Звёздное небо Санкт-Петербурга

Парень шёл молча, маневрируя по улочкам. Меня же так и подмывало нарушить повисшую между нами тишину и разговорить его.

– Как тебя зовут хоть? – не выдержала я.

– Допустим, что Михаил.

– А меня Катя.

– Я знаю.

– Откуда?

И тишина. Только ветер со стороны сквера Спасателей путал мне волосы. Страшнее было то, что мы шли в направлении Холерного участка и кладбища. Но не убьёт же он меня посреди дня, верно?

– А зачем меня искал? – снова спросила я.

– Я бы хотел попросить тебя удалить фото.

То, с каким облегчением выдохнула, я не выдыхала ещё никогда. Просто удалить фото! Всего лишь удалить снимки!

– Да без проблем, я не собиралась их нигде публиковать. Разве что мне нужно, чтобы ты сказал причину.

– Я тебя попросил.

– Э-не! – я перестала его бояться окончательно, – Так не пойдёт!

Только на мою активизировавшуюся энергию он не обратил ни малейшего внимания, причём зря. Я дёрнула его за руку, продолжая допрос, но ощущение было такое, будто общаюсь с глухой стеной. Никакой мимики, ни одна мышца на лице не дёргалась!

– Кофе? – Внезапно спросил он.

– Не откажусь.

Парень тут же развернулся на сто восемьдесят и пошёл в обратную сторону. Я, не ожидавшая такого, сначала не поняла, что произошло, но вскоре поменяла направление. И вновь приходилось идти быстрее обычного, хотя я понимала, что тот шаг, с которым идёт он – для него довольно медленный.

Когда мы наконец сравнялись и нашли общий темп, я хотела узнать, куда это мы пойдём пить обещанный кофе. Но мне даже вслух говорить ничего не пришлось, потому как вопреки любой здравой логике мы шли на заправку. Я совсем не понимала, он реально собрался сидеть там и пить кофе?

Как оказалось, да. Мы вошли через автоматические двери, после чего Михаил заказал два латте и, как самый вежливый в мире человек, поблагодарил женщину, которая отдала стаканчики.

Понятное дело, что в этой благодарности для меня не было ничего нового, скорее, парень не вписывался в это. Его строгий вид и холодная отстранённость, с которой он сопровождал меня всё это время, теперь на миг исчезли, проявляя под собой тёплый тон голоса и лёгкую улыбку.

Мы сели у окна. Я сняла куртку, скинула рюкзак и стала пилить парня взглядом. Кто ты такой? Почему так странно себя ведёшь? Что ты хочешь на самом деле?

– Так ты удалишь?

– Причину назови.

– Уже называл. – он отпил кофе, – Я не обязан тебе объяснять.

– Ты прав, но пойми, мне будет сложно расставаться с такими снимками! Они очень красивые, так что мне нужна веская причина!

– Ну и что для тебя будет веской причиной? – он устало вздохнул.

– Правда.

Я удивлялась своей настойчивости в этот момент. В другие разы я бы просто послушалась и удалила, ну, или, как это редко бывает, оставила в закрытой папке и никому больше не показывала. Но Михаил был другим. Мне не просто не хотелось удалять, мне хотелось поснимать его ещё! А для этого надо его уговорить, что довольно сложно…

Вдруг он поднялся, взял стаканчик и спокойно, будто так и надо, сказал:

– Хорошего тебе дня.

Я в ступоре пялилась на него, не понимая, в какой момент вообще он решил, что разговор окончен. А если и окончен, то с каким итогом? Я всё смотрела широко распахнутыми глазами ему вслед, хотя парень уже ушёл и, казалось бы, мне стоило притупить взгляд.

В следующую же секунду я рванула следом за ним, но наблюдала то, как он заходит в девяносто пятый автобус и уезжает. Теперь я смотрела в след целому автобусу. Интересная история выходит…

Тут мои мысли прервал телефонный звонок. Это была Женя, которой срочно понадобилась моя помощь. Видимо проблемы скорпионов сегодня нуждаются в помощи раков…

Она торопливо стала мне объяснять гениальную задумку для новой статьи и, конечно же, ей нужны были снимки.

Я слушала всё, что она говорила, пытаясь вспомнить, кто такие ёжики и с чем там их едят. Потом вспомнила, что чаще едят со сметаной, но в конечном счёте ошиблась, поняв, что речь идёт о животных. Мои мысли никак не хотели воспринимать никаких ёжиков, съедобных или колючих, со сметаной или без, меня интересовал этот парень с платиновыми волосами.

Примечания