Трэвелмания. Сборник рассказов

Кукабарра

― Хоспадя, ну встань ты уже красиво, все втяни, губы утиной задницей ― и улыбнись!

– Ксюх, да не хочу я, терпеть не могу фотографироваться!

– Знаю, но надо. Туристический аттракцион должен быть исполнен до конца.

Я покорно встала у кромки океана спиной к рассвету и отставила ногу.

– Так?

– Лицо еще изобрази. Во, другое дело.

Ксения пощелкала айфоном, потом пощелкала себя сама ― мне она не доверяла.

У меня то ноги в кадр не попадают, то полголовы отрезается.

Фотография не является моей сильной стороной.

Я вытащила из сумки пакет, постелила на песоки уселась на него.

– С ума сошла. Земля холодная!

– Плевать.

Я бездумно смотрела на появляющийся из-за океана край солнца, изломанную кромку воды, остроконечный силуэт сиднейской оперы вдалеке, но все доходило до меня, как сквозь вату.

Мимо пробежал мужчина в спортивном костюме, и на какой-то момент мне показалось, что это Саша.

Проглотив ком в горле, я постаралась вытереть глаза так, чтобы подруга не заметила.

Слава богу, она снимала рассвет, или молодых парней-серферов с рельефными плечами и яркими голубыми глазами на загорелых лицах ― мне из-за ее спины было было плохо видно.

Земля и правда была холодной, и я поднялась. Убирая пакет, я вспомнила, как когда-то мы с Сашей…

Стоп. Я снова смахнула слезу и подставила лицо ветру. Вот ведь, на другой край света убежала, и все равно.

– Опять ревешь? ― угрожающе крикнула Ксенька.

– Нет-нет, ― поспешно возразила я, ― просто песок в глаза попал.

– Ты знаешь, а я очень рада, что все так обернулось. Весь последний год, стоило нам куда-то выбраться, начинались ужас и кошмар. Звонки, подозрения, шантаж какой-то детский. И хватит уже, все! Идем, у нас сегодня Голубые горы и кукабарра!

Она воинственно убрала телефон, засунула руки в карманы и пошла к выходу с пляжа. Признавая ее правоту, я поплелась за ней, старательно дыша, не давая слезам выйти из-под контроля.

Мы зашли в номер за приготовленным рюкзаком.

– Ну сколько можно рыдать из-за этого козла? ― крикнула подруга из ванны.

– Да обидно потому что! Я никогда не хотела замуж…

– Ага, только развестись. Туда не ходи, сюда не ходи, ты не отвечала целых пятнадцать минут…

– Я просто пытаюсь понять, почему он так поступил со мной?

– Потому что гладиолус! ― внезапно рявкнула она так, что слезы как-то сразу высохли, ― иди уже умойся и пошли, нам выезжать через полчаса!

Я заскочила в ванную, ополоснула лицо холодной водой, стараясь не размазать тушь, нацепила на нос темные очки, и вышла вслед за подругой из номера.

Автобус на стоянке уже ждал нас. Группа собралась небольшая, мы уселись сзади. До меня донесся запах мужского парфюма, как у….

– Если ты сейчас заревешь, я дам тебе подзатыльник! ― предупредила Ксения.

Экскурсовод вещал что-то по-английски, но его странный выговор сбивал меня с толку, и я перестала даже пытаться понять, о чем он нам говорит. Ксюха в это время проверяла почту, а может, дала мне время прийти в себя.

Первые полчаса я старательно пялилась в окно на проплывающие мимо экзотические деревья, дорогу, отгоняя от себя душные тяжелые воспоминания, мысли о том, что было бы, если бы я… И что, возможно, когда…

Наконец, она убрала телефон.

– Что там слышно? ― спросила я подругу.

– Да ничего. Клиент написал, я его к своему заместителю отправила.

Она порылась в рюкзаке и вытащила две бутылки с надписью: “Вишневый сок”.

– Это ты из Москвы тащила? ― удивилась я.

– Ага.

Я открыла бутылку и хотела глотнуть, но запах…

– Это вино что ли?

