Былины
полная версия
Аннотация
Читать онлайн
- -
- 100%
- +
Сорок калик
А из пустыни было Ефимьевы,Из монастыря из БоголюбоваНачинали калики наряжатисяКо святому граду Иеруса́лиму, —Сорок калик их со каликою.Становилися во единый круг,Они думали думушку единую,А едину думушку крепкую:Выбирали большего атамана,Молоды Касьяна сына Михайлыча.А и молоды Касьян сын МихайловичКладет он заповедь великуюНа всех тех дородных молодцев:«А идтить нам, братцы, дорога неближняя,Идти будет ко городу Иерусалиму,Святой святыне помолитися,Господню гробу приложитися,Во Ердань-реке искупатися,Нетленною ризой утеретися;Идти селами и деревнями,Городами теми с пригородками.А в том-то ведь заповедь положена:Кто украдет, или кто солжет,Али кто пустится на женский блуд,Не скажет большему атаману,Атаман про то дело проведает, —Едина оставить во чистом полеИ окопать по плеча во сыру землю».И в том-то заповедь подписана,Белые рученьки исприложены:Атаман – Касьян сын Михайлович,Податаманья – брат его родной,Молоды Михайла Михайлович.Пошли калики во Ерусалим-град,А идут неделю уже споряду,Идут уже время немалое,Подходят уже они под Киев-град,Сверх тое реки Че́реги,На его потешных на островах,У великого князя Владимира.А и вышли они из раменья,Встречу им-то Владимир-князь,Ездит он за охотою,Стреляет гусей, белых лебедей,Перелетных малых уточек,Лисиц, зайцев всех поганивает.Пригодилося ему ехати поблизости,Завидели его калики тут перехожие,Становилися во единый круг,Клюки-посохи в землю потыкали,А и сумочки исповесили,Скричат калики зычным голосом.Дрогнет матушка сыра земля,С дерев вершины попадали,Под князем конь окарачился,А богатыри с коней попадали,А Спиря стал постыривать,Сема стал пересемывать.Едва пробудится Владимир-князь,Рассмотрил удалых добрых молодцев;Они-то ему поклонилися,Великому князю Владимиру,Прошают у него святую милостыню,А и чем бы молодцам душа спасти.Отвечает им ласковый Владимир-князь:«Гой вы еси, калики перехожие!Хлебы с нами завозные,А и денег со мною не годилося,А и езжу я, князь, за охотою,За зайцами и за лисицами,За соболи и за куницами,И стреляю гусей, белых лебедей,Перелетных малых уточек.Изволите вы идти во Киев-град,Ко душе княгине Апраксевне,Честна роду дочь, королевична,Напоит, накормит вас, добрых молодцов,Наделит вам в дорогу злата, серебра».Недолго калики думу думали,Пошли ко городу ко Киеву.А и будут в городе Киеве,Середи двора княженецкого, —Клюки-посохи в землю потыкали,А и сумочки исподвесили,Подсумочья рыта бархата,Скричат калики зычным голосом.С теремов верхи повалялися,А с горниц охлупья попадали,В погребах питья сколыбалися.Становилися во единый круг,Прошают святую милостынюУ молоды княгини Апраксевны.Молода княгиня испужалася,А и больно она передрогнула;Посылает стольников и чашниковЗвать калик во светлу гриднюПришли тут стольники и чашники,Бьют челом, поклоняютсяМолоду Касьяну МихайловуСо своими его товарищами —Хлеба есть во светлу гридню,К молодой княгине Апраксевне.А и тут Касьян не ослушался,Походил во гридню во светлую;Спасову образу молятся,Молодой княгине поклоняются.Молода княгиня Апраксевна,Поджав ручки, будто турчаночки, —Со своими нянюшки и мамушки,С красными сенными деушки.Молоды Касьян сын МихайловичСадился в место большееОт лица его молодецкого,Как бы от солнучка от красногоЛучи стоят великие.Убирались тут всё добры молодцы,А и те калики перехожие,За те столы убраные,А и стольники, чашникиПоворачивают, пошевеливаютСвоих они приспешников,Понесли-то ества сахарные,Понесли питья медвяные.А и то калики перехожиеСидят за столами убраными,Убирают ества сахарные,А и те ведь пьют питья медяные.И сидят они время – час, другой,Во третьем часу подымалися,Подымавши, они Богу молятся,За хлеб, за соль бьют челомМолодой княгине АпраксевнеИ всем стольникам и чашникам;И того они еще ожидаючиУ молодой княгиня Апраксевны, —Наделила б на дорогу златом, серебром,Сходить бы во град ИерусалимА у молодой княгини АпраксевныНе то в уме, не то в разуме:Пошлет Алешеньку ПоповичаАтамана их уговариватиИ всех калик перехожиих,Чтоб не идти бы им сего дня и сего числа.