- -
- 100%
- +
- Видела Олесю у вашего дома. Ну, бывшую Владимира твоего. Что она там забыла? Помню, как она плевалась на этот район и говорила, что у нее мигрень от этого места, и что она туда на расстоянии пушечного выстрела не приедет.
Я за рулем, когда мне звонит подруга. Настроение отличное, только что прошла ежегодный осмотр в клинике. Чисто так, для поддержания здоровья. Выпила чашечку кофе.
- Видела и видела, с чего такая подозрительность? Может, маникюр где-то поблизости делает, или хлопоты какие. Ты не обозналась?
Не понимаю, почему Польчик так раздосадована и встревожена. Такие “новости” можно просто смс-кой кинуть. А тут звонок посреди рабочего дня.
- Нет, я эту мымру за километр узнаю после всего, что она пыталась натворить в вашей семье…Маш…- проговорила моя подруга очень жалобно,- а ты сейчас далеко от дома? Можешь быстро приехать?
Мне стало настолько тревожно, что пришлось врубить аварийку и припарковаться в первом попавшемся месте. Что за черт?! Голос у подруги такой, будто Олеся достала канистру с бензином и начала методично обливать здание, параллельно нащупывая в кармане спички.
Конечно, я прекрасно была знакома с ужасным характером этой женщины. Бывшая мужа житья нам не давала. Дралась с ним за ребенка, за имущество, просто портила ему репутацию. Мне пыталась отравить жизнь. Но последние пару лет вела себя тише воды, ниже травы. Вроде как даже наладила собственную жизнь и от нас отстала. Мы вздохнули с облегчением. Видимо, рано радовались…Подкопила сил и вернулась, чтобы мстить снова?
- Не далеко. Что у вас там происходит?! Ты можешь снять на видео?! Не подходи к ней близко. Она тебя заметила? - лихорадочно я стала перебирать, что эта стерва может сделать. Что угодно, на самом деле! Премерзкая женщина.
- Ты лучше сама приезжай и посмотри…Оставь машину со стороны магазина “Умка”...А мне лучше уйти…Тут это…Твоя Владимир тоже…- говорит туманно, будто под гипнозом. Явно в мощнейшем шоке от потрясения.
С этими словами Полина бросает трубку. Пытаюсь дозвониться, но все тщетно. Звонок проходит, но подруга просто игнорирует его! Сказала “А”, говори и “Б”, кто же так бросает все на полпути?! Почему нельзя сразу рассказать все, очевидцем чего ты являешься?!
Получается…Олеся в компании моего мужа?! И что же они вдвоем делают?!
Как сумасшедшая, я завожу машину и жму на газ. Мне сигналят. Не обращаю внимания. Превышаю скорость. Намного. Интуиция подсказывает мне, что нужно торопиться.
“Впереди камера на шестьдесят” - услужливо говорит мне приложение, но я не собираюсь останавливаться. Черт, там еще и ГАИ-шники стоят. Но уже поздно давать заднюю. Они сами обалдели от такой наглости и безбашенности. Хоть преследовать не стали - все равно номера мои зафиксируются. Штраф будет ого-го, в этом можно не сомневаться.
- Да чтоб вас всех…- день так хорошо начинался, а теперь я в лютой панике гоню домой.
Паркуюсь. Чуть ли не выпрыгиваю из машины. Захожу за угол. Начинаю красться. Дорога у меня заняла меньше пяти минут - особенно со всеми “лихачествами”. Где они? Я опоздала? Прячусь за чужими иномарками и пробираюсь к подъезду.
- Даже если и так? - слышу голос Владимира. И потом…женский смех?!
Ущипните меня!
Олеся! Хоть смех и звучит кокетливо, я все равно распознаю в нем ведьминский хохот, который леденит мне душу и доносится прямо с адового пекла. С чего бы мужу смешить эту женщину?! В последний раз он требовал даже не упоминать ее имя и клялся, что ненавидит.
Мне хотелось тут же вскочить и выйти на дорожку. Чтобы они отпрыгнули друг от друга. Чтобы эта гадина убралась и никогда не появлялась! Но шестое чувство твердило, что я должна оставаться в тени. Что это - хорошая возможность разузнать обстановку.
- А то,- продолжала ворковать Олеся. Какой приторный и слащавый тон, ну я не могу! Наигранный и фальшивый - невооруженным взглядом видно, что она чуть ли не ноги перед собеседником раздвигает,- не взбрыкнет твоя пигалица?
