцем. Взгляд его синих глаз всегда был тёплым, а низкий голос источал неисчерпаемое спокойствие и уверенность. Часто оказываясь объектом наших розыгрышей и провокаций, он реагировал снисходительно, принимая все шутки и колкости с философским юмором. Благодаря гармоничному сочетанию силы и душевной щедрости он пользовался огромным уважением не только среди нас «малолеток», но и среди взрослых.
Ну, а Михаил, наш негласный фотограф-невидимка, батя одной из наших девчонок, был тот еще персонаж! Усы, лапы и хвост, прозрачные очки-авиаторы, длинное пальто до пят и красный шарф — его визитная карточка. Лицом и характером — вылитый «Влад Листьев», а образом ну чисто — «Казанова» из «Улицы разбитых фонарей». Разве что шляпы только не хватало для полного комплекта.
Меня поселили в номер с Егором.
Номер был аскетичным, но уютным.
Внутри него были две кровати, две прикроватных тумбочки, шкаф в винтажном стиле, письменный стол, ванная комната и балкон с видом на небольшую улочку. А его стены зачем-то были отделаны мягким материалом, как в «психушке» из американского кино. Наверно для лучшей шумоизоляции.
Идеальное место для того, чтобы почувствовать себя частью этого города.
Егор, был немногословен. Достал фотоаппарат и, протирая объектив что-то бормотал себе под нос. Я не стал его тревожить, принявшись разбирать собственные вещи, укладывая их в шкаф.
Любовь с первого взгляда в «Le Pachyderme».
В тот же вечер, нашу группу привели в ресторан «Le Pachyderme», что располагался в двух шагах от нашей гостиницы. Где и состоялся наш первый совместный ужин.
«Носорог» — весьма странное название для парижского заведения, но внутри царил уют, а воздух был пропитан дразнящими ароматами, обещающими гастрономическое наслаждение!
Не успел я ступить и шагу, как меня окликнул кучерявый официант Марсель, любезно приглашая занять место за любым свободным столиком.
Я ощущал внутренний дискомфорт находясь в обществе незнакомых мне людей. Стараясь не привлекать к себе внимания.
И потому одиноко сел за столик, и уткнулся в лежащее на столе меню. Оно не имело пёстрых, цветных картинок, как часто бывает у нас на родине, но к счастью было продублировано на английском.
— «Бонсуа, Мисье!» (Добрый вечер, Господин) — протянул хитрожопый лягушатник официант, улыбаясь до коренных зубов. Его глаза буквально кричали: «Я знаю, что ты закажешь самое дешёвое, но буду делать вид, что ты истинный гурман».
— «Ку вуле ву буар?» (Что будете пить?) — добавил он.
— «Сорри, Ай донт спик френч.» — позорно пролепетал я с озадаченным видом.
— «Но проблем, сэр! Вер ар ю фром? — ещё шире улыбнулся он. — «Релакс».
— «Раша.»
— «Ооооо Рашен Федерейшен! Вэлком ту зе Франс!»
— Сэнкью, мисье.
— «Вот вил ю дринк?»
— «Оранж фреш» — произнёс я. — «Энд… Энд» — задумчиво листая меню. — ну в общем «лэйтер»..
— «Окей. Ван мо́мент, мисьё!»
И на несколько минут «испарился».
А я продолжил изучать меню.
Напротив меня пустовало место, словно предназначенное для кого-то особенного.
«Привет! Можно к тебе присоединиться?» — робкий стеснительный голосок нарушил тишину моих мыслей. Я плавно поднимаю взгляд. Передо мной предстала она — прекрасная «незнакомка» из аэропорта Киркенеса.
Увидев её опешил, а сердце забилось чаще.
— Да, Конечно, присаживайся!, — с воодушевлением произнёс ей в ответ.
— Меня Алёна зовут. А тебя? — сказала она, протягивая мне руку. Её рука была теплой и нежной. Я почувствовал легкий удар тока, едва коснувшись её.
