Трансплантация разума за эгоизм воли
- -
- 100%
- +
Не новый король, что испортило – время
Моё благозвучное тело – под сказкой,
Но стало в границах мирского – стремления
Туда проходить, словно росчерком – вехи,
Опять оставаясь под дерзостью – или,
Как нужно мне нравственность – на перевесе
Внутри по глазам угадать бы – проблеме.
Так думал и жил в обоюдной – программе,
Линяя, как слой утопичности – в весе,
Что может Кристина полюбит, но – зная
Мой стиль аллегорий – устала бы верить
И просто сказала, что знает, как люди
Укромно в ночи постигают там – игры,
Как утром выходят и страшные – козни
Творят, чтобы внутрь эгоизма – погибнуть
И так же по циклу несметного – горя -
Внутри сотворящей потребности – смерти
Я должен был этой поэзии – боли,
Я умер почти, но стоял – на отвесе,
А рыба опять говорила мне – сказки,
Ничуть не снимая тот сон – от поверий,
Что будем в лице мы нужнее – подсказки,
Когда постареем и вычеркнем – линии
На сонной молве, на таком построении,
Что новый корабль мы пригреем – на мозге,
И там он, как ласточка выше – покроет
Мозги – этой собранной позе греховной.
Так с глазу на глаз стало утро – мудрее,
Я стал солидарнее в топи – с бесчинством,
Что может умру на пороге – бездельем,
Но вычеркну свой многолетний – упрёк -
Быть должен там женщине, что не добрее,
Чем ведьма из грёз для такого – покрова,
Что женщина, где не любила – до гроба
Меня лишь, притронувшись – на поколении
К работе от чувства и мира – от ритмов,
Что станем мы там королями иль – Богом,
Но всё же возьмём этот стиль – на проверку
И стихнем в капризности жизни – ночами,
А стиль этой белой химеры – в потоке -
Не станет шуметь, не взывая от – счастья,
Что был бы я беден и слаб – то умора -
Со мной обошлась бы – естественно строго,
Но был я силён и прожил – очень много
В Меркурии личности, чтобы – дорога,
Тогда указала бы мне – этим чувство
И вышла над ревностью взятого – если -
Я мог бы пытаться искать – диалектом
Свой мир – от наивности быть не упрёком
От женщины слабого чувства – под толком,
От женской харизмы, что делает – много
И выше уже не вольёт этим – слово,
Но будет в тисках утопичности – мниться
Ей поле простое, чтоб этим лосниться
Уже – к старику между разницей толка.
Я долго блуждал по катарсису – бледный,
Я был уже стар, словно мумия – пленной
Своей идиомы – быть разницей мира
И плотностью космоса, словно бы – Рима,
Что завтра опять попаду – над утратой
Того повседневного ужаса – счастья
И выйду там полем в открытое – вида,
Лишь космоса грёз упрочнение – мира,
Им буду пытаться играть – от приметы,
Там будут друзья и могила – по свету,
Что прах разовьёт между грани – и смоет
Тот ужас от жизни, что время – затронуло,
То общество риска из тела – по вехе,
Где сам на Меркурии стал бы – общаться
Я там – по примеру внутри человеком,
Но жил с гуманоидом в низости – рядом,
Чтоб женский обман раскусить и, однако,
Обнять искромётное поле – от сыска,
Где сам – путешествую, как – дилетантом
К превратности белого облика – прииска,
К примерной своей голове, чтобы – эго
Внутри от землянина стало мне – горько,
Но вычеркнув плотный туман – человека
Опять подсобрало бы мелкое – лоно,
Туда, где нельзя быть примеркой – от роли,
Что тянет тебе символизмом – утопии,
Что выше ты сам, но по росту – не мерят
Внутри королей от коросты – возмездия,
От тонкости плотного берега – сыска,
Где стал детективным исчадием – в ранах,
Я сам, что Кристина мне также – сказала,
Как жители мира Меркурия – в смыслах
Клюют этим землю, а после – от смерти
Плюют от потерянной боли – быть в эго
И что-то манить, не прияв там – изыска,
Но в сути чутья, как чума – в обелисках,
Как море пространственной каторги – между
Другой стороной необъявленной – страсти,
Что можно внутри от желания – бегать,
Но стыть этим пафосом – в белой одежде
И вычеркнуть светлое поле – меж рода,
Что стал ты – игрушкой в глазах от урода,
Чтоб светлое страха снимало – бы нишу
За плёс идеальности космоса – ближе,
Чем могут уже короли там – в манере
Себе присягнуть или выманить – нервом
Пустое пространство внутри – от потехи,
Расслабленной юности жизни – от нервов,
И так по канату от ревности – блажи,
Чтоб быть идеальным внутри, не прорезав
Им стоны в лице от потерянной – массы -
Реальности нового мира – от страхов.