Я чуть ли не поперхнулась. При моем муже так меня называть?! Он тоже не оценил “смелости” собеседницы.
- Прикуси язык и не смей так говорить о моей жене. Ты забываешься,- одернул ее Владимир. Отлично. А теперь гнать эту хамку взашей, зачем ты с ней вообще церемонишься, любимый?!
Решаю подойти еще ближе. Высовываю голову. Они…не просто сидят вместе! Олеся по хозяйски положила ему руку на коленку. Дружеской беседой это никак не назвать…
- Да-да, конечно. Ненаглядная твоя,- на секунду флёр обаятельности у этой мегеры спадает, она презрительно фыркает, но тут же берет себя в руки,- так что, как она отнесется к новости?
Бесстыжая тварь проводит по ноге моего мужа снизу вверх, останавливаясь у самого бедра. Вова и сейчас ничего не предпринимает! Не шлепает ее по руке, не отталкивает.
- Это не важно,- как всегда решительно и уверенно говорит супруг,- и тебе тоже должно быть все равно.
Что это еще за новости?! И, господи, почему они сидят в такой позе?! Звоню мужу на мобильный. Чтобы хоть как-то напомнить ему о своем присутствии. О своем месте и роли в его жизни.
- Помяни г, вот и оно,- Олеся недовольно морщит носик. Пару секунд она смотрит на экран, а потом сбрасывает мой вызов короткими пальчиками с длиннющим острым маникюром. Кроваво-красным. Идеально подходит ей по характеру. Хихикает своей шалости.
Ничего в мыслях моего супруга не всколыхнулось, когда он увидел мое лицо на экране вызова. Только опять, уже более раздраженно, напомнил: “Ты забываешься, Лесь”. Ласковое панибратское обращение. Месяц назад он величал ее совершенно другими прозвищами! “Стерва”, “ведьма”, “гадина” - это еще самое мягкое, что супруг о ней говорил. И ничего из этого не было преувеличением.
- Виновата,- снова по дурному хихикает его бывшая жена,- сейчас заглажу свою оплошность.
Как в замедленном кино, я смотрю, как эта сучка тянется к моему мужу, берет его лицо в свои ладони и…впивается в его губы страстным поцелуем! Владимир, вопреки всем моим надеждам, не отпихивает ее, а обвивает за талию и притягивает к себе.
Что…этого не может быть…это просто страшный сон, кошмар…
Еще с утра у меня была идеальная жизнь, а сейчас все разрушилось. Но почему?!
Знакомство с героями
Мария Высоцкая, 35 лет
Владимир Высоцкий. 40 лет, бизнесмен
Олеся Дунаева. 40 лет. Поменяла ли она фамилию после развода - секрет!
Книга участвует в литмобе "Развод с властным мужем": https://litnet.com/shrt/9j9x
Какого черта?!
Их поцелуй как будто длится вечность. Мне бы закрыть глаза, отвернуться, не видеть этого ужаса! Но мне как будто приклеили веки - даже моргнуть не могла нормально!
Она что, опоила его?! Одурманила?! Другого объяснения я просто не вижу!
- И все же, а если твоя..-мурлычет Олеся. Но Вова жестко перебивает ее.
- Мы сюда пришли не за этим. Не отвлекайся.
Стерва похабно хихикает и, взяв его за руку, направляется к нашей подъездной двери. Что мне больше всего врезалось в память…она приложила к домофону собственный ключ!
- Какого черта?! - выругалась я громким шепотом.
Получается, это не первый ее визит к нам в дом…Настолько не первый, что ей выделили собственные ключи, чтобы она чувствовала себя полноценной хозяйкой…Эта тварь расхаживала по нашей квартире, трогала все вещи…
Да не о том я думаю! Думать надо о цели ее визитов…Ломаю себя, но осознаю - они кувыркались на нашей мебели. Один раз я даже застала смятое постельное белье, хотя у нас царил идеальный порядок. Владимир сказал, что днем себя очень плохо
чувствовал, поэтому прилег и забыл прибраться. А сам, наверно, жахал там бывшую жену…
Мне стало так больно и тошно. Звоню ему еще пару раз - опять молниеносно сбрасывает. Мне приходит сообщение-отписка “Я на совещании. Не могу говорить”. От злости хочу позвонить Олесе и увидеть ее реакцию. А лучше подкараулить их из выхода подъезда и посмотреть на их перекошенные лица. Убить двух зайцев одновременно.
