Намасте. Пыль дорог

Я также пристроился в очередь в туалет. Мужиков в ней, как всегда, было немного, уж не знаю, куда в нас девается выпитая жидкость, наверно, разжижает мозги, но это заведение требуется сильной половине человечества гораздо реже, чем милым дамам. А вот в женскую часть толпилась нескончаемая река, причем добравшись до заветной кабинки и сделав свои дела, женщины тут же занимали очередь снова, во всяком случае, мне так казалось. Даже иностранки, всегда обычно улыбчивые и открытые, как-то сразу посерели, поблекли и увяли в этом нескончаемом потоке. От улыбок не осталось и следа. В туалете не было ни бумаги, ни мыла, ни полотенец. Замызганный пол имел отметины тысяч ног и не мылся со времен Тамерлана. Огромные мухи не считали нужным пугаться, а тут же садились тебе на башку, пытаясь тоже сходить в туалет. Антисанитария полная. Почему в аэропорту не было объявлено чрезвычайное положение по тифу, дифтерии, оспе, сифилису, малярии и т.д. я так и не понял. Как его открыли, так сразу надо было написать: «Мы тупые идиоты, не можем содержать в порядке наш аэропорт. Простите нас засранцев», а пассажирам выдать костюмы химической и бактериологической защиты.

Промежуток между рейсами составлял шесть часов. За это время мы познакомились с двумя девушками из Израиля, которые тоже летели в Непал. Они немного говорили по-русски, а мы немного по-английски. Так и общались. Меня заинтересовала книжка, которую одна из них читала, в ожидании посадки. Книга довольно толстая, написана на непонятном мне языке, не европейский и не арабская вязь. Изнывая от любопытства из какой, она страны, я не выдержал и познакомился. Девушку звали Сара, она преподавала в одном из университетов Тель-Авива, а книга была написана на иврите и рассказывала о Непале. Ее подружка тоже преподаватель, Наиль довольно сносно изъяснялась на русском языке. Ее родители эмигранты из России, они и не дали забыть родной язык. Девушки в первый раз направлялись в Непал и тем же самым маршрутом, что и мы, до Дели, а дальше до Катманду и в Гималаи. Мы поделились информацией о стране, рассказали о своем снаряжении.

На поверку их амуниция была гораздо более профессиональна, чем наша. Фонари, железные кружки, термоса, ботинки, кроссовки, ветровки и даже каски, вот далеко не полный перечень их оборудования. А девчонки ведь не собирались покорять Эверест, а хотели, так же, как и мы, просто пройти через перевал на высоте около пяти тысяч метров. Основательно подготовились. Пока мы болтали о Непале, о горах и снаряжении, объявили посадку на самолет. Мы подхватили наши рюкзаки, которые не сдали в багаж и помчались на регистрацию.

И вот нас встречает столица Индии – Дели. Быстро подали трап, и мы оказались в огромном аэропорту. Дальше нужно было найти, где находятся стойки регистрации Непальских авиалиний. Я быстро разобрался, что к чему, но удовлетворения от этого не получил. Все рейсы этой компании были отменены, и никто не мог понять, в чем причина.

– Наверное, у них опять какие-то проблемы с правительством, – сделал я попытку угадать причину отмены рейсов.

По телевизору время от времени показывают беспорядки в Непале, рассказывают о введении чрезвычайного положения и о столкновениях демонстрантов с правительственными войсками. Но наши новые друзья написали, что сейчас все спокойно и никаких проблем с введением комендантского часа и отстрелом туристов не предвидится.

– Может они ошиблись, и военные захватили власть в Непале, – сделала зловещее предположение моя осторожная Ленка.

– Давай им позвоним. Ну, во-первых, предупредим, что задерживаемся в Дели, а во-вторых, узнаем, что все-таки у них там случилось.

Я подошел к телефонным аппаратам, но разобраться, как ими пользоваться не смог. Пришлось заказывать переговоры у стойки администрации одной из авиакомпаний. Молодая девушка-индуска быстро набрала номер в Катманду, и я услышал голос женщины, говорящей по-английски.

– Здравствуйте, я вас слушаю.

Пришлось напрячь извилины и залопотать:

– Привет, мы из С-Петербурга, из России, позовите, пожалуйста, Катерину.

– Да это я, ребята. Что случилось?