– А то! Местный Шираз. Раз уж мы в долину Хантер не поехали.

Я сделала большой глоток. В меру тяжелое, в меру терпкое, как раз, как я люблю.

– Откуда?

– Да в лавке отеля купила, пока ты над тарелкой с рыбой медитировала. Ты это вот что, заканчивай давай. Что было, то было. Теперь будет по-другому, но как-то тоже будет. Это никуда не годится ― приперлись на кукабарру смотреть, а ты только рыдаешь. Ты помнишь, где мы вчера были?

– Нууу помню, конечно! Оперу видели, мост… Закат красивый… Это я от перелета еще не отошла!

– Красивый? Красивый?! Да это был самый потрясающий закат из тех, что я видела! Птички на дороге…Деревянные дорожки в парке… Оперу она видела! Попугайчики на ветках дерева, бес его знает, как оно называется, у отеля?

– Фиговое…

– А ты откуда знаешь? ― она подозрительно прищурилась.

– У портье спросила, ну знаешь, там русский парень стоял.

Попугайчиков я не заметила. Ксюха была права. Как всегда. И Опера прошла как-то мимо, да и закат… Что красивый ― да, но как-то через вату.

Да что там закат ― я не могла сказать, что я ела на ужин! Ксюха говорит ― рыбу…

Я снова отхлебнула вина и убрала бутылку ― приехали.

Мы оказались в другом мире.

Дорожка вела нас мимо отвесных многоярусных красных скал, увитых переплетенными узловатыми корнями деревьев.

Ошеломительный запах эвкалиптов, гуляющие по дорожкам павлины. Крики птиц, странные, незнакомые.

И вдруг среди буйства зелени мы увидели коалу.

Он индифферентно дремал в развилке дерева, не обращая никакого внимания на туристов.

Голова кружилась и отказывалась воспринимать увиденную реальность.

На меня обрушилась разом все ― солнечный день, нежно-голубая дымка над лесом, древовидные папоротники.

Водопад, рассыпающийся веером брызг.

Осознание того, что я на другой стороне земли и дом где-то там, внизу, под ногами.

Предвкушение поездки на фуникулере и обеда в ресторане над лесом.

И это только начало! Завтра мы летим в Мельбурн, потом в Аделаиду, на большой Барьерный Риф, где категорически нельзя пользоваться кремом от загара.

И мы станем там купаться в океане, до посинения, в марте-то месяце!

– Ну слааава Богу, заработало! ― оказывается, подруга наблюдала за мной, держа в руках бутылку, ― давай, за нас и за будущее!

Мы чокнулись, и я снова сделала глоток терпкого солнечного вина.

– А ничего, что мы начинаем пить с девяти утра? ― задумчиво спросила я ее.

– В Москве уже пять, ― философски заметила она, ― и вообще ― надо себя принять!

Менке Наталья @fee_copywriting

В стране диких мачо

― Ну вот, теперь я разведена и свободна, как птица! Анна! А не упорхнуть ли нам, свободным пташкам, на поиски горячих мачо? Хммм… Точно! В Мексике много мачо! Решено, едем! Захватим Лею, и через пару дней ― вперёд!

Моей шилопопой подопечной Мари снова не сидится на месте. Хорошо хоть заехали после Австралии домой.

Я приставлена приглядывать за Мари её отцом, промышленным магнатом. Хоть я всего на два года страше его дочурки, но то, что у меня с мозгами всё впорядке, её папаше я доказала много раз.

Всё в порядке у меня и с фигурой, поэтому Мари с удовольствием таскает меня на всякие светские мероприятия. Типа как подружку. Признаюсь, за те пять лет, что я хожу за ней тенью, я прониклась симпатией к этой оболдуйке. С ней точно не соскучишься.

Но как же прекрасно, что между Австралией и Мексикой у меня два выходных впереди! И сегодня вечером я наконец-то смогу обнять свою дочу Лизу.

