Любовь со вкусом карамели

Глава 10. Маша

Розы потрясающе пахнут. Чернов стоит на ступеньках и недовольно сопит. Странной неловкости этой ситуации добавляет соседка из квартиры напротив.

– Машенька, здравствуй, – на лестничную клетку вышла старушка в цветастом халате и мягких тапочках. Своим наметанным зорким глазом она сразу приметила Святослава. – Вот, держи, – протягивает мне сложенный вдвое листок. – Мужчина к тебе приезжал. Красивый, голубоглазый. Не дождался, правда, и записку в дверь вставил, а она падала все время. Я как раз из магазина шла. Он мне оставил. Я вот сберегла, чтобы сквозняком не унесло, да ногами не затоптали, – отчитывается бабушка, а я улыбаюсь понимая, что содержимое записки ей теперь известно и несуществующий треугольник вечером обязательно обсудят на скамейке у подъезда.

– Спасибо, баб Люсь. Пойду я, устала очень. Свят, спасибо, что довез, дальше я справлюсь сама, – стараюсь выпроводить его, пока снова не напросился в гости.

– От кого цветы? – старается быть непринужденным, но в голосе бывшего мужа звенит напряжение.

– Чернов, ты сейчас лезешь не в свое дело

Свят нервно засовывает руки в карманы, звенит ключами от машины сжимая их в кулак.

– Не мое… – повторяет он, раскачиваясь с пятки на носок и зло сверкая своими шоколадными глазами на мой букет. – Даже не посмотришь, что в записке?

– Дома посмотрю, – проворачиваю ключ в замке.

На пороге тут же появляется Васька и выдает свое недовольное «Мяу».

– Это мое личное дело. Пока, – сбегаю от него в свою квартиру, прислоняюсь спиной к двери так и обнимая одной рукой корзину с цветами. – Что «Мяу», Вася? Ну что «Мяу»? – фыркаю на кота. – Осуждаешь?

Мой пушистый друг потерся об ноги давая понять, что он на моей стороне.

И на том спасибо.

А цветы правда очень красивые. Пространство вокруг тут же наполнилось сладковатым ароматом. Поставила их на Васькину любимую тумбочку. Развернула записку:

«Привет, неуловимая. Дома не нашел, на работе тоже. Из головы никак не выходит твоя улыбка. Надеюсь, что и сейчас, глядя на мой подарок, ты улыбаешься. Заеду в семь. Есть идея.

Кир.»

Улыбаюсь, потому что записка теплая и немножко наглая.

Меня плавно отпускает после срыва. Решаю, раз уж выдался незапланированный выходной, проведу его с пользой.

Глянув по сторонам, мысленно извиняюсь перед соседями, если вдруг кто тоже сегодня остался дома, врубаю на всю любимую музыку и принимаюсь за уборку.

Порядок дома – порядок в голове. Не то чтобы прямо на сто процентов работает, но помогает отвлечься.

На часах пять. Пора бы уже собираться. Только куда?

Перебирая шкаф, нашла платье, которое так ни разу и не надела. В нем и нет то ничего особенного, но почему-то все повод искала, подходящий именно для него.

Насыщенный синий цвет подчеркивает мои серые глаза. Свободный крой, не стесняющий движения, без пошлого декольте, помогает чувствовать себя комфортно. Спереди милые белые пуговички от горловины до самого низа. Сзади удлиненная юбка практически достает до колена не делая образ откровенным, но оставляя его легким и кокетливым.

– Сколько ты еще будешь ждать своего подходящего времени? – рассуждаю вслух, поправляя юбку. – Оно может так и не наступить.

С волосами сильно не заморачиваюсь. Слегка укладываю и распускаю темными локонами по спине. Туфель в тон у меня нет, потому черные лодочки на устойчивом квадратном каблуке прекрасно дополняют образ.

Кручусь перед зеркалом довольная собой.

Ровно в семь в мою дверь звонят. Открываю.

– Ты стоял в подъезде и считал секунды? – улыбаясь впускаю Кирилла в прихожую.

– Почти. В машине сидел, – подмигивает. – Шикарно выглядишь.

– Спасибо. Что за идея? – капаю на запястья по капле любимых духов.

Кирилл втягивает ноздрями запах, и его голубые глаза темнеют на пару мгновений. Вся дружеская легкость между нами мгновенно улетучивается.