И стал Алеша уговариватиМолода Касьяна Михайловича,Зовет к княгине АпраксевнеНа долгие вечеры посидети,Забавные речи побаити,А сидеть бы наедине во спальне с ней.Молоды Касьян сын Михайлович, —Замутилось его сердце молодецкое, —Отказал он Алеше Поповичу,Не идет на долгие вечерыК молодой княгине АпраксевнеЗабавные речи баити.На то княгиня осердилася,Посылает Алешеньку ПоповичаПрорезать бы его суму рыта бархата,Запихать бы чарочку серебряну,Которой чарочкой князь на приезде пьет.Алеша-то догадлив был,Распорол суму рыта бархата,Запихал чарочку серебрянуИ зашивал ее гладехонько,Что познать было не можно то.С тем калики и в путь пошли,Калики с широка́ двора;С молодой княгиней не прощаются,А идут калики – не оглянутся.И верст десяток отошли ониОт стольного города Киева, —Молода княгиня АпраксевнаПосылает Алешу во погон за ним.Молоды Алеша Попович младНастиг калик во чистом поле,У Алеши вежство нерожденое,Он стал с каликами здорити,Обличает ворами, разбойниками:«Вы-то, калики, бродите по миру по крещеному,Кого окрадете, своим зовете;Покрали княгиню Апраксевну,Унесли вы чарочку серебряну,Которой чарочкой князь на приезде пьет!»А в том калики не даются ему,Молоду Алеше Поповичу,Не давались ему на обыск себе.Поворчал Алешенька Попович млад,Поехал ко городу Киеву,И так приехал во стольный Киев-град.Во то же время и во тот же часПриехал князь из чиста поля,И с ним Добрынюшка Никитич млад.Молода княгиня АпраксевнаПозовет Добрынюшку Никитича,Посылает за каликами,За Касьяном Михайловичем,Втапоры Добрынюшка не ослушался,Скоро доехал во чисто поле.У Добрыни вежство рожденое и ученое;Настиг он калик во чистом поле,Скочил с коня, сам бьет челом:«Гой еси, Касьян Михайлович!Не наведи на гнев князя Владимира,Прикажи обыскать калики перехожие,Нет ли промежу вас глупого».Молоды Касьян сын МихайловичСтановил калик во единый круг,И велел он друг друга обыскиватьОт малого до старого,От старого и до больша лица,До себя, млада Касьяна Михайловича.Нигде-то чарочка не явилася,У млада Касьяна пригодилася.Брат его, молоды Михайла МихайловичПринимался за заповедь великую:Закопали атамана по плеча,<Закопали> во сыру землю,Едина оставили во чистом полеМолода Касьяна Михайловича.Отдавали чарочку серебрянуМолоду Добрынюшке Микитичу,И с ним написан виноватый тут,Молоды Касьян Михайлович.Добрыня поехал он во Киев-град,А и те калики в Ерусалим-град;Молоды Касьян сын МихайловичС ними, калики, прощается.И будет Добрынюшка в КиевеУ млады княгини Апраксевны,Привез он чарочку серебряну,Виноватого назначено,Молода Касьяна сына Михайлова.А с того время-часу захворала она,<Захворала> скорбью недоброю,Слегла княгиня в великое во огноище.Ходили калики в Ерусалим-град,Вперед шли три месяца.А и будут в граде Ерусалиме,Святой святыне помолилися,Господню гробу приложилися,Во Ердане-реке искупалися,Нетленною ризою утиралися.А всё-то молодцы отправили:Служили обедни с молебнамиЗа свое здравие молодецкое,По поклону положили за Касьяна Михайловича.А и тут калики не замешкались,Пошли ко городу Киеву,И ко ласкову князю Владимиру.А идут назад ужо месяца два,На то место не угодили они,Обошли маленькой сторонкою его.Молода Касьяна МихайловичаГолосок наносит помалехоньку.А и тут калики остоялися,А и место стали опознавать;Подалися малехонько и увиделиМолода Касьяна сын Михайлович<а>, —Он ручкой машет, голосом кричит.Подошли удалы добры молодцы,Вначале атаман, родной брат его,Михайла Михайлович;Пришли все они, поклонилися,Стали здравствовать.Подает он, Касьян, ручку правую,А они-то к ручке приложилися,С ним поцеловалися,И все к нему переходили.Молоды Касьян сын МихайловичВыскакивал из сырой земли,Как ясен сокол из тепла гнезда;А все они, молодцы, дивуютсяНа его лицо молодецкое,Не могут зрить добры молодцы;А и кудри на нем молодецкиеДо самого пояса.И стоял Касьян немало число,Стоял в земле шесть месяцев,А шесть месяцев будет полгода.Втапоры пошли калики ко городу Киеву,Ко ласкову князю Владимиру;Дошли они до чудна креста Леванидова,Становилися во единый круг,Клюки-посохи в землю потыкали,И стоят калики потихохоньку.Молоды Михайла МихайловичАтаманом еще правил у них.