- -
- 100%
- +
«Нет!»
Её собственный крик, беззвучный во сне, вырвался наружу в реальности – сдавленный, хриплый, полный такого животного ужаса, что она сама от него проснулась.
Лия резко села на кровати, сердце колотилось так, словно хотело выпрыгнуть из груди. Темнота комнаты была густой и враждебной. Она не могла дышать. Простыни спутались вокруг её ног, как путы. Она метнулась взглядом к двери – заперта. К окну – заблокировано. Она была в ловушке. Снова.
И тут она услышала шаги. Быстрые, тяжёлые. Они приближались по коридору. И остановились прямо у её двери.
Стук. Стук. Стук.
– Лия? – его голос за дверью прозвучал приглушённо, но она уловила в нём напряжение. – Открой дверь.
Она вжалась в изголовье кровати, обхватив колени руками. Она не могла пошевелиться. Паралич сна перетёк в паралич яви.
– Лия, я знаю, что ты не спишь. Я слышал. Открой! Сейчас же.
В его голосе не было просьбы. Это был приказ, отточенный беспокойством. Молчание затянулось. Затем послышался лёгкий скрежет – он вставил ключ в замочную скважину с другой стороны.
Дверь бесшумно открылась.
Он стоял на пороге, освещённый светом из коридора. Его волосы были растрёпаны, на нём были только те же тёмные штаны, что и раньше. Грудь обнажена. В своей руке он сжимал тот самый ключ. Его глаза, тёмные и дикие, мгновенно нашли её в темноте – сжавшуюся в комок, дрожащую, с лицом, мокрым от слёз.
Он замер, и его взгляд, полный готовности к бою, смягчился, сменившись на что-то иное. На понимание. На ту самую усталую решимость, что она видела в машине.
Он не двинулся с места, не делая резких движений, будто приближаясь к испуганному животному.
– Кошмар? – тихо спросил он.
Она не смогла ответить. Она лишь кивнула, сжимая простыню в белых от напряжения пальцах.
Он медленно перевёл взгляд на её сжатые кулаки, на слёзы на её щеках, и что-то в его собственном напряжении ушло. Он тяжело вздохнул.
– Это пройдёт, – сказал он, и это прозвучало не как пустое утешение, а как обещание. Как констатация факта, в который он сам заставлял себя верить.
Он не стал подходить ближе. Не пытался её утешить. Он просто стоял там, на пороге, заполняя собой дверной проём, создавая физический барьер между ней и её демонами. И впервые с момента её появления в этом доме его присутствие не чувствовалось как угроза. Оно чувствовалось как… щит.
– Я оставлю дверь открытой, – сказал он наконец, и его голос снова обрёл привычную твёрдость, но без прежней холодности. – Если что… я буду рядом.
Он уже сделал шаг, чтобы уйти, когда её голос, тихий и надтреснутый, остановил его.
– Подожди.
Он замер, медленно обернувшись.
– Подойди… сядь, – выдохнула она, сама не веря своим словам. Но оставаться одной в темноте с этими образами было невыносимо. А его присутствие было реальным. Осязаемым. Оно принадлежало настоящему, а не кошмару.
Адриан помедлил лишь на мгновение, затем так же медленно, давая ей время передумать, вошёл в комнату. Он не сел на кровать, а опустился в кресло у окна, в паре метров от неё. Он сидел в тени, и только свет из коридора выхватывал контур его плеч и сцепленные руки.
Лия не смотрела на него, уставившись в одеяло, которое всё ещё сжимала в пальцах.
– Ты должен кое-что понять. О Маркусе.
Адриан напрягся, готовый услышать самое худшее…
– Он… не трогал меня, – начала она, и слова давались с трудом, как будто она вытаскивала их из самой глубины, где было темно и больно. Маркус… коллекционировал. Как вещь. Дорогую, хрупкую. Он держал меня в золотой клетке, ограждая от всего, чтобы сохранить… для себя. И ждал.
Она замолчала, сглотнув ком в горле.
