- -
- 100%
- +
Когда же наступал день празднования или некого большого события, всё поселение включая гостей становилось его частью. Неизменно, звучала музыка и хоровое пение, сияли огни ирад, танцевальная площадка едва не трескалась от числа желающих присоединиться к танцам – одному из любимейших занятий эльфов.
Атмосфера подобных мероприятий, казалось, обретала собственную жизнь. Однако, несмотря на весь размах, празднества эльфов отличались и простотой. Не было застолий с переизбытком пищи, утомительных посиделок и, упаси Силанна, хмельных дрязг. Редкие травяные настойки, такие как душистый «Аруэн» или ароматная «Силлинь» служили исключительно катализатором веселья, но никак ни его причиной.
Во многом столь гармоничный уклад жизни объяснялся физиологией лесного народа – эльфам не требуется много еды, они могут проводить без сна по несколько суток, а срок жизни детей земли исчисляется веками.
Из дневника архимага Шеймуса. 855 год.
Этой ночью в поселении Лан-Лур проходил «Shad-ir Hal» или «Ночь Звездного Шарма»– праздник, посвящённый полнолунию в месяц Изумрудной Песни и приходу первых тёплых деньков. Здесь на востоке, в суровых условиях земель Ра́наара, природа, восстающая после затяжных зимних холодов, значила для эльфийского народа много больше, нежели на благословенной иролланской земле.
Струны звенели в завораживающих ритмах подхваченные духовыми. С присущей им лёгкостью и грацией эльфы кружились в многочисленных пируэтах танцев. Подобно поводырю музыканты задавали задорные ритмы коими и вели всех собравшихся по пути веселья. Танцоры шустро подхватывали правила игры, сменяя такт движений и стиль танца. Неизменными оставались лишь улыбки на фиолетовых лицах. Эльфы просто были здесь и сейчас – женщины, мужчины, дети, но не старики. Годы не забирали у народа земли их молодости даже по прошествии веков, а потому старшие эльфы выплясывали задорные ритмы наравне с юными сородичами и лишь татуировки, украшавшие их тела, несли в себе богатые истории своих обладателей.
Клан предавался всеобъемлющему веселью, и лишь самые старшие члены «Иль-Вэн» ныне отсутствовали на празднестве, ибо в этот вечер старейшины были вынуждены собрать совет. Неподалёку от общей массы танцующих, расположилась и группа вернувшихся с поста стражей, что только приобщались к окружающей атмосфере после двухнедельного дозора в лесах. Ароматный «Аруэн», отдававший нотой имбиря и фенхеля, уже наполнил бокалы, а диалоги полнились историями и шутками со стороны пройдохи Алайя – одного из самых задорных эльфов «Иль-Вэн». В этом кругу царила собственная атмосфера, частью которой стал и Рилан.
Лиара появилась неожиданно, заметно выбиваясь из общей массы гостей. Острый глаз, натренированный десятилетиями охотничьей практики, едва ли мог упустить появление подопечной и её торопливый, встревоженный шаг. Рилан поднял руку, приветствуя девушку, но Лиара оказалась слепа к его жесту. Направление её шага сменилось, а взор устремился к залу в кроне ветвистого дуба – месту в окошках коего сияло пламя жаровни и огоньки ирад.
– И что могло пойти не так? – недоумевающе прошептал охотник.
***
Некогда, суровые земли Ранаара служили домом для диких животных и духов, населявших густые чащобы и бескрайние степи. Лишь редкие группы авантюристов решались отправиться в скитания в дикие дали востока, где воочию могли узреть неприветливый нрав тамошних обитателей и дух этих суровых земель.
Почти пять веков назад минул далёкий 330 год, «Война Кровавой Луны» и последующая чреда орочьих восстаний. Земли Ранаара нашли новых хозяев в лице народа орков, созданных магами Семи Городов, но отринувших своих хозяев. Восточные земли по-прежнему оставались малонаселённым местом, куда редко ступала нога полководцев или путешественников, а агрессивные кланы орков стали очередным дополнением их неприветливого фона. Клан «Иль-Вэн» появился в этих землях много позже, чуть более двух веков назад. Возведённое поселение – Лан-Лур легко затерялось в лесных массивах востока. Отсутствие всякой цивилизации на многие мили вокруг предавало спокойствие размеренной жизни эльфов. Они всегда предпочитали держаться вдали от мелочной грызни и мирских проблем пребывающих в вечной суете народов.