Я, конечно, большая девочка, и понимаю, что цветы, записка и вот этот взгляд с его стороны – нечто большее. Только пока мне хочется удержать Кира во френд зоне. Необходимо разобраться с чувствами к Святославу, понять, что меня отпустило и тогда позволить себе новые отношения. А если не отпустило, то не морочить мужчине голову. Он же не виноват, что у меня бардак в личной жизни.

Кирилл проницательно ловит перемены в моем настроении.

– Что-то не так?

– Все хорошо. Так куда мы идем? – глажу на прощание Ваську, цепляю ключи от квартиры с вешалки для одежды.

– Какая нетерпеливая. Скоро все узнаешь, – забирает у меня сумочку, берет за руку и ведет вниз.

Под пристальными взглядами бабы Люси и ее подружек помогает сесть в свою машину. Сегодня Кир приехал на белом кроссовере.

– Забрал из сервиса, – поясняет, видя мой удивленный взгляд. – А ту у дядьки брал погонять. Мне без колес совсем никак. Тебе не нравятся Мерседесы? – весело подмигивает мне в зеркало.

– Мне и та нравилась. Менее пафосная, – жму плечами.

– Первый раз вижу девушку, которая расстраивается из-за того, что за ней приехали на дорогой тачке. Ты не перестаешь меня удивлять, Машенька.

Он перестраивается в нужный ряд и спокойно движется по городским дорогам в сторону центра. А потом резко сворачивает и везет меня прочь из города. После десяти километров по трассе сворачивает на колею и уже через пару минут мы останавливаемся у причала, переделанного под базу отдыха.

На деревянном помосте стоят плетеные кресла. Резные столбики навеса увиты зеленью. Слышен плеск воды и пение птиц.

– Не смотри на меня такими большими глазами.

Кир подает руку, галантно помогает сесть в одно из кресел, на котором я обнаружила предусмотрительно сложенный плед.

– Сначала хотел накормить тебя мороженным, но вспомнил, что ты очень осторожно относишься к сладкому. Вспомнил про это место. Я сейчас вернусь.

Кирилл быстро сбегает в одноэтажный длинный корпус, а я спускаюсь к воде. Недалеко сидит мужичок с ведром и удочкой. Шумит листва стоящих рядом деревьев и воздух такой… Ммм. Он «вкусный». Им хочется дышать, и я с удовольствием делаю пару глубоких вдохов.

– Держи, – Кир протянул мне стакан сока. – Считай, что у нас безалкогольная вечеринка, а то подумаешь, что я маньяк, который хочет тебя споить. На самом деле хочу, конечно, – его глаза снова темнеют. Зрачок завораживающе пульсирует, притягивая внимание. – Но это потом. А пока предлагаю просто поболтать и, может быть, ты поделишься со мной своей историей, чтобы я понимал границы и с какой степенью наглости мне их пересекать.

– Спасибо, – улыбаюсь его попытке зайти на мою личную территорию.

Кир очень аккуратный в этом отношении. По крайней мере на данный момент. Но это импонирует, а его естественная открытость помогает немного расслабиться. И сок вкусный. Свежевыжатый из разных цитрусовых с нежной кисло-сладкой мякотью.

Кирилл принес два кресла с пледами прямо к воде. Мы расположились в них наслаждаясь окружающей природой. Странно, что здесь нет никого, кроме рыбака, который, к слову, уже складывает свои снасти.

Кир рассказал, что место не пользуется популярностью потому, что нет здесь того комфорта, к которому привыкли современные люди. Сплит – системы, просторные номера с отдельным душем, завтраки по первому звонку – этого всего здесь точно не найти. Хозяин хотел сохранить атмосферу, но прогадал. Он едва держится на плаву и вероятнее всего этот сезон для него последний.

Жаль. Я бы приезжала сюда и одна. А позже, возможно с семьей…

Так! Никаких грустных мыслей!

И словно прочитав мои мысли, Кирилл включает музыку на мобильном, протягивает мне руку.

– Потанцуй со мной, – просит он. – Обещаю, приставать не буду.

– Ты серьезно? Здесь? – улыбаюсь, закусив нижнюю губу.

– Посмотри, как садится солнце! Маша, ну давай же, а то момент будет упущен, – он выдергивает меня из кресла прямо на себя.

Врезаюсь в его твердую грудь…

– Вот сейчас было обидно, – Кир кружит меня в медленном танце.

– За что? – делаю большие глаза.