Посылает легкого молодчикаДоложиться князю Владимиру:«Прикажет ли идти нам пообедати?»Владимир-князь пригодился в доме,Посылал он своих клюшников, ларешниковПобить челом и поклонитися им-то, каликамКаликам пообедати,И молоду Касьяну на особицу.И тут клюшники, ларешникиПришли они к каликам, поклонилися,Бьют челом к князю пообедати.Пришли калики на широкий двор,Середи двора княженецкого.Поздравствовал ему Владимир-князь,Молоду Касьяну Михайловичу,Взял его за белы руки,Повел во светлу гридню.А втапоры молодой Касьян МихайловичСпросил князя ВладимираПро молоду княгиню Апраксевну:«Гой еси, сударь Владимир-князь!Здравствует ли твоя княгиня Апраксевна?»Владимир-князь едва речи выговорил:«Мы-де уже неделю другу не ходим к ней!»Молоды Касьян тому не брезгует,Пошел со князем во спальну к ней;А и князь идет, свой нос зажал,Молоды Касьяну-то ничто ему,Никакого духу он не верует.Отворяли двери у светлы гридни,Раскрывали окошечки косящетые.Втапоры княгиня прощалася,Что нанесла речь напрасную.Молоды Касьян сын МихайловичА и дунул духом святым своимНа младу княгиню Апраксевну;Не стало у ней того духу пропасти, —Оградил ее святой рукой,Прощает ее плоть женскую:Захотелось ей – и пострада<ла> она,Лежала в сраму полгода.Молоды Касьян сын МихайловичПошел ко князю Владимиру во светлу гридню,Помолилися Спасову образуСо своими каликами перехожими.И сажалися за убраны столы,Стали пить, есть, потешатися.Как будет день в половина дня,А и то калики напивалися,Напивалися и наедалися.Владимир-князь убивается,А калики-то в путь наряжаются.Просит их тут Владимир-князьПожить-побыть тот денек у себе.Молода княгиня АпраксевнаВышла из кожуха, как из пропасти;Скоро она убиралася,Убиралася и наряжалася,Тут же к ним к столу пришла —С няньками, с мамкамиИ с сенными красными девицами.Молоду Касьяну поклоняетсяБез стыда, без сорому,А грех свой на уме держит.Молоды Касьян сын МихайловичТою рученькой правою размахиваетПо тем ествам сахарныем,Крестом огражает, благословляет;Пьют, едят, потешаются.Втапоры молоды Касьян сын МихайловичВынимал из сумы книжку свою,Посмотрил и число показал:«Что много мы, братцы, пьем, едим, прохлажаемся,Уже третий день в доходе идет,И пора нам, молодцы, в путь идти».Вставали калики на резвы ноги,Спасову образу молятсяИ бьют челом князю ВладимируС молодой княгиней АпраксевнойЗа хлеб за соль его.И прощаются калики с князем ВладимиромИ с молодою княгинею Апраксевною.Собрались они и в путь пошли —До своего монастыря БоголюбоваИ до пустыни Ефимьевы.То старина, то и деянье.Богатыри Новгородского цикла
Садко
Во славноем во Нове-градеКак был Садке́-купец богатый гость.А прежде у Садка имущества не было:Одни были гуселки яровчаты;По пирам ходил-играл Садке.Садка день не зовут на почестен пир,Другой не зовут на почестен пирИ третий не зовут на почестен пир.По том Садке соскучился.Как пошел Садке к Ильмень-озеру,Садился на бел-горюч каменьИ начал играть в гуселки яровчаты.Как тут-то в озере вода всколыбалася,Тут-то Садке пере́пался[4],Пошел прочь от озера во свой во Новгород.Садка день не зовут на почестен пир,Другой не зовут на почестен пирИ третий не зовут на почестен пир.По том Садке соскучился.Как пошел Садке к Ильмень-озеру,Садился на бел-горюч каменьИ начал играть в гуселки яровчаты.Как тут-то в озере вода всколыбалася,Тут-то Садке перепался,Пошел прочь от озера во свой во Новгород.Садка день не зовут на почестен пир,Другой не зовут на почестен пирИ третий не зовут на почестен пир.По том Садке соскучился.Как пошел Садке к Ильмень-озеру,Садился на бел-горюч каменьИ начал играть в гуселки яровчаты.Как тут-то в озере вода всколыбалася,Показался царь морской,Вышел со Ильменя со озера,Сам говорил таковы слова:«Ай же ты, Садке Новгородскиий!Не знаю, чем буде тебя пожаловатьЗа твои за утехи за великия,За твою-то игру нежную.Аль бессчетной золотой казной?А не то ступай во НовгородИ ударь о велик заклад,Заложи свою буйну голову,И выряжай с прочих купцовЛавки товара красного,И спорь, что в Ильмень-озереЕсть рыба – золоты перья.Как ударишь о велик заклад,И поди – свяжи шелковой невод,И приезжай ловить в Ильмень-озеро:Дам три рыбины – золоты перья.