В таком лишь лице я устал быть – наверно,
Заигранным миром в глазах – эгоиста
И просто упал на песок – между первой
И внутренне болью второй, как – поэтом
Воспрял мой порок – по устроенной жиле
Жить снова в тени гуманоидом – или -
Бы стать человеком в землянине – если,
Он также бы мог гуманоидом – сделать
Мой мир или созданный ад – мироздания,
Тот рок – на конечности боли от смерти,
Что в каждом конце ты – упрячешь на этом
Себе – командира под тонкостью цвета,
Под стать приправляя здесь облики – тела,
Но в стыд не взывая за опытом – если -
Ты стал бы себе на Меркурии – мерить
Свободное поле падения – в нервах,
Спокойно там падая в личности – цели,
Как деньги мне падают в жилы – карманов,
Но сам за работой не думал – о завтра -
Я там никогда – просто женщины, если
Мне думали быстро – то утром по ряду
И внутренне сами под хват – от химеры
Тогда приструнили бы цветности – мысли
Свой день аллегорий, чтоб жить – на Венере,
А может уже на Юпитере – в сгустках
Понятного облика в здешней – покрову -
Там зрелости близкого юмора, чтобы -
Опять подсобраться от истины – тела.
Там выдохся я на песке между – ряда
Той самости мела у космоса – взглядов,
Я был дилетантом, но мудростью – если,
Уже – королём на покрытой идее,
Где сам ты внутри покрываешь – игриво
Ту сущности маску и ждёшь – горделиво
Свой рок от наивности думать – по вере,
Что может железные неба нам – двери
Опять приоткроют тот выдох – маразма,
Туда подведут утопичности – ветер,
Чтоб выше и выше ушли бы – по смерти
Те призраки рода в понурости – мысли,
А тело внутри обнажённое – к чести -
Не стало бы думать, как обликом кроя
Сковать одиночество между – невестой
И стилем внутри жениха – над покровом,
Когда не узнаешь ты кладбища – к чуду,
А сам на могилу к себе – подойдёшь лишь,
Там будут цветы из устроенной – жилы
Твоей непригодности, словно – ожили
Они – между космосом будущей маски,
В пути от Меркурия, чтобы – понятен
Я стал для себя, где играю – в подсказки
Над женским чутьём, что уже – не увижу
Свой белый набор обывателя – в квази
Судьбе непригодного чувства – от склона,
Где много я жён поимел, но – упорно -
Остался и там я один – между тлена,
Где снова по космосу воды – над телом
Меня обрамляют, чтоб сделать – отныне
Понятнее к бренности стиля – харизмы,
Приятнее обществу между – поэмой.