– Слушай Катя, – я перешел на родной язык, – ничего не можем понять. Рейсы в Катманду отложены или отменены. Что у вас там происходит?

– Да все в порядке. Никаких беспорядков. Светит солнце, погода летная, военных на улицах нет. Подождите, я сейчас у местных спрошу, – и она затрещала на непальском диалекте.

– Ну, как? – спросила у меня Ленка, которая находилась рядом.

– Да пока никак. Спрашивает у местных, может быть, они что-то знают.

– Саня, перезвоните через час, другой, мы сбегаем в город узнаем, что случилось. На первый взгляд все в порядке, но может, кто кого пристрелил, а мы тут в офисе и не ведаем, – и отключилась.

– Побежали в город, узнавать новости, – ответил я на молчаливый вопрос жены.

– А нам что делать?

– Пару часов подождать. Потом еще раз позвонить.

– Пойдет, спросим у администрации авиакомпании, – предложила Ленка.

– Да нет там никакой администрации, – в сердцах бросил я.

– Такого не может быть. Я схожу, проверю, – и помчалась в сторону рекламы с изображением гор и надписью Непальские авиалинии.

У окна я заметил двух наших знакомых девушек из Израиля и решил подойти узнать последние новости.

– Девчонки, как вы? Не в курсе, что происходит?

– Нет, мы не знаем. Администрации авиакомпании нет, а остальные справочные службы не в курсе. Вот мы и сидим, ждем, может быть, объявят или дадут какую-нибудь информацию.

И как по мановению волшебной палочки табло с наименованием рейсов Непальских авиалиний оживилось, послышался какой-то хруст и скрежет. Все замерли в ожидании чуда, но чуда не случилось. Табло безжалостно отложило все рейсы еще на пять часов.

«Но кто-то же им управляет!» – подумал я. – «Может быть, Ленка вернется с информацией»

Ленка вернулась, но ни с чем.

– Там все попрятались. Народ мечется туда-сюда, никто ничего не знает.

– Посмотри на табло, – усмехнулся я.

Ленка обернулась и совсем расстроилась.

– Мы тут навсегда, – шепотом проговорила она.

– У меня есть предложение, – бодро заговорил я, – предлагаю взять такси и поехать осматривать город. Все равно у нас есть, как минимум пять часов, а там видно будет.

– Мы же не знаем куда ехать, да и рюкзаки негде бросить, – засомневалась осторожная Ленка.

– Ну, рюкзаки бросим рядом с девчонками из Израиля, они присмотрят. Дети Израиля все равно тормозные и из аэропорта никуда не денутся.

Я подошел к девицам и попросил их приглядеть за вещичками, пока мы гуляем по городу. Девушки не возражали и бодро закивали головой. Для начала мы прикололись, и отправили сами себе открытку из аэропорта Дели в С-Петербург, а потом вышли на площадь. Там было полно такси, но какую машину выбрать и куда поехать? Город мы немного знали по описаниям в путеводителе, но сколько потребуется времени и с чего начать, не имели ни малейшего понятия. Тут к нам подошел местный индус в белой ночной рубашке со штанами.

– Надолго к нам в Дели? – поинтересовался он на довольно сносном английском.

– Рейс задержали, хотели бы осмотреть город, – не стал я впадать в особые разъяснения.

– Саша, а вдруг он жулик, или бандит какой? – Ленка у меня в чужих странах особенно осторожная, поэтому мы и живы пока.

– Да они же буддисты или индуисты, им религия запрещает убивать и грабить.

– Все религии запрещают убивать и грабить, однако это не мешает некоторым людям это делать.

Видя, что мы заерзали и можем не пойти с ним, индус затараторил еще быстрее.

– Ребята, у нас машина, я хорошо говорю по-английски, прекрасно знаю город и со мной безопасно, меня многие знают. Семья большая, а заработок очень низкий, вот и подрабатываю, подвозя туристов и показывая им город.

– Хорошо, поехали, – согласился я, не дожидаясь, пока Ленка даст разрешение. Можно до утра простоять, выбирая себе гида, – А что можете предложить, а главное за какие деньги?

– У вас сколько времени?

– Да навалом, часов пять, не меньше.

– Это хорошо. Тогда поедем, посмотрим Красный форт и если успеем Ворота Индии.

