Современные страсти по древним сокровищам

5. Золото и рубины Сарая-Бату

На этом берегу Ахтубы давным давно процветали поочередно две столицы Золотой Орды. Но минуло более пятьсот лет и берег стал международным космическим портом.

Если проехать от космического порта на юг по течению Ахтубы, то через двести двадцать километров встретит путешественников старинное село Селитренное. Оно возникло на месте первой столицы Золотой Орды Сарая-Бату.

В двадцати километрах на севере от «Капустина Яра» ныне находится старинное Царево село. Оно возникло на месте второй столицы Золотой Орды Сарая-Берке.

Каждый километр на этом берегу – это, конечно, изумительные древние легенды.

Ну как было ни выбрать время в плотном графике испытания ракет, ни выпросить у начальника нашей летно-конструкторско-испытательской экспедиции «газик» и ни отправиться к седым развалинам!

С правой стороны шоссе поражали виды поймы протоки – озера, луга, рощи. С левой стороны выжженная солнцем степь. Наконец-то, появился дорожный знак «Село Селитренное».

И сразу же воображение нарисовало восточный шумный город. Воображение ли? Неужели вопреки законам физики мы преодолели время и перенеслись на много веков в прошлое? Неужели мы находимся в Сарая-Бату?

Столица Золотой Орда протянулась вдоль Ахтубы километров на пятнадцать, а в глубь степи более чем на три километра. Перед нами раскрылись сплошные ряды домов, мечети, дворцы, стены которых засверкали мозаичными узорами, водоемы, наполневшиеся прозрачной водой, обширные рынки и склады. К небу стал подниматься дым литейных производств, керамических артелей, ювелирных мастерских. На самом высоком холме над берегом Ахтубы перед нами стал возвышаться ханский дворец. И конечно, как и рассказано было в старой знакомой легенде, он удивил нас золотыми стенами и крышей. Ну как было не понять, почему все государство стало носить название «Золотая Орда»!

А что это творится в переулках? Почему там бродят толпы мусульман, а в мастерских работают тысячи пленных. Неужели ремесленников свезли сюда со всех покоренных земель?

И совсем странное явление на площади! Как шмели возле соцветий, жужжат какие-то странные люди в европейских костюмах! Неужели сюда, в Сарая-Бату, слетелись самые отчаянные, любопытные и безрассудные европейцы – купцы, шпионы, миссионеры, послы?

На площади собралась группа одних из них. Слышим говор:

– О, Сарая-Бату – Рим!

Подходим, представляемся:

– Мы из космодрома.

На нас смотрят, как на инопланетян. Пытаются от нас бежать. Догоняем. Один из убегавших, вдруг, приблизился к нам. Наверное, любопытство пересилило:

– Кто вы такие? Почему говорите по-славянски? Я знаю славянский язык. Был в Киеве. О, это ужасный город. Его сжег хан Батый – владыка Сарая-Бату! Вы сказали «космос». Но ведь это понятие древнегреческой философии и культуры. Платон в диалоге «Тимей» рассматривал космос как живой, соразмерный организм, обладающий разумной душой, а человека – как часть космоса. В Древней Греции Платон сформулировал несуразность в объяснении устройства космоса: он божественен, значит, все небесные тела должны двигаться равномерно по круговым орбитам, однако движение планет противоречит этому требованию!

После этой тирады, в обморок чуть ли не упали мы.

Оказалось, наш собеседник францисканский монах Джиованни дель Плано Карпини.

В Сарая-Бату к монгольскому хану прислал его вместе с посольством католический папа Иннокентий IV. Францисканский монах Джиованни дель Плано Карпини слыл умным и тонким дипломатом.

Карпини выехал в апреле 1245 года из Лиона, где находилась тогда резиденция папы. Миссия направилась через Богемию (Чехия), Силезию и область Краковского герцогства в Киев.

После того, как монголы разорили Черниговское княжество осенью и зимой 1239–1240 годов, они подошли к Днепру напротив Киева и отправили в город посольство с требованием о сдаче. Но посольство было уничтожено киевлянами. Киевский князь Михаил Всеволодович спешно уехал в Венгрию, чтобы заключить династический союз с королем Венгрии Белой IV против монголов. Однако венгерский король не захотел союзничать с киевляниным.

Тем временем монголы 5 сентября 1240 года переправились через Днепр и осадили Киев. Обороной города руководил тысяцкий Дмитр.