В которой все вехи сошлись бы – сегодня,
Как мордой в песок окунулся бы – славно
И вычленил новый сюжет – между ролью
Быть снова мужчиной и обществу – равным
На том привидении – будто нет рамки
Внутри бы по времени – в каждом ответе,
Но быстрый щелчок отправляет – программу
За долгие будни под космосом – в иле,
Она мне сегодня не цвет – аллегорий,
Но мир – под компьютерной волей, и адом
Я снова ту смерть назову, что – повыше
Уже бы стремился играться – на равных
Со смертью, с той дамой, что может негоже
Ей мне поклоняться, но белое – платье
Она не наденет, а чёрной – эмблеме -
Увы, принесёт мой итог – под указом,
И белые снова цветы – между нами
Над космосом в личности станут – от глаза
В душе проливаться, как дивные формы,
Где ты необычностью выманил – ровный
Мне луч поколений быть этой – указкой,
Чтоб видеть в плену человеческим – глазом,
Как внутрь гуманоид заходит и – мерит
Мой смысл объективного опыта – в квази
Той догме проблемного смысла, что даже
Устало бы небо искать – объективность,
Устала бы там и Кристина, что – манит
Опять – между личностью и переливом
Над словом космической вечности, если -
Бы сон от моральной утопии – мерил -
Ей силы внутри априори, что – верил,
Как станем мы вместе смеяться – на пляже
И ветер в тисках этой белой – химеры -
Вернёт мне прощение в низменном – крене
От сил благородства, что стану – по мере
Я там – успокоенным в цвете надежды -
Сегодня душой королём – между стиля
В руках человеческой близости – раны,
Что можно ту жизнь разложить – по примеру
И вынуть пути аллегории – к каждой -
Такой парадигме быть этому – ради -
И добрым характером или – понятным,
Что смогут тебя гуманоиды – мерить
В таком априорном стремлении – верить
Над словом планет или в цвете – от блика,
Где манит Меркурий мне в танцах – от риска,
Где облако ревности сцепит – проблему,
А ты не понятен бы к разнице – в цели,
Но всё же стремился там жизни – отдаться
Над тёмной своей стороной, что – любовной
Программой инерции думать – от боли,
Где нет историчности в жиле – по роду,
А тонко, подкравшись там птицы – летают,
И что-то уже не Землёй – породнилось
Нам выше и выше в Меркурии – стилей,
Чтоб стать, как забытое общество – в мире
И встретить усидчивый посох – от страсти,
Как вздетый поклон от потерянной – смерти,
Как рыба, в которой нет опыта – дважды
Проплыть этот путь, но приделать – отныне
Пометку для личности или – под раной -
Один утопический в мании – полдник,
Где серостью блага никто и – не помнит
Твой род от устройства материи – в теле,
Но помнит тот стиль аллегории – если -
Ты стал бы – покрытым на кон от потери
Внутри – чешуёй или выглядел в казус,
Как цвет гуманоида – между подсказкой -
Быть завтра опять – человеком на мысли,
Но внутренне плыть за такие – морали,
Что снова твой цвет облетает – планеты
И видит, как ревностью поле – ответов
Садится к потоку той разницы – крова,
Где мы обнаглели и будем – упорно -
Искать аллегории в медленной – боли
И также метать там икру – от утопии,
Что выше уже – короли между сказкой,
Но ниже теперь – словно Боги, и манит
То детство – под слой урезонить пороки
Над ревностью плоской картины – понятий,
Что дальше искать этим древности – важно,
И жить, как устройство по мере – на плёсе,
Где я проживаю там – пошлостью раны
Внутри от Меркурия, чтобы согреться
От низменной горя гордыни – по краю
Такой диалектики или – пространства,
Что мне не доказано, но между – Богом
Нет ужаса плыть от обычного – шанса,
Но есть обоюдный поток – от харизмы
И я его вижу – над склоном от смерти,
Когда подойду к этой бездне – то выше -
Пройду сквозь фатальности мира – лавину.
Одни греховные черты, когда нет права по уму..
Над Никтой шёл спонтанностью – ответ,
Как новый день, а может – новый свет,
В котором стыло время между – мной
И обществом в пародии – той склочной,
Маразму предначертанной – черты,
Что Дуглас я, но в тень меняя – сны -
Я так и не могу прожить сто – лет,
Набравшись полной сущностью – ума -
Ту волю быть бескрайней формой – дня,
Маститой вереницей спеси – в людях,
Что ставят мне греховный верх – цены,
Где я бы мог пройти судьбой – наверх.
Не очень-то старался, в поздней – тьме
Мне странно горевалось в пять – часов,
Я был сегодня маленьким, как – ком
Внутри у созерцательного – гения,
А он вмещал мой космос, чтоб – потом
Я смыл с себя тот уровень – надежд,
Что принял бы угрюмый вид – у сна
И просто опустился в страхе – вниз.