Тогда ты, Садке, счастлив будешь».Пошел Садке от Ильменя от озера.Как приходил Садке во свой во Новгород,Позвали Садке на почестен пир.Как тут Садке НовгородскиийСтал играть в гуселки яровчаты;Как тут стали Садке попаивать,Стали Садку поднашивать,Как тут-то Садке стал похвастывать:«Ай же вы, купцы новгородские!Как знаю чудо чудное в Ильмень-озере:А есть рыба – золоты перья в Ильмень-озере».Как тут-то купцы новгородскиеГоворят ему таковы слова:«Не знаешь ты чуда чудного,Не может быть в Ильмень-озере рыбы —золоты перья».«Ай же вы, купцы новгородские!О чем же бьете со мной о велик заклад?Ударим-ка о велик заклад:Я заложу свою буйну голову,А вы залагайте лавки товара красного».Три купца повыкинулись,Заложили по три лавки товара красного.Как тут-то связали невод шелковыйИ поехали ловить в Ильмень-озеро.Закинули тоньку в Ильмень-озеро,Добыли рыбку – золоты перья;Закинули другую тоньку в Ильмень-озеро,Добыли другую рыбку – золоты перья;Третью закинули тоньку в Ильмень-озеро,Добыли третью рыбку – золоты перья.Тут купцы новгородскиеОтдали по три лавки товара красного.Стал Садке поторговывать,Стал получать барыши великие,Во своих палатах белокаменныхУстроил Садке все по-небесному:На небе солнце и в палатах солнце,На небе месяц и в палатах месяц,На небе звезды и в палатах звезды.Потом Садке-купец богатый гостьЗазвал к себе на почестен пирТыих мужиков новгородскиихИ тыих настоятелей новгородскиих:Фому Назарьева и Луку Зиновьева.Все на пиру наедалися,Все на пиру напивалися,Похвальбами все похвалялися:Иный хвастает бессчетной золотой казной,Другой хвастает силой-удачей молодецкою,Который хвастает добрым конем,Который хвастает славным отечеством,Славным отечеством, молодым молодечеством.Умный хвастает старым батюшком,Безумный хвастает молодой женой.Говорят настоятели новгородские:«Все мы на пиру наедалися,Все на почестном напивалися,Похвальбами все похвалялися.Что же у нас Садке ничем не похвастает,Что у нас Садке ничем не похваляется?»Говорит Садке-купец богатый гость:«А чем мне, Садку, хвастаться,Чем мне, Садку, похвалятися?У меня ль золота казна не тощится,Цветно платьице не носится,Дружина хоробра не изменяется.А похвастать не похвастать бессчетной золотой казной:На свою бессчетну золоту казнуПовыкуплю товары новгородские,Худые товары и добрые!»Не успел он слова вымолвить,Как настоятели новгородскиеУдарили о велик заклад,О бессчетной золотой казны,О денежках тридцати тысячах:Как повыкупить Садку товары новгородские,Худые товары и добрые,Чтоб в Нове-граде товаров в продаже боле не было.Ставал Садке́ на дру́гой день раны́м-рано́,Будил свою дружину хоробрую,Без счета давал золотой казныИ распущал дружину по улицам торговыим,А сам-то прямо шел в гостиный ряд,Как повыкупил товары новгородские,Худые товары и добрыеНа свою бессчетну золоту казну.На другой день ставал Садке раным-рано,Будил свою дружину хоробрую,Без счета давал золотой казныИ распущал дружину по улицам торговыим,А сам-то прямо шел в гостиный ряд:Вдвойне товаров принавезено,Вдвойне товаров принаполненоНа тую на славу на великую новгородскую.Опять выкупал товары новгородские,Худые товары и добрыеНа свою бессчетну золоту казну.На третий день ставал Садке раным-рано,Будил свою дружину хоробрую,Без счета давал золотой казныИ распущал дружину по улицам торговыим,А сам-то прямо шел в гостиный ряд:Втройне товаров принавезено,Втройне товаров принаполнено,Подоспели товары московскиеНа ту на великую на славу новгородскую.Как тут Садке пораздумался:«Не выкупить товара со всего бела света:Още повыкуплю товары московские,Подоспеют товары заморские.Не я, видно, купец богат новгородскиий, —Побогаче меня славный Новгород».Отдавал он настоятелям новгородскиимДенежек он тридцать тысячей.На свою бессчетну золоту казнуПостроил Садке тридцать кораблей,Тридцать кораблей, тридцать черлёныих;На ты на корабли на черлёныеСвалил товары новгородские.Поехал Садке по Волхову,Со Волхова во Ладожско,А со Ладожска во Неву-реку,А со Невы-реки во сине море.Как поехал он по синю морю,Воротил он в Золоту Орду,Продавал товары новгородские,Получал барыши великие,Насыпал бочки-сороковки красна золота, чиста серебра.