– Ну просто ты так удивилась, прикоснувшись ко мне. Думаешь, раз я архитектор, то целыми днями сижу за компом или над кипой бумаг и совсем не занимаюсь собой, не хожу в спортзал?

Солнце бликует в его глазах. Я невольно сравниваю со Святом. У бывшего мужа они сейчас были бы янтарными.

– Даже не думала об этом!

– Думала, думала, я же видел, – Кир забавно морщит нос. Музыка заканчивается. – Спасибо за танец, – он показушно кланяется, помогает мне сесть в кресло.

– Позер! – фыркаю я.

– Есть немного, – жмет плечами в ответ. – но я рад, что ты улыбаешься, потому что не соврал в записке. Тебе очень идет. А значит что? – вопросительно приподнимает бровь.

– Что?

– Не зря приехали, – щелкает меня по кончику носа.

О том, что Кирилл просил рассказать, заговорить я так и не решилась. Мы слишком мало знакомы, чтобы настолько раскрываться перед человеком. Однажды я уже бросилась в омут с головой поддавшись первым чувствам. Ничего хорошего из этого не вышло.

Он не настаивает, не давит. За что милому голубоглазому блондину отдельное спасибо.

Кирилл привез меня домой ближе к полуночи. Поблагодарила его за чудесный вечер, поднялась к себе и поймала эффект дежавю.

На пороге моей квартиры стоит большая плетеная корзина, перетянутая белой атласной лентой, а в ней много-много цветов. В этот раз ромашек.

– Свят, – сразу понимаю, что это от него.

Открываю дверь, поднимаю тяжелый подарок, чтобы занести домой, но теплые сильные руки обняв меня сзади перехватывают корзину снизу.

– Держу…

Глава 11. Святослав

Маша напрягается, и я просто перехватываю у нее корзину с цветами, захожу следом в квартиру стараясь не показать, что мне очень хочется разбить одну смазливую голубоглазую рожу.

Моя женщина пахнет им. Не мной, как было и должно быть. А им! Левым мужиком, непонятно откуда нарисовавшимся. Я запомнил номер его машины, уже скинул знакомому из управления ГИБДД.

Понимаю, что веду себя как ревнивый пацан и пока, собственно, прав на Машку никаких не имею. Но! Твою же мать! Как меня бесит эта ситуация!

Она буквально недавно так плакала у меня на груди. Это же о многом говорит. Мне хочется верить, что да. И что не все еще я просрал. Чертовы розы от него стоят рядом с моими ромашками. Символично и очень печально. Они будто насмехаются надо мной, задевая за живое.

– Как ты?

Устраиваюсь на кухне, пока Машенька кружится, ставит чайник на плиту и достает тарелку с утренними бутербродами из холодильника.

– Гораздо лучше, – улыбается любимая. – Прости еще раз за ту ужасную истерику.

– Тебе не за что извиняться. Это мне надо. Как минимум за отца, а за себя, так вообще пожизненно. Соня была сегодня на первом полноценном занятии, – переключаю тему, чтобы не портить ей настроение.

– Правда? – взгляд тут же оживает.

Маша ставит на стол две кружки с горячим чаем. И так уютно здесь, будто не уходил. Посадить бы ее на колено сейчас, зарыться лицом в волосы и знать, что моя.

Что заберу, я уже решил. Осталось найти ключи от запертой для меня двери.

– Да, – кайфую от блеска в ее глазах. – Я не успел отвезти. С ней была няня, но мы болтали по телефону, пока я добирался сюда. Софи нравится, а я просто рад видеть дочь счастливой.

– Это здорово. Ты стал хорошим отцом, – отвечает, откусывая кусочек от своего бутерброда. – Свят, только не заставляй ее, если вдруг устанет или просто будет лениться. Соня маленькая еще слишком, это нормально для такого возраста. А вот если будет ходить на занятия через силу, быстро пропадет интерес и к танцам она может больше не вернуться.

– Ты говоришь, прямо как ее психолог. Не буду я заставлять. Не дурак, – обещаю ей и между нами снова зависает тишина в считанные секунды увеличивая незримое расстояние, которое только-только стало уменьшаться.

– Психолог?

Маша даже бутерброд отложила.

– Да. У дочки начались проблемы после моего развода с Анжеликой. Там были и истерики, и скандалы. Она ее от меня прятала, в комнате закрывала, шантажировала.

