Ольвидар. Сила двуличия

Никто не хотел видеть очевидного: тел не было! За неделю непрерывной работы они разобрали весь завал, но в храме никого не оказалось. Первое предположение вселяло надежду: девочкам удалось уйти прежде, чем зал обрушился, но Сани уверила всех в обратном. Хаос, что происходил в шести мирах два года назад, повторился вновь. Все сущее содрогнулось, потеряв нового носителя равновесия, как когда-то главнокомандующую Светом.

Выброс, который произошел в тот вечер, не сравнился бы ни с какой из существующих сил. Ткань миров разорвало на клочки, а порталы поглощали и извергали все, что попадало в их пасть. По теории Криса, в эпицентре взрыва девочек просто расщепило, как и кристаллы равновесия, осколки которых лежали под слоем речной воды. В зале храма брат нашел несколько частиц кварца, наполненных магией стихии, и взял на изучение.

Но только Брентон считал, что кристаллы рассыпались из-за силы, которую Ева в них впитала, а значит, она могла создать что-то более могущественное. Разрывы были предзнаменованием не смерти, а пробуждения магии, которая раскрыла свой бутон. Девушка бы ни за что не потеряла контроль над силой в решающий момент. Брентон в это верил, он ее знал. А если нет… то должна была остаться хоть какая-то подсказка.

Не обращая внимания на косые взгляды, парень считал, что хранительница могла застрять где-то в неизвестности, либо ему не показалось во время встречи в лесу, и Сани действительно что-то скрывала.

О, Дева, плевать ему на секреты главнокомандующей, пусть только Ева вернется домой.

– Ее ищут, – заговорил Брентон, убирая контейнер в сторону, так и не притронувшись к еде. – Все хранители знают, что она сделала для шести миров. Новость о Девдасе разлетелась по всем окрестностям. Люди празднуют освобождение, хоронят близких и, по мере возможностей, ищут последнюю хранительницу. – Парень встал на ноги, не поднимая взгляда на собеседницу. Впереди распалялось закатное небо под слоем снежных облаков. – Вы знали, что в память о ней в деревнях и городских парках воздвигают мемориалы?.. Там всегда лежат свежие цветы. Никто из этих людей не знал Еву лично, но все продолжают благодарить ее.

Проглотив ком в горле, Алина улыбнулась и ответила:

– Я рада…

– Здесь нечему радоваться! – сорвался Брентон и ушел к краю крыши, пряча от женщины свое лицо. – Мемориалы для мертвых… – обреченно выдохнул он. – Вы видели ее тело? Я – нет!

Сердце застучало так быстро, что кожа начала гореть изнутри. Столько усилий, но ему все равно никто не верил.

Гнев слег под тяжестью тоски, и уже тише Брентон добавил:

– Тело сестры там тоже не было.

Хранитель не видел, но за его спиной Алина как можно крепче прижала ладонь к губам, давясь слезами. Сколько раз она говорила Константину, что мальчик не виноват. Что он сделал все, что было в его силах. Но, похоже, в это не верил даже сам Брентон.

В накрывшей их тишине, не подавая вида, Алина вытерла слезы, затолкала боль подальше в желудок и сказала:

– Если ты веришь, что она где-то там, то почему же ты все еще здесь?

– Потому что… – дыхание сбилось. – Не знаю, с чего начать. Однажды мне помогла Небесная Дева, но, кажется, я уже не имею для нее особой ценности…

Разговор оборвался. Из открытого окна самого верхнего, десятого этажа, вдруг послышался грохот, крик и звук бьющегося стекла. Брентон и Алина подбежали к самому краю крыши и застали ужасающую картину. Прямо под ними из окна высунулся Константин с криками и угрозами остановиться. Четверо мужчин под длинными черными плащами с глубокими капюшонами перепрыгивали с одной пожарной лестницы на соседнюю, ближайшего здания, пытаясь скрыться, а в руках одного из них кричал напуганный Томи. Мальчик крепко держался за шею незнакомца, понимая, что, если отпустит, – упадет.

Не раздумывая ни секунды, Брентон спрыгнул с крыши, четко приземляясь на железные перила лестницы прямо перед носом Константина. Оттолкнувшись от них, словно ничего не весил, он перелетел пространство между двумя домами и схватился за плащ одного из мужчин. Словно немой, в безмолвной тишине тот полетел вниз, когда хранитель, не оглядываясь, побежал на крышу.

Крики обеспокоенных родителей уже были позади, а в голове проносился лишь стук собственного сердца. Кто бы ни совершил такую страшную ошибку, в жизнях этих четверых, а точнее уже троих, она станет последней.

Брентон догнал следующего неизвестного и оттолкнул назад с такой силой, что тот кувыркнулся через плечо и остался неподвижно лежать на спине. Хранитель не использовал оружие и не добивал противников. На это просто не было времени. Мужчина, державший Томи, был от него дальше всех. Мальчик с мольбой и слезами в глазах смотрел на Брентона как на единственную надежду.