Старейшина Ло́рот – ныне неформальный лидер клана – эльф, что нашёл для «Иль-Вэн» новый дом в момент, когда те оказались изгнаны из родных лесов запада. Эльф, что путём принятых решений, нашёл спасения для своего клана.
Они собрались в палате – все семь старейшин клана. В помещении пахло сожжёнными в жаровне веточками эвкалипта и мятой. Запах мягко подкрадывался к восприятию, предавая лёгкость разуму после долгих размышлений. Звучавшая снаружи музыка превратилась в глухой фоновый звук и в эту ночь не могла разбавить тяжёлую атмосферу собрания.
– Пока, это – не проблема, – нарушив молчание, произнёс Дре́вен – старший друид клана, – лишь её предпосылки. Но я уже слышал голос. Вскоре, он явит себя. Теперь, это – вопрос времени.
– Нам остаётся только ждать, – нахмурив брови ответил друиду Лорот.
В его голосе звучала сталь. Несмотря на возраст, солидный даже по меркам эльфийского народа, Лорот ничуть не изменился за последние века. Лишь морщины на его лице становились чуть глубже, а тёмно-синие татуировки поверх фиолетовой кожи обзавелись белыми контурами. Изумрудные глаза, сиявшие, словно сердце самой Силанны, являлись олицетворением многовековой мудрости и силы, сокрытой внутри этого эльфа.
– Друг мой, ручей, бьющий сквозь маленькую щель в скале, не беспокоит камень, но позже он превращается в реку. Ожидание не всегда идёт во благо. Ты же понимаешь, чем это всё грозит?
– Лучше, чем кто-либо другой, – выдохнул Лорот. – Но, к сожалению… у меня нет решения проблемы. Пока есть такая возможность, мы будем оберегать его.
– Рискованно. Слишком рискованно. Позволь мне отправиться в путь. Я лично совершу паломничество на запад в леса Тарла́да и закончу эту главу нашей истории.
– А что если ты потерпишь неудачу?
– Я должен попытаться, – склонил светловолосую голову друид.
– Рискованно связываться с этой силой, Древен. Ты сам знаешь, что было возложено на алтарь, и я не позволю тебе идти на подобные жертвы. К тому же… ты нужен нашему клану здесь.
Нехотя, но друид кивнул, выразив согласие с Лоротом. Старейшины вновь погрузились в раздумья. Парочка можжевеловых веточек стали пищей для танцующих языков пламени. Помещение вновь наполнил аромат.
– А ведь некогда, мы с тобой настаивали на противоположных решениях, – улыбнулся Древен. – Когда мы успели поменяться ролями, сир Лорот?
– Паутина судеб непредсказуема, мастер Древен, – слегка натянуто улыбнулся старейшина в ответ на замечание старого друга.
Старейшина Илина́с – высокий, статный эльф приблизился к окну и затаил взгляд на праздных сородичах. Лицо эльфа – лицо видавшего испытания воина, обычно серьёзного и невозмутимого, вдруг расцвело в задорной, почти детской улыбке. – Сир Лорот, – промолвил Илинас. – Ты не говорил, что ожидаешь гостей.
На лице Лорота вспыхнула лёгкая нотка недоумения. По ступенькам винтовой лестницы послышались беззвучные шаги, которые так бы и остались незамеченными, если бы не внимание, привлечённое Илинасом. Шаги становились громче, а их ритм Лорот узнал бы и после бессонной недели. Стук в дверь – на лице старейшин показались улыбки.
– Входи, дитя, – промолвил Древен.
Молодая беловолосая эльфийка – дева из клана «Иль-Вэн» ворвалась в зал. Лиара всегда очаровывала окружающих своим скрытым обаянием. Весёлая, любознательная, слегка неряшливая и растерянная, она каждый раз приковывала к себе внимание старейшин, которые и после совершеннолетия девушки продолжали называть её ia – «ребёнок». Однако в этот раз старейшины молчали, а ошарашенный вид Лиары и застывший взгляд её глаз, зарождали немые вопросы.
– Что-то на охоте? – взволнованным, совсем не официальным тоном произнёс Лорот. – Лиара?Ты в порядке?
– Да. Отец… старейшина Лорот, простите меня за вторжение. Но… мы можем поговорить?
Лорот оглянулся по сторонам – старейшины без лишних вопросов одобрили немую просьбу товарища.