– Какой ужас… – прикрыв ладошками рот Маша сидит в искреннем изумлении. – Бедная малышка.

Она стала убирать со стола. Забрал кружки, вернул на место и обнял любимую девочку прижав к себе спиной.

– Я в разводе, Маш, – повторяю эту не менее важную часть моего признания. Наслаждаюсь теплом ее тела и по-собственнически хочу, чтобы на ее волосах, коже, платье остался только мой запах.

– Чернов, да ты просто не способен на длительные отношения! – смеется Маша, убирая с талии мои ладони.

– Поверь, я способен тебя удивить, – она отходит, но стол оказывается на моей стороне и бежать дальше некуда.

Мы снова стоим очень близко друг к другу. Мне безумно хочется еще раз поцеловать эти приоткрытые губы. Глажу их подушечками пальцев. Она не отталкивает, только наглеть в этот раз я все же не спешу.

– Свят, я боюсь снова впускать тебя в свою жизнь, – признается с невыносимой тоской в голосе. – Ты бросил меня в самый тяжелый период в моей жизни. В нашей жизни!

– Я не снимаю с себя вины и ответственности за это. Мне ведь тогда тоже было тяжело. Ты помнишь? – кивает. – Сходи со мной в ресторан. А потом мы вернемся к этому разговору.

– Не могу в субботу. У меня планы.

В голове тут же взрывается новая волна только поутихшей ревности, но предъявлять ей что-то я не стану. Планы, значит планы. Имеет право.

– Хорошо. Когда ты сможешь? Я могу и здесь все рассказать, но на нейтральной территории у меня больше жанров выжить, – смеюсь, нехотя отходя от нее. Поцелуй на сегодня отменяется.

– Чернов, я вообще не уверена, что хочу все это знать. Это твоя жизнь…

– Нет, Маш. Это наша жизнь. А чтобы подогреть твой интерес, скажу вот что: той измены не было, – она удивленно хлопает ресницами. – Я поехал. Не провожай. Время жду смской. Место выберу сам.

***

Подъезжаю к своему подъезду и понимаю, что этот день для меня еще не закончен. Водитель отца вышел размять ноги. Стоит на улице прислонившись спиной к черному борту бизнесклассики.

– Давно здесь? – протягиваю руку в знак приветствия.

– Минут сорок. Он не в настроении, – предупреждает седовласый мужчина, работающий на отца, кажется, целую вечность.

– Да плевать мне на его настроение!

Поднимаюсь к себе. На диване в гостиной няня держит на руках сонную и сжавшуюся в комочек Соню. Дочка, насупившись, исподлобья смотрит на дяденьку, который считается ее дедом.

– Папа! – тут же просыпается, слезает с няни и оказывается на руках у меня.

– Я не понял! – строго смотрю на Светлану Валентиновну. – Режим для ребенка отменили? Вы время видели?

– Не ори на женщину, – поворачивается отец. – Это я попросил не укладывать. Не каждый же день вижу внучку.

– Малыш, идем спать, – целую дочь в щеку и несу в детскую.

Софи засыпает мгновенно. Я сижу рядом, держа ее за крохотную теплую ручку.

С Машей нормального разговора сегодня не получилось. Эта отвратительная недосказанность между нами сильно мешает.

– Ты так и будешь здесь от меня прятаться? – холодно усмехаясь в комнату заглядывает отец.

– Ты знаешь, что она тебя боится! – тихо рыча выхожу вместе с ним в коридор и плотно закрываю дверь, чтобы не разбудить Соню. – И что-то я не помню, чтобы ты питал теплые дедовские чувства к моей дочери. Мой брак с ее матерью всегда интересовал тебя гораздо больше.

– Именно! Софи – это всего лишь способ его закрепить.

– Хреновый клей, отец, если смотреть на это так, как ты говоришь. Тебе, как никому другому, известно, что Софи мне не родная по крови. Я до сих пор не понимаю, на что вы надеялись. Да, семья с Машей распалась. Очень удобный момент вы тогда с Анжеликой выбрали. Но ты думал что? Что я вот так просто закрою глаза? Или, привязавшись к ребенку, не смогу выйти из навязанного брака?

– Ты прав, все вышло более чем удачно, – жестко усмехается отец. – Легко манипулировать тем, кто заливает свое горе виски оплакивая очередную неудачную беременность своей жены. Да ты мне благодарен должен быть! Я спас тебя от бесплодного и бессмысленного брака! А Лика родит еще. В этот раз от тебя, если постараешься, конечно. Она может, как нам удалось выяснить.