«Нет. Только не он».

Брентон не позволит похитить ребенка только потому, что им перешли дорогу хранители стихий. Он не подведет Еву снова.

Второй мужчина резко остановился и обернулся к их преследователю. Лицо закрывала темная маска, и даже глаз не было видно под тенью капюшона. Уходящее солнце было прямо за его спиной. Похититель отбросил край плаща в сторону и обнажил странного вида меч. Его лезвие необычно отсвечивало пропускаемые лучи, будто было прозрачным.

Навряд ли на такое оружие можно было положиться.

Брентон выпустил огонь, намереваясь обогнуть противника, пока тот горел, но лезвие меча избавилось от шара энергии всего одним движением, словно поглотило в себя. Но ведь такого не могло быть.

Они столкнулись. Вцепившись в одежду хранителя, незнакомец изо всех сил пытался затормозить его, но Брентон навалился вперед, перевернулся на спину, утягивая мужчину за собой, а затем вытолкнул ногами за край очередной крыши. Тот так же тихо полетел вниз, пока спиной не встретился с гравием. Тело не двигалось, походя на мертвое, но крови Брентон так и не заметил, словно там лежала пустая оболочка. Желудок неприятно скрутило от такого странного поведения.

И снова крик детского ужаса вернул мужчину в реальность. Оглянувшись, Брентон с ужасом осознал, что Томи был уже на другой стороне улицы. Фонари освещали лишь дорогу под их ногами, так что теперь разглядеть что-то на крышах в приближающейся ночи было невозможно. Вот же...! Как он так быстро перескочил? Между домами было как минимум тринадцать метров!

Брентон не собирался останавливаться. Парень бежал по крышам правой стороны домов, не сводя глаз с левой. Он обучался различать движение в полной темноте больше семи лет и не упустит мальчика из-за небольшой заминки. Осталось придумать, как добраться до другой стороны, не потеряв их из виду.

«О, Дева, надеюсь, Алина уже вызвала Криса с подмогой», – подумал Брентон, решая, как лучше подступиться к другой стороне.

Улица неизбежно заканчивалась, а идей по-прежнему не было, пока прямо под домом, на котором находился хранитель, не проехала грузовая машина с огромным контейнером. В этой части дороги был только один поворот – налево, а значит, прямиком в сторону Томи.

Обогнав грузовик, Брентон остановился в том месте, где теперь дорога уходила от него вперед. Подгадав время, он отбежал на несколько шагов назад и рванул к краю крыши. Все встало на паузу: дыхание замерло, сердце стихло, пока ноги с грохотом не приземлились на железный контейнер как раз в тот момент, когда машина закончила маневр. На удивительное зрелище начали пялиться люди, и парню пришлось натянуть на лицо маску.

Неизвестный прекрасно понял, что задумал хранитель, но дома́ на пути закончились, и, казалось, у него больше не было плана. Похоже, никто из похитителей не ожидал, что у дома Евы находился Брентон, беспокоящийся за сохранность жизней ее семьи. А, может, это и был их план: увести хранителя как можно дальше?

Перед тем как машина снова ушла за поворот, Брентон соскочил на проезжую часть, тормозя все движение. Парню было плевать на недовольные сигналы автомобилей, он смотрел на похитителя в маске, стоящего на краю многоэтажки с ребенком на руках, и бежал вперед со всех ног. Все, кто проходил мимо, подняли головы вслед за прыгуном.

Один шаг… и неизвестный вместе с Томи полетели вниз.

– НЕТ! – взревел Брентон, разгоняясь быстрее.

Истошный визг мальчишки разнесся по улице, отчего сердце хранителя сжалось до боли.

Он успеет. Он должен.

Пробегая по чужим капотам, Брентон уже оказался на тротуаре, когда прямо над ним, под ногами похитителя, открылся разрыв, и тот вместе с мальчиком пропал в пустоте. Жизнь вокруг замерла. Все звуки исчезли. Колебания портала растворились в воздухе, и Брентона окутал звон тревоги.

Взгляд бегал от края крыши до крон деревьев, стараясь уловить очертания Разрыва. Непонимание, растерянность, страх сковали тело острой проволокой. Желудок сжался до тошноты. Не успел…

Напуганные и удивленные крики прохожих одновременно раздавались со всех сторон, но Брентон продолжал неподвижно смотреть куда-то вверх, выдыхая через маску обрывистые облачка пара. Он упустил их… Упустил Томи.

Сигналы машин становились все громче, паника вокруг нарастала. С неба посыпались крохотные хлопья снега, напоминая пепел под теплым светом ночных фонарей. Там, где пару секунд назад падал Томи, не было ничего. Будто Брентону показалось, привиделось, что мальчика кто-то похитил. Может, так и есть? Может, сейчас парень лежал под толщей снега на крыше дома? Может, ему не стоило спать на таком морозе, чтобы не снился всякий бред?!

