Домашнее насилие по законодательству зарубежных стран. Ответственность и превенция

В традиционных обществах считается, что мужчина имеет право физически наказывать свою жену, а значит, и избивать ее – подобные результаты были получены исследователями в таких разных странах, как Бангладеш, Камбоджа, Индия, Мексика, Нигерия, Пакистан, Папуа – Новая Гвинея, Танзания и Зимбабве. Культурологические оправдания насилия обычно имеют в основе традиционные представления о роли мужчины и женщины в обществе.

Во многих местах женщину в положение риска ставят понятия о мужской чести и женском целомудрии. Например, кое-где в Восточном Средиземноморье мужская честь часто связывается с сексуальной «чистотой» женщин в семье мужчины. Если женщина «осквернена» сексуально – из-за изнасилования или если она добровольно вступила в сексуальные отношения вне брака, – считается, что она позорит семейную честь. В некоторых общинах единственный способ защитить в таком случае семейную честь – убийство «согрешившей» женщины или девушки. Исследование убийств женщин в Александрии (Египет) выявило, что 47 % женщин были убиты родственниками после того, как они были изнасилованы.

Во многих обществах предполагается, что женщины должны заботиться о доме и детях и демонстрировать по отношению к мужу послушание и уважение. Если мужчина чувствует, что его жена плохо исполняет свою роль или же переступила границы – даже тем, например, что попросила денег на хозяйство или подчеркнула нужды детей, – тогда его реакцией может быть насилие. Автор исследования, проведенного в Пакистане, отмечает: «Избиение жены считается оправданным в качестве наказания с точки зрения культуры и религии… Так как мужчины считаются «владельцами» своих жен, они должны показывать, кто здесь главный, чтобы избежать нарушений в дальнейшем».

Недавние исследования, проведенные в индустриальных странах, показывают, что в партнерских отношениях встречаются разные формы насилия. Имеется, по меньшей мере, две модели:

жестокая, которая характеризуется несколькими формами плохого обращения одновременно и возрастающей степенью собственнического и контролирующего поведения со стороны обидчика; и более умеренная форма, когда партнеры постоянно чувствуют фрустрацию[11] и раздражение, которые время от времени выливаются в физическую агрессию.

Исследователи предполагают, что обследования, проводимые в общинах, больше подходят для выявления второго, более умеренного типа насилия, так называемого обычного партнерского насилия, чем для первого, известного как «жестокое обращение». Это может объяснить, почему исследования насилия в общинах в индустриальных странах часто свидетельствуют о фактах физической агрессии со стороны женщин, хотя большинство жертв, обращающихся за помощью в специальные учреждения (например, в убежища), полицию и суды, – женщины, по страдавшие от мужчин. В индустриальных странах женщины могут участ вовать в обычном семейном насилии, однако существует очень мало свидетельств того, что они подвергают мужчин жестоким избиениям, таким, которые часто обнаруживаются у женщин при проведении исследований в больницах.

Женщины. Следует отметить, что среди женщин, которые задерживаются за насильственное поведение в семье, различают четыре типа женщин, применяющих насилие[12]. Большую часть из них составляют обороняющиеся жертвы, к числу которых относятся женщины, неоднократно подвергавшиеся насилию, которым угрожали избиением или убийством при попытке разорвать отношения. У партнеров таких женщин обычно выявляются незначительные повреждения в виде царапин или следов укусов, часто достаточно трудно установить, кто явился зачинщиком насилия.

Ко второму типу относятся женщины, склонные к взаимному насилию. Они составляют примерно от двух до трех процентов женщин, склонных к применению насилия в семье, активно участвуют в драках с партнером, но при этом никому из партнеров не угрожает убийство или изнасилование.

Третий тип – это зачинщицы насилия. Принято считать, что около двух процентов женщин, склонных к насилию, являются нападающей стороной или субъектом насилия. В этом случае повреждения выявляются только у партнера, и мужчине угрожают избиением или убийством в случае разрыва отношений.