Но я слишком слаба, чтобы сделать хоть шаг…Меня тошнит, полуобморочное состояние…Падаю на колени прямо за машиной, ноги уже не держат…
- Поляяя- реву в трубку, как только подруга отвечает на звонок.
- Что…-осторожно спрашивает собеседница,- что ты видела? Что они там делали?
Мне показалось, или она тоже боялась услышать ответ? Я представила, как на том конце провода Полина зажмурилась от страха.
- Они…-я снова захлебнулась в рыданиях,- они снова стали любовниками! Целовались у всех на виду. Потом поднялись в нашу квартиру. Дальше я не могу за ними проследить, но не сомневайся - там сейчас происходит страстная сцена.
Из груди Полины вырывается стон отчаяния. Надо же. Так сопереживает мне и моему горю. Но все же я не выдерживаю и набрасываюсь и на нее тоже: “Почему ты не рассказала мне сразу?! Почему уехала со двора?! Отчего тебя нет рядом со мной, когда я так в тебе нуждаюсь?! Мне так плохо, Поля…а вокруг ни души…”
Жду. Очень долго. Сначала гробовое молчание, а затем я слышу на том конце провода жалобный всхлип.
- Прости! - скулит подруга и бросает трубку.
Очень странная реакция. Безумный, сумасшедший день. И я, наверно, свихнусь через пару секунд со всеми за компанию…
Бей или замри
Что мне теперь делать?! Перекрыть им путь из подъезда, ворваться в квартиру? И что дальше? Заламывать руки, орать: “Как ты мог?!”, требовать объяснений? О, я бы их послушала. Вот только уверена - никто не удостоит меня этой привилегией.
- Я не до конца уверена, чем они там занимаются…- мозг в состоянии шока всеми силами отказывался соглашаться, что супруг мне изменил.
Хотя до этого я, вскинув подбородок, заявляла: “Даже поцелуй - это уже измена!” А сейчас в голову лезут всякие оправдания: “Да он просто выпавшую ресничку с ее глаза убирал, а ты смотрела под неподходящем ракурсом” или “Олеся его шантажирует, не мог муж по доброй воле полезть к ней! Она все это время училась ведьмовству и сделала его куклу-вуду, сегодня пришла опробовать на практике, теперь будет вить из него веревки и отожмет бизнес”.
- Стоп, милая…- осаждаю саму себя,- так ты далеко не уедешь. Зрение у тебя хорошее, на него можно полагаться. Ты сама все видела. Хватит. В мире, конечно, всё возможно, но твоя ситуация очевидна, и никаких сверхъестественных совпадений тут нет…
Последний раз. Не знаю, зачем, но снова набираю его номер. Такой родной. Давно еще выученный наизусть. Долгие гудки. И, о чудо…- абонент берет трубку!
- Да сбросила я, сбросила,- воркует Олеся,- не отвлекайся от дела, мой тигр.
Она хихикает. Значит, специально взяла звонок…Решила прямым текстом рассказать мне об их отношениях, раз Владимир, пока что, держит все в тайне. Дальше
послышались характерные охи и вздохи. Мебель тряслась так, что в любую секунду могла развалиться под этим агрессивным натиском.
- Это полный звездец…- выругалась я в более грубых выражениях. Меня хватило меньше, чем на минуту. Я услышала достаточно. Больше никаких оправданий.
Меня предали. Самым поганым образом. Никаких предпосылок не было, я считала наш брак идеальным. За исключением того, что мы еще не успели обзавестись детьми. Но все ведь впереди, правда? Мы оба еще так молоды…
Начать спать с бывшей женой..Бывшие они на то и бывшие, чтобы оставить их в прошлом и никогда не возвращаться! И это, к сожалению, не просто шальная итрижка в порыве сильных эмоций, а продолжительная, наглая связь…
- Черт побери! - в сердцах я пинаю машину, рядом с которой нахожусь. Да, нельзя так делать. Она ни в чем не виновата. Но, если я не выплесну хоть каплю агрессии, то взорвусь.
Тачка тут же начинает верещать. О нет, только этого не хватало…Разборки по поводу членовредительства - как я собираюсь это объяснять?!