– Он говорил: «Когда ты будешь готова». Но я знала… я знала, что «готовность» никогда не наступит. Это должен был быть акт… завоёвывания. Уничтожения последнего клочка воли. И я жила в ожидании. Каждый день. В страхе, что сегодня та ночь…
Она не договорила, но Адриан понял всё. Понял ту особую, изощрённую жесткость, которая заключалась не в действии, а в его ожидании. Он сидел не двигаясь, но в полумраке Лия увидела, как его сцепленные пальцы сжались в белые от напряжения кулаки, как напряглась челюсть. В его молчании была не просто ярость. В ней была какая-то мрачная, личная ярость, словно он видел перед собой не её историю, а чьё-то другое лицо.
Она рискнула поднять на него взгляд. Он смотрел куда-то в пространство перед собой, его лицо было каменной маской, сквозь которую пробивалась буря.
Он резко встал, будто больше не мог сидеть на месте.
– Тебе не нужно больше об этом говорить, – его голос прозвучал хрипло. Он прошёл к двери и остановился в проёме. – Доброй ночи, Лия.
И, повернувшись, он ушёл, намеренно оставив дверь приоткрытой. Узкая полоска света из коридора легла на пол её комнаты, как спасательный круг, брошенный в море её ночных страхов.
Лия ещё долго сидела, глядя на этот свет, прислушиваясь к тишине дома. Он не вошёл. Не потребовал объяснений. Он выслушал ровно столько, сколько она была готова дать, и отпустил, дав ей пространство. И в его реакции – в этой сдержанной ярости за неё – не было ни капли осуждения или жалости.
И это было страшнее и непонятнее всего. Потому что против такой защиты у неё не было никакого оружия.
***Адриан зашёл в свою спальню и, не включая света, тяжело рухнул на кровать. В ушах ещё стоял её срывающийся голос, а перед глазами – образ её истощённого, бледного лица в полумраке.
«Коллекционер…» – это слово отозвалось в нём гулким, неприятным эхом.
Он провёл рукой по лицу, пытаясь проанализировать, как анализировал бизнес-проекты. Маркус Деверо. Из досье он знал, что тот был не просто бандитом, а человеком со вкусом и манией величия. Он всегда подбирал себе «украшения» – женщин, бизнес-активы – аккуратно, с прицелом на эксклюзивность. Гурман. Именно так. Он не пожирал всё подряд, он смаковал, выжидая идеального момента, чтобы получить максимальное… наслаждение? Власть?
И тут его собственные мысли заставили его содрогнуться. «Но где, чёрт возьми, он нашёл этого ангела?» Лия с её хрупкой силой, её талантом, её глазами, в которых читалась целая вселенная боли… Что она могла значить для такого человека, как Маркус? Она не была трофеем в привычном понимании. Она была… шедевром. Единственным в своём роде. И Маркус хотел быть единственным, кто им владеет.
«Да что со мной происходит?» – с яростью подумал Адриан, ворочаясь на матрасе. – «Почему я не могу выбросить её из головы?»
Но он знал ответ. Это было не просто влечение. Это было что-то первобытное. Инстинкт. Когда он зашёл в её комнату и увидел Лию – без кровинки в лице, дрожавшую, с глазами дикого зверя, попавшего в капкан… В этот момент он понял… Понял самую суть.
«Что он с ней делал тогда, не трогая, раз она была так напугана?»
И ответ пришёл сам собой, леденящий и ясный. Он ломал её не физически. Он делал это медленно, изо дня в день. Обещанием. Обещанием неминуемого насилия, которое висело над ней дамокловым мечом. Он растягивал ожидание, растягивал страх, пока он не проник в каждую клеточку её существа, не стал её второй кожей. Это была пытка надеждой, которая никогда не сбывалась. Пытка, от которой не оставалось синяков, но которая была в тысячу раз разрушительнее.
Адриан с силой сжал кулаки, чувствуя, как по ним бежит знакомая волна беспомощной ярости. Он лежал в темноте и смотрел в потолок, но видел лишь её лицо. И впервые Адриан хотел не просто разгадать её загадку, а стереть с этого лица каждый след того страха. И готов был ради этого разобрать по кирпичику всю империю Маркуса Деверо.
Глава 10
Лия проснулась от того, что в глаза ударил яркий солнечный свет, пробивавшийся сквозь тонированное окно. Первые несколько секунд она лежала в полной прострации, мозг отказывался понимать, где она. Шёлковые простыни, высокий потолок, непривычная тишина… Потом память нахлынула волной. Погоня. Чёрные внедорожники. Его машина. Его особняк.
И ночь. Кошмар. И… он.