Четвертая категория – «разозленные» жертвы, которые ранее в имеющихся отношениях испытывали насилие; они начинают давать отпор и не хотят впредь быть жертвой.

Считается также, что женщины, подвергающиеся насилию, более склонны прибегать к нему в отношении своих детей. В свою очередь, дети, ставшие жертвами домашнего насилия в детстве, во взрослом возрасте имеют больше шансов самим начать прибегать к нему. Таким образом, порочный круг домашнего насилия замыкается[13].

Точно так же исследования показывают, что насилие над мужчинами и женщинами влечет за собой разные последствия, поскольку у мужчин и женщин разная мотивация для совершения насилия. Исследования в Канаде и в США показали, что женщины гораздо чаще получают травмы от агрессивного поведения интимного партнера и что женщины больше страдают от жестоких форм насилия. В Канаде женщины – жертвы насилия со стороны партнера в три раза чаще получают травмы, в пять раз чаще обращаются за медицинской помощью и в пять раз чаще боятся за свою жизнь, чем жертвы-мужчины.

Еще в более сложном положении в случаях семейного насилия оказываются самые уязвимые категории – дети, престарелые и люди с ограниченными возможностями.

2. Насилие в отношении детей. Несмотря на то, что во многих странах давно фиксируются случаи насилия над детьми и широко известны сведения об убийствах новорожденных, оставлении детей, увечьях и о других формах насилия над детьми, когда они запущены, ослаблены, недоедают, изгнаны из семей и вынуждены самостоятельно добывать себе пропитание, подвергаются сексуальному насилию и эксплуатации, эта проблема в наши дни приобрела глобальный характер.

Обращает на себя внимание тот факт, что особое внимание представителей общественности, врачей, филантропических и других групп, обеспокоенных благополучием детей и выступающих в их защиту, эта проблема привлекла после опубликования в 1962 г. в США основополагающей работы К. Г. Кемпа и др. «Синдром избитого ребенка»[14].

Термин «синдром избитого ребенка» был использован для того, чтобы охарактеризовать клинические проявления серьезного физического насилия над детьми младшего возраста, которое проявляется в разнообразных формах и глубоко укоренилось в культурных, экономических и социальных нормах. Этот термин обычно применяется к детям, имеющим повторные очень сильные травмы кожи, скелета или нервной системы. Он относится к детям с множественными переломами различного срока, травмами головы и тяжелыми травмами внутренних органов с признаками повторного нанесения. Такие случаи трагичны, но, к счастью, встречаются редко.

Как отмечается в международных исследованиях, глобальный подход к жестокому обращению с ребенком должен учитывать, что в разных культурах существуют разные представления о норме родительского поведения. Культура – это общий фонд общества, который включает в себя верования людей, разные виды поведения и представления о том, как людям следует вести себя, в том числе представления о том, какие виды действия или бездействия могут расцениваться как жестокое обращение и отсутствие заботы. Другими словами, культура помогает определить общепринятые принципы воспитания и ухода за детьми.

Поскольку разные культуры и сообщества имеют разные взгляды на то, что допустимо в поведении родителей, их точки зрения на воспитание детей могут расходиться до такой степени, что иногда чрезвычайно сложно достичь согласия относительно того, какие действия считать жестоким обращением, а какие – отсутствием заботы. Определения жестокого обращения, используемые различными культурами, скорее подчеркивают частные аспекты поведения родителей, однако большинство культур сходится в едином мнении, что нельзя допускать жестокого обращения с ребенком, жестоких телесных наказаний и сексуального насилия.

Примерно 70 % мужчин, виновных в насилии над женщинами, проявляют его также и по отношению к детям. Таким образом, мужское население, которое проявляет насилие по отношению к женам, может совпадать с тем, что проявляет насилие по отношению к детям. Если ребенок оказался свидетелем насилия, это также наносит ему вред.