Поезжал назад во Новгород,Поезжал он по синю морю.На синем море сходилась погода сильная,Застоялись черлёны корабли на сине́м море:А волной-то бьет, паруса рвет,Ломает кораблики черлёные;А корабли нейдут с места на синем море.Говорит Садке-купец богатый гостьКо своей дружине ко хоробрыя:«Ай же ты, дружинушка хоробрая!Как мы век по морю ездили,А морскому царю дани не плачивали:Видно, царь морской от нас дани требует,Требует дани во сине море.Ай же, братцы, дружина хоробрая!Взимайте бочку-сороковку чиста серебра,Спущайте бочку во сине море».Дружина его хоробраяВзимала бочку чиста серебра.Спускали бочку во сине море:А волной-то бьет, паруса рвет,Ломает кораблики черлёные;А корабли нейдут с места на синем море.Тут его дружина хоробраяБрала бочку-сороковку красна золота,Спускали бочку во сине море:А волной-то бьет, паруса рвет,Ломает кораблики черлёные;А корабли все нейдут с места на синем море.Говорит Садке-купец богатый гость:«Видно, царь морской требуетЖивой головы во сине море.Делайте, братцы, жеребья вольжаны,Я сам сделаю на красноем на золоте,Всяк свои имена подписывайте,Спущайте жеребья на сине море:Чей жеребей ко дну пойдет,Таковому идти в сине море».Делали жеребья вольжаны,А сам Садке делал на красноем на золоте,Всяк свое имя подписывал,Спущали жеребья на сине море:Как у всей дружины хоробрыяЖеребья гоголем по воды плывут,А у Садка-купца ключом на дно.Говорит Садке-купец богатый гость:«Ай же, братцы, дружина хоробрая!Этыя жеребья неправильны:Делайте жеребья на красноем на золоте,А я сделаю жеребий вольжаный».Делали жеребья на красноем на золоте,А сам Садке делал жеребей вольжаный,Всяк свое имя подписывал,Спущали жеребья на сине море:Как у всей дружины хоробрыяЖеребья гоголем по воды плывут,А у Садка-купца ключом на дно.Говорит Садке-купец богатый гость:«Ай же, братцы, дружина хоробрая!Видно, царь морской требуетСамого Садка богатого в сине море.Несите мою чернилицу вальяжную,Перо лебединое, лист бумаги гербовый».Несли ему чернилицу вальяжную,Перо лебединое, лист бумаги гербовый.Он стал именьице отписывать:Кое именье отписывал Божьим церквам,Иное именье нищей братии,Иное именье молодой жены,Остатнее именье – дружине хоробрыя.Говорил Садке-купец богатый гость:«Ай же, братцы, дружина хоробрая!Давайте мне гуселки яровчаты,Поиграть-то мне в остатнее:Больше мне в гуселки не игрывати.Али взять мне гусли с собой во сине море?»Взимает он гуселки яровчаты,Сам говорит таковы слова:«Свалите дощечку дубовую на воду:Хоть я свалюсь на доску дубовую,Не толь мне страшно принять смерть на синем море».Свалили дощечку дубовую на воду,Потом поезжали корабли по синю морю,Полетели, как черные вороны.Остался Садке на синем море.Со тоя со страсти со великияЗаснул на дощечке на ду́бовой.Проснулся Садке во синем море,Во синем море на самом дне.Сквозь воду увидел пекучись красное солнышко,Вечернюю зорю, зорю утреннюю.Увидел Садке: во синем мореСтоит палата белокаменная,Заходил Садке в палату белокаменну.Сидит в палате царь морской,Голова у царя, как куча сенная.Говорит царь таковы слова:«Ай же ты, Садке-купец богатый гость!Век ты, Садке, по морю езживал,Мне, царю, дани не плачивал,А нонь весь пришел ко мне во подарочках.Скажут, мастер играть в гуселки яровчаты:Поиграй же мне в гуселки яровчаты».Как начал играть Садке в гуселки яровчаты,Как начал плясать царь морской во синем море,Как расплясался царь морской.Играл Садке сутки, играл и другие,Да играл още Садке и третьии,А все пляшет царь во синем море.Во синем море вода всколыбалася,Со желтым песком вода смутилася,Стало разбивать много кораблей на синем море,Стало много гинуть именьицев,Стало много тонуть людей праведныих:Как стал народ молиться Миколы Можайскому.Как тронуло Садка в плечо во правое:«Ай же ты, Садке Новгородскиий!Полно играть в гуселышки яровчаты!»Обернулся – глядит Садке Новгородскиий:Ажно стоит старик седатыий.Говорил Садке Новгородскиий:«У меня воля не своя во синем море,Приказано играть в гуселки яровчаты».Говорит старик таковы слова:«А ты струночки повырывай,А ты шпенечки повыломай.