Решающий штурм пришёлся на 5 декабря 1240 года. Монголы пробили стены города сразу в нескольких местах, но защитники Киева отошли в детинец. На следующий день воины Батыя приступили к штурму центральной части города. Сломив сопротивление киевлян, монголы устроили массовую резню и подожгли Десятинную церковь, в которой укрылись последние защитники города. Сгорели защитники Киева от батыевских стрел с особыми наконечниками. В наконечниках была заложена селитра, добытая монголами с берега Ахтубы! Селитра – это основа пороха. О селитре еще не знали славяне.

Грабеж Киева продолжался несколько дней. Сколько золота и драгоценных камней погрузили монголы в свои мешки! Вместе с золотом монголы отправились по покрытому льдом Днепру к Черному морю. А затем вдоль его северного побережья и частично по прибрежному льду к Дону и дальше к Волге.

В возникшем передо мной видении Плано Карпини заявил, что стал свидетелем того, как свезенные со всех покоренных земель специалисты – ремесленники украсили город Сарая-Бату награбленным в Руси золотом. Творение их рук не отличалось от лучших достижений мастеров соседних государств.

К нам подошли другие знаменитые путешественники Рашид-ад-Дин, Гильом де Рубрук, Ибн Баттута, Иоганн Шильтбергер. Они только разводили руками – как ни странно, но это самый продвинутый по золоту город в мире!

Но Бату-хан не только укреплял свои обширные владения, но и решил отделать столицу и двор такой роскошью, чтобы «от зависти подавились костьми» не только его многочисленные родственнички – монгольские ханы, но и сам китайский император. Его богатству Бату втайне люто завидовал. Поэтому в своей столице с населением почти в 600 тысяч человек он приказал построить резные мечети, фонтаны, водопровод, канализацию и даже посадить фруктовые деревья… Чего только не было в столице Золотой Орды Сарае-Бату!

Доход от богатой киевской добычи пошел на украшение покоев Бату парчой и шелком, персидскими коврами. Привередливый внук Чингисхана вкушал пищу только на золотой посуде, богато инкрустированной драгоценными камнями. Крупные алмазы, изумруды, рубины, сапфиры, жемчуг россыпью украшали одежду хана, оружие его и его верных приближенных.

Знаменитую шапку Батыя, отороченную соболиным мехом, венчал огромный изумруд, величиной с куриное яйцо, который когда-то был глазом статуи божества в индийском храме.

В покоях хана всегда курился ладан, ценившийся на вес золота. День и ночь лучшие музыканты – рабы, вывезенные из Европы, услаждали слух Сына неба.

– Хан завел при дворце даже зверинец с тигрми, львами, множеством певчих птиц. В зверинце размахивал огромными ушами и хоботом даже слон! Но честолюбивому Бату, этого мало, – заявил нам Гильом де Рубрук, фламандский монах-францисканец, – он захотел, чтобы каждый въезжающий в столицу сразу понимал, что посетил владения самого великого правителя в мире. Вы только посмотрите на батыевских золотых коней!

– Что еще за золотые кони? Где вы их обнаружили?

– Вы как вошли в город? Неужели не через городские ворота? Только такого необыкновенного чуда, как сараевские золотые кони, нигде в мире не встретишь!

6. Золотые кони хана Батыя

Западноевропейские путешественники подвели нас к первому чуду света. Две конные скульптуры излучали золотое сияние.

– Случилось так, что умер любимый арабский скакун хана Батыя, – на растяжку заговорил арабский путешественник из Марокко Ибн Баттута, – и хан, погоревав, задумал запечатлеть его образ в золотой статуе. Необычную работу доверили колокольных дел мастеру, некогда захваченному в Киеве. Батый не скупился – всю дань, собранную за год на Руси, обратили в золото. По легенде, на статую пошло пятнадцать тонн драгоценного металла. Грандиозного сверкающего коня поставили у ворот Сарай-Бату.

Однако Батый решил, что две статуи, установленные по бокам ворот, смотрелись бы лучше. Был изготовлен второй конь, точная копия первого. Второго золотого коня с горящими рубиновыми глазами тоже поставили при входе в столицу золотоордынского ханства у городских ворот. После этого русского мастера убили, чтобы он больше не мог создать ничего подобного.

Легендарные кони с рубиновыми глазами, отлитые из чистого золота, олицетворяли могущество Орды. Ее предводители стали гордо именовать свое государство Золотым.

