Звери ни при чём

– Выходной

Сегодня на календаре суббота, а значит, в городе К. наступил рыночный день. Все без исключения – и взрослые, и дети – надевали свои лучшие наряды и отправлялись на главную площадь. Со всего города и ближайших деревень сюда съезжались торговцы с товарами. А покупатели в этом море изобилия искали то, что им было нужно.

Особенно радовал глаз в этот летний день продуктовый рынок. Жёлтые дыни, зелёные арбузы, красные яблоки, оранжевые абрикосы – все оттенки палитры. Вот куда художнику стоило зайти за вдохновением.

Обычно Холли с бабушкой и дедушкой ходили на рынок вместе. Сборы начинались ещё накануне, когда девочке устраивали настоящую головомойку, утром будили пораньше, кормили завтраком. Бабушка делала себе аккуратную причёску, надевала платье в цветочек, а Холли – нарядный сарафан. После этого они отправлялись на площадь. Толпы людей стремились, как и они, попасть на рынок, из-за чего в городе как будто разливалась живая река.

Но сегодня Холли решила остаться дома. Еще вчера они с друзьями договорились поиграть в прятки и в выбивного. После завтрака девочка выбежала во двор, чтобы погладить Тишку, но не нашла его. И тапки на удивление стояли на своих местах. Обычно все обитатели дома начинали день с поисков своей обуви. Тишка любил по утрам поиграть с туфлями и сандалиями. Причём часто Холли в поисках обуви приходилось прыгать на одной ножке до самого конца огорода. Там у Тихона можно было найти целый склад из тапочек. На этот раз вся обувь аккуратно стояла по местам, как с вечера её поставила бабушка.

Холли громко позвала Тихона. В ответ она так и не услышала топота трёхлапого друга. Девочка обошла весь двор, но и это не помогло. «Наверно, как всегда с друзьями за чужаками гоняется», – подумала Холли и вышла за двор. Там почти вся банда была уже в сборе. Первым делом, Холли с Джейн обсудили новое платье, в котором соседка Мария, гордо подняв голову, прошествовала мимо них на рынок, потом – прибавление в кошачьем семействе у тёти Катерины. Ну, а после самых свежих новостей все вместе решили поиграть в прятки.

Хотя солнце уже довольно высоко поднялось над головами всей компании и жарило не на шутку, это не могло помешать их плану. Бросив жребий, оказалось, что первой на поиски отправляться Джейн. Стоило ей произнести первые слова: «Я считаю до пяти…», как все бросились врассыпную.

Холли решила выбрать новый маршрут и побежала с горы. Она запыхалась, ноги её заплетались, сланец порвался, но девочка стремительно неслась вниз. Мимо пролетел двор бабушки Наталии, потом – дом Джонсонов, ещё несколько зданий. Наконец, она остановилась. Справа от себя Холли увидела знакомый старый дом. Первый этаж его был кирпичный, второй – деревянный. К нему вела очень старая лестница. Как рассказывала Холли бабушка, в этом доме сдавали комнаты «самым разным» людям. Что она имела в виду, девочка не знала. Но подозревала, что за этими словами скрывается что-то увлекательное и таинственное, поэтому была бы не против поближе познакомиться с загадочными постояльцами.

Ютились жильцы в крохотных комнатушках, в которых было всего по одному окошку. Кроме кровати и стола со стульями, больше туда ничего не вмещалось. Девочка бывала здесь всего пару раз, когда кто-то из новеньких детей-постояльцев приглашал её в гости.

Холли забежала в маленький дворик, обнесённый деревянным полуразвалившимся забором. Поискав глазами куст или старую бочку, за которые можно было бы спрятаться, она не нашла ничего подходящего. Зато увидела открытую дверь. «О! Тут меня точно никто не найдёт!». Она влетела в полутёмный коридор. В доме было тихо. Девочка пошла вперёд по коридору, темнота сгущалась. И вдруг Холли уткнулась в дверь под лестницей, которую совсем не было видно в полумраке. Девочка повернула ручку. Перед ней оказалась ещё одна ведущая вниз лестница, которая снова заканчивалась дверью. Холли стало любопытно. Поскрипывая ступенями, девочка преодолела путь и толкнула дверь.

– Любопытный нос

Резкий свет ослепил её. От неожиданности она даже присела на ступеньку. Постепенно глаза привыкали к освещению, и картина прояснялась. Комната напоминала музей, магазин, лабораторию и ботанический сад одновременно. Везде стояли предметы, которые хотелось рассматривать. Зачарованная необычной комнатой, Холли вскочила со ступеньки, обо что-то споткнулась и с грохотом упала.