Он подвел нас к небольшому микроавтобусу, времен первой мировой войны. Оттуда опрометью выскочил молодой парень, и, сложив руки на груди, ладонями друг к другу принялся кланяться и приглашать нас сесть в его чудо-автобус. Мы не стали выпендриваться и погрузились внутрь. Я вооружился видеокамерой, которую нам любезно одолжили ребята для такой ответственной поездки, а Ленка фотиком, и мы оба приготовились увидеть чудо.

Надо сказать, что чуда мы не увидели, а увидели огромный шумный город, практически без правил дорожного движения, к тому же с правосторонним движением. Водитель наш оказался асом, нарушая все, что можно нарушить, он гнал свою развалюху к центру города, а наш гид рассказывал о столице Индии. Следов буддизма или индуизма в самом Дели очень мало. Правление Великих Моголов практически истребило все памятники древней цивилизации. При въезде в город мы остановились у одной скульптуры Будды. Довольно большого размера, она привлекала огромное количество народу.

– Очень популярное место для жителей Дели, – прокомментировал наш гид.

Мы вышли из машины и по аллее направились к подножью статуи. Обувь пришлось снять и оставить у стенки, а самим подниматься по ковру вверх по лестнице. Среди довольно большого числа индусов, мы были одни европейцы, но к нам относились доброжелательно и приветливо. Народ улыбался, а дети подходили вплотную и с интересом нас разглядывали. Я попросил разрешения у одной индусской молодой пары с двумя детьми снять их на фотоаппарат, они любезно согласились. Молодая женщина поправила волосы, мужчина взял младшего ребенка на руки, а мальчишку постарше поставил рядом собой. Все это делалось с улыбкой и чувством собственного достоинства, и еще чего-то, едва уловимого, что придавало им весьма притягательный вид. Я поблагодарил их за снимок и, сложив руки ладонями друг к другу, поклонился. Мужчина, оценив мой порыв, встал со скамейки и сделал тоже самое. Мне было совершенно не понятно, как такая нация может иметь фанатиков, способных на убийство или преступление. Однако и среди них есть представители, которые готовы пойти на крайние меры. Ведь сколько было политических убийств в недалеком прошлом в Индии. Но такая мысль быстро прошла, и осталось только чувство безопасности. Я прикоснулся к совершенно неизвестной для меня религии и к культуре древней самобытной страны.

Мы медленно продвигались к еще одной достопримечательности Дели – Красному Форту. На всех машинах сбоку было написано «Сигнальте, пожалуйста», ну водители и старались во всю, нажимая на клаксон. Весь этот городской шум сливался в один многоголосый рев, да так, что расслышать слова можно было, лишь прокричав их в ухо. Наконец, тарантас достиг этой крепости. Водитель припарковал машину недалеко от входа, и мы выкатились прямо в толпу нищих и оборванных мальчишек, которые тут же набросились на нас, прося милостыню. От неожиданности я даже опешил. Детишки тянули свои грязные ладошки и хватали нас за рубашки, настойчиво требуя денег. Это босоногая ватага представляла явную угрозу, несмотря на столь юный возраст. Слава Богу, деньги были спрятаны надежно, и оторвать их можно было только с моими яйцами, а этого позволить я никак не мог, а вот фотик и камеру могли запросто тиснуть. Наш гид, ничуть не смущаясь, выдал пару тумаков наиболее приставучим, а нам сказал:

– Придется дать им немного денег, иначе они не отстанут.

У меня для такого случая была припасена мелочь. Засунув руку по локоть в карман, я достал довольно приличную горсть монет и стал раздавать их мальчишкам. Откуда взялась такая орава этих индийских босоногих башибузуков, я так и не понял, но меня чуть не свалили с ног, выхватывая монетки прямо из руки. Если бы не мои сто килограммов веса и хорошая физическая подготовка, то меня разодрали бы на сувениры.

– Брось деньги на землю, – посоветовал мне наш гид.

Я не стал долго раздумывать о моральной составляющей этого поступка и выбросил монеты подальше от себя. Ватага тут же бросилась их поднимать, но уже к нам не приставала. Я облегченно вздохнул. Все познается в сравнении, уже не раз замечали мы, путешествуя по свету. Некоторые жители России говорят, что наша страна нищая, государство попирает все демократические свободы, преступность процветает, законы не соблюдаются. И все это так, но ровно до того момента, пока не побываешь в таких странах, как Индия, Египет или страны Африки, где человеческая жизнь вообще ничего не стоит и за пару центов или просто за косой взгляд ты можешь лишиться не только здоровья, но и жизни. Конечно, мы болеем за нашу страну, а не за мифические страны Африки, куда не всякий россиянин и поедет по многим причинам, но все же есть над чем призадуматься.