По разным подсчетам вес каждого из коней насчитывал от полутора до семи тонн. А может быть даже и до пятнадцати тонн. Почему была такая разница в весе? Потому что до сих пор остается загадкой – были ли те кони пустотелыми или полностью золотыми? И какого размера были кони – миниатюрными или в полный рост?

И все же, скорее всего, золотые кони были изваяны в полный рост, потому что согласно высказываниям древних путешественников, сияющие в лучах солнца, скакуны были видны издалека. Иноземные купцы передавали из уст в уста рассказы о диве, каким не мог похвастать больше ни один город на земле…

Этим золотым сиянием мы были поражены настолько, что один из нас, Николай Ефимович сделал шаг навстречу золоту. Вслед за ним сделал шаг и я. Мы оба одновременно воскликнули:

– Можно погладить коней?

И не получив согласие, подбежали к ним и…

И в этот миг раздался оглушительный гром! Мы ослепли. И когда стало возвращаться зрение и мрак стал рассеваться, мы увидели суровую нашу действительность. Исчезли в небытие Сарая-Бату, золотой дворец, золотые кони…

Перед нами простиралась покрытая редкими стебельками полыни однообразная степь с редкими кучками земли. А в овражках валялись пластиковые бутылки, полиэтиленовые мешки с остатками чей – то еды, старая рваная обувь, старый разбитый унитаз и прочий хлам…

– Ну что, проснулись? – спросил наш чудесный знакомый и историк – краевед Михаил Иванович Роданев. – Это и есть теперешняя Золотая Орда с ее столицей Сарая-Бату. Кучки земли – это остатки минаретов. Земляные неровности когда-то были фундаментами зданий. Ханский дворец еще в средние века разобрали по кирпичику и отвезли кирпичи баржами по Ахтубе в Астрахань. Из них выстроили по приказу царя Федора Астраханский кремль. Остатки других зданий использовали жители села Селитренного для постройки своих домов. Село это старинное. Возникло по приказу императора Петра 1 для добычи селитры. Селитра нужна была для изготовления пороха. Из-за нее монголы построили свою столицу на берегу Ахтубы. Придать неприглядный вид окрестностям постарались не только жители пороховщики села Селитренного, но и наши современные путешественники. Наши нравы теперь не знают границ. Поел и выбросил пластиковую бутылку. Ничего, что она только через сто пятьдесят лет разложится. Будет над чем поработать будущим археологам лет через сто.

– Михаил Иванович, а куда делись золотые кони? Ведь мы только что их поглаживали! – возглас недоумения вырвался из нашей груди…

7. В поисках золотого коня Мамая

– О, это удивительная история, у которой есть начало, но у которой нет конца! – со вздохом произнес наш ракетчик из «Капустина Яра» и одноаременно наш экскурсовод Михаил Иванович Роданев. – В 1255 году Батый умер. После недолго правления его сына воцарил в Золотой Орде брат Батыя Берке. При нем Золотая Орда фактически обособилась от Монгольской империи. Новый властитель даже перенес свою ставку подальше от Сарай-Бату, вверх по течения Ахтубы в то место, где теперь находится село Царев, а в двадцати километрах южнее – космодром «Капустин Яр».

– Перенес почему? – полюбопытствовал я.

– Наверное, селитра закончилась, хотя еще и после Петра I добывали в Сарая-Бату ее более ста лет. Новую столицу хан Берке назвал своим ханским именем – Сарая-Берке. Конечно, вывез Берке из столицы брата и золотых коней. Поставил их возле ворот Сарая-Берке. Со знаменитой драгоценностью расстаться было, конечно, нельзя!

Долго они украшали Сарая-Берке. Но случилась то, что является до сих пор загадкой, не нашедшей разрешения до сих пор.

8 сентября 1380 года между реками Дон, Непрядва и Красивая Меча, на Куликовом поле (в настоящее время юг Тульской области) сошлись русские войска под началом князя Дмитрия (будущего Донского) и татарские под командованием Мамай.

Мамай был разгромлен.

Но на Куликовом поле случились для Мамая и еще две трагедии. Вторая – что делать с золотым конем? Не желая расставаться с ним, Мамай прихватил его с собой в поход. Могли же золотого коня украсть соплеменники! Третья трагедия, может быть даже более существенная.