– Здравствуй, дитя моё. Ты как сюда попала? – Вдруг послышался голос откуда-то справа. От удивления и восхищения девочка сразу никого и не заметила. Повернув голову, Холли увидела рядом высокого незнакомца с густой бородой. Хозяин был в порядком поношенной одежде и старых башмаках. Он улыбался, поэтому девочка ни капли не испугалась. Она ответила ему взаимной улыбкой и поднялась с пола.

– Здравствуйте! Я тут совсем случайно оказалась. Мы играли в прятки, и ноги меня привели к вам.

– Ясно, это всё ноги, а твой любопытный нос тут совсем ни при чём!

– Ну, конечно! – быстро выпалила девочка. Но тут же опустила глаза. – Простите меня. Конечно, это всё он, мой нос. Он всё время куда-то лезет впереди меня. Но у вас тут так интересно. Можно мне быстренько посмотреть, и я тут же уйду. Обещаю – больше сюда ни ногой. Точнее – носа не покажу. Клянусь!

– Дорогая моя, я совсем не против, что ты ко мне зашла и останешься здесь. Но хочу предупредить: всё, что ты тут увидишь, должно остаться тайной. Пообещай мне.

– Обещаю!

– Если ты нарушишь обещание, мне придётся стереть твою память.

– Это как стереть? Ластиком что ли? – решила пошутить Холли.

– Ну, почти. Ты забудешь всё с того момента, как вошла в этот дом. Если ты согласна на мои условия, милости прошу.

– Да-да, конечно! – Холли подошла к столу рядом с дверью. Там стояли бутылочки и колбочки с разноцветными порошками и жидкостями. – А это что? Краски? Вы художник?

– Почти. Я действительно, могу рисовать. Только не картинные пейзажи, а настоящие.

– Это как?

– Ну, вот могу сделать небо голубым, чтобы порадовать людей. А могу нарисовать тучи и дождь, если нужно, чтобы пшеница взошла. Летом подкрашиваю листья на деревьях, чтобы они раньше времени не желтели, зимой – подрисовываю белым снег, чтобы детишки могли наиграться в снежки.

– Ух ты, а я думала, это природа сама всё делает. А это вы…

– Ну, моих сил хватает только на один наш маленький город.

– А как вы этому учились?

– Есть такой институт далеко отсюда. Там учат волшебству. Вместе со знаниями, которые я получил в институте, кое-что освоил сам, что-то почерпнул из книг.

– Настоящий институт для волшебников?! Никогда о таком не слышала. Вы наверняка учились там доброй магии, раз всем помогаете.

– Так и есть.

– А что вы ещё умеете?

– Ну вот, смотри. В этих бутылочках хранятся ароматы: запах воздуха перед грозой, морского бриза, степных трав, запах свежего хлеба. Так я создаю людям настроение – путешествовать, удивлять, творить, просто побуждаю к действию, подсказываю. Художнику дарю вдохновение, уставшему – намекаю на отдых, бедных и голодных веду туда, где им могут подать пищу.

Кстати, запах – верное средство соединить одиноких людей. Духи подскажут, что рядом – близкий тебе человек. Запах – это очень сильное средство. Но есть у меня во флакончиках и запахи тревоги и страха, грусти и тоски. Они тоже иногда необходимы, потому что заставляют людей задуматься, остановиться, поразмышлять и в итоге – приносят пользу. Например, отчаянных делают осторожными, заносчивых – скромными. Но главное тут – всё верно рассчитать, чтобы не толкнуть несчастного на преступление и ни в коем случае не навредить слабому.

– А что это за картины?

Большие и маленькие изображения, развешанные на стенах, состояли из паззлов. Они периодически перемещались, составляя виды площади, главной улицы, почты, церкви, суда и рынка.

– Ах, эти? Они помогают мне следить за обстановкой в городе. Я вижу, кто ссорится, шумит, хулиганит или дерётся. В общем, нарушает покой. Тогда приходится вмешиваться.

– А это чьи изображения? – показала Холли пальцем на картину в центре. На ней непрерывно менялись лица людей.

– Это мои друзья и близкие. Стоит мне произнести волшебную фразу, картины оживают, и мы можем поговорить.

– Как удобно! А можно не только поговорить, а, например, ну там обнять родных, если сильно соскучишься?

– И это можно устроить!

– Как?

