Общая часть уголовного права

§ 1. Историческое и современное научное понимание уголовного права

История свидетельствует о том, что в любом обществе, независимо от уровня его развития, совершаются деяния, которые признаются недозволенными и противоречат интересам всего общества. В. Спасович писал, что с незапамятных времен существуют государства и употребляют наказания для охраны существующего порядка. Более того, продолжает автор, большинство людей убеждено, что никакое общество не могло бы держаться без уголовных казней.[1]

Преступление и наказание являются ключевыми понятиями для уголовного права и отражают его суть. В то же время само понятие «уголовное право», по мнению Л. Е. Владимирова, следует рассматривать в объективном и субъективном смысле. В объективном смысле, как «часть публичного права, определяющую признаки деяний, признаваемых противообщественными, а потому и преступными, а также наказания, коими преступления угрожаются, а в случае совершения, и действительно облагаются», данный термин впервые употребил Engelhard в 1756 г.[2] Вместе с тем уголовное право в субъективном смысле представляет собой право государства на обложение преступлений наказаниями по правилам объективного уголовного права.[3]

В настоящее время понятие «уголовное право» большинством авторов рассматривается в трех значениях: как отрасль права, наука и учебная дисциплина.[4] Иногда в юридической литературе предлагаются и иные варианты. Например, Ю. Е. Пудовочкин и С. С. Пирвагидов выделяют четыре значения, добавляя еще отрасль законодательства.[5] Н. Ф. Кузнецова полагает, что указанное понятие обозначает отрасль законодательства и отрасль права.[6] Н. Г. Иванов придерживается схожей точки зрения, но называет вместо отрасли права отрасль науки права.[7] Как следует из анализа приведенных выше мнений, камнем преткновения здесь выступает извечный вопрос о соотношении права и закона. Ответ на данный вопрос непосредственно зависит от того, что понимать под правом.

На сегодняшний день в теории государства и права сформировалось несколько подходов к правопониманию. Среди них можно выделить два основных: нормативное и широкое.[8] Сторонники нормативного понимания, «разграничивая право как систему норм и формы его выражения, ведущее место в ряду которых принадлежит закону, вместе с тем… рассматривают их в тесном органическом единстве, как однопорядковые явления, направленные на решение общих задач и неспособные существовать друг без друга».[9] Сторонники второго направления жестко разграничивают понятия «право» и «закон», полагая, что понятие права включает в себя не только нормы, но и другие правовые явления.[10] Нам в большей степени импонирует нормативное понимание, и мы считаем, что нет достаточных оснований по отдельности рассматривать уголовное право в качестве отрасли права и отрасли законодательства.

Таким образом, мы согласны с теми авторами, которые рассматривают уголовное право в трех значениях: как отрасль права, науку и учебную дисциплину, но в данной работе, в силу ограниченности ее объема, нами будет рассмотрено только первое из перечисленных значений.

Трудно не согласиться с тем, что изучение любого явления должно начинаться с определения его понятия. А. Ф. Бернера писал: «На входных вратах излагаемой науки должно быть прежде всего написано ее понятие».[11] Однако именно здесь, как следует из анализа изученной нами литературы, и возникают определенные трудности, которые состоят в том, что сколько ученых – столько и мнений, а это в конечном счете ведет к сложностям общего восприятия данной отрасли права.

Уже в учебниках по уголовному праву начала XX века даются определения уголовного права, под которым, например, Франц фон-Лист понимал «совокупность правовых норм, посредством которых государство с известными фактическими отношениями – преступными деяниями – связывает юридические последствия – наказания».[12]

Приведем некоторые определения из современных учебников.

А. Н. Игнатов указывает на то, что уголовное право – это «отрасль правовой системы России, определяющая основания, принципы и условия уголовной ответственности, цели наказания, виды преступлений и наказания, назначаемые за их совершение».[13]

По мнению Б. В. Здравомыслова, «уголовное право – это отрасль российского права, представляющая собой совокупность юридических норм, установленных высшими органами государственной власти, определяющих преступность и наказуемость деяний, основания уголовной ответственности, цели наказания и систему наказаний, общие начала и условия их назначения, а также освобождение от уголовной ответственности и наказания».[14]

А. В. Наумов полагает, что «уголовное право – это отрасль права, объединяющая правовые нормы, которые устанавливают, какие деяния являются преступлениями и какие наказания, а также иные меры уголовно-правового воздействия применяются к лицам, их совершившим, определяют основания уголовной ответственности и освобождения от уголовной ответственности и наказания».[15]

С точки зрения И. Я. Козаченко, «уголовное право есть самостоятельная отрасль единой правовой системы, представляющая собой совокупность однородных норм высшего органа государственной власти, которые содержат описание признаков, позволяющих правоприменителю признавать деяние преступлением, и определяют основание и пределы уголовной ответственности, а равно условия освобождения от уголовной ответственности и наказания».[16]

Нетрудно заметить, что в целом указанные выше определения имеют много общего, различаются лишь отдельные составляющие, которые включают в них авторы. Думается, что прежде чем перейти непосредственно к понятию, необходимо определиться с соответствующим подходом к его формулированию.

