Кундалини-йога. Змеиная Сила

Предисловие к первому изданию

В своей работе «Шакта и Шакти» я наметил начальные принципы Кундалини-Йоги, о которой так много спорят в некоторых кругах, но о которой в то же время так мало знают.

Здесь описываются и подробно объясняются учение о Змеиной Силе (Кундалини-Шакти) и о Йоге, которая ее использует, – эта тема занимает в Тантра-Шастре исключительно важное место.

В эту свою книгу я включил переводы двух санскритских текстов[1], опубликованных несколько лет назад во втором томе издаваемой мною серии «Тантрические тексты», но до сих пор не переводившихся. Первый из них, «Шат-Чакра Нирупана» («Описание шести Чакр»), был написан знаменитым тантристом Свами Пурнанандой, краткие сведения о жизни которого приводятся ниже. Этот текст представляет собой шесть глав из его обширной и неопубликованной работы о тантрическом ритуале, которая называется «Шри-Таттва-Чинтамани». Она комментировалась многими критиками, в том числе Шанкарой и Вишванатхой. Эти комментарии, которые я приводил во втором томе «Тантрических текстов», были использованы при написании настоящей книги. Кроме самой «Шат-Чакра Нирупаны» я перевел с санскрита и комментарии к этому тексту, написанные Каликараной.

Второй из текстов, называемый «Падука-Панчака Стотра» («Пятеричное подножие Гуру»), имеет дело с одним из лотосов. К своему переводу с санскрита этого текста я прилагаю перевод комментария Каликараны. К переводу этих двух текстов я прибавил свои собственные заметки. Так как эти санскритские тексты весьма сложны и сами по себе совершенно непонятны для западного читателя, я предварил перевод обширным вступлением, в котором попытался дать описание и объяснение этой формы Йоги. Я включил в текст и несколько рисунков Чакр, которые были приготовлены согласно описанию, данному в «Шат-Чакра Нирупане».

В этом вступлении сложно было сделать что-либо большее, чем дать лишь общее представление о принципах этой формы Йоги. Тех, кого эта тема интересует более основательно, я отсылаю к другой своей опубликованной книге о Тантра-Шастре. В «Принципах Тантры» можно найти и общее введение в Тантра-Шастру и кое-что, относящееся к теме Кундалини-Йоги. В моей недавно изданной работе «Шакти и Шакта» я вкратце суммировал учение Шакта-Тантр и их ритуалы. В моем «Исследовании о Мантра-Шастре» (первая из трех частей которого перепечатана из «Веданта Кесари», где она впервые была опубликована) можно найти детальное описание таких специфических терминов, как Таттвы, Причинные Шакти, Кала, Нада, Бинду и др., которые упоминаются в настоящей книге. Есть и другие мои работы, касающиеся Тантра-Шастры, в том числе «Волна блаженства».

Следующие сведения о Пурнананде, знаменитом тантрическом Садхаке[2] из Бенгалии, почерпнуты мною от потомков его старшего сына, двое из которых связаны с работой Исследовательского общества Варендра (Раджшахи), директору которого, Акшае Кумаре Майтре, и секретарю, Радхе Говинде Байсаку я обязан следующими подробностями.

Пурнананда был Радхри-Брахманом из рода Кашьяпы. Предки его происходили из селения Пакраши, которое теперь не удалось найти. Его предок в седьмом колене, Анан-тачарья, говорят, переселился из Баранегора в область Муршидабад, в Кайтали, в районе Мименсингх. Из его семьи происходят два знаменитых тантрических Садхаки, Сарвананда и Пурнананда. Потомки Сарвананды проживают в Мехаре, в то время как потомки Пурнананды обитают в основном в области Мименсингх.

0 мирской жизни Пурнананды известно лишь то, что он носил имя Ягадананда и что он скопировал манускрипт «Вишну-Пураны» в 1448 году Шака (1526 н. э.). Этот манускрипт теперь находится в собственности одного из его потомков по имени Пандит Хари Кишор Бхаттачарья, из Кайтали, и он до сих пор хорошо сохранился. Он был приобретен для изучения Пандитом Сатисом Чандрой Сиддхантабхусаной из Исследовательского общества Варендры.