- Милый, там что-то с моей ласточкой!
Кто бы мог подумать…С балкона выглядывает полуголая Олеся! Меня она не видит, я спряталась в слепой зоне.
- Просто кошка села,- отмахивается Владимир,- она у тебя очень чувствительная, на любой шорох орет. Иди ко мне.
- Нет, я чувствую, в этот раз дело не в кошке! Сходи и посмотри, ладно? Мне неспокойно…
Так-так-так…Изменщик через пару минут придет сюда…бежать или остаться?!
Гора, иди к Магомеду
- Я тебе не собачка на побегушках, чтобы так со мной разговаривать,- одёргивает ее Владимир,- хватит стоять у окна. Либо спускайся сама, либо возвращайся в постель.
Вот оно что…А я-то уже засомневалась - как это мой властный муж позволил кому-то собой командовать? Если бы такое случилось, я бы поверила, что он переосмыслил жизнь, влюбился заново. Нет, люди не меняются. Олеся обиженно поджала губки и скрестила руки на груди. Она еще некоторое время высматривала, не пробежит ли кто рядом с ее машиной, не завизжит ли тачка снова. Но я сидела тише воды, ниже травы.
- Два раза не повторяю,- строго бросил ей муж, и она мышкой скрылась за занавесками.
Что ж…Гора к Магомету не пошла. Я не сбежала, когда заорала сирена. Но встречи не произошло. Знак ли это от Вселенной, что мне не стоит прямо сейчас подниматься по лестнице и стучать им в дверь? Тем более, как я с горечью понимаю, у них там намечается что-то вроде “второго раунда”...
Одно дело - заставить себя не делать шагов и стоять, ждать, когда напасть доберется до тебя. Зажмуриться, досчитать до десяти - и вот уже перед тобой стоят изменщики собственной персоной. Другое - собрать последние остатки мужества и самой проделать путь до квартиры. Этаж за этажом, пролет за пролетом. Нагнать их, раскрыть, устроить скандал…
- А что потом…что же потом…
Меня начинало мутить только от мысли, что прямо сейчас там творится на нашей кровати…Уж точно не светская беседа за чашечкой чая…Помутнение проходит резко, и вместо него в моей душе как цунами нарастает агрессия. Возникает уверенность - Олеся слишком мнительная, она все равно посмотрит камеры на видеорегистраторе,
чтобы докопаться, кто трогал ее ненаглядную машину. Кстати, новенькая. Если ей ее подарил Владимир…Недавно у него была крупная трата денег. Сказал мне, что с бизнесом проблемы. Но если так прикинуть, суммы плюс минус сходятся…
- Сволочь! - во мне все закипает от праведного гнева,- если ты спустил деньги на эту шалашовку…
Сама не помню, как, но я выхватываю из сумочки губную помаду и начинают писать на лобовом стекле огромными буквами: “СТЕРВА! ДАВАЛКА! ШАЛАВА!” Я бы исписала всю машину. Капот, крышу, дверцы…Да только нечем уже было. Тюбик, увы, недолговечен. Аффект и пелена спала, и я с удивлением взглянула, над чем корпела последние минуты. Затем звонко и немного истерично рассмеялась, огляделась по сторонам - не застал кто меня, взрослую женщину, за таким постыдным занятием? Вроде бы никого на горизонте. Оставляю свою “базу” и иду к подъезду.
- Ну если так рассудить…- говорю вслух,- я нигде не соврала. Просто констатировала факт. Всем давно известный.
Но, сколько бы я ни отвлекала себя, передо мной все еще нависал старый вопрос - вмешаться и раздать всем люлей или сбежать?
Приглашаю в книгу из литмоба "Развод с властным мужем", а именно в "Вторая жизнь после развода" 16+
После измены мужа женщина сначала оплакивает свою жизнь, а потом пытается построить на обломках разрушенной самооценки новую. По совету подруги я решила «нагуляться», тем более, что мужчин, кроме мужа, у меня и не было. Но первым, кого я повстречала, стал он. Резкий, крутой, с огромным ЧСВ.
https://litnet.com/shrt/mEsM
Вам и не снилось
Я…поднимусь! Лучше застукать “голубков” на всем горячем, чем потом препираться: “Нет, мне не показалось”, “Да, я своими глазами видела, как вы целовались”, “Нет, я не спутала тебя с другим мужиком и не верю, что ты заключал деловую сделку”. В нашей семье все привыкли, что, как Владимир скажет, так оно и будет. Истина в первой инстанции. Поэтому спорить с ним я, если честно, отвыкла. Лучше припереть его к стенке в ситуации, где он не сможет отвертеться.