— А меня Сергей! Приятно познакомиться. — пробормотал я, чувствуя, как в груди начинает зарождаться какое-то новое, приятное чувство.
«Очень приятно!» — она улыбнулась, и в уголках её глаз появились лучики. — «Как тебе Париж? Нравится?»
«Да потрясающе! Ой, знаешь.. Так и не решился первым заговорить с тобой в аэропорту. Суета, спешка… сама понимаешь, не самое подходящее место для знакомства. Да и вообще впервые так далеко от дома. Даже в летний лагерь ни разу не ездил, не то что за границу! Чувствую себя взволнованным и счастливым одновременно! Ведь мечтал о Париже всю сознательную жизнь.
— Знаешь… Я к сожалению тоже до сегодняшнего дня нигде за границей не была.. Но Париж — это что-то особенное, — ответила она и немного расслабилась, в её глазах появилась улыбка, а щёки обрели багровый окрас.
Разговор продолжился сам собой.
Вернулся официант, принёс мне напиток.
Как только перед моим носом появился бокал с апельсиновым фрешем я прильнул к нему и потянулся за мобильным телефоном, чтобы запечатлеть Алёну задумчиво листавшую меню и эстетично говорящую по-английски.
— Можно тебя сфоткать? — спросил я, чувствуя себя папарацци.
— Серьёзно? — удивилась Алёна. Давай! — она с удовольствием взяла меню и приняла такую позу, будто снималась для «Vogue», а не для телефона парня, у которого на аватарке Тони Монтана.
Кто бы сомневался, — подумал я. — Ведь все девушки любят, когда их фоткают, и чем больше, тем лучше!
Я щёлкнул. Получилось красиво. Она была в восторге!
Я выбрал классический стейк с картофелем фри, а Алёна — луковый суп.
Она с интересом расспрашивала меня об увлечениях, о планах.
А я с удовольствием ей отвечал, чувствуя, как между нами тает ледяной недуг. Она смеялась над моими шутками, на одном дыхании слушала мои местами глупые рассказы, а я впервые в жизни чувствовал себя так непривычно, так уверенно и комфортно.
Вечер летел незаметно. Смех, разговоры, откровения о мечтах и страхах…
Оказалось, у нас действительно много общего.
Замечая, как между нами возникает нечто особенное, тонкая нить притяжения, невидимая для других.
Мои шумные друзья, сидевшие за соседним столиком, то и дело переглядывались и подмигивали мне, попутно обсуждая местную кухню, Рома подметил : «Французская кухня — подобна магии: даже самые обычные ингредиенты превращаются в шедевры!»
Костя добавил: «Оооо да! Особенно десерты — они здесь просто волшебные!»
«Эй, голубки, воркуете?», — громко произнес Санёк, привлекая внимание всей группы. В тот момент я хотел провалиться сквозь землю, но Алёна лишь рассмеялась: «Пешков, завидуй молча!». «Да я только рад за нашего скромника!», — ответил Санёк, подмигивая мне.
…Осознав, что впервые в жизни мне не нужно подбирать слова, пытаться произвести впечатление. Она понимала меня с полуслова, тонко чувствовала мои эмоции. Словно кто-то настроил радио на ту же волну, что и у меня в голове. Не нужно переводить с «моего» на «её», бояться быть непонятым или осужденным. С ней я мог быть собой, со всеми своими странностями и «тараканами». И, кажется, ей это даже нравилось. Невероятное облегчение, словно с моих плеч свалился огромный груз. Я мог просто дышать полной грудью и говорить то, что думаю, зная, что она услышит не только слова, но и то, что между ними. И это… Поистине бесценно.
С тех пор прошло десять лет, но я так и не встретил девушку, равную ей. Она была невероятно доброй и светлой.
«Увы, но ошибки прошлого часто омрачают наше настоящее.» — Автор.