…

– Мама, мамочка! Я так соскучилась! ― Лиза налетела ураганом и крепко обняла мои ноги. Маленькое личико смотрело на меня снизу-вверх и светилось улыбкой до ушей, ― Мы с бабулей смастерили космический корабль! А ещё Рита в садике обозвала меня нехорошим словом, а я за это порвала её рисунок…

– Я тоже очень-очень скучала, доченька, ― я опустилась на корточки, чтобы наши глаза были на одном уровне.

– Мамочка, а что ты мне привезла? ― Лиза хитро прищурилась.

– А без подарка, значит, нельзя?

– Можно, конечно, но это грустно, Лиза приуныла.

– Привезла, привезла,― успокоила я её. И достала из сумки маленькую фигурку коалы.

– Ух ты! Мама, это Чебурашка? А почему такой пузатый и серый? …

Выходные промелькнули быстро, как пейзажи за окном поезда-сапасна. Мы с Лизой и моей мамой успели поиграть, порисовать, сходить в зоопарк и на аттракционы.

Мне так хотелось заполнить время с Лизой по-максимуму. Дать ей «маму» в таком объёме, чтобы хватило на то время, когда мы опять будем далеко.

Тяжелее всего было видеть обречённо ― тихие слезы Лизы, остающейся за закрывающимися дверьми лифта. Но мне нужно было возвращаться на работу. Приглядывать за Мари. Хоть я старше всего на два года, иногда мне кажется, что я и её мать.

Лея уже ждала нас в аэропорту. Точеная фигурка, лицо ангела. Безупречный стиль в одежде. Не зря её приглашают в лучшие сериалы, иногда даже на главную роль.

– Мари, Анна, вы чудестно выглядите! Я заждалась, уже три коктеля уговорила. Ну что, вперёд, навстречу солнцу!

– Да, и для начала летим в Канкун! Представляете, полвека назад там жили всего три человека, а теперь 6 миллионов туристов в год туда ездят! Там белоснежные пляжи, крутые ночные клубы и есть подземные озера! ― Мари даже закатила в предвкушении глаза.

…

Канкун встретил нас жарой и полным безветрием. Воздух, идущий от земли горячими волнами, искажал предметы вдалеке и превращал их в миражи.

Хорошо, что Мари заказала до отеля красный кабриолет, и свою порцию ветра в лицо мы всё же получили.

– Шикарный номер! Мари, ты просто волшебница, ― пропела Лея, вглядываясь с балкона в голубую даль Карибского моря.

Бокалы в руках были прекрасным завершением идеальной картинки. Только у меня, в отличии от Леи и Мари, в бокале был просто сок. Нельзя терять бдительность. Я всё же на работе.

На этот раз мы остановились в одном номере с тремя спальнями. Думаю, Мари хотела, чтобы мы так прочувствовали единение. Ну что ж, главное, в моей спальне есть отдельный санузел и балкон. Если девочки будут слишком напрягать, всегда смогу забарикадироваться здесь от них.

После лёгкого ужина мы пошли гулять босиком по пляжу. Мари то и дело улыбалась и махала смуглым парням, выныривавшим из пены волн. Некоторые посылали в ответ ей воздушные поцелуи.

– Лея, как у тебя там на личном? Роберт не объявлялся?

– Да ну этого бездарного. После того, как застала без трусов его в гримерке с Еленой, играющей ―на минуточку ― мою мать в сериале, мне даже тошно о нем вспоминать! Фу, бее- она скривилась, как будто проглатила комок шерсти, ― Пусть и дальше играет в массовке.

– Девочки, а нам, кажется, пора в клуб! Кто последний, тот на танцполе снимет лифчик, ― крикнула Мари, и рванула по белому песку к отелю.

…

В «Coco Bongo» текила лилась рекой, а свет танцевал под музыку. Полураздетые загорелые люди извивались на танцполе. Мы сидели в ВИП-зоне, где хорошо было всё видно и слышно.

Лея и Мари хихикали, допивая очередной коктель. Рядом на диванчике сиротливо лежал кружевной лифчик. Проигравшая в бегах Лея умудрилась стянуть его с себя на танцполе, не снимая платья. И сделала это так сексуально, в танце, что окружающие мачо пооткрывали рты.