- Правда на моей стороне. Волю в кулак и пошла,- я похлопала себя по рукам и ногам, как делают гимнасткам перед выступлением, и рванула на себя подъездную дверь.
Чтобы не мешкать и не сомневаться, галопом гоню себя на наш этаж. Боюсь, что иначе приклеюсь к полу и никакими уговорами себя с места не сдвину.
Звонок. Как не вовремя. Полина, что ли, одумалась и раскаялась? Если она подъехала и выступит в роли моей свидетельницы, то будет просто замечательно. Двое на одного - не честно. А так у нас уже вырисовывается спарринг. Но…это не подруга. Та так и не чиркнула мне никакой весточки. Как сквозь землю провалилась. Трусихой никогда не была, а тут даже плакала…С этим разберусь позже. Все мое окружение было таким странным, и я этого не замечала? Или все-таки мы коллективно свихнулись совсем недавно?
- Светик, привет, что-то срочное?
Звонила дочка Владимира. Моя падчерица на словах - по документам ребенок ко мне никак привязан не был. Но, все-таки, мы жили вместе три года, и уже успели друг к другу привязаться.
Олесе была интересна девочка только как орудие против мужа во время развода. Она манипулировала всеми без разбора. И ребенок, как слабое место, как самая больная точка, подходил лучше всего. Как только она поняла, что битва проиграна, а дочка хочет остаться с папой, то совершенно забила на ее воспитание. Ребенок был скинут полностью на меня. Пару раз Олеся пыталась устраивать истерику, что я, пока никто не видит, настраиваю Свету против нее. Говорю гадости, запрещаю звонить и видеться.
На деле же все обстояло так - мама-кукушка была слишком занята, устраивая новую личную жизнь. Ей было некогда звонить малышке, максимум могла написать: “Как дела?” и прислать стикер в ответ. На каждые праздники приезжала с подарком,
делала фото для социальных сетей и почти сразу же уезжала, не выдерживая нашего общества. Она никогда не звала дочь на прогулки тет-а-тет, не интересовалась ее детсадовской и школьной жизнью. Но при этом, кажется, сама верила, что это я плету козни и рушу семью.
- Как?! - изумилась я после ответа ребенка,- ты это серьезно?!
Меня все бросили
О, Господи…И про костюмчик я помнила - вместе его выбирали. И про туфельки. И про то, как девочка репетировала каждый день в гостиной, а мы притворялись зрителями и судьями. Всегда ставили ей высшие баллы, выдавали медальки, брали интервью. Это были не первые соревнования падчерицы, но все равно - в таком юном возрасте все еще нервничаешь от каждого конкурса.
- Малыш, прости нас, пожалуйста, солнышко…
Как же мне успокоить девочку? Как доказать, что мое сердце бешено рвется из груди от этой несправедливости?! Я же не могу оправдаться истиной - Олеся взъелась, что я “слишком сильно влияю на ее дочь” и запретила мне присутствовать на соревнованиях неделю назад. Хотя я вела подготовку “от” и “до”, знала все элементы, могла наизусть напеть песенку, под которую мы репетировали…Стерва закатила скандал и настаивала, что они “выйдут в свет полной семьей”, а я “не смею их позорить и бросать тень”. Со скрипом в зубах я согласилась. Почему-то подумала, что девочке будет приятно видеть маму. Не пару минут, когда ты записывает видео с ее достижениями - а в зрительском зале, нарядную и довольную.
- Вы меня все бросилииии. Я никому не нужнааааа.
Кому я доверилась…Надо было не отпускать эту ситуацию из виду. Но Олеся настолько сильно била себя кулаком в грудь, что я махнула рукой - все будет под их контролем. А я схожу в клинику, и после этого поведу Светика в кафе - отметим ее победу вместе, я посмотрю видео и скажу, какая она молодец.
И что в итоге…Никто, абсолютно никто не пришел поддержать маленькую спортсменку! Как мне потом возвращать доверие ребенка?! Что мне придумать, чтобы она успокоилась и оттаяла?! Это же травма на всю жизнь…
- Котенок, все не так. Я сейчас приеду. Ты можешь сесть на лавку рядом с охранником и ждать? Десять минут, и я уже буду у тебя.