Есть мнение, что Ягадананда Шарма переписал Пурану в 1448 году Шака. Когда Ягадананда получил свое посвящение от Брахмананды, он принял имя Пурнананда и переселился в Камарупу (Ассам). Он считал, что именно здесь, в Васишташраме, расположенном в семидесяти километрах от города Гаухати, он получил свои Сиддхи, духовные совершенства. Пурнананда никогда больше не возвращался домой, вел жизнь Парамахамсы[3] и написал несколько тантрических трактатов, из которых известны «Шри-Таттва-Чинтамани» (написан в 1499 году Шака, то есть в 1577 году н. э.), «Шиамарахасья», «Шактакрама», «Таттвананда-Тарангини» и «Йога-Сара». Известны его комментарии к гимну «Каликакаракута». «Шат-Чакра Нирупана» – это не самостоятельный текст, а часть из 6-й Паталы «Шри-Таттва-Чинтамани». Согласно генеалогической таблице, предоставленной одним из потомков Пурнананды, этот тантрический Ачарья и Вирачара Садхака удален от своих нынешних потомков на 10 поколений.

Эта книга была готова уже пять лет назад, но сложность темы и трудности, связанные с войной, задержали ее издание. Я надеялся включить в нее некоторые оригинальные рисунки и снимки, которые у меня имеются, но обстоятельства не позволяют это сделать, и я решил, что лучше опубликовать книгу так, как она есть, чем задержать ее еще на долгое время.

Артур Авалон

Глава 1

Введение

Два санскритских текста, перевод которых я недавно осуществил, – «Шат-Чакра Нирупана» («Описание шести Чакр») и «Падука-Панчака Стотра» («Пятеричное подножие Гуру») посвящены особой форме тантрической Йоги, Кундалини-Йоге, или «Бхута-Шуддхи», как ее называют некоторые.

Эти названия относятся к Кундалини-Шакти, той высшей энергии в человеческом теле, подъемом которой достигается результат Йоги и, как следствие, очищение Бхута (стихий тела). Эта Йога представляет собой процесс, называемый Шат-Чакра Бхеда, – пронизывание шести Чакр с помощью Кундалини-Шакти, которую я, чтобы как-то обозначить ее по-английски, называю здесь «Serpent Power» – «Змеиная Сила» (одно из имен этой Богини – Бхуджанги, что значит «змея»).

«Кундала» значит «свернутая кольцом». Эта сила – Богиня (Дэви) Кундалини, то есть та, что свернута кольцом в форме спящей змеи в самой нижней Чакре человеческого тела до тех пор, пока не начинается процесс той Йоги, которая названа в честь этой силы Кундалини-Йогой. Кундалини – это Шабда-Брахман, божественная космическая энергия в телах. Саптабхуми, или семь миров (Лока)[4], – как известно, эзотерическое изложение сокровенного тантрического учения о семи центрах[5].

Йога называется тантрической по двум причинам. О Чакрах есть упоминание в «Йога Упанишаде» и в Пуранах. Трактаты по Хатха-Йоге тоже пишут об этом. Сходные упоминания есть не только в различных индийских системах, но и в учениях, которые, вероятно, были заимствованы из индийской традиции. Так, например, в тексте «Ризала-и-Хаг-Нума»[6] есть описание трех центров: «Мать мозга» или иначе «Сферическое Сердце», «Кедр Сердца» и «Лилия Сердца»[7].

Подобные упоминания можно найти и в других суфийских текстах. Есть сведения[8], что суфийские братства (такие, как Нагшабади) заимствовали у индийских йогинов метод Кундалини, как средство постижения. Я уже упоминал, что найдены некоторые соответствия между индийскими учениями и «Пополь-Вух»[9], священной книгой американских индейцев майя. Мой информатор рассказывал мне, что то, что они называли «воздушной трубкой» – это Сушумна, а «двойной воздушной трубкой» – это Ида и Пингала. «Хуракан», или «молния», – это Кундалини, а центры изображены как символические животные. У меня есть информация, что подобные идеи можно найти и в тайных учениях некоторых других групп.