Теперь наш столик стал объектом частого посещения. Но бдительная охрана по нашей просьбе заворачивала мачо ещё на подходе.

– Да ну этих мужиков, надо отдохнуть от них, ― язык у Мари слегка заплетался, ― Девочки! Завтра поедем в пещеру кристаллов! Один здешний колдун мне сказал, что там место силы. И в пирамидах Ацтеков место силы, конечно… Но я взяла с собой карты Таро, и они подсказали выбрать кристаллы. Тем более, что в пирамидах я уже была. Так что полезем в пещеру! Чур, я первая в Инстаграм видео с кристаллами залью!

– Хорошо, красотка. Только я ещё немного потанцую, ― Лея отправилась в полуобнаженную горячую толпу.

– Эй, мы тебя одну не пустим, ― крикнула Мари и рванула за подругой. Я быстро поставила минералку на стол и тоже пошла сплетаться в экстазе с музыкой и светом. Попутно отодвигая от девченок очень уж настойчивых кавалеров.

…

Пока Мари и Лея спали, я погуглила про пещеру Кристаллов. Очень красиво! И закрыто для туристов. Интересно, как Мари собирается туда попасть? Наверняка, отвалит кучу папиных денег, и желающие провести нас в пещеру найдутся.

....

Так и есть. С утра выяснилось, что у Мари есть сомнительные знакомые, которые и посоветовали ей путешествие в пещеру. И дали контакты тех, кто за деньги все устроит.

Самолёт. Машина. С водителем. Так как Лея водить не умеет, а нам с Мари ― с её слов, карты Таро в Мексике запретили садиться за руль.

Город Найка. И вот уже смуглые красавцы выдают нам защитные костюмы. И что-то похожее на противогазы.

В пещере влажно, жарко и полно сероводорода. Не очень мне туда хочется лезть. Лее, похоже, тоже, судя по ужасу в её голубых глазах. Но Мари полна энтузиазма и прямо рвётся в пещеру. Мы плетёмся за ней. За нами ― наши сопровождающие, тоже в костюмах.

Через пять минут после спуска в пещеру я уже счастлива, что Мари затащила нас сюда. Захватывает дух от красоты огромных кристаллов, по сравнению с которыми ты ― просто букашка.

Я восхищенно смотрю по стронам, и не замечаю, как на пути возникает провал. Миг ― и моя нога летит куда-то вниз, и я за ней. В голове проносятся ужасные картины, и мысли «А как же Лиза без меня…». Но кто-то дергает меня за пояс, и вытаскивает.

Оказывается, я пристегнута страховочным тросом к одному из сопровождающих. О, как предусмотрительно! Я жмусь к спасителю, пытаясь успокоить дыхание.

Он кивает мне головой в противогазе, и знаками показывает держаться рядом. Я и сама теперь дальше чем на метр от него не отойду!

Мари и Лея тоже рядом. Обмениваются жестами. Руки в стороны, руки вверх. Что бы это у них значило? Наверное, восхищение.

Но в пещере опасно долго находится, и мы выходим. Снимаем костюмы, и, наконец, взахлёб делимся впечатлениями. Провожатые тоже переоделись, и теперь я не узнаю ― кто же меня спас. Растерянно перевожу взгляд с одного смуглого мужчины на другого.

– У Вас всё в порядке, нога не болит? ― на английском с неуловимым акцентом говорит один из них. Белозубо улыбается. И, не отрываясь, смотрит на меня.

О, нет, я скромно опускаю глаза, и чувствую, как краснею! Этого ещё не хватало. Вот до чего доводит долгое отсутствие мужчины!

– Да, спасибо, Вы подоспели вовремя. Иначе ещё одной достопримечательностью пещеры мог стать мой буйный дух, ― я заставляю себя поднять глаза и тоже улыбнуться.

– Я ― Джанос, а Вас как зовут?

– Я ― Анна. Джанос ― не похоже на мексиканское имя.