С удовольствием всаживаю кулак ему в челюсть. Отец падает ошарашенно моргая.

– Пошел вон из моей квартиры!

– Ты не бизнесмен, Святослав. Ты бездарный, неблагодарный кусок дерьма, – он встает, поправляет одежду.

– Может я тоже не твой сын? – жму плечами и сам открываю перед ним дверь.

– Ты – мой единственный сын, Свят, – немного остывает отец.

– Я для тебя всего лишь еще один удачный бизнес-проект. К Маше и Софии больше не подходи, – захлопываю дверь перед его носом.

Глава 12. Маша

Последние сутки отказались просто бесконечными. Столько всего произошло, что до сих пор не укладывается в голове. Слишком устала, чтобы думать. Любая попытка проанализировать произошедшее отзывается невыносимой головной болью. Ложусь на свою любимую кроватку, обнимаю мурчащего Ваську.

– Все то ты у меня понимаешь, – улыбаюсь ему.

– Мяу, – тихо отвечает мой самый любимый и верный мужчина.

– Спасибо, Вась, – бормочу, почесывая его за ушком.

Не знаю, правда ли, что кошки знают, где болит у хозяина и лечат его, но мне становится легче. Виски перестает сдавливать, я спокойно засыпаю, зарываясь пальцами в черную густую шерсть.

Только утром обнаруживаю, что даже входную дверь за Черновым вчера не заперла. Совсем замотали меня эти две противоположности: голубоглазый «мистер спокойствие и уверенность в себе» и «карамельный принц всея Руси».

Улыбаясь, смотрю на кухонные часы.

Почти семь утра! Проспала!

Выпить кофе уже не успеваю. В девять надо быть в банке, а на одиннадцать назначена встреча с потенциальным спонсором. От нее очень многое зависит, а я выгляжу, как потрепанная кукла.

Макияжем скрываю последствия недавней истерики. Из шкафа достаю приготовленный заранее костюм. Черная юбка – карандаш немного выше колена, белая рубашка и пиджак. Классика все же универсальна. И к солидному руководителю в банке зайти не стыдно, и в ресторане пообедать можно.

– Баб Люсь, покормите Васю, пожалуйста, – вручаю ключи от квартиры соседке. Ставлю галочку, что надо сделать запасные. Одни я потеряла, за новыми все никак не заеду. – Ничего не успеваю. Корм в холодильнике.

Пока старушка не очнулась, сбегаю вниз, выезжаю со двора и вуаля! В банк добираюсь буквально за пару минут до назначенного времени. Встреча проходит долго, но успешно. Теперь у нас в холле будет стоять терминал и родителям станет еще удобнее вносить оплату за занятия.

Подписав все необходимые документы, выезжаю в сторону ресторана. На передней панели в подставке вибрирует мобильный. Не беру, не до него мне сейчас. Но звонок повторяется.

– Привет, Кир, – все же принимаю вызов. – у тебя что-то срочное?

– Конечно! Хотел узнать, все ли у тебя в порядке, но я уже по голосу слышу, что нет.

– Я за рулем в пробке стою. Для меня… Точнее для моего центра жизненно важно не опоздать на встречу со спонсором.

Проезжаю небольшое ДТП и снова нормально двигаюсь облегченно выдыхая.

– Во сколько встреча? – интересуется Кир, который тоже, судя по фоновому шуму, за рулем.

– В одиннадцать.

– Адрес мне скинь, Маш. Я, возможно, успею подъехать.

– Зачем? – в зеркало вижу, как от удивления и игры света у меня пульсирует зрачок.

– Нууу… – тянет он. – предполагаю, что у начинающего бизнесмена не так много опыта в подобных переговорах, – смеется Кир. – Кидай адрес.

Для меня это и правда важно, так что решаю не отказываться от возможной поддержки. Скидываю ему адрес, паркуюсь у ресторана. Успеваю дойти до дверей, как меня догоняет Кирилл.

– Привет, – быстро целует в щеку. – растешь на глазах. Учишься принимать помощь, – подмигивает он.

– Кир!

– Тсс, – прикладывает палец к губам. – Это нормально, Маш. Мне не сложно. Я правда был неподалеку, только поэтому смог приехать. Но раз уж я здесь, посижу тихонечко рядом, чтобы тебе было спокойнее.