Мы, наконец, выползли из окружения нищих и оборванных мальчишек и направились осматривать Красный форт. Он представлял собой крепость-дворец из красного песчаника, построенный всего за девять лет с 1639 по 1648 год одним правителем из династии Великих Моголов Шахом Джеханом. Про эту династию я еще не раз буду рассказывать, поскольку именно при ее правлении были построены многие замечательные памятники архитектуры, которые известны во всем мире и являются шедеврами зодчества. Но пока мы вошли вовнутрь и стали осматривать этот гигантский дворец, покои шаха, мраморный зал, где стоял знаменитый Павлиний трон, и над сводами можно прочитать надпись на персидском языке «Если на свете есть рай, то он именно здесь и только здесь». Можно с этим согласиться, когда в гареме шаха были сотни, а иногда и тысячи самых красивых женщин мира. Ну, чем не рай? Из объяснений нашего гида я смог понять, что Павлиний трон был отправлен в Персию как трофей, правителем Надир Шахом. Существует очень красивая легенда о Павлиньем троне. И что в ней выдумка, а что правда, теперь сказать сложно, но именно этот предмет мебели в те годы приравнивался к одному из чудес света, наравне с пирамидами Египта и Великой Китайской Стеной, что говорит о его значимости, чудесной красоте и великолепном убранстве.

Глава 3

В 1526 году в Индию вторглись войска султана Бабура, потомка Тамерлана. Вместе с ним находился и его сын Хумаюм, которому суждено было стать основателем династии Великих Моголов. В решающем сражении войска индусов в этом же году были полностью разгромлены. Правивший в Индии в те времена раджа Бикерамит был убит, а его семья схвачена при попытке покинуть столицу Агру, так как именно Агра в те времена являлась главным городом Индии. Чтобы спасти семью от неминуемой смерти жена Бикерамита отдала Хумаюму все сокровища, которые только могла собрать. Среди несметных богатств, которые достались завоевателям, был и один из самых знаменитых алмазов мира Кохинур. Принято считать, что этот алмаз был найден около пяти тысяч лет назад в Южной Индии. По легенде, первым его обладателем считается один из знаменитых героев древнеиндийского эпоса Карна. Многие века этот алмаз украшал тюрбаны раджей из династии Мальвы и в переводе означал «Гора света». В предании говорилось, что если этот алмаз когда-нибудь упадет с головы раджи, то все население страны станет рабами. Так, впрочем, и случилось. Много раз этот чудесный камень переходил из рук в руки от одного поверженного раджи к победившему его султану, оставляя в истории кровавый след, пока снова не очутился в династии Мальва – его владельцем стал Бикерамит, раджа Гвалора, который и погиб при нашествии потомков Тимура, Чингисхана и Тамерлана.

Хумаюм не стал казнить семью поверженного раджи и сохранил им жизнь, а алмаз преподнес своему отцу. Но мудрый султан Бабур, по прозвищу Лев, не стал оставлять камень себе, а, полюбовавшись на него, вернул его сыну. С тех пор правители Великих Моголов носили Кохинур на своих тюрбанах. Люди верили, что пока алмаз сияет над головой султана, династия непобедима.

И действительно вскоре власть Великих Моголов распространилась по всей Индии, и казалось, нет сил, которые могут поколебать могущество завоевателей. Но, ничто на свете не бывает вечным…

Период наивысшего рассвета династии приходится на правление Шаха Джехана, судьба которого поистине необычна и трагична. Именно при нем были созданы такие шедевры как «жемчужная» мечеть в Агре и знаменитый Тадж-Махал. Но главным сокровищем династии оставался Павлиний трон, который по повелению шаха сотворили в 1629 году. Сиденье трона поддерживалось шестью массивными золотыми столбами, над ним находился ажурный навес, сплетенный из тонкой серебряной проволоки в виде растительного орнамента: виноградных лоз, листьев с лепестками и почками из изумрудов и сапфиров. Поддерживалось это чудо света инкрустированными золотом и самоцветами серебряными шестами. Позади тронного сиденья располагались две фигуры павлинов из чистого золота, исполненные с таким совершенством, что отличить их от настоящих с расстояния нескольких шагов не представлялось возможным. Для модели был выбран самый красивый павлин, которого только смогли отыскать. Именно поэтому он и был назван Павлиньим. Гребни и хвосты сказочных птиц были сплетены из золотой и серебряной проволоки и украшены драгоценными камнями, подобранными таким образом, чтобы в точности повторить оперение живой птицы. Глазами являлись чистейшие и прозрачные алмазы, каждый величиной с грецкий орех. Также в обрамление входил еще один известный драгоценный камень – Рубин Тимура весом 361 карат и огромная 50-каратная жемчужина. На этом фантастическом драгоценном камне оставили надписи Тамерлан и последующие за ним великие завоеватели и правители.