С трудом опустив голову, парень зажмурился, избавляясь от застывшей влаги в глазах. Вокруг все метались и кричали, указывая то на Брентона, то на крышу, с которой только что спрыгнул неизвестный вместе с ребенком. Эти люди – пустые, наверняка даже не заметили портал, думая, что там стоял псих, решивший забрать с собой еще и мальчишку, но правдой было другое. Это был хранитель или кто-то, кто поплатится жизнью за то, что сделал.

«Если хоть волос с его головы упадет… если хоть… Ты тоже за это поплатишься, Дева. – Брентон вновь поднял голову к небу. – Ты заплатишь за все, клянусь памятью отца».

***

Четыре месяца назад

Перемещение через портал далось с трудом и болью. Лия не знала, сколько прошло времени, но она очнулась на мягкой, сочной траве от жара где-то в икроножной мышце левой ноги.

Перед глазами вновь потемнело. Не в силах поднять голову и взглянуть на рану, девушка протянула трясущуюся руку и зашипела от злости и отвращения, представив все в деталях. Кожу ноги разорвало на мелкие кусочки, дыры в некоторых местах были настолько большими и глубокими, что, казалось, доходили до кости. Но что самое удивительное – кровь... Ее не было. Словно нога состояла лишь из мышечных прослоек и не извергала из себя красные водопады. Но что могло произойти?

Копаясь в увядающих воспоминаниях, Лия попыталась найти что-то реальное.

Лицо брата было таким озадаченным, когда девушка вызвалась помочь Еве. И у нее действительно получилось. Лия дошла до храма Притока через клубящиеся тени и нетерпеливую бурю. Кристаллы равновесия были в руках хранительницы, когда… Когда озлобленная Самико сорвалась в сторону Лии и прошла насквозь.

Нет, не насквозь.

Призрак молодой девушки вселился в ее тело!..

– Не двигайся, иначе все будет напрасно, – зашипел недалеко чей-то незнакомый, но приятный голос.

Напрасно ли?

Девушка резко села, одумавшись, и потянулась к клинку, который обычно держала в сапоге, но встретилась с яркими, золотыми глазами молодого мужчины и застыла, заметив собственный нож в его руках.

– Он побудет у меня для безопасности нас обоих.

Мозг работал слишком медленно, не давая никаких вариантов для ответа. По ноге вдруг потекло что-то горячее, и незнакомец упрекнул:

– Я же говорил, не двигайся. Теперь нужно снова останавливать кровь.

Парень выглядел чуть старше Лии, лет двадцати трех, может, больше. По всему лицу рассыпались рыжие веснушки, а янтарные волосы доходили до линии челюсти. Пухлые губы скривились, когда он начал колдовать над раной. И действительно, кровь медленно возвращалась в свою обитель, и теперь нога выглядела как сыр, изрешеченный дырками. Отвратительно.

Это сотворил Разрыв или сила Евы?

Хранительница создала что-то невообразимое, но Лия никак не могла вспомнить последовательность событий. Все выглядело так, будто она оторвалась от своего тела, не в силах вмешаться и помочь. В голове промелькнула картинка: руки девушки сжимались на шее Евы. Нет, это не могла быть Лия.

Самико?

Затуманенные мысли путались, и девушка поняла, что уже не в первый раз чувствовала такую растерянность.

Мужские ладони, покрытые веснушками, двигались медленно, излучая странное, но приятное тепло. Симпатичный, но Лия предпочитала других, более приземленных. Незнакомец отстранился от ее ноги, довольный результатом, и вдруг за его спиной раскрылось два гигантских крыла, накрывая их своей тенью.

– Какого темного! – вскрикнула девушка и, попытавшись отодвинуться, застонала от боли.

Крылья опустились вниз так же резко, как и появились. И как Лия могла их не заметить? Всмотревшись внимательнее, девушка с ужасом поняла природу таких необычайно привлекательных глаз, а под рыжими кудрями наконец заметила проглядывающие заостренные уши.

– Извини, я забываю, что вы, люди, к такому не привыкли. Здесь вас редко можно встретить, – выделяя интонацией каждое слово, проговорил парень. Он будто пытался подобрать слова для ребенка, не понимающего происходящее.

Застыв, словно трусливый заяц, и все еще видя перед собой размах перепончатых, обтянутых кожей крыльев с рыжеватым оттенком, Лия с трудом подобрала слова для вопроса:

– Где «здесь»?

– В Ольвидаре. Мире Шаркани и его драконов.

