Академия Хозяйственной Магии

ЭПИЛОГ

Свадьба Киллиана Аштона, ректора Высшего Института Магической Полиции, обещала стать самым обсуждаемым событием уходящего года не только потому, что женился, наверное, самый закоренелый и желанный для женщин столицы холостяк, но и потому, что бракосочетание было обставлено поистине с королевским размахом.

В огромном зале для торжественных церемоний института набралось человек триста гостей, и это не считая представителей светской прессы и художников. Оркестр самого короля, зависший под потолком, играл свадебный вальс Гробокриоса, повсюду горели свечи в белых ажурных канделябрах, а утреннее солнце расцвечивало витражи, наполняя залу праздничным светом.

Гости не могли налюбоваться на жениха и невесту, которые стояли в центре залы в арке, увитой ветвями белой сирени. Невеста выглядела нежной и хрупкой в необычном и роскошном платье, украшенном лебяжьим пухом и с цветком гардении в золотистых волосах, уложенных в замысловатую прическу. По жениху же – статному красавцу в тёмно синем парадном кителе, расшитом серебристыми узорами, с мечом на серо-серебристой атласной перевязи через плечо, втайне вздыхала женская половина зала – уж больно ректор института был хорош в форме!

Жених и невеста произнесли перед лицом богослужителя свои брачные клятвы и для завершения обряда собирались обменяться кольцами, как вдруг в залу ворвалась молодая девушка и решительным шагом, расталкивая гостей, подобралась к арке.

Выглядела она более чем в данной ситуации неуместно – длинные прямые волосы цвета горького шоколада были растрёпаны, коричневое платье порвано и испачкано в чем-то мерзком, о природе чего задумываться не хотелось. Рядом с ней шел парень со светлыми волосами и зелёными глазами в черной поношенной куртке. А вслед за ними, на некотором отдалении держался мужчина лет тридцати пяти, который даже в запылённом дорожном костюме мог поспорить с женихом красотой и статью.

– Папочка, стой! – завопила девушка, подскочив к жениху с невестой вплотную, и выбила из его руки кольцо, которое, весело звеня, запрыгало по каменному полу и откатилось под ноги гостям. – Тебе нельзя жениться на этой гадюке!

Лицо жениха исказилось от гнева. По рядам гостей прошло шокированное аханье. Журналисты что-то бешено застрочили в своих блокнотах. Художники обновили эскизы и принялись вдохновенно рисовать.

– Фрэнтина Аштон, на этот раз вы перешли все границы! – сказал отец задыхающимся от ненависти голосом. – Я говорил, чтобы вы не смели мешать моей свадьбе, но вы не послушались! Сию же секунду вы отправитесь в закрытую школу-интернат для молодых магов с отклонениями в поведении! Я не хотел этого, видят боги, не хотел, но вы вынудили меня прибегнуть к крайним мерам!

– Да она обманула тебя! – с отчаянием закричала Фрэнтина. – У нее и жених есть… вернее, был… Она влюбила тебя с помощью приворотных чар, а сама хотела вместе со своим женихом убить нас и завладеть твоим состоянием и должностью ректора! Да очнись ты, пап!

– Я не слышал ничего более подлого, лживого и мерзкого! – с презрением глядя на дочь, проронил Киллиан Аштон. – Сейчас я убедился, что решение отправить тебя в школу для будущих преступников – самое правильное!

– Фрэнни, я же говорил, – негромко проговорил зеленоглазый парень, тронув руку девушки. – Ректор находится под действием приворота и не поверит тебе…

И тут вперед вышел третий незваный гость.

– Твоя дочь говорит правду, Киллиан, – хрипловатым голосом произнёс он. – Останови все это, пока не поздно!

– Вот уж от кого я не ожидал, так это от тебя, Властимир! – воскликнул жених с досадой. – Я ещё могу понять этого мальчишку – он влюблён, но как она смогла тебя-то оболванить своими безумными идеями? Взрослый же человек! А я-то тебя ещё на свадьбу свою позвал…

– Дорогой, что здесь вообще происходит? – с обидой воскликнула невеста. – Как ты можешь позволять им портить торжество, к которому мы так долго готовились?

Фрэнтина с возмущением топнула ногой и собралась разразиться гневной речью, которую ее отец явно слушать не желал, как вдруг от толпы гостей отделилась маленькая сухонькая старушонка в оранжевой шляпке с вуалеткой на седых волосах.

– Кил, постой-ка, сынок! – проговорила она басом. – А что, если девочка говорит правду?

– Профессор Чортрис, и вы туда же, – закатил глаза ректор. – Да чтоб вас всех семихвостый побрал, я женюсь на этой женщине по своей собственной воле, я люблю ее и буду любить до конца жизни!

– До конца жизни, говоришь? – сощурилась старушка и протянула. – А вот сейчас мы это и проверим! Мне тут твоя бывшая жена подарочек прислала из Ринорина. Отвар эдельвейса, цветка верности и любви. Очень редкая и ценная вещица. Идет на вес золота и даже дороже. Жалко на тебя, оболтуса, тратить, но так уж и быть, пожертвую каплю. Он проявляет настоящую искреннюю любовь, которая идет от сердца, без примеси магии. Если Сенд тебя приворожила, эдельвейс это покажет.

С этими словами Чортис протянула Киллиану Аштону крошечный пузырёк с содержимым, больше всего похожим на сопли.

– Не буду я ничего пить! – возмутился жених. – Совсем с ума сошли! Дайте мне уже жениться нормально!

– А ну цыц, мальчишка! – рявкнула Чортрис. – Пей! Только каплю, смотри не обворуй бедную старушку!