Мой город Боллон был пустым, а – я
Корил сегодня в сущности – под фарс
Ту наледь сплошь поранненого – в ряд
Себе внутри – искусственного клоуна,
Что будто бы прожил так лет – уж семь
В надежде выиграть пролитое – вновь,
Мне в сущности приливов – взять любовь
И просто разойтись там с дамой – либо -
Усесться в кресло мудростью – под раж
И снова прочитать газетный – ком
Иллюзий слов другого края – мира,
Где я был журналистом, чтоб потом
Там смог и стать полезнее – под час
Той разницы поверий, как – погас -
Так уровень прощальной спеси – в ряд
Одной моей никчёмности – просесть.
Но так бывало раньше, мне – теперь
За мыслью пятьдесят, но сам – горю,
Я вжавшись в позу мнительности – лишь
Там вижу молодую леди – в розыске,
В котором странный кот виляет – вниз,
Направив тонной глаз – судьбой наверх
От прошлой формы фобии, чтоб близ
Сегодня видеть даму в час – для жизни.
Так Джессика сказала в разность – глаз,
Что будет «булки» намывать – весь день,
Потом пойдёт кутить – по магазинам,
А я, быть может, на работу – выйду,
А может, как начальник стану – в ряд
Искать убийц в космическом – плато,
Там, где их нет наверное – зато -
Есть много женщин в потугах – на рамке.
А рамка та была мне в часть – души,
Корила сплошь увечный день – под два
И ныло в путь душой – почти увечнее,
Чем мог бы думать Дуглас – изо льда,
Когда семья не снова вышла – в ряд,
Однако, развалившейся, но – стыдно -
Искать пути пришельцев, что горят
На свете возле космоса – под лишний
Мне там привет в оценках – из людей,
Над Никтой, чтобы спутником – подряд
Мне космос завывал бы тонны – мифов,
А может странно Джессике – менял -
Её предельный вес пути – под жесть
Напротив старым образам – фасона,
Где платье может долго там – она
Держать в чуланной свите – от добра,
А после примерять на «булки» – модно.
Так стукнуло мне ровно – пятьдесят,
Нажил грешков я много – между ран,
Насыпал там приличной кровли – бед,
Чтоб в космос улететь потом – на саван
Своей свободы мнительной – под дверь,
Что может снова выкрашу – под тучу
В сегодня фиолетовый мне – шмель,
А завтра в полный мир – судьбе на взнос,
Как буду притворяться очень – милым,
А может неуклюжим – старикашкой,
Но вовсе не бездельником – под клюшкой,
Что очень сам любил играть – с замашкой
Я в гольф, который год, где – мимолётом
В тот клуб сегодня звал и женщин – или
Пенял свою систему мира – дважды,
Где мог бы приобнять серьёзный – филин
Мне розыск по ночам, но сам я – вижу,
Что мой куплет был нынче – неотёсан,
А Джессика всё время грела – вымя -
На тоненьких коленях в смятой – коже
И очень мне хотела смыть – последний,
Предательский кювет напротив – дружбы,
Что мы должны друг другу – словно детям
И также будем говорить – сквозь сердце
И дальше в путь творений мифов – лет.
Устал неимоверно жить – под плахой
Такой среды космического – чувства,
Плутон – опять бывалый за рубахой,
А может серый воин мне, что – свахой
Могу уже прикинуться сам – с виду,
Когда сегодня я с работы – сгинул,
И вот, пошёл играть опять я – в гольф
На новенькое поле в личной – лжи,
Но вру себе всё время – с новой пользой,
Когда гуляю в баре – между крыльев,
Что могут отрасти уже – под верхом
В глазах цинизма в низменности – лет,
Но в них, увы, запутался, что – криво
Опять шнурки закручивал – по лунке,
А может видел сонный ад – не в той
Своей примете женской – волевой -
Критичности, что мог бы – обогнать
Сегодня сам – свободу вровень танца.