Она приподнялась на локте, и взгляд её упал на приоткрытую дверь. Полоска света из коридора всё ещё лежала на полу, как немой свидетель того, что произошло. Она вспомнила его в дверном проёме – босого, с голым торсом, с лицом, искажённым не гневом, а чем-то иным. Вспомнила, как сама, к своему удивлению, попросила его остаться. И как он… просто слушал. Не перебивая, не подходя ближе, не пытаясь коснуться. Он просто сидел в кресле, поглощая её слова, и его молчание было красноречивее любых вопросов.
«Зачем я ему это рассказала?» – этот вопрос гвоздём засел в сознании. Она открыла ему свою самую уязвимую точку, показала дверь в свой личный ад. И что он сделал? Вышел. Оставил дверь открытой. Это был жест, который она не могла расшифровать. Жест уважения? Или тактический ход, чтобы она расслабилась?
Стряхнув с себя одеяло, она направилась в ванную. Горячий душ стал попыткой смыть с себя остатки кошмара и некое чувство собственной уязвимости. Пар заполнил пространство, вода обжигала кожу, возвращая её к реальности.
Мысли понемногу приходили в порядок, выстраиваясь в простую и чёткую последовательность: она жива, она в безопасности, и ей нужно продолжать работать.
Лия надела вчерашнюю одежду, чувствуя себя немного неуютно, и решительно вышла из комнаты. Ей нужно было найти кого-нибудь – горничную, Клару, кого угодно, – чтобы понять, что делать дальше.
Особняк был таким же безмятежным, как и ночью. Она спустилась по широкой лестнице, прислушиваясь. И тогда до неё донеслись приглушённые звуки – низкий, ровный голос. Он доносился из-за полуприкрытой двери в конце коридора.
Она на цыпочках, затаив дыхание, подошла ближе. Это был голос Адриана. Он говорил по-английски, его тон был деловым и властным, но без обычной для офиса холодности.
– …нет, слияние откладывается до тех пор, пока не будет проведён полный аудит. Я не доверяю цифрам. Если им это не нравится, они могут искать другого инвестора.
Лия замерла у двери, случайная свидетельница кусочка его жизни, не предназначенного для её ушей.
И вдруг голос смолк. Последовала пауза, а затем он сказал уже гораздо ближе, прямо по другую сторону двери:
– Сейчас, подожди.
Прежде чем она успела отпрянуть, дверь резко распахнулась.
Перед ней стоял Адриан. Но не тот, которого она знала. На нём не было костюма. Только простые тёмные джинсы и серая футболка, обтягивающая рельеф его торса. Волосы были слегка влажными, как будто он тоже недавно вышел из душа. Он смотрел на неё с лёгким удивлением, но без раздражения.
Лия отшатнулась, её глаза расширились от испуга и смущения.
Он, не отводя от неё взгляда, поднёс телефон к уху.
– Перезвоню, – коротко бросил он и убрал телефон в карман джинсов.
В голове у Лии пронеслось: «Не в костюме… Значит, он сегодня не на работу?» Эта простая мысль почему-то показалась ей невероятно важной. Она видела его только в роли хозяина империи, неприступного и идеального. А этот… этот человек в джинсах выглядел почти что обычным. И от этого – ещё более опасным.
Они стояли друг напротив друга в тишине коридора – он, застигнутый врасплох её подслушиванием, и она, пойманная на месте преступления, не зная, что делать дальше в этом огромном доме, который вдруг показался таким тесным.
Неловкость повисла в воздухе густым туманом. Лия отвела взгляд, чувствуя, как жар поднимается по щекам. Она откашлялась, пытаясь прочистить горло, пересохшие от волнения. Ей нужно было что-то сказать, вернуть себе хоть какую-то видимость контроля.
Адриан, к её удивлению, не давил. Он не делал шаг вперёд, не заполнял собой всё пространство. Он просто стоял, засунув руки в карманы джинсов и ждал. Его молчание было более весомым, чем любой вопрос.
Сделав глубокий вдох, она выдохнула.
– Мне надо в галерею. Чтобы продолжить работу.
– Нет, – его ответ прозвучал мгновенно, резко и не оставляя пространства для дискуссий.
Лия подняла глаза, её брови поползли вверх от возмущения.