– Телепортировать их.

– То есть перенести сюда?

– Точно.

– И что, вот так просто, человек пропал, и никто этого не заметил?

– Мы применяем «телепортацию с заморозкой времени», поэтому всё остаётся в секрете. Она может длиться 5—10 минут, не больше. Обычно никто этого даже не замечает.

– А если всё-таки узнают?

– Тогда мы стираем память.

Холли не останавливаясь, продолжала задавать один вопрос за другим:

– А что это у вас за прибор? – больших размеров устройство стояло в углу комнаты и сразу бросалось в глаза.

– Это телескоп. Сейчас покажу тебе, как он работает.

Волшебник подошёл к аппарату. И только он до него дотронулся, тут же медленно стал исчезать потолок, небо потемнело и появились звёзды.

– Ух ты! – не смогла сдержать восхищения Холли! – Так вы ещё и астроном?

– Небесные тела – моя слабость. Могу часами на них смотреть! Иди, глянь.

Холли подошла к телескопу и посмотрела через него.

– Какая красота! Больше всего в жизни я мечтаю попасть на Луну!

– Не стоит, моя дорогая. Я там однажды был в пору своей молодости.

– Правда? Расскажите!

– Ну, осмотреть спутник мне тогда не удалось. На Луне, как оказалось, живёт великий колдун. Ему уже больше пятисот лет. Он настолько невыносимый, что жить с ним рядом – даже на такой большой территории – никто не может. Поэтому он и вынужден в одиночестве коротать свою жизнь. Единственное удовольствие для него – забавляться с землянами, гипнотизируя их. Он выбирает себе особо чувствительных людей, и, когда они спят, заставляет их вытворять немыслимые вещи – то ходить по крышам домов, то стоять на краю обрывов, то залазить на макушки деревьев. Таким образом, он, как зритель, в цирке, наблюдает представление.

– Так вот почему…

– Что?

– Да нет, это я так, – задумчиво произнесла Холли, вспомнив, как она сама бродит по ночам. – Ух, я бы ему…

– Ну, вот и я каждый вечер пытаюсь ему помешать. Но всем помочь не получается. Поэтому лунатики продолжают чудить по ночам.

Холли подошла к многоярусному столу, на котором стояли растения в стаканчиках.

– А это что за цветы? У вас их тут так много. Наверное, тысяча штук.

– Девять тысяч девятьсот пятьдесят восемь. Ровно столько, сколько человек живёт в нашем городе. Они показывают настроение. Если вдруг цветок начинает вянуть, значит что-то случилось, и требуется моя помощь. Тогда приходится пробовать разные оттенки природы и запахов. Иногда добавляю звуки. Они у меня воооон в той корзине. Я беру оттуда один одуванчик, дую на него, наделяя нужной мелодией и отправляю зонтик к тому, у кого случилась беда.

– Как чудесно вы всё придумали! А бывают безнадёжные случаи? Ну, вот ничего не помогает.

– Бывает, конечно. Но я борюсь до последнего. Поэтому в нашем городе редко болеют и умирают жители. Надеюсь, у меня и дальше будет получаться спасать людей.

– Ещё бы! С такими запасами волшебных средств! А что у вас вот за этими шторами? Можно заглянуть?

– Ну, конечно, смотри.

Холли открыла первую из пяти занавесок. А там… там была… зима! Та же деревня, та же улица, но только вместо зеленой травы – снег. Как такое может быть? Холли не поверила глазам и зажмурилась.

– Это точно наша деревня? Там что-то неладное с погодой, по-моему…

Хозяин засмеялся.

– Конечно, это наша деревня. Только зимой.

– Эх, сейчас бы с удовольствием прокатилась на санках!

– Могу устроить. Хочешь?

– А как? У меня ни шубы, ни валенок, ни санок – ничего нет с собой.

Вмиг Холли почувствовала, как что-то сковало её движения, даже стоять было тяжело. Она оглядела себя и увидела, что на ней надета её зимняя одежда, а рядом – старенькие саночки с бабушкиного чердака.

Новый знакомый подставил стремянку, приоткрыл окно и сказал:

– Вперёд! Только не задерживайся, а то замёрзнешь.