Незнакомец рассмеялся:

– Да, Вы меня раскусили. Я из Венгрии. Влюбился в эти места, и часто здесь бываю. Почти свой. Ребята проводником меня берут даже, когда кто-то из них сам не может.

«Симпатичный. И голос бархатный, ― подумала я, ―мда… Ну надо же, мне кто-то приглянулся!»

…

Джанос познакомил нас со своими мексиканскими друзьями. Мари и Лея тут же забыли, что хотели отдохнуть от мужчин, и с радостью согласились окунуться в местный колорит в предложенном ресторанчике.

Живая мексиканская музыка. Три мачо с гитарами поют, судя по ритму, о страсти и о жажде жизни. Вкуснейшее мясо ― с перцем, рулетики буррито с перцем, соусы ― тоже с острейшим перцем, конечно!

И приятная компания. Джанос и ещё два парня, сносно говорящих на английском. Мери что-то щебечет одному на ушко, он смеётся. А Лея уже танцует со вторым.

Джанос рассказывает мне о Мексике, о Венгрии. А я просто балдею от обстановки, от еды. И от его голоса… Пусть бы даже рассказывал самые скучные сводки погоды, лишь бы говорил.

А ещё я с ним танцевала! Да, позволила себе. Крепкие мужские руки уверенно вели меня в такт музыке.

И мне понравился его запах. Я даже ему об этом сказала. Он засмеялся, и обещал мне подарить такую же туалетную воду, как у него. Только для этого он приглашает меня встретиться в его родной Венгрии.

– Я подумаю…, ― загадочно улыбнулась я.

Чудесный вечер. Жаль, что пора уезжать. Кавалеры галантно проводили нас к ожидающей машине. Мари, кажется, в темноте дарила своему мексиканцу бурный прощальный поцелуй. Лея ограничилась поцелуем в щёчку и обнимашками.

Я подумала, и тоже робко поцеловала Джаноса в щеку. Он обнял меня и вложил мне в руку визитку. ― Я жду тебя в Венгрии, Анна. Очень жду.

…

И вот мы уже летим домой. Мари ждут на важном семейном торжестве ― дне рождения тёти. Папа-магнат строго относится к традициям ― должны присутствовать все близкие родственники.

Мари и Лея в восторге от этой поездки в Мексику. А я ― чуть смущена. От того, что мне больше запомнился Джанос, чем всё остальное.

– Анна, а я слышала, что Джанос звал тебя в Венгрию. И я видела, как ты на него смотрела! Он классный, не упусти! А давайте полетим все вместе? Через пару недель, что скажете? ― Мари подмигивает мне.

– Я согласна! Погуляем и Анну пристроим, ― Лея хлопает в ладоши.

Кажется, я опять краснею.

@yakovleva_stihopletka

Снова дорога

И снова дорога. Оглушительный ветер бьёт по лобовому стеклу, но ему не остановить меня. Мотор сердца бешено стучит. Оранжевым облаком разрезаю пустыню надвое. Я ― дикий зверь, вырвавшийся из клетки. Пока есть дорога, я живу.

***

Моя жизнь довольно однообразна, как проносящиеся мимо пейзажи. Только оранжевое и жёлтое. И снова жёлтое. Пятьдесят оттенков жёлтого. Позади сотни километров, впереди ещё столько же. И этой дороге нет конца. Мой вес сто пятьдесят тонн, длина полсотни метров. Я ― смерч. Я ― вихрь. Я ― дракон пустыни, выдыхающий оранжевое облако песка и пыли. У меня нет времени, чтобы взглянуть на небо. Я гляжу только вперёд. Впереди лишь дорога. Та же, что была вчера, та же, что будет завтра. На бешеной скорости проношусь сквозь бескрайнюю пустыню.

Две с половиной тысячи километров от Виктория-Ривер-Даунз до Элис-Спрингз и обратно под палящим Австралийским солнцем я пролетаю за сорок два часа. Кажется, лопнуло колесо, а, может, показалось. Но что такое одно колесо, когда их семьдесят два. И я продолжаю путь. Другие машины рядом со мной кажутся игрушечными. Куда им до меня. Я ― Огромный. Неудержимый.