Едва ли не с самого рождения дочери, Лорот стал всей её семьёй. Мать Лиары – друидесса Ильси́н, погибла в тот самый день катаклизма, так и не услышав первых слов из уст дочери. Они остались вдвоём – отец и его маленькая дочка. Будучи старейшиной клана, Лорота сковывали обязанности перед своим народом, но каждый свободный миг, каждую свободную минуту он стремился посвятить дочери. В спокойные дни они проводили время на берегу озера, лепили в мастерской, а по вечерам за кружечкой мятного чая отец ведал дочери истории из своего далёкого прошлого. После смерти жены Лиара стала его опорой – самой светлой частью жизни Лорота. Её улыбки, смех, белизна волос и, конечно же, эти сияющие звёздным светом глаза – едва ли во всей вселенной было хоть что-то, что могло согреть душу старейшины столь сильно как их взгляд.
К сожалению, слишком часто обязанности оказывались непреодолимой преградой между отцом и дочерью, но клан, что всеми силами оберегал Лорот, отвечал ему взаимностью. Лиара никогда не оставалась без присмотра. Старая подруга Ильсин – эльфийка Лу́ника, её муж – А́рис и, конечно же, один зеленоглазый следопыт которому Лорот некогда и сам заменил семью…
– Я слушаю тебя, Лиара. Что случилось? Что-то с Риланом? Опять виверна?
В голосе Лорота прозвучали тревожные нотки, что не могли не звучать учитывая ошарашенный вид дочери. Соприкоснувшись с прохладным воздухом, его глаза окутала пелена, но взгляд по-прежнему отдавал сталью.
– Нет-нет! С Риланом всё в порядке. Отец… у меня было видение.
– Видение? – густые эльфийские брови утратили хмурь. По крайней мере, Лиара была цела и не впуталась в очередную передрягу. – Что ж, совершеннолетия ты достигла прошлой зимой. Опиши, что видела.
Лиара кратко изложила отцу очертания виданных образов. Конечно, в нынешнем состоянии девушка не смогла чётко описать набор виданных образов, углубляясь скорее в эмоции, что возникали в её душе при виде титанического древа и его кроны. Но даже сквозь взволнованные фразы дочери, старейшина уловил сомнительную деталь в виде некого зелёного кристалла – семени, попавшего в руки девочки.
– Всё было, как наяву. Я видела этого ребёнка так, как сейчас вижу тебя. Поверь, я не лгу.
– Конечно, нет, малышка, – отцовские ладони обхватили тонкие плечи и сковали Лиару объятьями. – Успокойся. Не думаю, что здесь есть дурной посыл, но всё же, это зелёное семя… впрочем, не важно. Мы со всем разберёмся.
– Это было… потрясающе, – вдруг прошептала Лиара, вжавшись в отцовскую грудь. – Я была едина со всем окружающим миром, была его частью. Я видела, слышала то, что никогда раньше не могла почувствовать! Я… я так и не увидела её глаз.
Старейшина нахмурил брови и опустил взгляд к земле. Видение поселило в его сердце тревогу, но эти мысли касались лишь его и не должны были тяготить разум дочери, а потому на лице Лорота расцвела улыбка:
– А вы с Риланом сегодня на охоте не собирали никаких странных ягод… или грибов?
– Отец!
– Нет-нет, я так, на всякий случай.
На лице Лиары расцвела улыбка – выражение детской радости, что цвело и на лице её отца. Как же они были похожи и как в то же время разнились. Их глухие усмешки постепенно росли в звонкий смех. Да, исходя из эстетики поведения, Лороту следовало как можно скорее разобраться с проблемой и вернуться наверх, где его ожидали соратники. Но помимо того, что он был старейшиной, Лорот был ещё и отцом. Он был единственным, к кому могла обратиться Лиара и в любой день, в любом расположении духа, при любых обстоятельствах – отец всегда станет опорой и защитой для своей маленькой девочки.
– Я должен обсудить твоё видение с мастером Древеном. Друиды смогут дать точный ответ. Но, давай отложим это до завтра. Сегодня, у нас много дел.
– Ты не явишься на празднование?
– Нужно решить вопросы по укреплению гарнизона на севере и поставках базальта в Лан-Лур. К тому же, учитывая скрупулёзность старейшины О’Сэйша… – Лорот усмехнулся. – Боюсь, совещание затянется до утра.