– Больно надо! – скривился ректор ВИМП и капнул из пузырька себе на язык.

Все присутствующие затаили дыхание. А Киллиан Аштон, который скептически скрестил руки на груди, через пару секунд вдруг изменился в лице, как будто не совсем понимал, что происходит.

Затем он с удивлением огляделся по сторонам, с нарастающим страхом посмотрел на свой парадный китель, перевел взгляд на невесту, стоящую рядом с ним и пытающуюся сделать хорошую мину при плохой игре, и, издав какой-то сдавленный звук, в ужасе отпрыгнул от нее подальше.

– О, боги, уберите ее от меня, уберите! – вскричал жених с неподдельным страхом. – Я что, жениться собрался? Нет, этого просто не может быть, это какой-то дурной сон! Где Фрэнни, где моя дочь?

Фрэнтина, сияя от счастья, бросилась отцу на шею, тот обнял ее крепко-крепко и закружил, приподняв.

– Фрэнни, моя маленькая девочка!

– Ты просто болван, папочка, – шепнула девушка, прижимаясь к отцу, и добавила вкрадчиво. – И да, я рассчитываю на кое-какую компенсацию за причиненные мне моральные неудобства.

– Сейчас прямо, – усмехнулся отец. – Никакой компенсации, хитрющая ты моя!

– Э, я б на вашем месте не стала так радоваться, – вмешалась Чортрис. – Действие эдельвейса скоро закончится и он снова превратится во влюблённого идиота… Не в такого, правда, каким был до этого, но все же… Его как минимум надо полгода отпаивать, я смотрю тут лошадиная доза любовного порошка.

– Только жениться мне не давайте! – испуганно проговорил Киллиан.

Выражение его глаз поменялось, стоило ему только посмотреть на свою невесту. Он сделал пару шагов к ней, и взялся за край фаты, помял его пальцами.

– За все, что сделала, ты ответишь по всей строгости закона, – холодным тоном проговорил ректор и, сдернув фату с головы своей невесты, швырнул ее на пол.

– Кил, сердце мое, нет! – закричала Амалия, заливаясь слезами. – Это все он, все Лейм, это был его план! Вначале я не испытывала к тебе ничего, но затем я тебя полюбила! По-настоящему полюбила, слышишь, Кил? Я никогда бы не убила тебя, ты моя любовь!

– Дочь ты мою тоже раздумала убивать? – спросил Киллиан, глядя невесте прямо в глаза.

– Я не знаю! Ей занимался Лейм! Я ничего не знаю, он не посвятил меня до конца… Я запуталась, но я знаю одно – я люблю тебя, Кил. Кил, пожалуйста! – Амалия с мольбой дотронулась до его руки. – Пожалуйста, не отправляй меня в тюрьму! Ради всего того, что было между нами…

– Ради всего того, что было между нами, вы арестованы именем Департамента Магической Полиции, – сухо проговорил ректор. – Вы имеете право, чтобы к вам не применялись Запрещённые Заклинания. Вы можете применять свою магию в рамках раздела 17 Магического Кодекса. Если вы не знакомы с данным разделом, Кодекс будет предоставлен вам, и вы обязаны будете ознакомиться с разделом 17 в течение 3 дней.

И Киллиан Аштон застегнул на запястьях своей бывшей невесты браслеты из скарлетита.

– Мог бы и не повторять эту глупую формулировку, – усмехнулась она. – Ведь я преподавала в твоём институте Магический Кодекс, ты не забыл?

Один из гостей, невысокий мужчина лет сорока в форме полицейского мага, стоявший ближе всех к алтарю, склонился к уху своего толстого спутника, который тоже был в форме, только рангом пониже:

– Вот поэтому я и поставил на себя венец безбрачия, любезный Морон. Женщины – коварные существа и пойдут на все, лишь бы связать мужчину узами брака. Я же вам рассказывал, что отправил своего племянника в Академию Хозяйственной Магии расследовать исчезновение студента? Так вот на днях приезжает он, да не один, а с невестой! И вы знаете, она мне понравилась – скромная хорошая девушка, у нее даже имя такое… милое. Я одобрил этот брак, хоть и не хотел, чтоб Дарен так рано женился. Ну, готовимся к свадьбе мы, значит, и тут… Приезжает еще одна студентка этой академии, настойчиво добивается моей аудиенции и говорит, что невеста моего племянника приворожила его с помощью особого ожерелья-артефакта, очень сильного!

– Да что вы говорите? – ахнул Морон.

– Разумеется, я вывел рыжую бестию на чистую воду, ожерелье конфисковал, – ухмыльнулся мужчина. – На радостях даже наказывать ее не стал! А мой племянник только-только от действия ожерелья освободился и, что вы думаете? Женится на той самой девушке, которая вывела его предыдущую невесту на чистую воду!

– Да уж, канцлер Мерсер, – согласился Мортон. – От этих женщин одни беды!

Фрэнни между тем повернулась к Филу, сияя глазами, как бы говоря: «Мы вместе! Мы сделали это!». Засмеялась.

Фил сделал шаг вперёд и крепко прижал девушку к себе.

– Фил… – с любовью прошептала Фрэн, растворяясь в объятии.

Но что-то заставило ее открыть глаза и взглянуть поверх его плеча.

Влас неподвижно стоял среди бурно обсуждающей произошедший скандал толпы и смотрел на Фрэнни.

Она кивнула ему.

Влас улыбнулся с ледяной тоской, медленно кивнул в ответ, и, не оглядываясь, пошел прочь.