Но главным украшением этого чудесного сооружения был, конечно, алмаз Кохинур – Гора света. Непревзойденный, сияющий камень, побеждающий время, границы и расстояния. Символ несокрушимой власти и непоколебимой веры в бессмертие располагался как раз над головой сидящего на троне правителя.

Как зеницу ока охраняли стражники этот трон, цена его даже по тем временам была просто фантастическая. Даже детям шаха под страхом смерти не позволялось подходить близко.

Алмаз был огранен в форме розы и весил 186 карат. Но до обработки он весил гораздо тяжелее и именно поэтому шах Джехан сильно переживал и велел выгнать ювелира в пустыню без воды и еды на верную смерть. Даже убивать его не стал, посчитав, что быстрая смерть будет чересчур мягким наказанием за столь серьезную провинность.

Но алмаз не спас великого правителя ото лжи и предательства. Его старший сын Аурангзеб пожелал захватить трон своего прославленного отца, а вместе с ним и Гору света, так как считал, что, завладев камнем, он сможет управлять миром. Однако подговорить трех младших братьев к восстанию ему не удалось, тогда путем дворцового переворота он все же сумел захватить власть, убив родных братьев и заточив отца в крепости Агры. Аурангзеб не осмелился убить отца и силой отнять драгоценный камень. В течение семи лет шах Джехан находился в заключении в своем тронном зале среди сокровищ с видом на Тадж-Махал, и только после смерти отца в 1666 году, который скончался на руках своей дочери, его старший сын стал обладателем Павлиньего трона вместе с Кохинуром.

И, тем не менее, этот осыпанный драгоценными камнями трон сыграл отрицательную роль в дальнейшей судьбе правителей Великих Моголов, да и, пожалуй, всей Индии. Как и Великая Римская Империя, по одной из версий, устав от роскоши и разврата рухнула, так начала разваливаться и династия потомков Тамерлана. Вассальные князья и придворные появлялись на приеме с унизанными огромными драгоценными камнями пальцами. Их жены и наложницы, не обладая художественным вкусом, просто выламывали из произведений ювелирного искусства алмазы покрупнее, и вставляли их в свои серьги или ожерелья, хвастаясь одна перед другой величиной драгоценного камня. Именно при правлении сына Джехана Аурангзеба и в дальнейшем Мухаммад-шаха особенно пышным цветом расцвело сибаритство. Процветала зависть и злоба, интриги и козни, в которые приходилось вмешиваться шахам и султанам, раджам и князьям, что отвлекало их от прямых обязанностей. Армия деградировала, резко упала дисциплина, разболтанность в войсках и чрезмерная роскошь военачальников привели к полному упадку некогда самую мощную индийскую военную машину.

Весть о Павлиньем троне и о богатстве индийских шахов долетела до самых окраин тогдашнего мира. Об этом узнал и предводитель разбойничьих шаек атаман Тахмаси-Кули-хан, который назвал себя Шахом Надиром, повелителем Персии. Будучи талантливым полководцем и жестоким правителем, он быстро сколотил стотысячную армию и во главе ее отправился в Индию, по пути покорив и разорив Грузию, Бухару и Хивинское царство.

Летом 1738 года его войска вторглись на территорию Индии и вступили в бой с тогдашним правителем Мухаммад-шахом, потомком Великих Моголов. Несмотря на отчаянное сопротивление, ослабленное индийское войско было разбито, и Надир-шах выдвинул ультиматум:

– Я пришел на эти земли, чтобы присоединить к великой Персии твои провинции Пенджаб и Кашмир, а также хочу получить Павлиний трон.