У нас есть фактическое основание полагать, что такая практика была широко распространена. Однако эта форма Йоги чаще всего ассоциируется обычно с Тантрами или Агамами, потому что в этих текстах ей уделено большое внимание. Самое полное и детальное описание, методическое и практическое, можно найти в текстах по Хатха-Йоге и в Тантрах, которые являются руководствами не только по индуистским ритуалам, но и по оккультизму Кроме того, обращение этой Йоги к низшим центрам тоже характерно для тантризма, последователи которого являлись хранителями практического знания. Поэтому главные направления их книг могут найти практическое приложение.

Система эта может быть названа тантрической и потому, что в ней определяется главный центр сознания. В древности по-разному определялась та часть тела, в которой пребывает «душа», или «жизнь». Это могла быть кровь, дыхание или сердце. Мозг, как правило, не рассматривался как такой центр. В ведической системе главным центром сознания считается сердце. Пережиток такого представления все еще сохранился в выражениях: «принять близко к сердцу», «учиться сердцем». Садхака, совершая свою практику, которая является одной из пяти функций Питта[10], находящуюся в сердце, косвенно содействует проявлению познавательной способности посредством контролирования ритма сердечных сокращений, и это намекает на то, что такая точка зрения на устройство сердца предрасположила индийских физиологов считать, что именно сердце является центром познавательной способности. Однако, согласно Тантрам, главные центры сознания находятся в Чакрах спинного мозга и в верхней части головного мозга (Сахасраре), которые они описывают наряду с сердцем, считающимся обителью Дживатмы, воплощенного духа в его аспекте жизненной силы, Праны. Поэтому первая шлока «Шат-Чакра Нирупаны» говорит о Йоге, которая может быть достигнута теми, кто следует Тантрам. Поэтому и комментатор Каликарана говорит: «Следуйте авторитету Тантр».

Недавно некоторое внимание этой теме было уделено и в западной литературе оккультного характера. Болыпинство из этих западных авторов пытались излагать индийские учения так, как они их поняли, что привело к значительным неточностям. Так, в хорошо известном санскритском словаре Моньера Вильямса можно найти утверждение, что Чакры – это круги или впадины (sic!) тела для мистических или хиромантических целей, а их местоположение почти во всех случаях дается неверно. О Муладхаре неправильно говорится как о находящейся «вверху лобковой кости», а о Свадхиштхане – как о находящейся в области пупа. Анахата вовсе не корень носа, а спинномозговой центр в области сердца. И Вишуддха – не полость между лобными синусами, а спинномозговой центр в области горла. Аджна – это не место соединения венечного и стреловидного швов на макушке головы (здесь обычно помещается Брахма-Рандхра), а находится в месте, предназначенном для третьего глаза.

Другие авторы избежали таких грубых ошибок, но и у них есть неточности. Так, один автор, которого я знаю как человека сведущего в оккультизме, говорит о Сушумне как о «силе», которую нельзя привести в энергетическое состояние прежде, чем Ида и Пингала не будут ей предшествовать; и они, «производя ужасный шок, проходят через каждую часть костного мозга» и при пробуждении священного нервного сплетения проходят вдоль спинного мозга и ударяются в головной мозг, в результате чего неофит чувствует себя «в одиночестве развоплощенной душой в черной пропасти пустого пространства, борясь против невыразимого страха и ужаса».

Он также пишет, что «поток Кундалини называется Нади», что Сушумна вытягивается, как нерв, к Брахма-Рандхре, что Таттв всего семь, и другие вещи, столь же неточные. Сушумна не «сила», она ни во что не входит и ни обо что не ударяется; она – наружная из трех Нади, которые образуют канал для силы, возникающий при пробуждении Дэви-Кундалини, космической силы в телах; сама эта сила вовсе не Нади, но проходит внутри их, через Читрини-Нади, которая заканчивается в двенадцатилепестковом лотосе ниже Сахасрары; оттуда эта сила восходит к Брахма-Рандхре.