В получившей широкую известность книги «Семейное насилие в течение жизни»[15] отмечается, что дети, подвергавшиеся мужскому насилию, испытывают следующие последствия: 1) сразу же после насилия они испытывают состояние травмы; 2) изменяется ход нормальных процессов детского развития; 3) они живут в страхе за себя и за своих матерей и страдают от других проблем, связанных со стрессом; 4) их ролевыми моделями становятся жестокие мужчины. Позже в своей жизни, взрослые, подвергшиеся мужскому насилию в детстве, могут продемонстрировать более высокий риск появления таких проблем, как физические и психические проблемы, химическая зависимость[16], проблемы во взаимоотношениях, включая насилие и дурное обращение с детьми, вовлеченность в криминальную деятельность.

Жестокое обращение. Информация о количестве детей, умирающих ежегодно в результате жестокого обращения, поступает из свидетельств о смерти или данных о смертности. В 2000 г. Всемирной организацией здравоохранения было установлено 57 000 случаев убийств детей в возрасте до 15 лет. Глобальные оценки убийств детей показывают, что младенцы и самые маленькие дети подвергаются наибольшему риску, при этом показатели для группы от 0 до 4 лет вдвое превышают показатели для группы от 5 до 14 лет. Например, в США в течение 2009 г. в результате жестокого обращения или небрежности погибло 1760 детей, в смерти которых в 70 % случаев были виновны один или оба родителя.

Риск насилия с летальным исходом зависит от уровня дохода страны и от региона мира. Для детей до пятилетнего возраста, проживающих в странах с высоким доходом, уровень убийств составляет 2,2 случая на 100 000 мальчиков и 1,8 случая на 100 000 девочек. В странах с низким или средним уровнем дохода показатели в 2–3 раза выше: 6,1 случая на 100 000 мальчиков и 5,1 случая на 100 000 девочек. Самые высокие показатели убийств детей до 5 лет обнаружены ВОЗ в Африканском регионе: 17,9 на 100 000 мальчиков и 12,7 на 100 000 девочек. Самые низкие показатели отмечены в странах с высоким уровнем доходов в следующих регионах: Европа, Восточное Средиземноморье и Западно-Тихоокеанский регион.

Однако многие случаи детской смертности не расследуются в обычном порядке; не проводятся также посмертные обследования, что затрудняет установление точных данных о смертности от жестокого обращения с детьми в той или иной стране. Даже в богатых странах существуют проблемы с четким распознаванием случаев убийства новорожденных и определением количества таких случаев. Высокий уровень неправильного установления причин смерти на основании свидетельств о смерти был обнаружен, например, в нескольких штатах США. Смертные случаи, отнесенные к другим причинам, – например, к синдрому внезапной смерти младенца или к несчастным случаям, – как обнаруживалось при повторном исследовании, часто оказывались убийствами. Поэтому случаи жестокого обращения со смертельным исходом встречаются гораздо чаще, чем это следует из официальных данных по каждой стране, где были проведены расследования смертей младенцев. Наиболее типичной причиной смерти детей в результате жестокого обращения является травма головы, за ней следуют ранения брюшной полости, часто сообщают также о преднамеренном удушении как причине смерти.

Проведенные исследования позволяют сделать вывод о том, что превалирующей формой жестокого обращения, которому подвергаются маленькие дети, является «сотрясение». Возраст большинства таких детей – менее 9 месяцев. Внутричерепные кровотечения, кровоизлияния в сетчатку и мелкие «осколочные» переломы крупных суставов детских конечностей могут явиться результатом очень быстрого встряхивания младенца. Они также могут быть следствием сочетания встряхивания и удара головы о поверхность. Чаще всего виновниками такого жестокого обращения становятся мужчины, хотя бы потому, что они в среднем физически сильнее женщин и применяют больше силы, а не потому что они более склонны к такому виду жестокого обращения. Согласно некоторым оценкам, около одной трети младенцев, подвергшихся сильному встряхиванию, умирает, а большинство выживших долго страдает от таких последствий, как умственная отсталость, церебральный паралич и слепота.