Дело в том, что июне 1370 году умер золотоордынский хан Абдуллах. Современники предполагали, что его убил Мамай. Впрочем, убедительных доказательств этому не обнаружено. Новым ханом был провозглашен восьмилетний Мухаммед-Булак (малолетний Бюлек) из того же рода Батуидов, как и умерший Абдуллах. По причине малолетства Бюлека вместо него стал править Золотой Ордой его воспитатель Мамай. Во время Куликовской битвы погиб Бюлек. Ему вскоре должно было бы исполниться восемнадцать лет. И он должен был бы вступить на законных основаниях на престол. Но русский меч сразил его.

Кем теперь стал Мамай? Никем! Без законного хана его власть потеряла легитимность. Тут же объявился законный потомок Чингизхана Тохтамыш. Он вызвал Мамая «на дуэль». В конце сентября 1380 года состоялась решающая битва между войсками Мамая и Тохтамыша на реке Калка. Где была на самом деле Калка, неизвестно. Но историки Н.М. Карамзин и С.М. Соловьёв сошлись во мнении, что где-то возле днепровских порогов. На поле боя большая часть войск Мамая перешла на сторону законного хана Тохтамыша и присягнула ему. Мамай с остатками верных не стал устраивать кровопролития и бежал в Крым.

Хитрый Тохтамыш успел захватить гарем Мамая и знатных женщин из потомства Джучи, которых возил с собой даже в походы сластолюбивый Мамай.

Находясь в Крыму, Мамай с остатками верных войск и золотым конем попробовал бежать в Кафу (ныне г. Феодосия). В Кафу Мамая не пустили. Он был перехвачен разъездами Тохтамыша и убит. Тохтамыш похоронил Мамая с почестями в селе Айвазовское (ранее Шейх-Мамай) возле Феодосии. Над его могилой был насыпан курган. Вместе с Мамаем в ту могилу по приказу Тохтамыша захоронили и одного из легендарных золотых коней из Сарая-Берке.

Вместо того, чтобы присвоить себе золотого коня, Тохтамыш поступид нетрадиционно. Наверное, от радости, что стал теперь полноправным ханом Золотой Орды. Да и о Мамае потомки – монголы не должны были забыть, Ведь был же воспитателем Бюлика!

Потомками Мамая были также и князьями в великом княжестве Литовском. От сына Мамая ведут свой род князья Глинские, родовые владения которых находились на землях Полтавской и Черкасской губерний Украины. Михаил Глинский устроил в Литве мятеж, пытаясь захватить власть. Когда попытка не удалась, перешёл на службу к московским царям.

Его племянница Елена Глинская была матерью царя Ивана IV Грозного. До нее и до ее сына Ивана IV дошли слухи о золотом коне предка. Но как можно было завладеть золотом предка, если Елене Глинской и Ивану IV надо было для этого вначале расправиться с казанскими татарами?

Кроме того слухи были противоречивыми. Кто-то утверждал, что Мамая с золотым конем захоронили не в Крыму, а в Заволжье, в кургане (а их там более семи), возле притока Волги реки Еруслан.

Еруслан по-тюрски означает «лев». Впадает Еруслан в Волгу напротив поселка Нижняя Добринка. Этот ведь поселок почти мой родной. Часто я приезжал в Нижнюю Добринку к моим родственникам. Поселок основали в XVIII веке немцы, приглашенные императрицей Екатериной II в Россию. Немцы и ныне проживают в этом поселке.

Переправлялись я и мой брат Александр Воронов на катере к курганам Еруслана. Пытались исследовать эти древние вместилища золотых сокровищ. Кто-то из немцев – старожилов рассказывал нам, что будто бы лет сто назад один из обрусевших немцев нашел на одном из курганов золотое копыто. Наверное, кто-то из черных археологов (и в то время они были) отрыл коня, распилил его на части. Но золотое копыто забыл на кургане. Но все это опять же лишь легенда, ни чем не подтвержденная.

Что касается Мамаевского кургана в Крыму, то им в свое время занимался великий российский художник – маринист Иван Константинович Айвазовский (автор знаменитой картины «Девятый вал» и проживавший в Кафе – Феодосии). Подходящий курган он нашел, но до золотого коня не добрался.

Есть в России и другие Мамаевы курганы. Например, в Волгограде. На нем шли жестокие бои во время Великой отечественной войны. Вся поверхность кургана была изрыта снарядами, минами и бомбами и полита кровью красноармейцев. После такого сражения разве до золотого коня теперь волгоградцам?