Лиара кивнула в знак согласия и прильнула к отцу, положив голову на плечо. Его руки сковали дочь в объятиях, а фиолетовые губы нежно коснулись её лба. По мере того, как Лиара тонула в ткани его накидки, Лорот ощущал, как успокаивается её сердце. Обязанности заставляли отца возвращаться к работе, но к счастью старейшина уже решил в чьи руки передаст дочь на время празднества.
– Ах, да.Рилан? Как прошла охота? Лиара нахмурилась, но в тот же миг недоумение было разрушено шелестом кустов из которых явился её наставник.
«Ах ты, негодяй!» – про себя усмехнулась девушка.
– Охота прошла удачно, старейшина.
У следопыта был вид провинившегося подростка. Он комично выпрямил голову и сжал руки за спиной в безуспешной попытке сохранить образ. Лиара прикрыла ладонью улыбку и спрятала взгляд к земле. Похожая улыбка блеснула и на лице старейшины. На фиолетовых щеках Рилана проступил лёгкий румянец стыда, но охотник продолжал свой рапорт.
– Лиара показала хорошие навыки следопыта.Ситуация в восточной части леса – спокойная.Нам удалось выследить семейство ланей на юго-востоке и настигнуть их на водопое. Добыча пала без мучений и уже готова к подаче на стол.Встреч с опасностью удалось избежать.
– Что ж, вы молодцы. Но могу ли я просить тебя ещё об одной услуге, Рилан? Скорее даже личной просьбе.
– Конечно, старейшина.
– Сегодня полнолуние Изумрудной Песни – «Ночь Звёздного Шарма». Это – значимый праздник в Лан-Лур. Проследи,чтобы Лиара… после того как вы вдоволь повеселитесь, благополучно добралась до дома. Сделаешь это для меня?
– Можете на меня рассчитывать, – после короткого замешательства ответил следопыт.
– Вот и отлично. Гуляйте, молодёжь. В конце концов, кто если не вы должны наслаждаться благами весенних ночей. Всё, бегите.
Рилан тяжело выдохнул. Лицо Лиары только что серьёзное, полное внимания к отцу, вдруг исказилось в усмешливой гримасе. Ночной воздух, переполненный прекрасной музыкой, наполнился ещё одной симфонией – звонким смехом Лиары.
– И как долго ты там сидел?!
– Достаточно. Давай забудем об этом.
– Нет-нет! Я теперь буду припоминать тебе это о-о-очень долго!
– Вот значит, как? – едва сдерживая растерянную улыбку, промолвил следопыт. – Неужели, я ожидал иного. Ладно, идём. Не будем терять время. Веселье в самом разгаре.
– Так чего мы ждём… наставник?
Минуя редкие столы и повеселевших следопытов, парочка отправилась на празднование. Сейчас, после разговора с отцом, большинство тревожных мыслей покинули голову молодой эльфийки. Его сильный мелодичный голос, взгляд и, конечно же, отцовские объятия – сложно описать насколько Лорот был дорог дочери. В свою очередь, Рилан не задавал вопросов, не пытался понять, что именно стряслось с подопечной. Не из-за того, что не интересовался жизнью Лиары, а потому, что не хотел вновь вгонять девушку в раздумья. Неспроста старейшина просил следопыта составить компанию его дочери, неспроста он оставил совет, дабы уделить ей время.
Фиолетовая ладонь нарушила размышления Рилана, поймав его запястье и потянула в круг. Не в силах сопротивляться, эльф угодил в течение танца, сопровождаемый задорной чистой мелодией. Пара тут же разминулась сменившись партнёрами, ещё и ещё, снова и снова, пируэты, восторженные взгляды глаз, касания ладоней. Их личности исчезли, растворились в общем потоке красок, слившись с окружающим естеством. Лиара кружилась словно лёгкий вихрь, улавливая взгляды таких же эльфов – счастливых, как и она сама. Заиграли струны – танец изменил ритм, общая конструкция сменила направление. Окружающий сумбур из сверкающих глаз и весёлых улыбок, превратился в ритм и новую последовательность. Лиара ощутила на плече лёгкое касание руки. Обернулась. Рилан потянул её к себе и закрутил в очередном пируэте. Музыка вновь сменяла ритм, голоса эльфов звучали в разной тональности. Лишь одно было неизменно – улыбка на лице Лиары и огоньки её сверкающих глаз. Секунды, минуты, часы – время потеряло былое значение.