Впереди лишь парочка рек, кишащих крокодилами, и снова немыслимый жёлтый. Воздух дрожит от зноя. Как бы я хотел, чтобы мой путь проходил вдоль моря. Я видел его лишь однажды и не могу забыть. Оно было спокойным, но я слышал, как внутри него ревёт мощный мотор. Море шептало: «Я могу убить любого, если захочу. Я омываю сотни берегов. Я храню множество секретов. Я сохраню и твой». Я тогда не понял, что имело ввиду море.

Вот впереди показалось облако пыли. Редкая встреча с таким же, как я. Набираю побольше раскаленного воздуха в алюминиевые лёгкие. Издаю приветственный гудок. Колеса дрожат, вибрируют стекла, когда мы проносимся мимо друг друга. Слышу ответный гудок. На мгновение радость встречи переполняет меня, но пустынный пейзаж вновь возвращает в реальность. Я ― одиночка.

Элис-Спрингз. Разгрузка. Погрузка. Томительные минуты покоя. Вновь дорога шуршит под моими колёсами. Километры бессмысленно жёлтого. Хочется хоть немного моря. Встречные машины, завидев меня, в ужасе съезжают на обочины. Иногда меня пытаются сфотографировать. Начинаю сильнее работать колёсами, погружая их в пылевую бурю. Не стоило этого делать, не сейчас. После. Ощутите моё дыхание. Почувствуйте мою мощь!

Четырёх пятисот литровых топливных баков мне хватит на дорогу с лихвой, но моему человеку иногда нужен отдых и дозаправка. С нетерпением жду, когда он перекусит, и вновь отправляюсь в путь.

Стаи кенгуру, отталкиваясь смешными хвостами, скрываются из виду, как только услышат мой рев. Но ночью они не так пугливы. Ночи в Австралии чёрные и густые. Жара спадает, и глупые животные приходят напиться к обочинам, и тогда начинается боулинг. Для остановки мне нужно слишком много времени. При резком торможении мои вагоны могут перевернуться, что недопустимо. Поэтому я не торможу. Крепкий кенгурятник ещё ни разу не подвёл меня. Я только вижу, как их испуганные глаза успевают блеснуть в свете фар. Бум. За сегодня это уже второй кенгуру. Хоть какое-то развлечение в пути. И снова пустыня. Километры и километры пустыни.

Вот пятая банка «колы» вылетела в окно. До Виктория-Ривер-Даунз ещё восемнадцать часов и три банки. А Море? Думаю, пора отпустить эту мечту. Моё море ― дорога, и я плыву по его течению. Пока есть дорога, я живу. Вот, что имело ввиду море.»

***

«Тебе на небо-то некогда взглянуть, неужели ты думаешь, что у тебя будет время любоваться морем?» ― Взбрыкнула поворотом дорога. ― «Каждый раз одно и то же. Пейзажи не те, моря ему подавай. Такой уж меня нарисовали, проложили напрямик через пустыню. Ты вот мечтаешь о море, но совершенно не замечаешь неба. А я целыми днями гляжу в небо, наблюдаю, как пролетают вдалеке редкие птицы, как собираются в стайки облака. И, когда я задумываюсь над тем, как однообразна моя жизнь, вдруг проносишься ты, оставляя за собой плотное облако пыли. И вот я уже наблюдаю, как кружится в воздухе золотистая пыль, как клубится и заворачивается она в удивительные узоры. А когда пыль рассеивается, снова появляется безразличное и однообразное небо. Бесконечно синее, снова синее. Получается, что мы тесно связаны. Твоя жизнь ― дорога. Моя жизнь ― проносящиеся мимо гиганты автопоезда».