И, как бы пафосно это ни звучало, похоже, это была та самая “любовь с первого взгляда”.
Мы ужинали, а я не отводил от неё глаз, да и она, кажется, тоже. В приглушенном свете ресторана её лицо казалось еще более нежным и пронзительно прекрасным, а атмосфера — располагающей и романтичной. Игравшая на фоне песня «Shirley - Please me», создавала особый вайб “нулевых”.
Где-то на фоне общались и шутили ребята, но для нас с Алёной существовали только мы вдвоем.
На приятной ноте закончив ужин мы вышли из ресторана. Вечерний Париж был ещё прекраснее, чем днем. Хотя в тот момент я конечно этого не знал.
Мы шли по улице, плечом к плечу, и болтали обо всём на свете.
Алёна повернулась ко мне, нежно обняла меня и сказала: «Спасибо за хороший вечер. Мне было приятно с тобой общаться. Рада, что мы встретились!».
Я сглотнул: «Мне тоже. И надеюсь, не в последний раз».
«Кто знает…» — загадочно ответила она и улыбнулась.
Мы вернулись в отель.
Алёна села к подружкам, имена которых я пока не знал. А я примкнул к своим новоиспеченным друзьям.
Рассевшись по уютным кожаным диванам в холле, (воцарилась) где царила атмосфера дружеского общения и смеха. Каждый из нас делился своими впечатлениями о том, что удалось увидеть и почувствовать за день.
В этот момент к нам подошли наш экскурсовод, энергичная и всегда улыбающаяся Борисовна, и Галина Сергеевна, строгая, но справедливая классная руководительница.
И обратились ко всей группе:
— Итак молодые люди прошу минуточку внимания! — начала Светлана Борисовна, высоко подняв руку.
Мы замерли, ожидая, что же они скажут.
Светлана Борисовна, поправила очки и несколько раз прокашлявшись продолжила: — Итак.. Завтра у нас сбор в восемь утра, в кафе этой гостиницы, а затем обзорная экскурсия. Это будет ОЧЕНЬ насыщенный день, нам всем нужно быть в форме. Так, что убедительно вас прошу молодёжь, никаких посиделок и шатаний по ночам! Всем всё ясно?
По залу прокатился тихий стон разочарования, как выстрел по безоружной толпе.
— Иначе я лично позвоню вашим родителям! — добавила Галина Сергеевна, её голос прозвучал твёрдо и бескомпромиссно.
Угроза подействовала мгновенно. Родители — это был аргумент, против которого не попрёшь. Особенно те, которых Галина Сергеевна знала лично и которым, несомненно, доложит о любом нашем проступке. Хотя лично мне и Саньку было по барабану, ведь это не наш класс. Но вот экскурсоводши лично я побаивался..
Мы разошлись по номерам.
Мой новоиспечённый сосед Егор читал какую-то книгу, а я лежал на кровати, не сняв с себя одежду, и готовился отойти ко сну, перекидывался с ним впечатлениями о первом дне путешествия и само собой обсуждали знакомство с Алёной. Ведь Егор стал мне наиболее близким другом, которому я не боялся доверить самое откровенное..
И готов был доверить ему не только местонахождение зубной щётки, но и самые сокровенные тайны мироздания… если бы они у меня были.
— Слушай, Егор, а чё ты читаешь?
— «Лучшая на свете прогулка. Пешком по Парижу», Джон Бакстер. Серёг, хочешь, чтобы твоя поездка запомнилась надолго?
— Ну давай бомби!
— Возьми с собой книгу писателя, чей рассказ которого о месте твоего пребывания. Поверь, даже самая неприметная улочка может оказаться местом, где когда-то гулял сам автор или его герои.
— Хм.. А неплохо ты придумал!
С ним мне определенно повезло.
Хороший, тихий паренёк, ещё и умный не по годам.