Незнакомец так широко улыбнулся, что на секунду девушка решила, что это шутка. Не может быть. Это миф. Никто никогда не видел воочию мир праотца перворожденных драконов, никто никогда не видел ни записей, ни хоть малейших упоминаний о его существовании. Этого просто не могло быть… Но ведь уши и крылья…

Похоже, замешательство и страх на лице Лии были настолько очевидными, что метис, как бы назвали его в Андрагале, смутился и опустил взгляд.

– Это будет сложнее, чем я представлял. Вы, люди, никогда не отличались особой...

– Не говори так, словно я умственно отсталая, – резко выпалила девушка, но тут же прикусила язык. Мало ли что может вывести это из себя.

Не зная, что еще добавить, Лия попыталась подняться, но и здесь незнакомец не оставил ее в покое. Бережно перехватив под руку и положив вторую ладонь на талию, метис помог девушке не упасть и встать ровно.

– Кровь может пойти снова, если тебя не исцелить, – задумчиво пробормотал он себе под нос.

– Исцелить? А бинтов в этом мифическом мире нет?

В тоне Лии было столько язвы, что рыжие брови незнакомца нахмурились, а золотые глаза блеснули раздражением. Но когда их взгляды встретились, парень рассмотрел страх, который прятался за неконтролируемым языком, и смягчился.

– Не стоит осуждать мой мир только потому, что ты о нем не знала.

– Ты прав, я о нем понятия не имела, но вы здесь наверняка знали о моем. О том, что он был на грани разрушения, вы тоже знали? – Лия отстранилась от теплого мужского тела, слишком теплого для нормального человека, и захромала, сама не зная куда.

Незнакомец молчал и не пытался ее остановить, но спустя десять шагов или прыжков по ноге снова потекли неприятные горячие капли. Девушка обреченно остановилась.

– Ты истечешь кровью, если отойдешь от меня достаточно далеко.

Напряженно думая, как поступить, Лия опустила голову, сдаваясь. Хотел бы убить, давно бы это сделал. Пусть исцелит ее, а потом она сбежит и придумает план, как перейти из этого мира в свой.

Не дожидаясь ответа, незнакомец подошел сам и положил руку девушки на свою шею. Вдвоем они медленно, с осторожностью начали подниматься по склону.

– Вы, люди, всегда такие упрямые?

– Вообще-то упрямыми всегда были драконы.

Парень усмехнулся, пряча улыбку.

Теперь язвительность Лии казалась ему смешной?

– Мне нужно знать твое имя.

– Зачем? У вас какие-то ритуалы с личностью? Заставишь меня молчать, узнав, как меня зовут?

– Что? Нет, конечно. Я смогу взять под контроль твой разум и сделаю своей марионеткой. – Метис усмехнулся, но Лия юмор не оценила, застыв на месте. – Я пошутил, – добавил он с улыбкой.

– Что ты только что сказал? – в голосе девушки звучало напряжение. Какой-то важный ответ стоял прямо перед ней, но Лия никак не могла уловить мысль.

– Я пошутил?

– Нет, – резко возразила она, а затем тихо добавила: – Контроль. Она меня контролировала.

Воспоминания наконец складывались в единую цепь. Самико вселилась в Лию еще в деревне, после ссоры Евы и Брентона. Все те гадости, что вылетали из рта в сторону хранительницы, ей не принадлежали. Девушка не хотела ссориться с ученицей брата.

Эта подлая девчонка залезла ей в голову и испортила все, что Лия так отчаянно пыталась исправить. Не она передала их координаты в пустыне. Не она! Когда Лия бежала по лесу, то даже и не представляла, что встретит Брентона, который так изменился с их последней встречи.

Девушка приложила ладонь ко рту от накатившего шока. Самико использовала ее, чтобы рассорить Еву с мальчиками, посеять сомнения между ними. Поэтому хранительница начала терять контроль, поэтому они считали ее просто ревнивой дурочкой, и именно поэтому Брентон ушел от Евы, когда был так нужен.

– Тебе плохо? – спохватился парень, прижимая Лию плотнее к своему боку.

Самико подстроила все с самого начала. Но странно было то, что она овладевала телом Лии не постоянно. Не хватало сил для полного контроля? Или она просто не знала, как это – управлять человеком?

– Ты… плачешь? – теперь метис был в недоумении.

Девушка моргнула, сосредотачиваясь на его лице. Острые, грубые черты не сочетались с мягким, беспокойным взглядом.

Она все исправит.

– Так зачем тебе мое имя? – прочистив горло, сменила тему Лия.

Рыжие брови подскочили вверх. Парень смотрел на девушку, как на полоумную, но, немного помолчав, неуверенно ответил, сделав еще пару шагов вверх по склону:

– Я должен знать, как представить тебя своей матери.

Только метис закончил фразу, как они остановились на пике холма, открывающем вид на широкую вытоптанную поляну, на которой, скрутившись калачиком, спал огромный рыжий дракон.