Зеленый луч №3 2018
- -
- 100%
- +
Каждый о своем
Мечтает девочка о нём —О принце датском, светлооком.Мечта её летит конём,Ещё не спутанная роком.Находит девушка лишь в нёмЧерты отца, родного брата.Здесь даже дьявол опьянёнГрозой сердечного набата.Грустит и женщина о нём,Окинув скудное жилище.Слетается вдруг вороньёНа прошлой жизни пепелище.И с бабкой дед скулят о нём —О дне уж призрачном, туманном,Как две дворняги под огнём —Чужого века – негуманном.И я поведаю о нём…Он не живёт по чьей-то моде,Он на диване дремлет днём,А ночью бьёт котов по морде.«Мысли, как вёдра на коромысле…»
Мысли, как вёдра на коромысле,Водрузил на плечи и – айда.В слове – тайна равновесья, в смысле —Как устоять мне на кромке льда…Как сбалансировать на канате,Когда тебя вдруг пытает дрожь.Что примечательно то – в КанадеТакие же берёзы и рожьПлетёт по биржам свою интригу,Заносчиво так и высоко…Поверить трудно, что даже в РигуНе впускают русских рысаков.В слове есть фортуна и для пули,В слове ветхом теплится весь смысл.Разметают наши камни бури,Если вдруг упустим божью мысль.Как вёдра на коромысле мысли,От того, что протёр я плечо,От того, что до сердца прогрызлиИ от боли словам горячо.За что немилость испокон веку?Слово соболя, каракульча,Путь от обезьяны к человеку —Видно, не шубейку снять с плеча.Опять немчина упёрлась рогом,Строкою строгой красней падёж…Уж коль неравны вы перед Богом —Днём с огнём в вас Бога не найдёшь.Дом-музей Велимира Хлебникова
Необычный круг друзей,Разный вкус стиха и хлеба…Это место – Дом-музей,С лестницей, ведущей в небо.Это – точка с запятой,Даже если стих отточен.Пребыванье под пятойНеземного многоточья.Это – поле без границ,Где шаманит дух творенья,Где, предвидя озаренье,Припадает солнце ниц.Пирамиды лиц и слов,Мысли-ягоды броженье.Выезд одарённых сновВ Колизей стихосраженья.Велимирова гряда…Гумус прошлых поколений.Череда ЧП, явленийБез ущерба, без вреда.Если, правда, год – не гад,Платит золотыми другу.Время мчится наугадПо проторенному кругу.Велимирова стезя…Эхо звёзд сквозь лес дремучий.Речи мечет, очи мучитДо последнего – нельзя.Здесь особый колоритИ пронять его несложно.Если эхо говорит,Значит, это слово – МОЖНО.Можно мне, тебе и вам…Недоумевают боги,Что по нашим головамХодят чьи-то, сверху, ноги.Пьют мирские голоса,Давят в кровь колосья хлеба.За чугунной кромкой неба —Синей лентой полоса.То – его скользящий взгляд,То – святая сила смеха.Если с чёрным словом – яд,С белым – звёзд родное эхо.Белым сном напоят Русь,В белом слове мир и мера.Твой, поэт, родник – как вера,С родника и я напьюсь.Ольга Маркова
«Вот и сдулось лето шариком проколотым…»
Вот и сдулось лето шариком проколотым.Стали ночи и прозрачны и свежи.Хорошо… Но только пусть не слишком холодноБудет всем живущим в эту осень жить.Эта осень постучится в окна мутные,На обочинах разложит пикники,И костры её – прощальные и мудрые,Прокоптят мои одежды и стихи.Станет медленным любое пробуждение,Отсыреют старомодные холсты.Приближается эпоха отчужденияВместе с воздухом горчайшей чистоты.«На высоте многоэтажной…»
На высоте многоэтажнойИ на окраинах забытыхНоябрь измятой промокашкойВпитает всё, что здесь разлито.Все звуки отшумевшей ночи,Всю горечь городского быта,Где ржавых свалок многоточьеПунктиром трассы перебито.Здесь дух – дворняжий, норов – сучий,Здесь жизнь просрочена, сурова,Здесь правит всем товарищ-случайВ несвежем ватничке бомжовом.Костры кадят последним светомПодмокших листьев, веток хрустких,В промозглом завыванье ветраСквозит мотивчик среднерусский.Подходит к завершенью пьеса «На дне»,Но диалог корявыйЕщё звучит над чёрным лесомИ придорожною канавой.«Ноябрь черкнул на сердце метку…»
Ноябрь черкнул на сердце метку,Ночь растворилась не спеша,И, как в овин, в грудную клеткуНасильно загнана душа.В квартире тихо, в мире пусто,По листьям дождик моросит.Кочан мороженой капустыГлавой на блюде возлежит.Табачный привкус, ржавый ветер,Начало суетного дня.И то, что нет тебя на свете,Уже привычно для меня.«Я, наверное, поспешила…»
Я, наверное, поспешилаИ в юдоли своей земнойСлишком быстро ткала и шилаСны и промыслы, хлад и зной.А теперь ни слезы, ни страсти, —Лишь изнанки двойное дно,И, раскроенное на части,Не стыкуется полотноЭтой жизни, которой малоВсех стихов моих, всех знамён…И укрыта я одеяломТишины с четырёх сторон.Памяти Сережи Скисова