Затем он отложил книгу в сторону и наш разговор плавно перетёк про места которые каждый из нас хотел посетить в Париже, поглядывая в его путеводитель, на телефоне. И вкратце припомнил их прошлую поездку в Питер с его одноклассниками. Которая окончилась громким скандалом.
Я плавно проваливался в сон и слушал его рассказы вполуха, витая в облаках, думая об Алёне. В этот момент чувствовал себя счастливым.
Внезапно с оглушительными визгами в наш номер ворвались наши попутчики-одноклассники Егора. Санёк и вся его гоп компания. «ЗДАРОВА! НУ ЧЁ,ПАЦАНТРЭ́.. АЙДА ПРАЗДНОВАТЬ!» — заорал Санёк на всю ивановскую, весело приплясывая. «Егор бери свою «байдулу́», а ты Серёг вставай и живо одевайся!»
— Чё бери?! - поинтересовался Егор, высоко подняв бровь.
— Ты чё «троишь», Егор?! Колонку блин бери и го с нами! - ответил Саша.
Я опешил. Вечеринка? С этими дебилами? — (Шутя-любя).
Конечно, не против повеселиться, но может позже? С дороги хотелось отдохнуть. Егор, кажется, тоже был не в восторге от происходящего, но Александр был неумолим. Чёрт возьми.. с другоооой стороны… звучит заманчиво! Пёс с ними! Не понравится, вернусь в номер отсыпаться..
Саня подскочил к моей кровати и начал трясти меня за плечо :
— Эй, ты чё там развалился ?! А ну-ка вставай, старичелла!
— Бро, первая ночь в Париже! Потом всю жизнь жалеть будешь! — настаивал Костя.
— Ладно-ладно! Куда хоть идём? — поинтересовался я, пытаясь хоть как-то организовать этот хаос.
— Куда-куда… коту под муда! В магаз, конечно! Затаримся и к Светке, в соседний номер! Короче, отрывёмся по полной! — Санёк радостно подмигнул мне.
— Светка сегодня в ударе! Будет классно!, — добавил Костя, энергично подталкивая Егора в спину.
— Уговорили черти! , — сказал я, сдаваясь, поднимая голову с подушки. — Только дайте мне хоть зубы почистить! Но если будет скучно — уйду спать.
— Обижаешь.. - протянул Рома.
Впятером сбегали в «лабаз» через дорогу, купили всё необходимое: колу, вкусняшки ну и, конечно же, алкоголь. Куда уж без него!
Санёк, был хорошим стратегом и потому неплохо продумал нашу вечеринку. Выбрав локацию подальше от наших «надзирателей» сопровождающих, чтобы те не «спалили», заранее договорился с девчонками, в номере которых запланировал «культурное» мероприятие. Да и те девки были ВЕСЬМА компанейские!
Я до сих пор помню, как он, с хитрым прищуром, стоя у дверей девчонок шептал нам план на ухо, словно генерал, ведущий войска в тыл врага. «Главное, — говорил он, — тишина и дисциплина.
И НИКАКИХ следов!» Ага, как же!
Дверь номера распахнулась, и Санёк при виде девушек засиял, как начищенный самовар! В левой руке он держал початую банку «dr. Pepper», а в правой — пачку «Lays» со вкусом бекона.
«Привет, девчонки! А вы парни, заходите, не стесняйтесь! Чувствуйте себя как дома! — провозгласил он, вежливо отступая в сторону. — Это Света! А это Оля! Девчонки, это… ну, а это Серёга.»
Я застыл на месте, смущенно кивнув девушкам:
— Здрасьте девочки! Приятно познакомиться!
Санёк, не давая опомниться, подтолкнул меня в комнату.
Света, высокая брюнетка с копной кучерявых волос и озорными карими глазами, приветливо улыбнулась. А рыженькая голубоглазая Оля хихикнула и спряталась за спину Светы.
В номере стало шумно и до безобразия весело! Саша сходу врубил колонку на полную. Динамики надрывались, выдавая что-то среднее между поп-хитом и рёвом реактивного двигателя, исполняя классику любой вечеринки «десятых» : “LMFAO — Party Rock Anthem”.