– Ты сам сказал, что моя «расплата» за то, что ты вчера меня спас, – это закончить начатое. Что изменилось? – в её голосе зазвенели стальные нотки. – Теперь я должна сделать что-то другое? Что-то более личное, может быть?
Она не знала, откуда взялась эта дерзость. Возможно, от усталости, от страха, от этого невыносимого напряжения.
Адриан не моргнул глазом. Его ответ был готов, будто он ждал этого вопроса с самого утра.
– В галерее слишком людно. Я не могу всегда быть рядом, чтобы уследить за каждым посетителем. У меня, – он сделал небольшую, но весомую паузу, – много дел.
– Я и не прошу тебя меня защищать! – выпалила она, и её палец сам собой ткнул в его грудь, чтобы подчеркнуть свою точку. – Я «оплачиваю» за вчерашнее. И вообще-то, вы сами меня наняли, мистер Ван-Хорн!
В тот миг, когда её палец коснулся твёрдой мускулатуры его груди сквозь тонкую ткань футболки, по её руке пробежал разряд тока. Она почувствовала исходящее от него тепло, упругость мышц. Лия резко отдёрнула руку, словно обожглась.
Адриан вздохнул. Это был не просто вздох. Это был долгий, тяжёлый выдох человека, который из последних сил сдерживал себя и свою привычку командовать. Его челюсть напряглась. Он явно не привык, чтобы ему перечили, и тем более – тыкали пальцем в грудь.
Ван-Хорн посмотрел на неё – на её разгорячённое лицо, на глаза, полные вызова, на сжатые кулаки. И внезапно что-то в его позе изменилось. Ярость отступила, сменившись холодной, расчётливой улыбкой.
– Хорошо, – произнёс он, и слово прозвучало как приговор. – Сначала мы позавтракаем. Потом я тебя отвезу. Но, – он поднял палец, пресекая возможные возражения, – рядом будет охрана. И если ты вдруг надумаешь закончить раньше – не передвигайся по городу одна. Зови водителя. Он будет там. Ждать тебя.
Его тон не допускал возражений. Это был не компромисс, а диктат, облечённый в форму заботы. Он давал ей то, что она хотела, но на своих условиях. Игра продолжалась, но правила снова диктовал он.
– Иди на кухню, – кивнул Адриан в сторону коридора. – Там должна быть Клара. Она приготовила завтрак. Я сейчас присоединюсь.
Не дожидаясь ответа, он прикрыл дверь, оставив её одну в коридоре. Лия развернулась и пошла, слыша, как за её спиной щёлкнул замок.
Адриан прислонился к закрытой двери, достал телефон и одним касанием набрал номер.
– Кай. Мне нужна вся информация о Маркусе Деверо. Не только криминал. Весь его бизнес. Все активы, все дыры, все долги. Плюсы и минусы, слабые места. Я хочу видеть полную картину. – Он выслушал короткое подтверждение и отключился, даже не попрощавшись.
Через пару минут Адриан открыл дверь и направился на кухню. Ещё на подходе его встретил соблазнительный аромат свежесваренного кофе, тёплого хлеба и бекона. Он зашёл и замер на пороге, наблюдая сцену.
Лия сидела за огромным кухонным островом и не ела, а механически водила вилкой по изысканно сервированной тарелке с омлетом и овощами. Взгляд её был отсутствующим, она была целиком погружена в свои мысли.
– Что, невкусно? – спросил он, подходя ближе. – Вроде Клара всегда меня радовала.
Лия вздрогнула и оторвалась от тарелки.
– Нет, вкусно, – тихо и слегка смущенно ответила она.
Энергичная женщина у плиты, Клара, обернулась и тепло улыбнулась Адриану.
– Мистер Ван-Хорн, и вам подать?
– Нет, спасибо, Клара. Только свежевыжатый апельсиновый сок. И Клара, сколько говорить, для тебя я – Адриан.
– Конечно, Адриан!
Женщина тут же налила сок в высокий стакан и протянула ему. Адриан кивнул ей с лёгкой, почти незаметной улыбкой.
– Спасибо.
Лия наблюдала за этим коротким обменом репликами, и в её голове что-то перевернулось. Она видела его холодным, властным, яростным. Но с поварихой он был… почти милым. Вежливым. В его голосе не было и тени снисхождения или привычного приказа. «Может, она тоже чем-то ему обязана?» – пронеслось в голове у Лии. Или это было его истинное лицо, которое он показывал лишь тем, кто не представлял для него угрозы и не был частью его бизнес-игр?