Луна поднималась всё выше, заняв место в центре небосвода – полная и прекрасная, освещённая сиянием тысяч и тысяч звёзд. Дело стремилось к утру. Музыка стихла. Огоньки ирад были погашены так же как и пламя жаровен. На Лан-Лур опустилась кромешная тень, но не было в этой тени ни капли страха. Лишь восторженные взгляды, застывшие в предвкушении грядущей церемонии. Воцарилась тишина. Укутанная в мантию девушка – друидесса из храма Силанны заняла почётное место в центре площади. В её руках расположился единственный источник освещения на земле – широкий фонарик ирады нежного лазурного цвета. Собравшиеся вокруг эльфы взялись за руки. Их взгляды по-прежнему стремились ввысь.
– Shad-ir hal, shad-ir hal, – потревожила тишину друидесса голосом, что звучал подобно самой чистой мелодии.
– Shad-ir hal, shad-ir hal, – хором подхватили эльфы.
– Shad-ir hal sil-sin linlur.
– Shad-ir hal sil-sin linlur.
– Shad-ir hal…
Ладони эльфов окутало едва различимое сияние. Силанна услышала их песнь. Тот, кому хоть раз доводилось слышать хоровое пение эльфов, навсегда сохранит это светлое воспоминание в своей душе. Музыка переплетения голосов проникала в самые основы, затрагивала самые живые участки душ, словно живое воплощение магии. Слёзы сверкали на искрящихся глазах девушек, когда снова и снова они произносили заветные слова, умоляя звёзды и землю о мире и всеобщей любви. «Shad-ir hal» – раз за разом звучала фраза из уст друидессы. «Shad-ir hal» – отвечал ей клан.
Не стала исключением и Лиара. Рилан мягко обхватила её тонкую ладонь когда увидел слёзные блики на фиолетовых щеках. И Лиара сжала его руку, позволив соприкосновению воссиять.
***
– Это было просто потрясающе! – чуть ли не прыгая от восторга, пропищала Лиара. – Как и всегда! Жаль… что всё подошло к концу.
– Всё рано или поздно подходит к финалу, – улыбнулся Рилан. – Тебе пора, юная леди. Отец ждёт.
Тусклый свет ирады, тянущийся из окна родного жилища подтверждал фразу охотника.
– Знаю, – улыбнулась девушка. – Так… какие планы на завтра?
– Завтра я заступаю в дозор на северных границах. А вас, как я понимаю, будут ждать друиды.
– Точно! Совсем забыла! Друиды!
– В прочем, ничего нового, – усмехнулся охотник. – Ладно, дурёха, мне пора идти. Завтра…
– Стой! – выпучив глаза воскликнула Лиара. - Рилан, что это?!
Не теряя ни мгновения, следопыт принял стойку и потянулся к ножнам кинжала, что неизменно носил с собой. Его рука уже коснулась рукояти, когда эльф почувствовал на своей щеке мимолётное прикосновение холодных фиолетовых губ. Как ни в чём не бывало Лиара побежала по ступеням домой, даже не одарив наставника прощальным взглядом. Недоумевающий Рилан так и остался стоять на месте, наблюдая растворяющийся в дверях силуэт.
– Хм. Хорошо сыграно, малютка, – промолвили его уста. – Балл за тобой.
Когда Лиара поднялась в дом, её встретил запах мятного пара. Лорот сидел за столом, терпеливо ожидая возвращения дочери. Задумчивое лицо старейшины выражало все черты присущие эльфийскому лидеру, но едва завидев дочь – сталь в его лице давала слабину в виде короткой улыбки. Радость не смогла скрыть и Лиара. Отец и дочь любили проводить вечера вместе за чаем и продолжительными разговорами на самые разные, порой совершенно неважные темы. Не часто им удавалось побыть вдвоём, в стороне от суеты и дел, но та ночь, близившаяся к утру, стала исключением. Они болтали, делились впечатлениями о музыке и смеялись, вспоминая курьёз Рилана. Внимательный взгляд Лорота улавливал лёгкую нотку волнения в глазках дочери каждый раз, когда звучало имя этого эльфа.
– Мы поговорили с Древеном. Он будет ждать нас утром. Полагаю, нам есть, что обсудить.
– Что же это? – в глазах Лиары блеснули искры. – Отец, расскажи!