Тем авторам, которые наведут справки об этих вещах, в дальнейшем легко будет избежать подобных ошибок. Было бы полезно, если бы я, в той мере, в какой позволяют мне мои знания, дал определение способа Йоги. Но я хочу прибавить, что некоторые современные индийские авторы также способствуют распространению ложных представлений о Чакрах, описывая их как просто материальные или физиологические объекты. Поступать так – значит не просто искажать суть дела, но полностью перечеркивать его, потому что физиология не знает Чакр, так как они, хотя и связаны с физическим телом, представляют собой центры активности сознания, центры активности Сукшма-Прана-Вайю, тонкой жизненной силы. Поэтому те, кто обращаются к физиологии, остаются неудовлетворенными.

Нужно отметить статью известного теософского автора (Leadbeater C.W. The Inner Life. First series. P. 343–378), рассматривающего то, что он называет «силой центров» и «Змеиным Огнем», в чем, по его словам, он имел личный опыт. Хотя этот автор тоже ссылается на Йога-Шастру во избежание заблуждений следует подчеркнуть, что его книга не может считаться выражающей учение индийских йогов (об их компетентности в их собственной Йоге автор пишет с пренебрежением).

Эту книгу в дальнейшем будем считать изложением представлений самого автора (подкрепляемых, как он считает, некоторыми положениями индийских учений) о своем собственном опыте, который (как он пишет) он имел. Это опыт состоял в сознательном пробуждении «Змеиного Огня» с выходом в «астрал» и ментальным видением, причем он верит, что оно показало ему все то, о чем он рассказывает нам. Чакры, или центры человеческого тела, описаны им как водовороты эфирной материи, подобные вращающемуся диску, в который с правой стороны из астрального мира входит семеричная сила Логоса, приносящая «божественную жизнь» в человеческое тело. Все эти семь сил действуют на все семь центров, но в каждом из них имеет преобладание какая-то одна форма силы.

Автор утверждает, что эти силы накладываются на подчиненные силы эфирного двойника. Основная сила входит в эти вихри по прямой линии, но с правой стороны. Число форм основной силы ограничивается числом лепестков (как их называют индусы) каждого лотоса, или вихря. Видимость лепестков цветка или, точнее, пустой чаши из радужных волокон образует подчиненная сила, вращающаяся вокруг вихря. Предполагается, что в эти эфирные вихри входит сила Логоса, а те лотосы с их лепестками, которые описаны в индийских книгах, заменяются автором таким образом: Свадхиштхана – на шести-лепестковый лотос у селезенки, а число лепестков в лотосе головы не тысяча, как утверждают трактаты йогов, а точно 960[11].

«Эфирный центр, который поддерживает чувствительность физического проводника», как говорится далее, связан с «астральным центром четырех измерений», но между ними есть тонкая закрытая оболочка, состоящая из единственного сжатого слоя физических атомов, и эта оболочка препятствует преждевременному открытию связи между планами. Это, как говорится далее, путь, который должен быть открыт или развит, чтобы принести через этот канал высших планов больше, чем обычно проходит через него.

Каждый из этих «астральных» центров имеет свои определенные функции: у пупа – простая сила чувствования, у селезенки – сознательное перемещение в астральное тело; у сердца – сила постижения и симпатии к вибрациям других астральных сущностей; у горла – сила слышания на астральном плане, между бровями – астральное зрение, на «верхушке головы» – совершенствование всех сил астральной жизни. Поэтому говорится, что эти центры в некоторой степени исполняют функции органов чувств астрального тела. В первом центре «у основания спинного мозга» находится «Змеиный Огонь», или Кундалини, которая существует в семи слоях или, семи степенях, силы. Она проявляется в эфирной материи на физическом плане в одной из мировых сил – силой Логоса, – примером которых являются жизненная сила и электричество. Это, как говорится далее, не тождественно Пране. Когда эфирные центры пробуждены «Змеиным Огнем»[12], они снижаются до физического сознания, проявляя все то, что должно быть врожденным качеством в астральном центре, который сообщается с ними. Тогда, оживляемые «Змеиным Огнем», они становятся воротами связи между физическим и астральным телами.