Отдельного рассмотрения требует вопрос о применении к детям старшего возраста телесных наказаний в воспитательных целях. Проведенные в различных странах обследования населения показывают, что физическое насилие в виде телесных наказаний чрезвычайно распространено, несмотря на то что в ряде стран они запрещены на законодательном уровне. Например, когда в 1995 г. в США опрашивали родителей, как они наказывают своих детей, был получен уровень физического насилия 49 случаев на 1000 детей, причем учитывались следующие виды поведения: удар ребенка каким-нибудь предметом не по ягодицам, пинки, избиение и угроза ребенку ножом или оружием.

Имеющиеся в наличии исследования позволяют предположить, что применение телесных наказаний к детям в других странах не ниже, а может быть даже и выше, чем в США. Так, при обследовании детей из всех слоев населения в Египте 37 % сообщили об избиении или связывании их родителями, а 26 % – о переломах, потере сознания или о постоянном нездоровье как результате избиения или связывания. В Республике Корея при последнем обследовании родителей и их поведения в отношении своих детей две трети из них признали, что секли розгами своих детей, а 45 % подтвердили, что ударяли, пинали или били их. При проведении обследования домашних хозяйств в Румынии 4,6 % детей сообщали о том, что они страдают от постоянного жестокого физического обращения, включая удары предметами, прижигание или лишение пищи. Приблизительно половина румынских родителей отмечали, что бьют своих детей «регулярно», причем 16 % – при помощи предметов.

Распространенность «грубых физических наказаний» детей не ограничивается несколькими странами или одним регионом мира. Родители в Египте, сельских областях Индии и на Филиппинах сообщали о том, что они наказывали своих детей, ударяя их предметом по какой-либо части тела, кроме ягодиц, по крайней мере один раз за предшествующие шесть месяцев. О таком же поведении сообщали в Чили и в США, хотя гораздо реже. О более грубых формах насилия – когда детей душат, наносят им ожоги или угрожают ножом или оружием, – сообщалось еще реже. Сходные сообщения родителей в других странах подтверждают, что грубые физические наказания детей распространены повсюду, где бы ни проводились исследования.

Что касается более «умеренных физических наказаний», применяемых родителями в различных странах, то, по данным международных экспертов[17], «умеренное наказание» не везде подпадает под разряд плохого обращения, хотя некоторые профессионалы и родители рассматривают такие формы наказания как неприемлемые. В этой области, как показывает проведенное исследование, существует широкое расхождение между культурами. Шлепанье детей рукой по ягодицам – самая обычная мера наказания, о которой сообщали в каждой стране, за исключением Египта, где в качестве наказания чаще применяются другие меры – такие как встряхивание, щипки, пощечины или оплеухи. Родители в сельских местностях Индии, однако, сообщали о пощечинах так же часто, как и о шлепках по ягодицам, тогда как в других странах пощечины или оплеухи встречаются реже.

Конвенция ООН о правах ребенка требует, чтобы государства защищали детей от «всех форм физического или психического насилия» в то время, когда они находятся под опекой родителей и других лиц, а Комитет ООН по правам детей подчеркивает, что телесные наказания несовместимы с данной Конвенцией. В 1979 г. Швеция стала первой страной, запретившей все формы телесного наказания детей. С тех пор ряд других государств, в том числе Великобритания, запретили телесные наказания. Кроме того, были вынесены определения конституционных и верховных судов, осуждающие телесные наказания в школах и исправительных учреждениях – в том числе в таких странах, как Намибия, ЮАР и Зимбабве. Верховный суд Израиля в 2000 г. заявил о незаконности всех видов телесных наказаний. Эфиопская Конституция 1999 г. защищает право детей не подвергаться телесным наказаниям в школах и воспитательных учреждениях. Телесные наказания в школах были запрещены также в Новой Зеландии, Республике Корея, Таиланде и Уганде.