Танцую каждый день, виляя – тьмой,
Как Дуглас в пользе ровной боли – глаз,
А Джойс мне говорит, что был – плохой,
Однако, пас напротив серых – масс,
Он тонко подводил чертой – назад,
Чтоб мне кирпич прибить уже – за тот
Откормленный остаток боли – в смерть,
Что я могу быть счастьем так – взбешён,
Что кину всю реальность – между мифа,
Его я сам придумал в частность – зла,
Когда блуждал под офисом – добра,
И мне неловко секретарша – в визг -
Там ногу отдавила, чтобы – мнить,
Что хочет стать директором – по мне,
А может кем и выше в той – войне
Системы роз так алой или – злой
Критичности в надменной боли – мной.
Я выслушал тот длинный – монолог,
Тереза упрекала, что – помог -
Я сам сегодня ей, впустив – ножи -
На стол соседней грации – прожить
Ещё немного чувства через – свет,
Что сам там отражаюсь в бликах – зла,
Но внутрь не демон, а строитель – бед
По сторону словесности, что – зря
Рискую стать серьёзнее – соседства,
В нём был опять дурак, но всем – умён,
Женат, несчастлив, но под визг – греха
Так часто изменял в противной – мгле
Той воли состояний быть – при мне -
Такой рутины в квази – потолке,
Что мог бы он обрушиться, но – близко
Там жил один пришелец – от души,
Что мне всегда подсказывал, что тише
Могу идти сегодня в край – из звёзд,
Могу блуждать по женщинам, что – я
Там сам – греховный оборотень лет
И честь мне будет в принципе – взята
Внутри такой вот спеси лжи и – рта,
Что сам не закрывался – ведь с тоской
Я вижу смертный облик – этих дам,
А сам хочу бессмертным стать – уму.
Трагедией не кончился – мой день,
Но вышел на Терезе – после мглы,
На том и отобедав в счастье – с ней,
Мы заново решили встретить – сны,
Но вижу – тонкий стебель возле слов
Ползёт – и сам Плутон мне видит вдаль,
Как сумрачная там жена – корит -
Мой день и ужас, а потом – вменит
Мне славно пустоту на жизни – там,
Что быстро я состарюсь и – пройду
Свой вид внутри космический – ума,
Что там она – модель или тюрьма,
А я отживший фрукт – на тенету -
Её природы спрошенной, где – зреть
Не смог бы дельно, но в пути – уже
Забился в смутный полдень – на коне
Той здравой силы мудрости, что мне
Не хочется так жить, меняя – тени
На вымыслы из прошлого, что – я
Могу любить любовниц в теле – зря,
Но там, играя в мелкий ужас – лет,
Могу им быть серьёзнее – папаши,
А собственные дети стал б – врать,
Что любят так меня, меняя – стыд
На отблеск смертной оторопи – вдаль,
Что сам не вижу отношений – мощных,
Но вдаль веду тот риском – разговор,
Что думал сам указывать бы – впредь
Тому и повышение под – зрелостью
Уже другим коллегам, чтоб хотеть
Могли они крутое в счастье – слов,
Но завистью назвать такое – лишь
Не смог, ведь был увенчан – на себе
Я тайной вероятности – быть меньше,
Чем спутник мой, в чём космос – не корит
Меня сегодня – в близости к любви,
А ловко так под честью – говорит,
Когда мне думать можно – от обиды,
Когда мне пить, где страхом – горевать,
Что сделать в пыльном призраке – речей,
Что мне минуло уж за лет – под жизнь,
Тому за пятьдесят, когда бы – дней
Там много стало в происке – людей.
Они опали в сумрак, чтобы – ждать,
Что я сегодня сам смогу – придумать,
Что сделал б журналист, чтобы – года
Свои опять продлить – минутой вверх,
А может вниз на пропасть – не смотреть,
Но видеть там жену и мнимый – космос,
Что вылью вдаль над мифом – по губам
Опять сегодня в крайности – там ей?
Я тщился быть хорошим, но в узде
Там Джессика держала в час – меня,
Она стояла над душой и – в часть
Меняла прочный вид моральной – неги,
Что лишь опилки мыслей стали – зреть,
Внутри не поровняя стрелы – нам -
Мы ожили, как будто бы – продал
Я личности число – внутри под гением.