Физическое сознание не знает, когда впервые произойдет астральное пробуждение этих центров. Но с помощью некоего телесного чувства теперь можно приобрести преимущество непосредственного участия в этом, повторяя весь процесс пробуждения эфирных центров. Это делается пробуждением волевым усилием «Змеиного Огня», скрыто существующего в эфирной материи на физическом плане и спящего в соответствующем эфирном центре, находящемся у основания позвоночного столба. Когда это сделано, высшие центры оживляются и их действие состоит в привнесении в физическое сознание сил, которые были пробуждены раскрытием соответствующих им астральных центров. Иными словами, когда человек начинает жить на астральном плане, в этом есть своя сложность: для того чтобы войти в небесный мир[13], как говорится далее, нужно достичь прекращения жизни на физическом плане.

Поэтому во втором центре проявляется осознание физическим телом всех видов астральных влияний и неясных предчувствий того, что некоторые из этих влияний дружественны, а некоторые – враждебны. В третьем центре человек получает возможность частично вспомнить некоторые астральные путешествия и полные блаженства ощущения полета по воздуху. В четвертом центре человек интуитивно знает о радостях и горестях других, иногда воспроизведя в себе их физические боли и муки. При пробуждении пятого центра он слышит голоса, которые «делают ему всяческие внушения», иногда он слышит музыку «или другие приятные и неприятные звуки»[14]. Происходит полное развитие яснослышания на астральном плане. Пробуждение шестого центра дает результаты, которые сначала носят тривиальный характер, как «частично видимый пейзаж» или «цветные пятна», но потом дают ясновидение. Как говорится далее, это можно усилить посредством чувствительных эфирных трубок, похожих на «микроскопическую змею на головном уборе фараонов». Сила увеличения возможностей, «или контроля свойств зрения посредством этой микроскопической змеи», упоминается в древних книгах как способность по своей воле увидеть предмет увеличенным или уменьшенным[15].

Когда тело достаточно проработано, оно формирует звено связи с астральным проводником, и, когда огонь достигает шестого центра и полностью оживляет его, там слышим[16] голос Мастера (который в этом случае обозначает высшее «Я» в его различных стадиях). Пробуждение седьмого центра способно привести тело к полноте сознания: «Когда огонь проходит в определенном порядке через все эти центры (которые варьируются у разных типов людей и у разных народов), сознание становится непрерывным и способным войти в небесный мир для того, чтобы завершить жизнь на астральном плане».

Действительно, есть определенное сходство между этими отрывками и учением Йога-Шастры – цитируемый автор, видимо, немного знаком с этим учением, и оно определило некоторые черты его статьи. Это, во-первых, сами семь центров, которые, за одним исключением, в общем соответствуют описанным здесь Чакрам. Автор пишет, что есть еще три других низших центра, но концентрация на них полна опасности. Но это на самом деле не так. Поскольку я знаю, что нет никаких «низших центров»; и речь идет о Муладхаре (так называемом «коренном центре») и о том центре, который автор не описывал в цитируемой статье, – Свадхиштхане, центре Апас-Таттвы. Вблизи них, в самом нижнем центре Муладхара находится сила «Змеиный огонь», которую индусы называют Кундалини. Процесс поднятия этой силы совершается усилием воли (Йога-Бала). С помощью физического очищения некоторыми асанами и мудрами человек возносит свое физическое сознание через все более высокие планы к небесному миру. Предмет и цель – употребляя индийское выражение, – Шат-Чакра Бхеда (пронизывания шести Чакр) и есть Йога.

Это окончательное соединение с высшим «Я», Параматмой.

Понятно, что тело в его естественном состоянии уже находится, пусть бессознательно, в Йоге, иначе оно не существовало бы. Каждый сознательный шаг вверх – это Йога, и на этом пути существует много ступеней, которые надлежит пройти, прежде чем будет достигнуто полное освобождение, Кайвалья-Мукти. Но и эта, и многие предшествующие ступени находятся вне того «небесного мира», о котором говорит автор. Йогины не интересуются небесным миром, но стремятся превзойти его, иначе они вовсе не йогины.

Что же, по этой теории, является видимым проявлением этой силы? Она повышает те ментальные и моральные качества человека, которые были у него на момент проявления этой силы. Но если бы это и было действительно так, то такое повышение было бы столь же маложелательным, как и первоначальное состояние. Независимо от необходимости обладать здоровьем и силой, мысли, воля и мораль должны быть сначала очищены, прежде чем они станут более интенсивными благодаря оживляющему действию пробужденной силы. Далее, как я уже отмечал (Introduction to Tantra Shastra. P. 137), йоги говорят о том, что проникновение в узел Брахма-Грантхи[17] иногда вызывает значительные боли, физические расстройства и даже болезни, поэтому не следует концентрироваться на таком центре, как Набхи-Падма (пупок).