Как вариант, причем, на наш взгляд, несомненно, заслуживающий внимания, В. В. Мальцев указывает на то, что «определение уголовного права как отрасли права должно прежде всего отражать содержание его реальных предмета и метода».[17] В то же время Н. А. Лопашенко отмечает, что «нет более неустоявшихся, спорных, неоднозначно толкуемых понятий, чем предмет и метод уголовного права».[18]

§ 2. Предмет уголовного права

Определенным достижением можно считать тот факт, что сегодня практически все ученые согласны с тем, что уголовное право имеет свой предмет регулирования, хотя его содержание до сих пор вызывает самые жаркие дискуссии. Большинство авторов придерживаются точки зрения, что «предмет – это общественные отношения». Вместе с тем есть и противники такого подхода.

Так, Б. Т. Разгильдиев полагает, что «предмет уголовного права – это человек и его непосредственное уголовно-правовое удержание от совершения им общественно опасного деяния».[19]

По мнению А. Н. Игнатова, предметом уголовного права выступают «деяния, признаваемые преступными, а также наказание, предусмотренное за совершение таких деяний».[20]

В. Д. Иванов практически отождествляет задачи Уголовного кодекса РФ, сформулированные в ч. 1 ст. 2 УК, и предмет уголовного права, под которым он понимает права и свободы человека, собственность, общественный порядок, общественную безопасность, окружающую среду конституционный строй РФ, защиту от преступных посягательств и обеспечение мира и безопасности человечества.[21]

Нам представляется, что прежде всего мы должны определить природу анализируемого понятия. Предмет уголовного права – это не что иное, как предмет правового регулирования, которое представляет собой «целенаправленное и результативное воздействие на социальные отношения и поведение людей с помощью правовых (юридических) средств».[22] Иными словами, предмет уголовного права – это то, что непосредственно регулируется с помощью уголовно-правовых норм. В данном случае мы не можем не согласиться с И. Э. Звечаровским, который полагает, что «предмет правового регулирования – это всегда общественные отношения, которые объективно, по своей природе могут „поддаваться“ нормативно-организационному воздействию, регулированию, осуществляемому при помощи юридических норм, институтов, всех иных юридических средств, образующих механизм правового регулирования».[23]

Вместе с тем нельзя не сказать и о том, что в процессе правового регулирования непосредственное воздействие оказывается именно на волевое поведение участников общественных отношений с целью «удержания от совершения ими общественно опасного деяния», как пишет Б. Т. Разгильдиев. В то же время А. М. Витченко удачно подмечает, что «предметом правового регулирования является не просто поведение людей, а общественное отношение, так как второе значительно объемнее первого. Общественные отношения охватывают не только действия отдельных лиц, но и их многогранные социальные связи, предпосылки и условия возникновения этих связей и поведения людей».[24] Сам же человек, в качестве субъекта общественных отношений, входит в структуру последних, наряду с объектами, по поводу которых люди вступают во взаимоотношения друг с другом; социальными факторами, выступающими непосредственными причинами возникновения или прекращения соответствующих отношений, и т. д.

Что же касается сформулированной выше точки зрения А. Н. Игнатова, то, на наш взгляд, «деяние, признаваемое преступным», является одним из юридических фактов, порождающих определенную группу общественных отношений, которые представляют собой одну из составляющих предмета уголовно-правового регулирования. Схожего мнения придерживается А. И. Коробеев. Он отмечает: предмет регулирования уголовного права – это «общественные отношения, возникающие в результате совершения общественно опасных деяний».[25]

Мы не случайно говорим только об одной группе общественных отношений. Последнее время в юридической литературе авторы все чаще стали выделять несколько разновидностей отношений, образующих в совокупности предмет уголовно-правового регулирования.