– Хе-хе. Поумерь своё любопытство, дочь. Завтра всё узнаешь.
Лиара скорчила недовольную гримасу и прильнула к кружке с чаем, не отрывая рассерженного взгляда от отца. Улыбка на лице Лорота становилась всё шире.
– Как же ты похожа на маму, – покачал головой старейшина. Лиара ощутила, как отцовская ладонь прикоснулась к её руке.
– Сегодня, перед видением я вспоминала её… вернее, думала о том, какой она была. Наверное, Ильсин… мама, смогла бы многому научить меня, – тоскливый взгляд синих глаз встретился с тоскливыми глазами отца и плавно перешёл на картину, где красовался портрет бледнокожей девушки, столь схожей ликом с Лиарой. – Как жаль, что я не знаю её голос.
– Мама всегда рядом с тобой, крошка. Как и я.
– Сегодня… спасибо, что поддержал и нашёл время выслушать. Это, правда, было очень важно.
– Для тебя я всегда найду время, – на мгновение Лорот сжал её руку сильней, заставив Лиару ощутить хват, некогда сжимавший рукоять зачарованного меча, что ныне красовался на стене в виде трофея. – Завтра у нас большой день. Тебе нужно отдохнуть и набраться сил после бессонной ночи.
– И правда. Но сначала…
– Приберусь без тебя, – улыбнулся Лорот. – Иди. И не спорь.
Лиара ответила усталым кивком и поцелуем в щёку. Мягкая перьевая подушка, лёгкий беспорядок – уютные просторы родной комнатушки. Уже заснув девушка всё ещё ощущала, как отцовская ладонь касается её прохладного лба или разглаживает белые локоны.
Лорот был для Лиары всем – другом, учителем, семьёй. Что же до неё – Лиара уже давно стала его жизнью.
3
Возвышающаяся среди густой травы ограда из массивных булыжников стала своеобразной границей, разделявшей храм Силанны и весь прочий Лан-Лур. Лиара и Лорот медленно приближались к этой границе, ступив на тропы яблоневого сада. Поросшие мхом булыжники, густая зелёная трава и цветущие в середине весны листья яблонь приветствовали гостей вместе с фигурой одинокого друида. Каждый четвёртый день недели – Силдень, все эльфы Лан-Лур посещали храм, дабы прочитать молитву Силанне и ощутить собственную связь с землёй. Каждый раз, оказываясь в стенах храма, они чувствовали силу этого места и силу духов, что населяли его чертог.
– Наконец-то вы явились, друзья! – разводя руками, воскликнул старший друид.
Древен был давнишним другом Лорота – старшим среди всех. Весёлый, спокойный, не лишённый некоей загадочности – он всегда служил образцом сдержанности и мудрости для всех эльфов «Иль-Вэн». Древен выделялся среди прочих старейшин клана крайне выдержанным характером и жизнелюбием столь свойственным для мирного жреца земли. Лишь ритуальные татуировки на его фиолетовой коже и традиционное облачение друида не позволяли принять старейшину за одного из молодых эльфов, сколь лёгок и прост он был в общении.
Друид предпочитал вести уединённый образ жизни в маленькой избушке близ храма Силанны, а редкое свободное время не отягощённое наставлением подопечных и делами старейшин, он проводил в одиноких скитаниях по лесам – своём самом любимом занятии.
– Приветствую тебя, мудрейший, – поклонился Лорот, – Как спалось?
– В эту ночь сон обошёл меня стороной, – покачал головой друид, сопроводив свой жест улыбкой. – Свежий воздух придал куда больше сил, чем я того ожидал. Хе-хе. А вот и наша юная леди, которая похитила старейшину во время заседания. Именно вас я и ожидаю.
Лицо Древена всегда пребывало в улыбке и даже в моменты негодования оно сохраняло свой позитивный вид. Менялся лишь характер этих улыбок и взгляд наполненных мудростью золотистых глаз.
– Приветствую вас, старейшина, – робко произнесла девушка.
Их взгляды встретились, и улыбка на лице друида изменила свой вид. Девушка знала Древена столько, сколько знала себя, но даже несмотря на всю значимость друидов в эльфийском обществе, беловолосый ураган попросту не мог представить себе жизнь полную длительных часов медитаций, книг, нудных ритуалов и уединённой жизни в стороне от общего веселья и друзей. Жизнь, которую некогда вела и мама Лиары, до тех пор, пока не повстречала её отца.