Тем не менее исследования указывают на то, что телесные наказания по-прежнему не запрещены в учреждениях для малолетних правонарушителей (по крайней мере, в 60 странах), в школах и других учреждениях для детей (по крайней мере, в 65 странах). Практически во всех странах закон разрешает наказывать физически детей дома. Там, где не происходит постоянного реформирования правоохранительной системы и системы образования, телесные наказания (по данным немногих существующих исследований) все еще чрезвычайно распространены.

Отсутствие заботы о ребенке признается еще одним видом насилия по отношению к ребенку. Оно может проявляться в разных формах, например, в несоблюдении рекомендаций по уходу; неправильных методах лечения; лишении ребенка пищи, приводящем к голоданию; доступе детей к наркотикам; неадекватной защите от окружающих опасностей и иных действиях (бездействие), ведущих к физическому неблагополучию ребенка. Заброшенность, недостаточный контроль, отсутствие гигиены и лишение образования – все это также считается доказательством отсутствия заботы.

Официальная статистика обычно мало что может сказать о моделях жестокого обращения с детьми. Отчасти это связано с тем, что во многих странах не существует законодательных предписаний, обязывающих реагировать на жалобы о жестоком обращении с детьми или об отсутствии заботы о нем. Там же, где такие правила существуют, модели жестокого обращения с ребенком статистика не фиксирует. Иногда властям сообщают только о заниженном числе случаев плохого обращения с детьми, даже если некоторые органы обязаны об этом отчитываться в полной мере.

Оценки распространенности сексуального насилия сильно различаются в зависимости от применяемых определений и способа сбора информации. Согласно опубликованным результатам исследований, в которых взрослые сообщали ретроспективно о своем собственном детстве, распространенность сексуального насилия над мальчиками находится в диапазоне от 1 % – там, где использовалось узкое определение сексуального контакта, включающее давление или силу, до 19 % – там, где использовали более широкое определение. Сообщения взрослых женщин о сексуальном надругательстве, испытанном в детстве, дают показатели в диапазоне от 0,9 % при использовании строгого понятия изнасилования до 45 % при гораздо более широком определении. Однако согласно исследованиям Р. Крукса и К. Бауэр[18], уровень сексуальных насилий над детьми в различных государствах приблизительно одинаков.

Исследованию психологического насилия над детьми во всем мире уделяется еще меньше внимания, чем физического и сексуального. По-видимому, культурные факторы значительно влияют на методы, которые выбирают родители для нефизического наказания своих детей, – некоторые из них могут рассматриваться людьми из другого культурного окружения как психологически вредные. Более того, последствия психологического насилия, как бы их ни определяли, сильно различаются в зависимости от условий и возраста ребенка.

3. Престарелые и люди с ограниченными возможностями. До того как в последней четверти ХХ века во многих странах стали бороться с жестоким обращением с детьми и домашним насилием, плохое обращение с пожилыми людьми оставалось частным делом, скрытым от внимания общественности.

Первоначально считалось, что проблемы престарелых связаны только со старением, и потому они рассматривались в контексте обеспечения социальными пособиями; однако постепенно стало ясно, что жестокое обращение с пожилыми, как и другие формы семейного насилия, стало не только делом здравоохранения, но и правоохранительных органов. Поэтому именно органы здравоохранения и правоохранительные органы диктуют сегодня, как рассматривать жестокое обращение с пожилыми людьми, как его анализировать и как с ним бороться.

Жестокое обращение с пожилыми людьми было впервые описано в британских научных журналах в 1975 г., как случай «избиения бабушки». Как социальная и политическая, эта проблема стала предметом рассмотрения Конгресса США, затем за нее взялись исследователи и практики. В течение 1980-х гг. научные исследования и правительственные акции на эту тему проводились в различных странах – Австралии, Канаде, Норвегии, Швеции и США, в следующем десятилетии – в Аргентине, Бразилии, Чили, Индии, Израиле, Японии, ЮАР, Великобритании и других европейских странах.