Другая легенда рассказывает о том, что во время боев сталинградский берег обрушился. Из обрыва выглянули стволы старинных пушек, а в их жерлах засверкали старинные золотые монеты. Выглянула и голова золотого коня! Но следующая фашистская бомба отправила пушки и коня в Волгу.

Итак, мы теперь, уважаемые читатели, знаем, что золотой конь Мамая дожидается своих археологов и любителей приключений.

Что же произошло со вторым батыевским золотым конем? Легенды о нем одна интересней другой!

8. Второй золотой конь у ушкуйников Великого Новгорода?

Кстати, дальнее родство донских казаков с ушкуйниками еще в 1915 г. отметил известный историк казачества Е.П. Савельев.

Шел 1368 год. В Москве к юному только что взошедшему на московский престол царю Дмитрию, будущему победителю в битве с татарами, сверкая мечом, ворвался посол Золотой Орды. Закричал на Дмитрия, стал угрожать страшными карами. Молодой царь не мог поверить в рассказ разгневанного татарина. Оказывается, на столицу Золотой Орды город Сарая-Берке напала армия воинов – русичей. Красивейший город был разграблен и сожжен в один день. Русичи не только его разграбили, но и уничтожили его жителей. Захватили несметные сокровища и словно сквозь землю провалились. Унесли большую часть казны Золотой Орды. И что самое интересное, захватили золотого коня! Князю Дмитрию монгольский посол стал угрожать – не найдешь золотого коня и казну, голова с плеч! Как же было не разволноваться князю Дмитрию, если это случилось за двенадцать лет до Куликовской битвы. Князь – то не успел еще сил набрать, чтобы послать ханского посла подальше.

Раздробленные русские княжества еще только набирали силы, чтобы, противостоять военной мощи завоевателей. А монголы в это время владели уже всеми торговыми путями из Азии в Европу. Так что золота у монголов было выше их юрт.

На Руси монголы покорили все княжества. Но до Новгородской Республики не добрались. Не дотянулись до новгородцев хищные кровожадные лапы монголов. Помешали встретившиеся на пути монголов непроходимые леса и болота. А если это так, то почему бы новгородцам не найти способ и проверить Золоту Орду на прочность? Пограбить золотоордынскую казну и заодно освободить русских пленников?

Только кто из новгородцев будет этим заниматься? Великий Новгород всегда был готов вступить в конфликты, отстаивая торговые пути со своими северными соседями: шведами и норманнами. Но чтобы разграбить столицу Золотой Орды Сарай Берке, находившуюся на огромном расстоянии от северных новгородских земель, это было, казалось, совершенно невозможным.

И все же у новгородцев инициатива била через край! Сам Новгород не мог бросить вызов ордынцам, потому что только в союзе с другими землям он мог представлять для монголов серьезную военную силу. И как раз в то время у новгородцев были очень сложные отношения со своими северо-западными соседями, т. е. с ливонскими немцами и со шведами.

И все же нашлись в Великом Новгороде те, кто отправился в поход на Золотую Орду.

Об этих новгородских инициаторах выйти из дремучих лесов и болот мы можем узнать из письма одного крупного новгородского купца своему партнеру. Письмо было написано на бересте и потому сохранилось в новгородской земле для нас, потомков Великого Новгорода:

«А если хочешь добраться спокойно к нам по реке и свой товар сберечь, прежде договорись с ушкуйниками, иначе весь груз потеряешь, а с ним и живот свой».

Кто такие были ушкуйники, заставившие купца предупредить о них своего партнера? Как рассказал в своих многочисленных публикациях известный российский писатель и историк Александр Широкорад (книга «Русь и Орда», издательство «ВЕЧЕ», Москва, 2004 год) ушкуйниками были новгородцы. По нашему современному восприятию это были вроде, как таксисты или водители большегрузов – фур, но только вместо фур у них были лодки. И были «таксисты» вооружены до зубов.

Лодки назывались ушкуями. На севере Новгородской территории, то есть на побережье Северного Ледовитого океана, поморы называли белых медведей ушкуями. Медвежье название перешло на лодки. А от них получили в древнем Великом Новгороде свое прозвище «таксисты», «водители фур» и их «пассажиры».

Ушкуйское речное судно было длиной 12–14 метров, в ширину – 2–3 метра. Осадка всего О,5 метра и высота борта до 1,5 метра. С прямым парусом и веслами. Грузоподъемность до 5 тонн. Оно могло вместить в себя 20–30 вооруженных людей да еще и с грузом.