Холли побежала к окну, перебросила санки, быстро перелезла и оказалась в зимней сказке. Море снега, мороз, всё белое и нетронутое вокруг. Холли упала в снег и стала кататься, подбрасывать искрящиеся снежинки, потом села на санки и помчалась с горы. Едва не врезавшись в дерево, резко затормозив, она свалилась вбок и покатилась кубарем, превратившись в большой снежный шар. Через полчаса, наигравшись и замёрзнув, она вернулась к дому. Вдруг ей показалось, что здесь, в этом странном параллельном мире чего-то недостаёт. Она задумалась. «Здесь же совсем нет людей! Ну, конечно! Если они будут и там и тут, то это уже будет распятерение личности. От такого человек и с ума может сойти».

С обратной стороны дома стремянки не оказалось, поэтому Холли запрыгнула на подоконник и перевалилась через него. Громко плюхнувшись на пол, она поспешила снять мокрую шубу, которая тут же куда-то исчезла, и на ней оказалось прежнее летнее платьице и рваные сланцы.

– Ну что, не замёрзла?

– Очень замёрзла. Бррр.

– Значит, будем чай пить, – сказал Холли хозяин.

– А что в остальных окнах?

– Пойди посмотри, если любопытно.

Холли побежала к следующему, растворила штору и увидела на этот раз весенний пейзаж: зелёная лужайка, усыпанная разными травами и цветами, деревья с совсем ещё молодыми листочками, птицы на ветках, пока ещё тёплое, а не горячее солнце.

После того, как Холли открыла следующее окно, её обдало невыносимым жаром. На улице палило солнце, трава уже была не нежно-зелёного цвета, а выгоревшая и пожухлая. Девочка хоть и любила лето за то, что это время каникул, но переносить жару ей было трудно. Она быстро захлопнула окно.

В следующем оказался тот же пейзаж, отличающийся только по цвету. Листья на деревьях и трава были жёлтые, небо – серое, солнце исчезло за тучами, и накрапывал дождик. Холли поёжилась, вспомнив осенние дни, когда на выходных она вынуждена была сидеть дома, а в остальные дни, не смотря на мерзкую погоду за окном, идти в школу. Обидно ужасно! Значит, как на учёбу, так «бери зонт и иди» а как гулять, так «куда ж ты пойдёшь, там же дождь». Странную логику взрослых Холли понять никак не могла. В момент этих размышлений, девочку вдруг осенило:

– Постойте, а ведь вы живёте в подвале, откуда же у вас окна на улицу?

– У меня же необычный дом, ты уже, наверное, заметила? – хитро улыбнувшись, ответил волшебник. – А эти окна мне нужны, чтобы пополнять мои запасы. Ведь если сейчас лето, где я возьму, к примеру, морозный запах, хруст снега или шорох опавших листьев, весеннее пение птиц или аромат сирени и тюльпанов. А без всего этого художники не смогут писать картины, поэты – создавать стихи, музыканты – сочинять музыку. Да и любые взрослые и дети от одного воспоминания могут воодушевиться и перестать грустить. Поэтому мои сезонные окна – это как кладовые, откуда я могу брать то, что мне нужно. Ну, пойдём же пить чай, скорее.

Незнакомец достал с полки большую книгу и стал её вертеть. Вдруг бумажный кирпичик увеличился в несколько раз и превратился в стол. Вслед за этим таким же образом из двух маленьких тоненьких брошюрок развернулись два стула. Холли потрогала их – вдруг бумажная мебель не выдержит её и сложится. Но книги превратились в крепкие устойчивые предметы. Она села и стала ждать, что же будет дальше. Хозяин подошёл к большому шкафу, открыл одну из створок и достал оттуда чайник, как показалось Холли. Но когда хозяин поставил его на стол, девочка увидела, что это – самая настоящая улитка, только очень большая. «Она ещё и усами шевелит», – подумала Холли и застыла от удивления. Следом за чайником на столе оказались чашки из крупных зелёных листьев с загнутым в форме капельки черешком, чтобы удобно было держать. Тут улитковый чайник подполз к кружке—листику Холли и прямо из носика сам налил ароматный зелёный чай.

– А вот и мёд с малиной, – сказал волшебник. Он поставил на стол вазочки-кувшинки с полезными сладостями. После того, как всё было выпито и съедено, улитка подползла к чашке Холли и стала её есть, потом принялась за другую. Девочка при виде прожорливого чайника открыла от удивления рот. Но потом подумала, что поражаться тут нечему (она ведь в доме волшебника) и решила поблагодарить хозяина:

– Спасибо, всё очень вкусно! Прямо как у моей бабушки. Я тут, кстати, недалеко живу.

– Да, я знаю.

– Ой, я забыла. Вы же всё про всех знаете. Вы же волшебник.