«Серёг, а чё ты как не родной ? Расслабь булки.. Кайфуй!» — заорал Санёк сквозь шумную музыку, протягивая мне стакан с шампанским. — Ну пацантрэ́, за наш первый день в Париже!
Гул стоял ТАКОЙ, что мы едва слышали друг друга!
Я неуверенно взял стакан и сделав небольшой глоток, поморщился.
Сухое игристое вино оказалось кислым будто жопа муравья, словно уксус, и до тошноты мерзким на вкус.
— Фууу! Блин.. Бурдомага какая-то! Шпалами воняет! - сказал я, пренебрежительно качая головой.
На что Саша возразил :
— Шпалами?! Да ладно тебе, Серёга! Сомелье ты наш, двухсотрублёвый! А «шпалы»... эт, видать, от бочек старых. Ну, или от того, что ты сам себе наворотил в голове. «Добивай»! И не «выёживайся»! - улыбнулся он.
— Мальчики, давайте выпьем за новые знакомства! - брякнула подбежавшая к нам Света, изображавшая что-то из «брейк-дэ́нса», а Оля находившаяся рядом пела во всю глотку, не попадая ни в одну ноту.
Мы чокнулись и «жахнули» ещё по бокалу.
Я был в центре внимания и с каждым выпитым бокалом на удивление чувствовал себя всё лучше и лучше..
Скромный Егор, хоть и выглядел слегка «зажатым», тоже не остался в стороне. Он лихо отплясывал, что выглядело довольно забавно.
А Рома был в роли бармена. Только и успевал разливать напитки. Снова и снова!
Где-то на фоне одиноко бормотал телевизор на непонятном нам языке. Кажется, показывали какую-то “мыльную оперу”, но кто на это обращал внимание?
Санёк, как истинная душа компании, сыпал афоризмами и забавными тостами. «Ну пацаны за нашу дружбу! За Париж! И за то, чтобы наши родители НИКОГДА не узнали о том, что мы здесь творим! Ура!» — троекратно прокричал он, гордо поднимая пластиковый стаканчик. Идеально — подумал я.
Далее продолжили танцевать под музыку, дурачиться и пить «игристое», но уже с колой. Коктейль получился весьма сомнительный, но было прикольно. Шипучка щекотала нос, а сладость колы перебивала кислинку сухого шампанского. В общем, идеальный напиток для подросткового бунта.
Мы с Костей пытались повторить движения Светы, но получалось скорее что-то похожее на конвульсии. Олька смеялась до слёз и махнув рукой, просто присоединилась к нашим неуклюжим танцам.
Пульсирующая энергией музыка сменилась на «медляк» и захмелевший Саша не раздумывая пригласил Свету на танец. И без того весёлая, озорная Светка, разогретая посредством алкоголя, смотрела на лукавого Сашу с горящими глазами и вожделением.. С каждой минутой их объятия стали теснее, движения – плавнее, вторя мелодии, и, потягивая шампанское на брудершафт, то и дело уединялись на балконе, где их губы сливались в нежных поцелуях.
Я почувствовал укол зависти. Захотелось потанцевать, но позвать Олю даже на невинный танец я не решился.
Потом бы наплели… что было и не было!
Несмотря на шум и безудержное веселье, кипевшее вокруг, чувствовал себя одиноко, подсознательно оглядываясь в поисках Алёны. Предположив, что она, как благоразумная девушка, не стала участвовать в этой вакханалии. А впрочем мы её даже не пригласили..
Откинув от себя смурные мысли, распахнул окно и как дурак уставился на ночной город. Огни мерцали внизу, словно россыпь драгоценных камней. В этот момент нам казалось, что мы — самые крутые ребята на свете, и что вся жизнь впереди! Опосля откинувшись к стене, потягивая игристое, погрузился в созерцание происходящего.