Под впечатлением от этого маленького открытия она наконец-то принялась за еду и быстро доела то, что оставалось на тарелке.
Адриан тем временем залпом выпил сок, поставил стакан в раковину и посмотрел на неё.
– Готова?
Она кивнула, вставая.
Минуту спустя он открыл перед ней пассажирскую дверь своего «Астон Мартина». Она скользнула внутрь, снова попадая в знакомый кокон из запаха кожи и его присутствия. Он обошёл машину, сел за руль, и двигатель с низким рычанием ожил.
Они поехали в галерею. Молча. Но на этот раз тишина в салоне была иной – не напряжённой, а полной невысказанных мыслей и новых, тревожных вопросов.
Глава 11
Автомобиль с тихим шипением тормозов остановился у служебного входа галереи. Прежде чем Адриан успел заглушить двигатель, Лия уже щёлкнула замком и вышла на улицу, как будто спасаясь из замкнутого пространства, где так остро ощущалось его присутствие. Утренний воздух был прохладен, но он не смог остудить жар смущения и неловкости, разливавшийся по её щекам.
Адриан вышел следом, его взгляд скользнул по её напряжённой спине с лёгким раздражением. В этот момент из тени арки отделилась высокая, поджарая фигура. Это был Кай. Он был одет в тёмную, функциональную одежду, не выделявшуюся, но и не скрывавшую его профессию. Его лицо было непроницаемым, а движения – экономичными и точными, как у хищника, сохранявшего энергию.
– Лия, – голос Адриана заставил её остановиться и обернуться. Он не повышал тон, но в нём была сталь, приковывавшая внимание. – Это Кай. Начальник моей службы безопасности.
Лия медленно подошла, чувствуя на себе тяжёлый, оценивающий взгляд незнакомца. Его глаза, цвета льда, бегло сканировали её, фиксируя каждую деталь – от нервного подёргивания пальцев до того, как она слегка отклонилась назад, инстинктивно создавая дистанцию.
– С сегодняшнего дня он отвечает за твою безопасность, – продолжил Адриан, его слова были обращены к Лии, но взгляд был прикован к Каю. – Его приказы – мои приказы. Если он говорит «нельзя», значит – нельзя. Если он говорит «иди», ты идёшь. Понятно?
В его тоне не было места для дискуссий. Это был ультиматум, облечённый в форму заботы. Лия слегка помялась, её пальцы сжали ремень сумки. Она кивнула, не в силах выдержать пронзительный взгляд Кая, и, не сказав ни слова, развернулась и почти побежала к двери, торопясь скрыться в знакомом пространстве галереи.
Адриан проводил её взглядом, пока тяжёлая дверь не захлопнулась за ней, отсекая её хрупкую фигуру. Только тогда он перевёл взгляд на Кая. Никаких лишних слов не потребовалось.
– Вся доступная информация по Деверо будет в твоём почтовом ящике к 18:00, – тихо, но чётко произнёс Кай. Его голос был ровным, лишённым эмоций, как отчёт автомата.
Адриан коротко кивнул. Этого было достаточно. Он развернулся, сел в машину, и через секунду низкий рык мотора растворился в утреннем гуле города.
***Лия, прислонившись к обратной стороне двери, пыталась отдышаться. Её сердце бешено колотилось. Кай… В этом человеке была та же опасная энергия, что и в Маркусе, но холодная, обезличенная, как отточенный клинок. И теперь он был её тенью. Её новым надзирателем.
Весь день работа шла с переменным успехом. Каждое движение кисти требовало невероятных усилий. Она ловила себя на том, что постоянно косится на дверь лаборатории, ожидая, что она откроется. То ли от страха, что войдут люди Маркуса, то ли от странного, смутного ожидания, что в проёме снова возникнет фигура Адриана. Его уход оставил после себя вакуум, заполненный гудящей тревогой.
***В своём кабинете Адриан с силой провёл рукой по лицу, отгоняя усталость. На мониторе шла очередная телеконференция, но мысли его были далеко. Он снова и снова прокручивал в голове утреннюю сцену. Её испуганные глаза. Её попытку сохранить независимость, выскочив из машины. Её покорное, но полное внутреннего протеста «понятно» в ответ на его условия.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.