Мы вместе входим в ресторан. Нас провожают к заказанному столику. За ним сидит мужчина в черной футболке и белых брюках.

– Добрый день, Мария Витальевна, – кивает он. – Вы привезли документы, про которые мы с вами говорили по телефону?

– Да, – протягиваю ему папку. В ней нет ничего сверхсекретного. Я проконсультировалась с юристом, прежде чем собрать ее. Пока это просто предварительная встреча.

Он внимательно листает, вчитывается, поднимает на меня взгляд, снова вчитывается.

– Мария Витальевна, а можно нескромный вопрос? Надеюсь, вашего мужчину он не заденет.

– Попробуйте, но не обещаю, что отвечу, – киваю ему.

– Да я все пытался вспомнить, откуда вы мне знакомы. Исключительно визуально. Вы были замужем за Святославом Черновым, да?

– Мне кажется, это совершенно не относится к цели нашей встречи, – со сталью в голосе осаживает его Кирилл.

– К моему глубокому сожалению, относится напрямую иначе я бы не интересовался. Понимаете, Маша… Простите. Мария Витальевна. Ссориться с Константином Анатольевичем Черновым мне крайне невыгодно. Наше сотрудничество с вами невозможно. И чтобы такая хрупкая девушка не тратила силы и нервы, скажу сразу, еще вчера вечером Константин Анатольевич обзвонил многих крупных и средних предпринимателей из тех, кто мог бы вложиться в ваш центр, и лично просил, чтобы мы этого не делали. Еще раз извините. Вы очаровательны, Мария Витальевна, но бизнес есть бизнес.

– Маш, – Кир берет меня за руку выдергивая из кратковременного ступора. Мой несостоявшийся спонсор успел уйти, оставив после себя лишь шлейф дорогого парфюма. – Могу попробовать переговорить со своим начальством, может они смогут принять участие в развитии твоего центра.

– Не надо. Тебя мне меньше всего хочется впутывать в эти разборки. Это личное, Кирилл. Спасибо тебе, что приехал. Дальше я разберусь сама. Работали же мы как-то без чужих денег, – гордо поднимаю вверх подбородок. – И дальше справимся.

Кир до самого Центра ехал за мной. На парковке еще раз уточнил, все ли хорошо и точно ли не надо говорить с его боссами.

Точно не надо. Потому что быть обязанной ему я совсем не хочу. Одно дело, договорные отношения на взаимовыгодных условиях с посторонним человеком, и совсем другое, с тем, кто пытается выстроить со мной отношения, пусть и дружеские. Не хочу быть ему обязанной, тем более связанной с ним деньгами.

– Мария Витальевна, ну как все прошло? – как только я поднялась к себе, тут же засуетилась Надя.

– Пока по нулям. Сделай мне кофе, пожалуйста, – прошу эту милую девушку.

– Покрепче? – понимает она. Я только киваю благодарно улыбнувшись.

Кручу в руках телефон. В самом центре груди горит желание позвонить Святославу и высказать ему все, что думаю о его отце и всей его семейке в целом.

Надя принесла черный кофе. Он заполнил своим ароматом все пространство кабинета. Взяла чашку, переместилась с ней к окну.

Через дорогу от нас в небольшом сквере трое подростков танцуют прямо на улице под музыку из портативной колонки. Отлично, надо сказать, танцуют. Я рассматриваю их и пытаюсь ухватиться за мысль, которая пробивается через мысли о Черновых. Откидываю в сторону всю злость на эту семейку.

– Надя! – двумя глотками допиваю горячий кофе и зову свою помощницу. Испуганная девушка забежала в кабинет.

– Что-то случилось? – тяжело дышит она.

– Да! Я придумала, как без посторонних инвестиций привлечь внимание к нашему центру. Иди сюда, – беру ее за руку, подвожу к окну и показываю пальцем на танцующих ребят.

– Хорошо двигаются, – засматривается на них Надя.

– Дело не в «как они это делают», а «где»! Надь, мы можем устроить настоящий праздник. Покажем наших воспитанников на открытой площадке. Проведем мастер – классы для прохожих, особенно с самыми маленькими детками. Разошлем приглашения через социальные сети нашим подписчикам. Ведь одно дело слышать, что вот где-то там есть такой центр и пролистывать новости в ленте своего телефона, а другое…