Смотря на это зеркало под – стиль
Я вижу только бренный день – едва,
Там день мой сразу кончился, а – я
Не сразу останавливался – в розни,
Что ссорились всё время мы – на днях,
Но лишь моралью выше стал бы – я,
Что вижу день на лад уже – к тому
Вещественному стыду – в совесть мук
И там веду свой скромный – разговор,
А после мы с Терезой – может в гольф
Идём играть над призраком – туда,
Где нет природы волн, а только мгла
И космос рассекает мили – впредь
Надстроенной фатальности – иметь
Мой зонтик счастья – между тенетой
И роскошью второй картины – счастья.
А брак то был не первый, но – укор
Я сам сменил сегодня, чтобы – жить,
Ведь первая, вторая там – жена -
Мне льстили может больше, чем могли
Бы заново вернуть природу – зла -
К тем мыслям давним, чтобы – не уметь
Так призраками вовремя – поспеть,
И что-то приготовить смело – к жизни.
Эльвира и Мадлен – мне только зло,
Но медленное в пасти ритмов – стен,
Я их любил когда-то, чтобы – быть
Космическим пришельцем в пасти – львов,
А там пропасть над обществом – в углу
И выменять бы редкий – талисман -
На прожитое детство – будто сам -
Могу быть ближе редкой боли – им,
Но жизнь держу, чтобы объять – умом
Там женский глаз от похоти – роясь
В такой причине нежности – потом,
Что мне они всё время, также кланяясь
Вели сумбурный рок внутри – углов,
И что-то очень вкрадчиво – по смерти
Хотели приготовить – в час от дней
Фантомной боли призраков – подряд.
Мой выпад был недолгим, где горят
Зимой причины в ёлках – во дворе,
На Никте стало холодно, а – страх
Пронзил мой едкий пафос, что одни
Мы будем умирать в такой вот – тьме,
Где Солнце мало греет, но – под стиль
Меняет тонкий хват пути – назад,
Чтоб космос притворился, как – награда
И стал теперь уже блистать – подряд
Над толщей мест от квантового – я,
Напившись смертной боли – наугад,
Где люди могут возрождаться – впредь,
Но двигаться от мысли в том, что рад
Я был бы той реальности – погод,
Что сам живой и все мои – друзья -
Живут на той соседней болью – кромке,
Сегодня в стиле улицей, чтоб – стать
Тому уже, как в обществе – дожди,
Что выпали и к смелости – не могут
Быть тоном мне нужнее, чем – вдали
То утро между женщиной – в пыли.
Копался сам я в книжном – бытие,
Точнее в лавке в магазине – около -
Природы дома, что пустил – в глазах
Ту ясности мораль – себе под нос,
Как вижу – томно Джессика одна
Проходит и как будто б – исчезает,
А после – только дым из под пера
И стиль уже – прохладный воет вон,
Я стал там думать, что же – дотемна
Она такого делает – на улице,
Что ходит там одна и после – свет
Её – как будто забирает в плеть
Искусственного разума – в том теле,
Где нет уже и собственной – тиши,
А только странный воет цвет – души,
Не разу не дотронувшись – взрослением.
Я думал много дней и мне – подряд
Там мысли в вереницу встали – тьмой,
Я думал это демон старый – в ней -
Заводит там глубокий боли – свод
И после забирает в свой – чулан,
Напившись крови внутреннего – сна,
Что там она пропала бы – под стиль
Такой, быть может, красоты – любви,
А может крови – в мучениках жил,
Где я уже и не смогу ей – дать -
В никчёмности игры – там ничего,
Но буду – словно клоун привыканием
Над смертью, что поодаль – превзошла
Ту оторопь рассеянности – в мыслях,
Как вижу бледной глади степь – чудес,
Но нет моей жены, а только – лес -
Внутри плохого чувства – звать желание.
Моё сегодня очень в том – пришло -
Наверно быстро, на работе – в чуткость,
Ко мне Тереза сразу там – под вихрь
Зашла, чтобы приятно – удивить,
А после ублажить, не зная – в призрак,
Что будет только линией – под взглядом
Другого чувства символизма – рядом,
Что мог бы сразу день там – насмешить,
Я сам ей предложил тому – сильнее,
Упрочить отношения в том – свете
И может пожениться, если – вровень
Сойдёмся в полной бытием – Луне,