Хотя вопрос о необходимости защиты от жестокого обращения с пожилыми людьми впервые был поставлен в развитых странах, где и была проведена большая часть исследований, отдельные свидетельства и сообщения из развивающихся стран показали, что это универсальное явление. То, что к жестокому обращению с пожилыми относятся теперь гораздо более серьезно, отражает растущую озабоченность обеспечением прав человека, соблюдением равенства полов, а также распространенностью домашнего насилия и старением населения.

Единого определения «престарелого возраста» не существует – на практике принято считать, что начало пожилого возраста совпадает с выходом на пенсию в 60–65 лет, однако для большинства развивающихся стран социальная концепция, основанная на пенсионном возрасте, не слишком важна. Более значимы в этих странах функции, выполняемые людьми в течение их жизни. Таким образом, престарелый возраст нужно рассматривать как тот период жизни, когда люди из-за физического ослабления больше не могут выполнять свои функции в семье или на работе.

Озабоченность плохим обращением с пожилыми людьми растет из-за того, что в ближайшие десятилетия как в развитых, так и в развивающихся странах доля пожилых людей среди населения резко увеличится – то, что по-французски получило название «le troisième âge» («третий возраст»).

Предсказывают, что к 2025 г. количество людей в мире в возрасте 60 лет и старше более чем удвоится и достигнет около 1,2 млрд по сравнению с 542 млн в 1995 г. Общее число престарелых людей в развивающихся странах также более чем удвоится к 2025 г., достигнув 850 млн, что составляет 12 % от всего населения развивающегося мира; причем ожидают, что в некоторых странах, включая Колумбию, Индонезию, Кению и Таиланд, число пожилых увеличится в 4 раза. Всего в мире каждый месяц 1 млн людей достигает возраста 60 лет, и 80 % из них живут в развивающемся мире.

Следует отметить, что в отличие от жестокого обращения с детьми, нормы о запрете которого, как правило, закреплены в законодательстве, понятие и формы жестокого обращения с престарелыми на законодательном уровне либо не сформулированы, либо определены в самой общей форме. Поэтому когда речь идет о жестоком обращении с престарелыми, то имеется в виду преднамеренное или непреднамеренное действие или бездействие, ведущие к ненужному страданию, травмам или боли, потерям, нарушению прав человека и снижению качества жизни.

Какими терминами будет обозначаться поведение – «плохое обращение», «отсутствие заботы» или «эксплуатация» – вероятно, зависит от того, как часто происходит плохое обращение, от его длительности, жестокости и последствий и, прежде всего, культурного контекста. Например, у индейцев навахо (Navajo) в США старейшины племени считают, что старики обязаны делиться своим имуществом с семьями, это их культурный долг и даже привилегия; а постороннему исследователю это кажется экономической эксплуатацией пожилого человека членами семьи. Другие индейские племена в США рассматривают плохое отношение к престарелым не как индивидуальную проблему, а как проблему общины.

Определение, разработанное в 1993 г. неправительственной Организацией по предупреждению плохого обращения с престарелыми в Великобритании («Action on Elder Abuse»[19]) и впоследствии воспринятое Международной сетью по предупреждению плохого обращения с пожилыми, гласит, что «плохое обращение с пожилыми – это единичное или повторяющееся действие либо отсутствие соответствующего действия (бездействие) там, где ожидается ответственность, результатом чего является ущерб или страдания, причиненные пожилому человеку»[20]. Специалисты в области защиты прав пожилых людей выделяют следующие формы плохого обращения:

физическое насилие, т. е. причинение боли или нанесение травмы, использование физической силы или ограничение свободы движения с помощью физической силы или наркотических средств;

психологическое или эмоциональное жестокое обращение, т. е. причинение психических мучений, непочтительная речь, неуважение, пренебрежение к личной жизни, шантаж, злоупотребление властью;