Скажи: «У меня струночек не случилося,А шпенечков не пригодилося,Не во что больше играть:Приломалися гуселки яровчаты».Скажет тебе царь морской:«Не хочешь ли жениться во синем мореНа душечке на красныя девушке?»Говори ему таковы слова:«У меня воля не своя во синем море».Опять скажет царь морской:«Ну, Садке, вставай поутру ранешенько,Выбирай себе девицу-красавицу».Как станешь выбирать девицу-красавицу,Так перво триста девиц пропусти,И друго триста девиц пропусти,И третье триста девиц пропусти:Позади идет девица-красавица,Красавица девица Чернавушка, —Бери тую Чернаву за себя замуж.Будешь, Садке, во Нове-граде.А на свою бессчетну золоту казнуПострой церковь соборную Миколы Можайскому».Садке струночки во гуселках повыдернул,Шпенечки во яровчатых повыломал.Говорит ему царь морской:«Ай же ты, Садке Новгородскиий!Что же не играешь в гуселки яровчаты?» —«У меня струночки во гуселках выдернулись,А шпенечки во яровчатых повыломались:А струночек запасных не случилося,А шпенечков не пригодилося».Говорит царь таковы слова:«Не хочешь ли жениться во синем мореНа душечке на красныя девушке?»Говорит ему Садке Новогородскиий:«У меня воля не своя во синем море».Опять говорит царь морской:«Ну, Садке, вставай поутру ранешенько,Выбирай себе девицу-красавицу».Вставал Садке по утру ранешенько,Поглядит: идет триста девушек красныих;Он перво триста девиц про́пустил,И друго триста девиц пропустил,И третье триста девиц пропустил;Позади шла девица-красавица,Красавица девица Чернавушка.Брал тую Чернаву за себя замуж.Как ложится спать Садке во перву ночь.Как проснулся Садке во Нове-граде,О реку Чернаву на крутом кряжу.Как поглядит, ажно бежатСвои черлёные корабли по Волхову.Поминает жена Садка со дружиной во синем море:«Не бывать Садку со синя моря!»А дружина поминает одного Садка:«Остался Садке во синем море!»А Садке стоит на крутом кряжу,Встречает свою дружинушку со Волхова.Тут его ли дружина сдивовалася:«Остался Садке во синем море,Очутился впереди нас во Нове-граде,Встречает дружину со Волхова!»Встретил Садке дружину хоробруюИ повел в палаты белокаменны.Тут его жена зрадова́лася,Брала Садка за белы руки,Целовала во уста во сахарныя.Начал Садке выгружать со черлёных со ко́раблейИменьице – бессчетну золоту казну.Как повыгрузил со черлёныих кораблей,Состроил церкву соборнюю Миколы Можайскому.Не стал больше ездить Садке на сине море,Стал поживать Садке во Нове-граде.Бой Василия Буслаева с новгородцами
Жил Буславьюшка – не старился,Живучись, Буславьюшка преставился.Оставалось у Буслава чадо милое,Милое чадо рожоное,Молодой Васильюшка Буславьевич.Стал Васенька на улочку похаживать,Не легкие шуточки пошучивать:За руку возьмет – рука прочь,За ногу возьмет – нога прочь,А которого ударит по горбу —Тот пойдет, сам сутулится.И говорят мужики новгородские:«Ай же ты, Васильюшка Буславьевич!Тебе с этою удачей молодецкоюНаквасити река будет Волхова».Идет Василий в широкие улочки,Не весел домой идет, не радошен,И стречает его желанная матушка,Честна вдова Авдотья Васильевна:«Ай же ты, мое чадо милое,Милое чадо рожоное,Молодой Васильюшка Буславьевич!Что идешь не весел, не радошен?Кто же ти на улушке приобидел?» —«А никто меня на улушке не обидел.Я кого возьму за руку – рука прочь,За ногу кого возьму – нога прочь,А которого ударю по горбу —Тот пойдет, сам сутулится.А говорили мужики новгородские,Что мне с эстою удачей молодецкоюНаквасити река будет Волхова».И говорит мать таковы слова:«Ай же ты, Васильюшка Буславьевич!Прибирай-ка себе дружину хоробрую,Чтоб никто ти в Новеграде не обидел».И налил Василий чашу зелена вина,Мерой чашу полтора ведра,Становил чашу середи двораИ сам ко чаше приговаривал:«Кто эту чашу примет одной рукойИ выпьет эту чашу за единый дух,Тот моя будет дружина хоробрая!»И садился на ременчат стул,Писал скорописчатые ярлыки,В ярлыках Васенька прописывал:«Зовет-жалует на почестей пир»;Ярлычки привязывал ко стрелочкамИ стрелочки стрелял по Новуграду.И пошли мужики новгородскиеИз тоя из церквы из соборныя,Стали стрелочки нахаживать,Господа стали стрелочки просматривать:«Зовет-жалует Василий на почестей пир».