@olenka_volodina

Дважды в реку

Чем ближе день отлёта, тем сильнее паника! Нет, конечно, Ирина не говорила себе: «Дура старая, куда ты попрёшься!» До этого ещё не дошло. Но Ленку, подругу, она уже готова растерзать. Она заладила: «Что ты теряешь? Попробуй! Вдруг что-то получится… Когда ты ещё Австралию увидишь?» Хотя причём здесь Ленка? Это в ней проснулся былой авантюризм: «Рискуя, мы продлеваем молодость, не так ли?»

Она взглянула в зеркало, нахмурилась и в который раз открыла старый студенческий фотоальбом. Это сейчас она не любит фотографироваться, а если приходится, то почти все снимки забраковывает, а самые сносные фотошопит. А раньше ни один групповой снимок без неё не обходился. Вот здесь они ещё рядом с Генкой. Ага, значит четвертый курс…

Уже потом, на практике в Риге, он подцепит эту Ингу. И всё… Будто не было двух лет с поцелуями в кино, в парках, в подъездах – везде. Она постаралась забыть его. А в сумасшедшие 90-е от знакомых узнала, что Гена уехал в Австралию. Зачем так далеко?! Впрочем, это было в его стиле.

В голове не укладывается, прошло столько лет! Он нашёл её через соцсети. Сказал: случайно. Хм, возможно… Но с её-то редчайшей фамилией, которую она отстояла у двух мужей, найти её проще пареной репы!

Они стали общаться, оба были снова свободные. И вдруг это предложение: прилететь к нему в Австралию! Ирина отнекивалась: чересчур долгий перелёт (она терпеть не могла самолёты), резкая смена климата и вообще… Геннадий уговаривал как мог: расхваливал свой Сидней, обещал удивить австралийской экзотикой, в конце концов, оплатил всю поездку. И она сдалась… И вот уже завтра летит, а в багаже зачем-то тащит своё прошлое…

Гена встретил её в аэропорту. Они не стали обниматься. Он только взволнованно и долго тряс её руку. В пригороде Сиднея у него был собственный дом. В машине, поглядывая то и дело на Ирину, он вперемешку рассказывал о работе, о взрослой дочери, о чем-то ещё… Она почти его не слышала, только незаметно пыталась узнать в нём того, прежнего Генку, по которому когда-то сходила с ума. В воздухе была какая-то задымленность, пахло гарью.

Гена сказал, что сгорели уже миллионы гектаров леса. Ей стало совсем тревожно:

– А как же звери? Наверное, погибло много кенгуру?

Покоробил его ответ:

– Да что там кенгуру! Снова наплодятся, дома вот горят!

Раньше за ним она не замечала этой бесчувственности… Гена всячески подчеркивал свой статус: приличные должность и доход, классная машина…

Но где тот веселый кавээнщик, остроумный и притягательный!? Ирина тут же одергивала себя: «Ты тоже уже не двадцатилетняя красотка! Полтинник разменяла!»

Список достопримечательностей пришлось сократить: Большой Барьерный риф (что там делать без подводного плавания?), из-за пожаров ― Национальный парк с его удивительными Голубыми горами и Королевский каньон по той же причине. Но зато они истоптали все ноги, обойдя огромный Королевский ботанический сад. Его тридцать гектаров спокойно расположились прямо среди небоскребов. Сиднейский оперный театр пришлось осмотреть только снаружи. Гена сказал, что билеты нужно было заказывать заранее. Жаль, это же визитная карточка Сиднея! Но прошлись по мосту Харбор-Бридж. Тоже очень известное место. Впрочем, его километровая длина не доставила Ирине удовольствия: слишком было жарко! Через огромный торговый центр, расположенный в Здании королевы Виктории, Геннадий буквально протащил Иру. Наверное, боялся, что она соблазнится на какую-то дорогую покупку. Но увидев некоторое ее разочарование, он решился на ва-банк: повел на знаменитую Сиднейскую башню. Со смотровой площадки они любовались видами города и океанской бухтой. В шикарном вращающемся ресторане этой башни он раскрыл свои карты. Несмотря на такое романтическое место, его предложение выглядело каким-то прозаичным. Ирина решила сгладить отказ шутливым тоном: