Волк. Стая

– Сьере Серг, вы так интересно рассказываете об островах…

Хе, девочка… Льян в очередной раз за вечер очаровательно-наивно хлопнула длинными ресницами и округлила красивый ротик. Я очень аккуратно махнул в сторону вилкой:

– Увы, доса. Вернуться на родину не суждено. По нашим законам младшего сына вождя изгоняют из племени, чтобы он искал свою удачу сам. Иначе могут возникнуть проблемы. В будущем…

Надеюсь, мой ответ удовлетворит твоё начальство? Ведь ежу понятно, что подруга ты у хозяйки замка липовая. Из управления местной безопасности…

– И именно поэтому вы приняли предложение императора?

Киваю в ответ, поясняя:

– Разумеется. Атти Неукротимый – великий воин и правитель. Я прожил в Симсе год и здесь уже почти столько же. Но разница между этими местами несоизмерима. Конечно, здесь люди живут куда лучше, чем там. Поверьте…

– Значит, вы пробыли в Фиори всего два года? А до этого?

Пожимаю плечами в неопределённом жесте:

– Да по-разному. Где-то задерживался, а где-то уезжал сразу. Но в основном служил в дружине одного из наших вождей.

– На островах?

– Разумеется. Решение покинуть родину далось мне не так легко.

– А можно поинтересоваться причиной вашего отъезда?

Пытаюсь изобразить смущение, и похоже, что мне это удаётся.

– Женщина, доса. Дочь того вождя воспылала ко мне чувствами, и её отцу это не понравилось.

– Она была красивой? – интересуется Иоли, прищуривая свои огромные глаза.

Вот же… Нигде не видел столько красивых, по всем меркам, женщин и девушек, как в Фиори… Улыбаюсь в ответ:

– Знаете, моё мнение и мнение отца данной особы совпали в том, что мне надо срочно уносить ноги. Доса была ростом мне по плечо, с полностью отсутствующим бюстом и талией как у большой двухсотведёрной бочки. Не говоря о том, что… – заговорщически понижаю голос, – что у неё росли усики, как у мужчины, и голос напоминал скрежет железного чана по камням.

Все смеются. Но Иоли тихо произносит:

– Но она же не виновата, что уродилась такой?

– Не виновата, – соглашаюсь я. – Но никто не заставлял её иметь мерзкий характер и спать со всеми мужчинами подряд, включая рабов.

– У вас есть рабство?! – удивлённо восклицает Льян.

Напускаю на себя высокомерный вид:

– Истинного человека не сделать рабом. Он лучше умрёт с оружием в руках. А если он лишён чести, то пусть умрёт червём.

Дамы качают головой, а Дожу мои слова явно понравились… Дальше переходим на пустяки, вроде обсуждения погоды, видов на урожай, о модах. Тут дамы оживляются и на некоторое время совсем забывают о нас, мужчинах. Дель Парда кивает в сторону окна, приглашая меня отойти туда, тем более что трапеза закончена и сейчас мы просто отдыхаем. Принимаю приглашение, и, когда мы останавливаемся у довольно большого окна с вставленным в раму стеклом, рука инженера скрывается в кармане. Он достаёт оттуда небольшой свёрток и подаёт мне, лучась при этом довольной улыбкой:

– Это вам, Серг.

– Что это? – спрашиваю его я.

– Разверните.

Не спеша разворачиваю ткань и… Едва не открываю рот от удивления: погоны. Новенькие погоны с одной маленькой звёздочкой на них точно на линии между просветами.

– С сегодняшнего дня вы, Серг, младший лейтенант. Спасибо императору, что тот утвердил моё ходатайство.

– Спасибо, конечно, но за что?

– Сьере Стел! Вы оказали просто неоценимые услуги нашим предприятиям! Внесли ряд очень важных и нужных изменений. А ваше неожиданно простое решение важнейшей проблемы постановки оружия на поток и колоссальное снижение процента брака к исчезающей величине, и вообще… – Он машет рукой. – Поэтому, прочитав мою докладную по данному поводу, Атти Неукротимый даже не раздумывал о присвоении вам звания офицера. Тем более что я с ним знаком очень давно, и император знает, что я не стану просить за недостойного…

Вот это номер! Давно знаком? Надо взять на заметку!

А инженер ударяется в воспоминания, надо сказать, очень ценные с точки зрения информации.

– Мы вместе почти десять лет, и всему, что я знаю и умею, обучил меня он…

Что? С трудом удерживаю эмоции. Как это всё понимать? Получается, что саури здесь ни при чём и мои предположения в корне неверны?! Да нет, не может быть! Где-то я ошибся. Либо меня намеренно вводят в заблуждение. Ладно. Сделаем вид, что я вообще пропустил это мимо ушей…

– Я, конечно, благодарен вам, сьере Дож… Но ведь я давал присягу Империи! И должен воевать за неё, а не отсиживаться в тылу. Тем более что сейчас армии Не укротимого приходится тяжело! Рассказывали в учебном подразделении… – поясняю свою информацию.

Дель Парда вздыхает в ответ:

– Увы. Всё верно. Поддержанные Тушуром и Рёко мятежники накопили значительные силы из ренегатов, наёмников и присланных им отрядов из обоих вражеских государств. Поэтому император крайне заинтересован, чтобы его заводы работали без перебоев и выпускали как можно больше оружия. А насчёт воевать… Поверьте мне, вас чаша сия не минует. Думаю, через пару недель мы приступим к обучению первых подразделений нового строя, как выражается Атти… Вот и настреляетесь на всю жизнь… – Его лицо становится суровым. Впрочем, и мне тоже не по себе. А инженер негромко добавляет: – Войска предателей превосходят нас по численности почти в пять раз. И скажу честно: мы сейчас держимся чудом. Ещё один-два натиска – и Фиори придётся очень несладко…

Всё это я прекрасно понимаю, одновременно лихорадочно вспоминая лекции по истории вооружения. Настроение портится, поэтому я прощаюсь, под предлогом, что уже поздно, а утром надо работать. Вижу, Дож тоже посерьёзнел, потому он не задерживает меня, и я уехал обратно в общежитие. Мне не терпится, потому что я вспомнил об одной вещи – бомбомёте. Его изготовить куда легче, чем миномёт, да и бомбы для него тоже не так сложны в изготовлении, как снаряды для пушек. Впрочем, и других преимуществ в данной ситуации у этого древнего оружия куда как много, так что надо срочно посидеть над чертежами, а утром дать заказ одному из токарей…

Всё вспоминается само собой, очень легко, и через час несложный чертёж готов. Ложусь спать. Утром пришиваю новенькие погоны к форме, еду на завод. Спустя двадцать минут чертежи будущего оружия и снаряда к нему переданы в производство. А уже в обед новое оружие готово. И куда как быстрее, чем даже лёгкая полевая пушка. Цельная труба с наглухо заваренным концом, громадная бомба на деревянном штыре со столь же большими стабилизаторами. Всё это везут на стрельбище. Лично заряжаю, беру запальник. БУМ! Немного вращаясь из-за косых стабилизаторов, которые мной собственноручно подогнуты под небольшим углом, конусообразный снаряд взмывает вверх, зависает на мгновение в высшей точке, потом практически вертикально идёт вниз. БАБАХ!!! Даже на расстоянии в двести метров у меня закладывает уши! На месте взрыва – впечатляющих размеров воронка. Опыт удался на все сто! Теперь можно докладывать.

Отправляю посыльного за инженером и, дождавшись появления дель Парды, демонстрирую ему новый вид оружия. Тот тоже впечатляется. А когда выясняется, что его можно делать разных размеров и калибров, приходит в восторг. Ещё бы – два бойца могут спокойно перетаскивать его на своих плечах, и двое – тащить снаряды. Ну а эффект – просто впечатляюще убийственный. А если ещё начинить бомбы шрапнелью… Кому-то будет весело!

Следующие две недели становятся кошмаром: мы работаем с утра до поздней ночи, практически без сна, чтобы как можно быстрее закончить отладку производственного процесса всей гаммы вооружения: винтовок, пистолетов-револьверов, пушек и бомбомётов. Производство работает в три смены, круглосуточно и без выходных. Но всё проходит на удивление удачно – рабочих не нужно понукать: они помнят, как им приходилось раньше, и выкладываются полностью. Лишь бы избежать возврата к старым временам.

И мы успеваем. Теперь вся технологическая цепочка полностью отработана, начато действительно массовое и конвейерное производство. Боеприпасами занимаются в другом месте, и там тоже проблем нет. Многочисленные караваны телег с патронами в бумажных гильзах прибывают в Лари ежедневно. Эх, сделать бы картечницу! Но, увы, о ней я только слышал и воспроизвести не могу, к величайшему своему сожалению. Но думаю, что и скорострельные винтовки вместе с орудиями и бомбомётами смогут переломить ход войны и поставить точку в сопротивлении Империи…

Приятный сюрприз! Очередной от Дожа. Нет, новые погоны мне не дали. И так лишь две недели минуло, как я стал младшим лейтенантом. Зато теперь я обладаю титулом! Барона Империи. Отныне я Серг дель Стел! Ну а земли и прочее мне обещаны после победы. Впрочем, я не возражаю. Если точнее, когда мы выиграем войну и меня наградят, будет больше времени заняться своим новым поместьем. А проиграем, что же – мёртвые сраму не имут…

Ещё – я инструктор по пользованию бомбомётами. Под моим началом сотня курсантов, и моя задача – в кратчайшие сроки обучить их пользованию новейшим видом вооружения. Ха, новейшим… Впрочем, для Фиори это вообще высочайшие технологии, научно-техническая революция. Курсанты – все сплошь молодёжь из долины Парда, фамильного владения императора. Грамотные, здоровые физически. Среди них много девушек, едва ли не половина общего состава. И все, как назло, красавицы. А я уже столько без… Гхм… К тому же, насколько я понял, моя личность их очень интересует с точки зрения замужества. Ещё бы! Красив. С их точки зрения, разумеется. Офицер. Большое, даже очень, жалованье. В перспективе – поместье и земли. На хорошем счету у императора. Умён. Так что за приз стоит побороться. Но у меня нет желания надевать семейный хомут. Особенно когда ещё всё в подвешенном состоянии. По сводкам, войска Атти были вынуждены оставить одну из подконтрольных им областей и отойти назад. Так что надо шевелиться.

Вопреки моим опасениям, курсанты схватывают всё буквально на лету. Их разум молод и быстр. Обучение грамоте у Неукротимого считается одним из важнейших направлений. Так что буквально к вечеру каждый уже умеет пользоваться бомбомётом, ну а тонкости – дело наживное. Да что сложного? Прибить нужную мерку заряда пыжом при помощи шомпола. Вставить деревянное основание снаряда в ствол, затем поднести фитиль к запальному отверстию. Всё. В основании высверлен канал, наполненный утрамбованной пороховой мякотью. Когда та догорает до основного заряда, раздаётся взрыв. А мощность такова, что ему всё равно, где взорваться – в воздухе, на земле или в земле. Шестьдесят килограммов пироксилина и полтысячи шрапнелей сделают своё дело.

Формирую из своих подопечных роту, разбиваю её на взводы и отделения. В каждом отделении из четырёх человек один бомбомёт. Итого – двадцать единиц вооружения, остальные – обеспечение и командирский взвод. Мы даём данные для стрельбы. Прочие подвозят боезапас из тыла. На следующий день пробуем. Увы. Снабженцев недостаточно. Да они и обижены. Значит, таких нужно набирать из обычных солдат линейных частей. Там вообще ничего сложного нет: загрузить бочки с пироксилином, развести огонь в жаровнях для пальников да доставить на позиции ящики с бомбами. Больше ничего. Так что справится любой.

Докладываю свои соображения наверх, и мне пригоняют десяток обычных мужиков. Всё оправдывается. За исключением того, что подносчиков бомб нужно больше. Гораздо больше. Опытным путём выводим формулу, что на один ствол требуется четверо обеспечивающих. Не считая обозников. Всё-таки сто двадцать килограммов на ящик из двух бомб – очень сурово. Случись заварушка, подносчики просто не успеют. Максимум – всей толпой сумеют обслужить едва десяток бомбомётов. Остальные просто останутся без боеприпасов, и что тогда? Но раздувать штат выше всяких пределов нет смысла. Гораздо проще воспользоваться помощью на месте, одолжив недостающих носильщиков у командиров частей. Да. Это самый лучший и простой вариант.

Ещё два дня стреляем и отрабатываем взаимодействие. Я даже составляю таблицы для стрельбы. Всё нормально. Докладываю, что бомбомётная рота готова. Дож с грустным лицом выслушивает, затем кивает на незнакомого майора, сидящего в углу его кабинета:

– Познакомься, Серг. Это командир третьего полка нового строя, Ролло дель Ват. Твой непосредственный начальник.

Отдаю честь:

– Младший лейтенант Серг дель Стел. Инструктор. Командир учебной роты.

Тот ответно салютует, потом спрашивает:

– Как успехи?

– Готовы отбыть, как только будет подан транспорт для оружия и боезапаса.

Он недоверчиво смотрит на меня и переспрашивает:

– За два дня вы обучили сто человек, младший лейтенант?

– Так точно, сьере майор. Оружия у нас в избытке, курсантам даны основные навыки. Тонкости будут постигать в процессе.

– А кровью этот процесс будет сильно полит?!

Он едва ли не кричит, и я его понимаю, поэтому спокоен.

– Не думаю. Впрочем, вражеской крови будет достаточно. А вот нашей крови быть не должно. Потому что пота пролито немало. Знаете, сьере майор, умирать ещё не хочется. Маловато я на свете пожил.

Тот вроде бы берёт себя в руки:

– Значит, решили взять своё потом?

– Да. Больше пота – меньше крови. Старая истина островов.

– Ах да… Вы же не местный…

Он словно спохватывается, потом задумчиво смотрит на меня снизу вверх, потому что хотя плечи у нас и одинаковые, но я выше его на полторы головы.

– У вас есть ещё неделя, сьере младший лейтенант. Так что продолжайте заниматься.

– Благодарю, сьере майор. Эти дни нам очень пригодятся.

Опять отдаём честь друг другу, и я покидаю кабинет. Да, воевать мы можем начать хоть сейчас. Но это будет бестолково. Навыки-то – лишь самые первые. Майор абсолютно прав, и имеющуюся у меня неделю надо посвятить отработке стрельбы. Скажем, попробовать применять бомбы не массированно, а точечно. Поучиться стрелять по цели. Менять длину деревянных запальных трубок, чтобы боезапас рвался именно тогда, когда нам нужно, а не когда полностью догорит мякоть. Вдруг найдётся умник, который перерубит трубку, и что тогда?