И собиралися мужики новгородские увалами,Увалами собиралися, перевалами,И пошли к Василью на почестей пир.И будут у Василья на широком на дворе,И сами говорят таковы слова:«Ай же ты, Васильюшка Буславьевич!Мы теперь стали на твоем дворе,Всю мы у тя еству выедимИ все напиточки у тя выпьем,Цветно платьице повыносим,Красно золото повытащим».Этыя речи ему не слюбилися.Выскочил Василий на широкий двор,Хватал-то Василий червленый вяз,И зачал Василий по двору похаживати,И зачал он вязом помахивати:Куда махнет – туда улочка,Перемахнет – переулочек;И лежат-то мужики увалами,Увалами лежат, перевалами,Набило мужиков, как погодою.И зашел Василий в терема златоверхие:Мало тот идет, мало новой идетКо Васильюшке на широкий двор,Идет-то Костя НовоторжанинКо той ко чаре зелена винаИ брал-то чару одной рукой,Выпил эту чару за единый дух.Как выскочит Василий со новых сеней,Хватал-то Василий червленый вяз,Как ударил Костю-то по горбу.Стоит-то Костя – не крянется,На буйной голове кудри не ворохнутся.«Ай же ты, Костя Новоторжанин!Будь моя дружина хоробрая,Поди в мои палаты белокаменны».Мало тот идет, мало новой идет,Идет-то Потанюшка ХроменькийКо Василью на широкий двор,Ко той ко чаре зелена вина,Брал-то чару одной рукойИ выпил чару за единый дух.Как выскочит Василий со новых сеней,Хватал-то Василий червленый вяз,Ударит Потанюшку по хромым ногам:Стоит Потанюшка – не крянется,На буйной голове кудри не ворохнутся.«Ай же Потанюшка Хроменький!Будь моя дружина хоробрая,Поди в мои палаты белокаменны».Мало тот идет, мало новой идет,Идет-то Хомушка ГорбатенькийКо той ко чаре зелена вина,Брал-то чару одной рукойИ выпил чару за единый дух.Того и бить не шел со новых сеней:«Ступай-ка в палаты белокаменныПить нам напитки сладкие,Ества-то есть сахарные,А бояться нам в Новеграде некого!»И прибрал Василий три дружины в Новеграде.И завелся у князя новгородского почестей пирНа многих князей, на бояр,На сильных могучиих богатырей.А молодца Василья не почествовали.Говорит матери таковы слова:«Ай же ты, государыня матушка,Честна вдова Авдотья Васильевна!Я пойду к князьям на почестей пир».Возговорит Авдотья Васильевна:«Ай же ты, мое чадо милое,Милое чадо рожоное!Званому гостю место есть,А незваному гостю места нет».Он, Василий, матери не слушался,А взял свою дружину хоробруюИ пошел к князю на почестей пир.У ворот не спрашивал приворотников,У дверей не спрашивал придверников,Прямо шел во гридню столовую.Он левой ногой во гридню столовую,А правой ногой за дубовый стол,За дубовый стол, в большой угол,И тронулся на лавочку к пестно-углу,И попихнул Василий правой рукой,Правой рукой и правой ногой:Все стали гости в пестно-углу;И тронулся на лавочку к верно́-углу,И попихнул левой рукой, левой ногой:Все стали гости на новых сенях.Другие гости перепалися,От страху по домам разбежалися.И зашел Василий за дубовый столСо своей дружиною хороброю.Опять все на пир собиралися,Все на пиру наедалися,Все на почестном напивалися,И все на пиру порасхвастались.Возговорил Костя Новоторжанин:«А нечем мне-ка, Косте, похвастати;Я остался от батюшки малешенек,Малешенек остался и зеленешенек.Разве тым мне, Косте, похвастати:Ударить с вами о велик закладО буйной головы на весь на Новгород,Окроме трех мона́стырей —Спаса преображения,Матушки Пресвятой Богородицы,Да ещё монастыря Смоленского».Ударили они о велик заклад,И записи написали,И руки приложили,И головы приклонили:«Идти Василью с утра через Волхов мост;Хоть свалят Василья до мосту, —Вести на казень на смертную,Отрубить ему буйну голову;Хоть свалят Василья у моста, —Вести на казень на смертную,Отрубить ему буйну голову;Хоть свалят Василья посередь моста, —Вести на казень на смертную,Отрубить ему буйну голову.А уж как пройдет третью заставу,Тожно больше делать нечего».И пошел Василий со пира домой,Не весел идет домой, не радошен.И стречает его желанная матушка,Честна вдова Авдотья Васильевна:«Ай же ты, мое чадо милое,Милое чадо рожоное!Что идешь не весел, не радошен?»Говорит Васильюшка Буславьевич:«Я ударил с мужиками о велик заклад:Идти с утра на Волхов мост;Хоть свалят меня до моста,Хоть свалят меня у моста,Хоть свалят меня посередь моста, —Вести меня на казень на смертную,Отрубить мне буйну голову.