Например, Н. А. Лопашенко включает в предмет уголовного права две самостоятельных и в то же время взаимосвязанных группы отношений: охранительно-предупредительные, которые проистекают из самого существования уголовного запрета и уголовно-правового регулирования, и уголовно-регулятивные, связанные с нарушением уголовно-правовых запретов.[26]

А. В. Наумов полагает, что можно выделить три таких вида. Во-первых, так называемые охранительные уголовно-правовые отношения, возникающие в связи с совершением преступления. Во-вторых, отношения, связанные с удержанием лица от совершения преступления посредством угрозы наказания, содержащейся в уголовно-правовых нормах. В-третьих, разновидность общественных отношений, регулируемых уголовно-правовыми нормами, которые наделяют граждан правом на причинение вреда в целях защиты от опасных посягательств при необходимой обороне, а также при крайней необходимости и при других обстоятельствах, исключающих преступность деяния.[27] В то же время И. Э. Звечаровский отмечает, что «отношения, регулируемые институтами необходимой обороны, крайней необходимости, причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, входят в круг „нормальных“, „регулятивных“ отношений и не являются самостоятельным элементом в предмете уголовного права».[28]

Р. Р. Галиакбаров выделяет четыре типа общественных отношений: 1) общественные отношения, возникающие в связи с изданием уголовно-правовых норм; 2) охранительные уголовно-правовые отношения; 3) принудительные уголовно-правовые отношения, направленные на удержание конкретных лиц от совершения преступлений; 4) регулятивные уголовно-правовые отношения, стимулирующие желательное поведение людей в целях пресечения преступных посягательств.[29]

При детальном анализе представленных точек зрения можно прийти к выводу о том, что все они, так или иначе, основываются на сложившейся в теории права классификации правоотношений на регулятивные и охранительные. Однако, на наш взгляд, в данной ситуации есть некоторое противоречие, которое заключается в том, что некоторые авторы смешивают понятия «правоотношения» и «общественные отношения». Именно последние составляют предмет отрасли права; в то же время правоотношения – это общественные отношения, уже урегулированные правом и, в зависимости от способа правового воздействия, они становятся или регулятивными, или охранительными. Справедливости ради следует сказать, что в действительности рассматриваемые понятия тесно связаны между собой. Трудно найти общественные отношения в чистом виде, особенно в сфере уголовно-правового регулирования, так как в большинстве случаев уголовное право воздействует на отношения, урегулированные нормами других отраслей – например, гражданского, земельного, трудового права и т. д.

К сказанному выше добавим, что мы не разделяем идею некоторых ученых о том, что в предмет уголовного права помимо отношений, возникающих с момента совершения преступления и складывающихся между государством в лице его компетентных органов и лицом, совершившим преступление,[30] следует включать еще и отношения, возникающие со вступлением уголовного закона в силу, когда начинают действовать превентивные функции уголовного закона, оказывающие воздействие на неустойчивых лиц, удерживая их от совершения преступления под угрозой наказания.[31] С нашей точки зрения, во втором случае речь идет не о предмете уголовно-правового регулирования, а о предмете уголовно-правовой охраны.

Одними из первых мысль о необходимости различать указанные понятия высказали О. С. Иоффе и М. Д. Шаргородский. Они полагали, что нормы уголовного права регулируют только отношения, возникающие вследствие совершения преступлений, а иные отношения уголовное право не регулирует, а охраняет.[32]

Вместе с тем в юридической литературе есть и противники данной точки зрения. Например, Л. А. Прохоров отождествляет предмет уголовно-правовой охраны и уголовно-правового регулирования, понимая под ними общественные отношения, возникающие в связи с совершением наиболее опасного правонарушения – преступления.[33]

И. Э. Звечаровский считает, что «трудно представить ситуацию, при которой та или иная отрасль права только бы регулировала или только бы охраняла, поскольку правовое воздействие на общественные отношения – это единый регулятивно-охранительный процесс».[34]

По мнению Н. А Лопашенко, «разделение единого предмета правовой отрасли на предмет охраны и предмет правового регулирования методологически неверно; получается, что охрана общественных отношений не включается в правовое регулирование уголовного права, остается за его рамками, а само уголовное право реализуется не только через правовое регулирование, но и еще через что-то, что не знает обобщенного определения или не может быть отнесено к определенной правовой категории, – через охрану общественных отношений».[35]

Мы полагаем, что рассматриваемые понятия не следует смешивать. Пока не совершено преступление, т. е. пока не нарушен соответствующий запрет, нормы уголовного закона не регулируют, а охраняют существующие общественные отношения под угрозой применения наказания к лицам, которые могут нарушить эти отношения. Согласно словарю С. И. Ожегова, «регулировать» – значит «упорядочивать, налаживать», «направлять развитие, движение чего-нибудь с целью привести в порядок, в систему».[36] Очевидно, до момента совершения общественно опасного деяния упорядочивать нечего.