Свет мой, где ты?В какой ты мерцаешь тьме?Из какой такой глубины тягучейТы стремишься послать сообщенье мне,Состоящее из неземных созвучий.Состоящее, в общем, из пустяков:Снов прерывистых, смыслов необратимых,Из неосязаемых облаков,Полу-очертаний огня и дыма.Свет мой, знаешь,Я долго тебя ждалаИ жила до времени лишь тобою,Но пропела бронзовая стрелаНад твоей отчаянной головою.Ночь ли, вечер, утро ли, жаркий день —Я твои позывные всегда услышу:То внезапно подарит цветы сирень,То украдкою дождь простучит по крыше.Ни к чему выпытывать: «Как ты, где?» —Просто улыбаюсь твоей улыбкой.Всё разлито в воздухе и в воде.Всё звенит и плещется в дымке зыбкой…«Есть люди-бульдозеры и трактора…»
Есть люди-бульдозеры и трактора.Они, все в пыли и тавоте,Прут к заданной цели, задрав рукава,Ложатся костьми на работе.Есть люди иные – бесстрастный планктон,Мещанская подлая морось.Дресс-код по заказу, небрежный поклонИ невыразительный голос.А есть люди-лебеди, люди-мечты.Не в силах сокрыть свои крылья,Они улетают за грань высотыНе предпринимая усилья.И смотрят с печалью сквозь дым городовНа свалки бульдозеров и тракторов.Тамарикс
Злит мошка, гудит комарик,Зверь хоронится в песках,Но цветёт шальной тамариксНа степных солончаках.Нет ни капли, чтоб напитьсяОсвежающей воды.Только вечности глазницыДа змеиные следы.Только кваканье лягушекИз ильменного райкаДа пустынное удушьеВ дуновеньи ветерка.Но цветы его простые —Словно бога письмена,Словно всполохи былые,Неземная купина.Как старается, сердешный,Как сгорает изнутри,И цветок его небрежныйВопиёт: «Я соль земли».«Птичьи слётки опять пролагают путь…»
Птичьи слётки опять пролагают путьВ небеса бездонные, неоглядные.Лето знойное, дай на тебя взглянуть,Дай расправить плечи твои шоколадные.Перегрев на воздухе, жар в песках,Дни горохом в котомку судьбы ссыпаются.Плещет рыба на отмели в тростниках,Песня иволги в зарослях рассыпается.Ждать недолго. Чуть-чуть – и опять дождиЗастучат по листьям в сухом ветляннике,Но пока ещё летний пожар в груди —Принимай от природы кнуты да пряники:Пережёвывай злых комаров укус,Ночи душные прячь под подушку жёсткуюИз полынных трав, языком на вкусПробуй жизнь эту пряную, степь неброскую.Проскользни неслышно на водопой,Где орлан кружит над речной излучиной,И как встарь, беду отведи рукой,Чтобы душу твою по утрам не мучила.«Над фонариком в руке, над уснувшею рекой…»
Над фонариком в руке, над уснувшею рекойВ недалёком далеке только нега и покой.Выпь внезапно прокричит, хрустнет ветка – и опятьВ южной бархатной ночи будет сон меня качать.Поистлеют невода, истончится жизни нить,Но по речке и тогда будет мой кораблик плыть.Весь он соткан из мечты, из неясного огня,От любой земной беды укрывает он меня.Не «Титаник», не «Ковчег», не «Аврора», не «Секрет»,И на весь наш странный век для него названья нет.Он стремителен и прост, – то пирога, то ладья,И встаёт за ним, как мост, жизнь минувшая моя.«Пальтишко лёгкое донашивай…»
Пальтишко лёгкое донашивай,Считай кукушкины года,Но сколь себя ни прихорашивай —Всё смоет талая вода.Она в пески и взвеси ряжена,И вся – сплошной водоворот.Так по судьбе черкнёт коряжиной —Что рот оскоминой сведёт.С низин сметая гнёзда птичьиБурлит и пенится река,И всё её многоязычие —Чужие песни и века.Огреет волн свинцовых плёткою,И, сколько за борт ни держись, —На отмели разбитой лодкоюМоя безудержная жизнь…«То стылая земля, – то благодать…»
То стылая земля, – то благодать,То мёртвые глаза, – то лик небесный.И до небес уже рукой подать —Окаменелой, жалкой, бесполезной.Но снова с губ срываются слова,Собакою бросаются под ноги,Хотя судьбы бесстрастные итогиРезцом давно означены едва,Хотя и день и полночь без тебяМучительны и непреодолимы, —Слова – отчаянные пилигримыНисходят в душу, нервы теребя.Они кричат: «У Бога мёртвых нет!»Они в тетради продлевают строчку,Как будто шьют незримую сорочку,В которой появляются на свет.Татьяна Иванченко
«Ночь дышит в затылок, неся непокой…»
Ночь дышит в затылок, неся непокой,Не то что собака моя на подушкеЗабавно сопит. Как к пушистой игрушке,Я к ней прижимаюсь щекой.Но там, за спиною, бессонная ночьМешает уйти от причин и последствий.Какие на это отпущены средства,Чтоб мне ерунды не забыть ни одной?Всё кружат и кружат, как в зимней степи,Простые вопросы, пустые ответы.Из зимней степи проникающий ветерКонец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.