А уж как пройду третью заставу,Тожно больше делать нечего».Как услышала Авдотья Васильевна,Запирала в клеточку железную,Подперла двери железныеТым ли вязом червленыим.И налила чашу красна золота,Другую чашу чиста серебра,Третью чашу скатна жемчуга,И понесла в даровья князю новгородскому,Чтобы простил сына любимого.Говорит князь новгородский:«Тожно прощу, когда голову срублю!»Пошла домой Авдотья Васильевна,Закручинилась пошла, запечалилась,Рассеяла красно золото, и чисто серебро,И скатен жемчуг по чисту полю,Сама говорила таковы слова:«Не дорого мне ни золото, ни серебро,ни скатен жемчуг.А дорога мне буйная головушкаСвоего сына любимого,Молода Васильюшка Буслаева».И спит Василий, не пробудится.Как собирались мужики увалами,Увалами собирались, перевалами,С тыми шалыгами подорожными;Кричат они во всю голову:«Ступай-ка, Василий, через Волхов мост,Рушай-ка заветы великие!»И выскочил Хомушка Горбатенький,Убил-то он силы за цело сто,И убил-то он силы за другое сто,Убил-то он силы за третье сто,Убил-то он силы до пяти сот.На смену выскочил Потанюшка ХроменькийИ выскочил Костя Новоторжанин.И мыла служанка, Васильева портомойница,Платьица на реке на Волхове;И стало у девушки коромыселко поскакивать,Стало коромыселко помахивать,Убило силы-то за цело сто,Убило силы-то за другое сто,Убило силы-то за третье сто,Убило силы-то до пяти сот.И прискочила ко клеточке железные,Сама говорит таковы слова:«Ай же ты, Васильюшка Буславьевич!Ты спишь, Василий, не пробудишься,А твоя-то дружина хоробраяВо крови ходит, по колен бродит».Со сна Василий пробуждается,А сам говорит таковы слова:«Ай же ты, любезная моя служаночка!Отопри-ка дверцы железные».Как отперла ему двери железные,Хватал Василий свой червленый вязИ пришел к мосту ко Волховскому,Сам говорит таковы слова:«Ай же любезная моя дружина хоробрая!Поди-тко теперь опочив держать,А я теперь стану с ребятами поигрывать».И зачал Василий по мосту похаживать,И зачал он вязом помахивать:Куда махнет – туда улица,Перемахнет – переулочек;И лежат-то мужики увалами,Увалами лежат, перевалами,Набило мужиков, как погодою.И встрету идет крестовый брат,Во руках несет шалыгу девяноста пуд,А сам говорит таковы слова:«Ай же ты, мой крестовый брателко,Молодой курень, не попархивай,На своего крестового брата не наскакивай!Помнишь, как учились мы с тобой в грамоты:Я над тобой был в то поры больший брат,И нынь-то я над тобой буду больший брат».Говорит Василий таковы слова:«Ай же ты, мой крестовый брателко!Тебя ля черт несет навстрету мне?А у нас-то ведь дело деется, —Головами, братец, играемся».И ладит крестовый его брателкоШалыгой хватить Василья в буйну голову.Василий хватил шалыгу правой рукой,И бил-то брателка левой рукой,И пинал-то он левой ногой, —Давно у брата и души нет;И сам говорил таковы слова:«Нет на друга на старого,На того ли на брата крестового, —Как брат пришел, по плечу ружье принес».И пошел Василий по мосту с шалыгою.И навстрету Васильюшку БуслаевуИдет крестовый батюшка, старичище-пилигримище:На буйной голове колокол пудов во тысячу,Во правой руке язык во пятьсот пудов.Говорит старичище-пилигримище:«Ай же ты, мое чадолко крестовое,Молодой курень, не попархивай,На своего крестового батюшка не наскакивай!»И возговорит Василий Буславьевич:«Ай же ты, мой крестовый батюшка!Тебя ли черт несет во той порыНа своего на любимого крестничка?А у нас-то ведь дело деется, —Головами, батюшка, играемся».И здынул шалыгу девяноста пуд,Как хлыстнул своего батюшка в буйну голову,Так рассыпался колокол на ножевые черенья:Стоит крестный – не крянется,Желтые кудри не ворохнутся.Он скочил батюшку против очей егоИ хлыстнул-то крестного батюшкаВ буйну голову промеж ясны очи —И выскочили ясны очи, как пивны чаши.И напустился тут Василий на домы на каменные.И вышла Мать Пресвятая БогородицаС того монастыря Смоленского:«Ай же ты, Авдотья Васильевна!Закличь своего чада милого,Милого чада рожоного,Молода Васильюшка Буслаева,Хоть бы оставил народу на семена».Выходила Авдотья Васильевна со новых сеней,Закликала своего чада милого.