Используя индийскую терминологию, Садхака должен быть знающим (Адхикари) в этом вопросе и иметь Гуру, и только от него одного может быть изучен действительный метод Йоги. Однако внутренние опасности, о которых упоминает автор, далеко превосходят все то, о чем мне говорили сами индусы, да и вообще они сами, кажется, ничего не слышали о том «фаллическом колдовстве», о котором упоминает автор, говоря о неких школах (видимо, западных) «черной магии», в которых якобы употребляют Кундалини для стимулирования сексуального центра. Другой автор говорит:

«Тот, кто вдается в псевдооккультизм, тот лишь приведет свой интеллект к деградации и в своих психических авантюрах станет добычей злого влияния призрачного мира, разрушая свою душу безумной практикой фаллического колдовства, подобно тем тысячам плохо руководимых людей, которые это сейчас делают» (The Apocalypse Unsealed. P. 62).

Так ли это на самом деле? Возможно, что извращенная или плохо руководимая концентрация на сексуальном или связанных с ним центрах и может иметь такое действие. Комментатор Лакшмидхара упоминает об этом, когда говорит об Уттара-Каулах, которые пробуждают Кундалини в Муладхаре для того, чтобы удовлетворить свои желания мирских наслаждений, и не пытаются поднять ее вверх к высочайшему центру, обители сверхмирового блаженства, искомого йогинами. О таких людях санскритский текст говорит: «Поистине они развращены».

Я, однако, сам никогда не слышал, чтобы индусы говорили на эту тему, видимо, потому, что это просто не имеет отношения к Йоге в ее обычном смысле, хотя бы уже по причине той предшествующей Йоге дисциплине, требующейся от тех, кто хочет заниматься этой Йогой, – этого требует сама природа практики этой Йоги и цель, которая в ней ставится. Индусы, практикующие эту или какую-либо другую форму духовной Йоги, обычно занимаются этим отнюдь не из любопытства и интереса к оккультизму и не из желания проводить астральные или какие-либо другие опыты[18].

Отношение их к этому делу, как и ко всякому другому, – исключительно религиозное, базирующееся на твердой вере в Брахмана и на желании соединения с Ним, которое и есть освобождение. Каким должен быть человек, сведущий в учении Тантр, описывается в главе 2 «Гандхарва-Тантры»:

«Ученик должен быть интеллигентный (Дакша), контролирующий свои чувства, воздерживающийся от несправедливости ко всем живым существам, делающий всем добро, верящий в Веды, находящий прибежище в вере в Брахман, не дуалист. Таков тот, кто сведущ в этом учении, иначе он – не Садхака».

При таком отношении возможно, как отмечает один индийский автор, что концентрация на низшем центре хотя и будет совмещаться со страстью, но вместо того, чтобы ее усиливать, будет ее успокаивать. Хотя вполне возможно, что другое отношение к этому, другая практика и другие цели могут привести к совсем другим результатам. Однако, говоря о концентрации на сексуальном центре, авторы сами проявляют некомпетентность, поскольку Чакры находятся не в грубом теле, и концентрация производится на тонких центрах и на тех формах сознания, которые преобладают в них; очевидно и то, что такие тонкие центры имеют определенную связь с грубыми физическими функциями.

Кроме того, несомненно, что есть определенная связь между Шакти ментального и сексуального центров и сила сексуального центра, направленная вверх, исключительно возвышает все ментальные и физические функции[19]. Тот, кто сконцентрирован и знает, как сделать, чтобы все его силы сошлись в одну точку на том объекте, который он выберет, тот упражняется в использовании всех сил, не пренебрегая ни одной из них. Однако, как я выяснил, опытные последователи этого метода утверждают, что он всегда сопровождается некоторыми трудностями и опасностями, и потому употреблять его нежелательно, за исключением тех, кто действительно полностью компетентен в этом.