Мухаммад-шах понимал, что оказать достойного сопротивления он не сможет, но и отдать Павлиний трон, на котором сидели его предки, было выше его сил. Он готов был потерять богатые провинции, которые, в конце концов, можно было позднее и отвоевать, а вот Павлиний трон…

По одной из легенд шах вызвал лучших ювелиров и в обмен на их жизни приказал в короткий срок изготовить точную копию этого ювелирного шедевра. Были ли туда вставлены драгоценные камни или их имитации, история умалчивает, однако достоверно известно, что алмаза Кохинур там не оказалось. Трон получился очень похожим, так что даже сам шах не смог определить подделки. Но персидский шах не смирился с потерей известного алмаза. Путем подкупа и предательства ему удалось выяснить, что Кохинур спрятан в тюрбане Мухаммад-шаха. Просто убить индийского шаха Надир-шах по политическим соображениям не мог, и тогда перс пошел на хитрость. Персидский правитель на одном из пиров предложил в знак дружбы обменяться тюрбанами. Мухаммад-шах не посмел отказаться от выполнения этой просьбы, поскольку это был старинный обычай и отказ привел бы к гибели всей его семьи. Он с горечью протянул свой тюрбан завоевателю и опустил голову. Кохинур покидал Индию, и возможно, навсегда. Так Гора света оказалась в руках Надир-шаха. Но сам трон был надежно спрятан в покоях Мухаммад-шаха, а персу досталась копия.

Оставив наместником своего друга, Надир-шах с награбленным добром отправился в обратный путь. Но мы-то с вами помним, что этот алмаз не приносил никому счастья и благополучия. По пути в Тегеран его армия остановилась на берегу реки Инд. По одной из версий, переправиться через реку с таким количеством богатств не представлялось возможным, по другой, Надир-шах просто испугался, что его военачальники возгордятся и откажутся ему подчиняться. Такой богатой добычи они еще не завоевывали. Тогда он приказал сдать все богатство, что превышало установленную им норму в казну, а ослушавшихся казнить, отрубив им головы. Он совсем забыл, что еще недавно был разбойником, и такой поворот событий его подчиненным не понравится. За один только тюк шелка, который его предшественник отобрал в свою пользу у своей шайки, предводитель был на следующий день зарезан, как баран. Но Надир-шах надеялся, что справится с ситуацией.

Зная, что если они не выполнят приказ, то будут казнены, персидские воины вместо того, чтобы отнести все награбленное в общую кучу, сбросили это все в воды Инда и поплелись за своим предводителем, затаив ненависть. Надир-шах не стал наказывать своих подчиненных за столь открытую неприязнь, поскольку понимал, что и сам может лишиться жизни, если перегнет палку.

Спустя три недели его войско достигло Тегерана. Сам шах не избежал предательства, которое преследовало всех владельцев Кохинура. Он практически сошел с ума, охраняя свой камень, никому не доверяя, и всех подозревая, Надир-шах все же был убит в 1747 году предводителем курдов Салах-Беем, одним из тех, кого он заставил выбросить награбленное добро в Инд.

Судьба трона и алмаза в дальнейшем сильно различаются, хотя есть и нечто общее. Кохинур долгое время переходил из рук в руки различным правителям династии Дурранов. Жестоко убивая друг друга, выжигая глаза и пытая родных и близких, пытаясь выяснить местонахождение этого алмаза, они не добились ничего значительного в период своего правления. Наконец после очередного ряда убийств и переворотов драгоценный камень оказался в руках раджи Сингха, прозванного львом Пенджаба, т.е. спустя много лет снова очутился в Индии. Этот мудрый, но жестокий правитель понимал, что с таким камнем он долго не проживет, и решил подарить его храму Джаггернаута. Однако, не успев воплотить свою идею в жизнь, скончался. Опять наступили времена хаоса и анархии. Индию захватили англичане и сделали своей колонией. Сокровищница Лахора вместе с алмазом перешли в собственность могущественной Восточно-Индийской компании. Но и ее руководство понимало, что оставлять бриллиант на территории Индии крайне опасно и поэтому преподнесла его в дар королеве Виктории в 1851 году. После ее смерти алмаз был пере огранён и вставлен в королевскую корону, потеряв в весе с 191 карата до 108,9 карата. Эта огранка до сих пор вызывает противоречивые мнения, как и огранка в виде розы, сделанная в период правления шаха Джехана.