Развод. Чтоб ты сдох!

Сердце мое замерло. Наивное. Ждало, что супруг с запалом воскликнет: “Да, люблю! Я только что осознал, что не могу ее потерять. Сколько же ошибок я наделал, идиот…Но сейчас буквально прозрел. Прощай и не ищи меня, я побежал спасать свой брак”. Слащаво, пафосно…нереально. Не бывать этому никогда. Да и я уже не прощу. А воз и ныне там…

- Кого?! Ее?! - в словах Антона было столько…омерзения и отвращения…-да сдалась мне эта клуша. Как балласт висит на шее. Строит со своим старт-апом из себя не пойми что, забила на свои обязанности по дому и за собой следить перестала.

Я считывала по его интонации, что он не подмазывается, а говорит правду. Я задрожала, зарыдала и сильнее закрыла рот ладонью, чтобы случайно не заскулить. Бизнес этот нужен был не только для реализации моих амбиций. Но и для того, чтобы держать семью на плаву. Чтобы дочку устроить в хороший университет потом, чтобы путешествовать больше и перестать считать каждую копейку. Конечно, я перестала краситься каждый день и делать модные укладки, сменила каблуки на удобные туфли. И что, перестала сразу быть красивой и желанной?!

- Вот и разойдитесь, как в море корабли,- снова припечатала Наталья,- я устала ждать. Мне плевать, что будет с твоей замарашкой. Пусть хоть ночует на работе.

- Мне тоже,- буркнул Антон,- как бы не получить деньги раньше времени, чтобы она не вцепилась в них мертвой хваткой. Потом не оттащишь…

Да о чем они говорят, черт возьми! Каким образом я буду иметь права на это золотое состояние? И что за установленный срок, когда это обогащение должно произойти? Значит ли это, что мне нужно упираться и не подписывать документы на развод, оттягивать процесс, чтобы насолить им обоим?

Наконец-то они засобирались и решили уходить. Я бы не вынесла больше этого мрака. “Ты иди первый”,- бросила мегера Антону, и тот, как горный козел, поскакал по делам.

- А девчонку их я первым делом сдам в интернат. Пискля писклёй, и внешне на мамашку похожа. Не нужна нам такая преграда.

И эта гадина говорила таким уверенным тоном, пока подкрашивала губы. Будто всё уже было решено. Меня можешь оскорблять, сколько хочешь, но хоть пальцем тронь мою малютку…

- Тварь,- пелена гнева застилала мне глаза, и я уже не ведала, что творю,- какая же ты тварь…

Естественно, она услышала. И уже шла к шкафу. Я уже сама пожалела, что он заперт на ключ. Потому что распахнула бы дверцы и вцепилась ей в самодовольную рожу.

– Знакомься, дорогая, это моя дочь Карина, – заявляет муж, указывая на девушку лет семнадцати на вид.

– Какая еще дочь? Ром, ты с ума сошел? – растерянно спрашиваю я. – У нас же только двое сыновей...

– У него другая семья есть, – хмыкает Карина, зыркая на меня густо подведенными глазами, – у меня еще братик и сестричка есть. А вы не знали, тетенька? Или как мне вас называть? Вторая мама?

Сердце застывает в груди и камнем обрывается вниз.

– Ты... то есть ты... – хватаю воздух губами.

– Да-да, изменял, – отмахивается муж, как от назойливой мухи. – Не разводи драму. Лучше приготовь комнату для Карины. Она поступает в МГУ через год и будет жить у нас, готовиться к поступлению.