Я очень боюсь, что девочка в расстройстве чувств захочет пойти мне наперекор. Мол, раз вы меня все кинули, то и я уйду, куда глаза глядят. Представляю, как она сначала названивала папе и маме, а они сбрасывали трубку, потому что были заняты более важным делом. Изверги. Черт…Почему мы поступили со Светой так жестоко?! Отец года - вместо того, чтобы поддерживать свою кровиночку, он пыхтит на противной бабенке.
Похоже, месть откладывается. Сейчас нужно поставить на первое место ребенка. Ох, хоть бы она ничего не сделала с собой за эти минуты…
- Только не наломай дров…Сядь и никуда не уходи, как я тебе сказала…
Перезваниваю, чтобы дать более четкие инструкции. Нужно оставаться на связи - так я хоть немного буду контролировать ситуацию. Заболтаю, расположу к себе - маленькие детки часто переключают свое внимание, если направить это в правильное русло. Вот только…Света больше не отвечает на мои звонки. То ли телефон разрядился, то ли намеренно игнорирует меня. Плохо, очень плохо. Тренер тоже оказался вне зоны доступа. От нервов не могу вспомнить, как связаться со школой. Если они ответственные, то обязательно приметят бесхозную ученицу, которая в слезах слоняется одна. Но…очень часто персоналу можно наплести: “Меня мама ждет на парковке. Вон та красная машина”, и тебя отпустят. И даже не проследят, села ли ты в нее, встретили ли тебя.
- Мне сегодня вообще нельзя садиться за руль…- тяжело вздыхаю, ловя себя на опасном вождении. Но куда деваться. Пан или пропал.
Ты приведение?
Врываюсь в спортивную школу. На лавке у охранника…никого нет?!
- Простите, а вы не видели маленькую девочку? Русая такая, заплаканная…Должна была ждать меня где-то здесь…- так неловко искать ребенка именно по этим приметам. Но от стресса я даже не могу вспомнить, в какой одежде Ксюша выходила из дома.
Охранник смотрел на меня сначала презрительно, но потом усмехнулся:”Была, а как же. Взмахнула руками и просила передать, что она для вас умерла, и чтобы никто к ней не подходил. И что вы предатели”. Да, это в духе нашей девочки…Сначала насмотрится сериалов по телевизору, а потом копирует, что там вытворяют на экране взрослые.
- И?! Она в таком настроении ушла куда-то?!
Когда девочка надувалась, она могла специально вырвать руку во время прогулки или спрятаться за дверь. И, естественно, наигранно громко вздыхать и ругаться, чтобы к ней пришли мириться. Она для приличия сначала отнекивалась, но потом великодушно всех прощала. В этот раз она могла назло нам выбежать и затеряться в каком-нибудь парке, за гаражами, на парковке и еще бог знает где…Когда она была совсем карапузиком, то грозилась, что напишет на нас заявление в полицию. За то, что мы не купили ей огромную куклу.
- Обижаете. Что мы, совсем дундуки, чтобы детей, куда глаза глядят, отпускать? Где-то тут она на территории. В последний раз уборщицы ее видели в раздевалке. Нянек у нас нет, сидеть с ней неустанно. Но уж на улицу не выкинем. Хотя, если вы понимаете, о чем я, время у нас уже давно к закрытию. Перерабатываю во благо общества.
Бурчу “спасибо” и сую ему в ладонь пятьсот рублей. Не выпустил - уже хорошо. Значит, пойду поговорю с ней. Хотя я так спешила, что даже не придумала, как бы не сыпать ей соль в открытую рану.
- Кто здесь? Приведение? - пискнула Ксюша, когда услышала мои шаги, эхом раздававшиеся в пустом коридоре.
Мест, где она могла спрятаться, к моему счастью было мало - все уже успели закрыть на ключ. Оставался только туалет и раздевалка. Малышка испугалась незнакомых шагов и сама же себя и выдала.
- Нет, это я, Маша, -ласково заговорила я. Столько времени прошло, но мы не называли друг друга “мама” и “дочка”. Может, сложности были и из-за Олеси. Ведь она, хоть и коряво, но присутствовала в жизни дочери. Подначивала пару раз, чтобы та называла меня “тетей” или “мачехой”, но мне такое не по душе.