Однако мы ни в коей мере не оспариваем тот факт, что любая отрасль права не только регулирует, но и охраняет общественные отношения. На наш взгляд, эти два процесса могут идти и параллельно друг другу.

Более того, на наш взгляд, рассматриваемый вопрос имеет непосредственную связь с вопросом о функциях права, так как последние представляют собой наиболее существенные направления и стороны воздействия права на общественные отношения.[37] В данном случае Н. А. Лопашенко категорически утверждает, что сводить регулятивную функцию к охранительной неверно, что это – совершенно разные функции, хотя и связанные между собой.[38] Тогда не совсем понятно, почему же нельзя особо выделить уголовно-правовое регулирование и уголовно-правовую охрану.

Таким образом, мы полагаем, что предмет уголовно-правового регулирования составляют общественные отношения, возникающие в результате совершения предусмотренного уголовным законом[39] общественно опасного деяния.[40] Некоторые авторы считают, что здесь речь должна идти об «отношениях, которые возникают в связи с совершением преступления».[41] Однако, на наш взгляд, это не совсем верно. Уголовно-правовые нормы регулируют, например, отношения, возникающие при совершении общественно опасного деяния лицами в состоянии невменяемости. Таким лицам, в соответствии с ч. 2 ст. 21 УК РФ, судом могут быть назначены принудительные меры медицинского характера.

§ 3. Метод уголовного права

Вторым ключевым для определения уголовного права понятия является метод регулирования, который представляет собой «набор юридического инструментария, посредством которого государственная власть оказывает необходимое воздействие на волевые общественные отношения в целях придания им желаемого развития».[42] А. М. Витченко указывает на то, что разработка проблемы методов правового регулирования имеет свою историю. Это понятие было введено в правовую литературу цивилистами в целях отграничения гражданского права от других отраслей.[43]

Относительно методов уголовного права в юридической литературе также не наблюдается единства мнений.

Так, А. И. Коробеев считает, что основными методами уголовно-правового регулирования являются принуждение и поощрение.[44]

С точки зрения Б. В. Здравомыслова, метод, свойственный уголовному праву, заключается в «установлении преступности деяний, уголовных запретов их совершения и их наказуемости».[45]

А. В. Наумов полагает, что предмет уголовного права включает в себя три основные разновидности общественных отношений, которым соответствуют свои специфические методы регулирования.[46] Эту точку зрения разделяют многие авторы.[47]

М. П. Журавлев относит к методам уголовного права запрет совершать деяния определенного рода.[48]

По мнению Г. О. Петровой, «доминирующий метод уголовно-правового регулирования – запрет на совершение преступления. Наряду с запретом… используются методы: дозволение, обязывание, превентивный и стимулирующий».[49]

Б. Т. Разгильдиев указывает на то, что «метод – это правовой механизм в форме уголовно-правовых отношений, обеспечивающий задачи уголовного права посредством воздействия на сознание и волю человека для удержания его от совершения преступления».[50]

При рассмотрении данного вопроса, на наш взгляд, прежде всего, следует сказать о том, что метод любой отрасли права – это закономерный набор юридических средств, обусловленный особенностями предмета регулирования. Кроме того, как справедливо отмечает Имре Сабо в своей работе, характерные особенности отраслевого метода зависят оттого, какие правовые нормы присущи этой отрасли права – обязывающие, уполномочивающие или запрещающие.[51]

Трудно не согласиться с тем, что для уголовного права характерен императивный метод. Императивность проявляется в том, что субъекты вступают в конкретные правоотношения, как правило, не по своей воле, а по инициативе соответствующих государственных органов и должностных лиц.[52] Вместе с тем этот метод вбирает в себя несколько составляющих, которые могут преобладать в той или иной отрасли права. К таким составляющим относятся, например, метод запрета, метод властных велений, метод обязывания, метод субординации и т. д.[53]

Многие авторы полагают, что в уголовном праве основным является метод запрета, суть которого состоит в запрещении совершать общественно опасные деяния под угрозой наказания. Исходя из сформулированной нами выше концепции предмета уголовно-правового регулирования, который составляют общественные отношения, возникающие в результате совершения предусмотренного уголовным законом общественно опасного деяния, мы считаем, что данный метод не свойственен указанным отношениям, поскольку когда общественно опасное деяние уже совершено, методом запрета невозможно урегулировать возникшие отношения.